Часть 2
1 мая 2018 г., 00:26
— Обещаешь не сильно кричать, если я сниму с тебя кляп? — спросила девушка, продолжая своё деяние, да засовывая микрофон все глубже. Лиззка вся тряслась, извивалась, и была на грани. Из глаз текли слезы — было очень больно. И только тогда насильница поняла:
— ты девственница… это очень неожиданно, Неред, — девушка сняла кляп с жертвы.
— да блять… да, девственница, — стонала Лиззка, — какого хуя все считают, что нет?
— Да потому… — а правда? Почему все считают, что Лиза не девственница? Мы ведь не знаем о ее личной жизни, — а потому, что уже точно нет, — истерично засмеялась черноволосая. А после того, как успокоилась, резко высунула из Лиззки микрофон, так, что та громко вскрикнула от боли.
А потом насильница начала продолжать деяние пальцами, трогала Лиззку грубо, не боясь причинять боли. Блогерше стало тяжело дышать, тепло охватило все тело, в глазах потемнело, и она не могла заставить себя закричать, чтобы соседи услышали, или же вывернутся и ударить свою насильницу.
А потом стало очень хорошо. В глазах мелькали разноцветные круги, как после большой пьянки. Тело словно отказало, не чувствовало ничего, кроме тепла… было хорошо.
Очнулась она от сильного удара по ягодицам. Оказалось, пока Лиззка была в экстазе, черноволосая девушка развязала ее, перевернула на живот, и завязала ещё — покрепче.
Затем насильница привстала и стянула нижнее белье.
— а теперь ты будешь работать языком. Ясно? — она приблизилась к лицу лиззки, усевшись поудобнее, — давай, Неред.
— нет… — жертва уже плакала, — пожалуйста. Нет… — и тут же почувствовала сильный удар по лицу. Она почувствовала, как из носа потекла кровь.
— В следующий раз я пойду на кухню и сделаю тебе персональную татуировку самым тупым ножом. Лижи.
Лиза зажмурилась, и начала выполнять приказ. Она никогда ещё так не унижалась. Да и к тому же… репутацию уже не спасти, а жизнь дороже все-таки. Но оказалось, это не так плохо, как думалось. И вскоре Лиза вошла во вкус, что очень понравилось ее «госпоже».
— Какая умничка. Неплохо для первого раза. Очень неплохо, — она улыбнулась. Тебя надо наградить. Трахну тебя ещё раз… только немного по другому, — она схватила футболку, завязала лиззке глаза, и небрежно вытерла кровь.
— У тебя же нет члена, д-да? — неловко пошутила Лиззка. Она умела шутить даже в самые неподходящие, а порой и жуткие моменты.
— Не, что ты, я не такая злая, — нежно прошептала насильница, — твою сладкую задницу я поберегу для другого… — с этими словами она укусила Лиззку за ухо, вновь заставив ее содрогнутся.
Лиззка не успела спросить, для чего же необходима её 5 точка этой девушке, как вдруг почувствовала сильный удар по ней же. Она вскрикнула.
— Да не кричи… — возмутилась насильница- — ох, какие звуки! — она бросила взгляд на экран. За изнаилованием наблюдало уже почти 2000 человек, — зато сколько хайпа схватишь, а? — засмеялась она, — об этом точно не забудут! Никогда! — она задумалась, а потом вновь засунула в рот Лиззки кляп, и освободила ноги, — на колени.
Лиззка, уже понимая, что лучше слушатся девушку, встала на колени, зажмурившись.
А насильница ошалела совсем. Она схватила камеру и подключила микрофон. А затем поставила камеру поближе и включила свет в комнате, на мгновение ослепив и себя, и жертву. Придя в себя она вновь вставила микрофон в уже очень мокрую и возбужденую Лиззку.
— чудовище… — бурчала жертва, — но её слова опять нельзя было разобрать. И это забавляло насильницу.
— Что ты там говоришь, Неред? Хочешь глубже? Давай. Я только за, — она всунула микрофон глубже. Лиза застонала громче, резкая боль пронзила тело ещё раз, заставив дрожать и плакать. Ей одновременно было дико больно, хотелось умереть, сорвать эту чёртову камеру, ведь такое количество зрителей видели её оголенное тело, и вообще, все, что с ней делали…, но при этом было очень хорошо, и где-то внутри горело желание, чтобы её взяли ещё жёстче и грубее.
Насильница словно поняла это, и раскрыла чемоданчик.
— Смотри, Неред. Тут есть плетка и разные резиновые игрушки. Но что-то это как-то не очень, да? Вибратор вот… не думаю, что он пойдёт. Что насчёт бутылки? — она взяла со стола бутылку, — маленькая слишком? — не слушая стоны и крики жертвы, спросила она. Черноволосая говорила сама с собой, ходила по комнате, ища, чем бы трахнуть Неред. При этом микрофон все ещё был внутри жертвы, — а может камерой? — улыбнулась она, — или по форме не очень удобная? Да. Я тоже так думаю.
Она говорила очень долго, перебирая разные варианты. И уже было отчаялась, что не найдёт чего-то подходящего, как вдруг в голову взбрела безумная мысль. Она побежала на кухню Лиззки, и вернулась с бутылкой пива и очень большим огурцом.
— Че, была твоя закуска к водке? А сейчас это предмет твоего удовлетворения, — она высунула мокрый микрофон, и заметила на нем капельки крови, — скажи «пока» своей девственности. Она теперь моя.
Насильница вставила в лиззку огурец. Резко сняла кляп, взглянула на количество смотрящих. 4000.
Она и не слышала вой полицейской сирены. Её полностью заворожило тело девушки, её стоны.
В комнату ворвались с десяток крепких мужчин…
— оно стоило того, Неред, — шепнула девушка, когда полицеские выводили её из комнаты, предварительно наградив наручниками, — правда стоило, — на лице её была сумасшедшая улыбка…
