The Magic Blade: Безумный старт

Как только мы вошли в ворота деревни, на нас обернулось с полсотни людей. И тут же вылезло системное сообщение: Внимание! Вы открыли новую территорию: Валкария. Валкария — деревня Оборотней. После Огненной Войны это одна из оставшихся трех деревень, которым удалось уцелеть… Я сделала себе зарубку потом почитать гайды о войнах и соотношениях рас в них. Лица людей, смотрящих на меня, белели от страха, краснели от ярости, зеленели от отвращения. В общем, чего-то такого я и ожидала. Однако когда из толпы выскочила пара-тройка человек, с рычанием меняя ипостась и бросаясь в мою сторону, я струхнула. Хотелось визжать, печалиться от проваленного квеста, да и вообще… Вжавшись сильнее в мохнатую спину Тирамиса, я мысленно попрощалась с жизнью и закрыла глаза. Сначала меня тряхнуло, потом пробрал сильный озноб. Трясясь, как та игрушка-мартышка с двумя тарелками, ну знаете, которая бьет в тарелки и скачет, я открыла глаза. Вы оказались в радиусе действия ментальной атаки «Воля Вожака». Все характеристики снижены на 50% на 2 часа, неподвижность в течении 10 секунд. Пробежав глазами по системному сообщению, я маслено улыбнулась и погладила Тирамиса по голове; два медведя и три волка, что бросились на меня, заскулили на разный лад и попятились в стороны, давая нам дорогу. И мы двинули… Куда-то. Я с любопытством осматривала небольшую деревеньку с ее ровными домами, чем-то отдаленно напоминающие мне дотракийские¹ хижины, но что-то мне подсказывало, что внутри они больше, чем есть на самом деле. Старалась не смотреть в глаза жителям, чтобы лишний раз не травмировать собственную детскую психику, однако взгляд иногда цеплялся за детей, которые крепко прижимались к ногам своих, скорее всего, родителей и смотрели на меня с неприкрытым и чистым непониманием. Деревня оказалась довольно большой — я насчитала «домов» эдак пятьдесят только за десять минут пути. Справа маячили какие-то лавки — окрестила все это «великолепие» рынком. Вскоре мы вышли на некое подобие площади, провожаемые ненавидящими взглядами, и лик мой застыл с открытым ртом. Аккурат посредине высились три огромные деревянные статуи, две из которых были местами обгоревшими и изрубленными мечами, а вот третья стояла чуть отдельно и хладнокровно взирала на парочку. Статный мужчина в свободных штанах (в таких щеголяло большинство жителей деревни) крепко прижимал к себе красивую женщину с перепончатыми крыльями, словно у летучей мыши, и маленькими рожками на голове, на лице которой застыло выражение превосходства. Третья, что стояла чуть дальше, на расстоянии пяти шагов от парочки, тоже женщина — ее выражение лица было спокойным, хотя я заметила толику раздосадованности. На голове у нее нахлобучен замысловатый шлем (или как это называется?) — ободок с перьями и двумя огромными клыками, выпирающими вперед. Она напоминала мне шамана. Пока я глазела на них, мы почему-то остановились. Какая-то особо богатая с виду хижина высилась прямо перед нами, отбрасывая огромную тень, а мы чего-то выжидали на кромке площади. Переведя взгляд на Тирамиса, с неудовольствием отметила его просящую мордашку и переминание с лапы на лапу. Тихо фыркнув, я постаралась дотянуться ногой до земли, но, ойкнув, рухнула, как куль с картошкой. Чудненько. Потыкавшись мокрым носом мне в лицо, Тирамис жалобно заскулил, словно извиняясь. Встав, я гордо прошагала по направлению к хижине, но у входа замешкалась. Тирамис расценил мое поведение по-своему и, что-то прорычав нашим сопровождающим — Грану и Алариусу, — кажется, юркнул за плотную, эм, штору? Я поспешила следом, опасаясь, что волк ускачет на добрые тридцать метров, и собирать мне потом свои косточки по всей деревне. Внутри было тихо, а еще практически темно, лишь одна свеча тускло освещала пятачок посреди комнаты: некое углубление в полу, дно которого застилал ковер, а края были завалены подушками (прямо как в восточных странах, ей-богу), и очертания низкого огромного стола прямиком из японских сериалов — каламбур, однако. Ай да разработчики! Как я и думала, хижина внутри оказалось раза в три больше, чем снаружи. — Тирамис, а что за статуи стоят там? — задала я интересующий вопрос, невольно махнув рукой в сторону шторы-входа — она была плотной и не пропускала солнечный свет. — Это напоминание нам о грехе, который совершили твои родители, — злобно ответили мне откуда-то справа. Я вздрогнула — несмотря на злость, голос звучал и бархатно, и властно одновременно. Еще через пару мгновений комнату озарила полоска света — высокий загорелый мужчина закатывал тряпку на стене, привязывая ее сверху шнурком. То, что это здесь — подобие окна, я поняла сразу. — Родители? — сомнение так и сквозило в моем голосе. Неужто разработчики тронулись головой? Нет, я, конечно, знала, что бывают такие легенды в играх, в которые впоследствии вписывают игрока как составляющую… — Элфес и Радгэн, суккуб и оборотень, — с усмешкой выплюнул слова незнакомец, явно забавляясь моей реакции. НПС, говорите? — Допустим, — невозмутимо ответила я, хотя еще совершенно ничего не поняла, — и в чем же их грех? Лицо незнакомца приобрело искренне-удивленное выражение — знаете, так смотрят на детей, которые казались ангелами, а потом выкинули какую-то сверхгадость. — Союзы между нашими расами запрещен. Это противоречит всем правилам и законам. Но они переступили через запрет, и их покарала богиня Вашалия, — растерянно сказал мужчина, явно поражаясь моей тупости. — Это та тетка в ободке с перьями? — уточнила я, но тут же прикусила язык, так как лицо собеседника побелело. Кстати, я наконец смогла разглядеть имя над его головой. Хэйдрин, Вожак, 100 уровень, 500000 жизни — Отец! — гаркнул Тирамис (и когда только одеться успел?!), когда его горе-папаша уже собирался разобрать меня на составляющие. — Зачем ты привел полукровку в наш дом? — грозно рыкнул Хэйдрин, с укором и злостью смотря на сына. — Я влюблен в нее, — твердо ответил ему Тирамис. А я поняла по лицу вожака, что зря он это сказал, ой зря. — Влюблен?! — взревел он. Его кожа начала слегка дымиться, а глаза налились кровью — у меня бы волосы на заднице зашевелились, если бы были. Хэйдрин сделал несколько шагов по направлению к нам, видимо, еще прикидывая, разорвать глотку мне или отшлепать сына. — Подождите! Это просто заклинание, он не знает, что говорит, — выпалила я скороговоркой и чуть не села на пятую точку от удивления. Язык мой — враг мой. А вот то, как на меня посмотрели Тирамис и Хэйдрин… Я упала на колени и взвыла, вводя мужчин в еще больший ступор: — Простите меня, о великий Вожак, я не ведала, что творила. Мне нужно было поговорить с вами, поэтому я прибегла к таким вот постыдным мерам. Исключительно рассчитывая на вашу мудрость и великодушие. Я хочу искупить грех родителей и искоренить ненависть из ваших сердец, — орала я дурниной полнейшую ахинею. У меня даже пот капать начал, по-моему. Уперевшись лбом в пол, я терпеливо ждала казни — ну или помилования — не решаясь поднять голову. — Искупить, говоришь, — раздался хриплый голос Вожака. Я все-таки решила поднять голову и икнула, видя, как его колбасит от злости. — Как же так… — бормотал Тирамис, начав расхаживать взад-вперед по комнате. — Каждое полнолуние нас действительно беспокоит одна напасть — проклятье, оставленное твоей матерью перед казнью, — вдруг спокойно произнес Хэйдрин и посмотрел мне в глаза, — демон, живущий в бывших гномьих катакомбах у подножия горного хребта Аскаина, — мужчина неопределенно махнул рукой в сторону запада. — Он насылает своих тварей преисподней каждое полнолуние, дабы искоренить нас за нашу ненависть, за наши законы. Сможешь ли ты изгнать его в свою обитель? — ухмыльнулся Хэйдрин. Вам доступно задание: «Проклятье Элфес». Описание: Изгнать демонов обратно в преисподнюю. Класс задания: расовое. Награда: +12000 репутации с Оборотнями, +1000 золотых монет, +1000 опыта. Штраф: Невозможность попасть в данную локацию снова. Невозможность изменения репутации с Оборотнями. Желаете принять? Нажимая кнопку «Да», я сомневалась, что вообще когда-либо это пройду. Скорее всего, катакомбы были инстансом², только вот слишком много плюшек для первого уровня, не находите? Да еще и репутация взлетает до небес. С «Ненависти» — сразу в «Неприязнь». Как-то подозрительно. Кстати о репутации, здесь все довольно просто. Почтение — Уважение — Дружелюбие — Равнодушие — Неприязнь — Ненависть — Вражда. Причем упасть в самый низ гораздо труднее, чем подняться до Почтения. Что касается самих очков, то обычно (не мой случай) со всеми фракциями при старте «Равнодушие». Чтобы упасть до «Неприязни» нужно шесть тысяч очков, чтобы до «Ненависти» — двенадцать, до «Вражды» — двадцать четыре. То же самое с положительной репутацией, по нарастающей. Так что выйти из Ненависти за один квест на начальных уровнях — это нечто грандиозно-невозможное. Тем временем из раздумий меня вырвал голос Хэйдрина: — Я позволю троим воинам пойти с тобой на выполнение столь важного задания. Тирамис, Гран и Аларис, думаю, идеально подойдут. Можешь идти. И не приходить без положительного результата, — с усмешкой сказал он, отворачиваясь, всем своим видом показывая неуважение и нежелание более говорить со мной. Бросив мимолетный взгляд на нахмурившегося Тирамиса, я схватила его за рукав свободной рубахи и потянула к выходу.