Название потом придумаю

— Итак, дети, сегодня вы будете писать сочинение на тему «каким для меня был этот год в школе». — учитель раздал всем двойные листочки и продолжил. — Вы можете написать о том, куда ездили с одноклассниками, с кем сблизились, чем запомнились эти девять месяцев. Главное придумайте название. На следующем уроке я зачитаю все ваши сочинения и озвучу ошибки, так что бояться нечего.

***

— Ты уже придумал, о чём будешь писать и название, Фрэнки? — спросил шёпотом Боб. — Не называй меня так, «БОБО»! И, нет, я ничего не придумал. — Пожалуйста, не кричи, Фрэнки. Я знаю, что ты что-то уже придумал. Только не пиши о девчонках, с которыми отрывался летом, а то учитель тебя не поймёт. Фрэнк ничего не ответил другу, так как действительно что-то придумал. Это был рискованный шаг с его стороны. Он знал, что его могут не принять, что никто не поймёт его и вряд ли кто захочет смотреть ему в глаза после такого. Он всё понимал, но ему было плевать, ведь его захватила эта идея. Такая жестокая по отношению к его однокласснику и к себе. Парень взял в руки ручку, начал писать: выводил каждую буковку, стараясь не заходить за края линий; писал всё, что придёт в голову, все свои мысли, так что даже самое нелепое находило свое место на листке бумаги.

***

— Где же «твоё» название? — задался вопросом учитель, когда пришло время сдавать свои сочинения. — Название потом придумаю. — ответил Фрэнки.

***

— «В этом году я ощутил самое прекрасное чувство на земле, когда пробирает дрожь, а руки и ноги становятся ватными. Чувство, когда хочется плакать и смеяться одновременно, жить и быть мёртвым, вырезать себе сердце и растоптать. В этом классе есть человек, который заставляет моё сердце биться сильнее. В его глаза хочется смотреть вечно, у него длинные пальцы и белая мраморная кожа (очень приятная на ощупь), костлявое тело и шикарные волосы. Этот человек не знает, что я чувствую к нему. И, наверное, никогда не узнает. Именно с ним я проводил совсем немного времени в этом году: иногда бывал у него дома, ходил с ним в кино, просто гулял. Тем не менее он казался мне приятным человеком. У нас много общих интересов и тем для обсуждения, мы могли бы быть друзьями. Так получилось, что моё положение в обществе не позволяет мне общаться с ним, поэтому я обращаюсь к нему через это сочинение. Я бы не протянул девять месяцев без него. Всё лето я думал только о нём, мечтал увидеть его снова. Когда-то я даже ненавидел его за то, что он такой есть. Я был подписан на его инстаграм, твиттер и записал номер телефона в своём блокноте, при этом каждую секунду проклиная его существование на этой планете. Я не мог ему позвонить, когда очень хотел. Не мог написать и иногда просто сказать «привет!». Все вокруг не замечают его, и всем на него будто бы плевать, так что я тоже поступал так в школе, среди «элиты» и друзей. Каждый день я старался не смотреть на него, не думать о нем, заставить себя глазеть на «других», делать вид, словно я рад незнакомой девушке на своих коленях, алкоголю в стакане, виски с колой, прогулке по заброшенному зданию. Очень часто я был грустным, и мне говорили, что я должен выпить и все проблемы уйдут, они говорили, что должен. Все их предложения начинались с этого слова. Но я же не должен, да? Я могу поступать так, как хочу, потому что именно я выбираю свой путь… Сейчас я предстаю главой банды, почти алкоголиком и курильщиком, злым, а ещё очень неприятным. В душе этот человек давно изменил меня, но я не знаю как кому-то сказать об этом, а особенно ему. Но он когда-нибудь должен узнать, что сделал со мной, что сейчас творится у меня на душе, как много бабочек кружит вокруг сердца и врезается в него, когда он находит себе очередную вторую половинку на два дня. Он обязан узнать, что в каждом цветке я вижу его прекрасное лицо и улыбку, что не могу представить существование без его банального присутствия в моей жизни. Он как червь в моём мозге, что постоянно ползает по одному и тому же пути в поисках выхода, но того нет и он прогрызает путь во внутрь, заходя всё глубже и глубже, проникая в самые важные «центры» и отключая их на мгновенье или почти навсегда. Я всегда подражал ему, перенимал его привычки и действия, «слова паразиты», никогда этого не замечая, и часто искал его взгляд, оборачиваясь назад, в конец класса. Он часто рисует, подводит глаза, носит чёрную одежду. Он часто поддерживает меня, и говорит слова, которые никогда не скажет кто-то из моей компании. Я считаю, он особенный. Особенный для меня. Вот так я провел эти девять месяцев в школе.» — учитель закончил чтение сочинения Айеро, в классе настала тишина, будто все ждали, что он скажет, или что скажет мистер Адамсон. — Это весьма мило, Фрэнк, что ты проникся к кому-то настолько тёплыми чувствами. Но тебе всё-таки нужно придумать название, помнишь? Все девочки смотрели на парня, чего-то ожидая, особенно пристально смотрела брюнетка в дальнем левом углу класса. — Джерард. — спокойно ответил он учителю. — Что? — Моё сочинение называется «Джерард», — менее уверенно произнёс черноволосый, — потому что оно про Джерарда. — ЧТО? — уже произнёс Уэй. Все в миг уставились на Уэя и только Фрэнк на него не глядел, потому как испытывал стыд и вместе с тем желание умереть от того, как много чувств бушевали внутри него. — Я люблю тебя, Джерард. — наконец произнёс он. — «Я тоже тебя люблю, Фрэнк.» — пронеслось в голове Айеро, его окутывал туман, наконец он признался в своих чувствах.