Таня Гроттер и шанс, подаренный судьбой

POV Тани. — Заходи, Танюш… У меня к тебе очень серьезный разговор… Ну, вот и попала… — но мои размышления прервал академик: — Глеб очень изменился за последнее время… — директор замолчал и вопросительно на меня посмотрел. Если честно, то я впала в состояние, приближенное к шоковому. Просто, чтобы Сарданапал, и так о Глебе? Хорошо? Я что, из реальности выпала? И вновь мой внутренний диалог перебили: — Я понимаю, это звучит странно из моих уст, но все же… Блин, у меня, наверное, все на лбу написано. — Я согласна с вами, он действительно изменился. — Возможно, я ошибался, но хотелось бы тебя еще раз предупредить… — Все не так просто… — я выпалила эту фразу со вздохом, неожиданным даже для себя. — Я знаю. И вполне уверен, что смогу тебе помочь. Вопрос состоит только в том, захочешь ли ты пойти на это? Наш разговор длился довольно долго. Пожалуй, нет смысла его полностью передавать. Единственное, что было важным, это мой вымученный ответ: — Я согласна… У меня просто нет другого выбора. Или я решусь, или всю жизнь буду жалеть о утраченном шансе… Хлопнула дверь. Рыжеволосая девушка задумчиво шла темными коридорами. — Мне предстоит еще один разговор. Только с кем?.. POV Тани. Ночь... Небо такое звездное... Кладбище... Что я вообще здесь делаю? Разговор... Это важно. Почему именно он? Я больше всего боюсь услышать этот вопрос от него, но в своем ответе я полностью уверена. *Невольно хмыкнула*. А я ведь почти назначила ему свидание... Возле склепа Чумихи. Да уж, меня потянуло на романтику и... кладбища. Кто-то тихо сел рядом. Он чувствует меня, как никто другой, поэтому и молчит. Ладно, пора начинать! — Ты пришел... — ни нотки сомнения нет в моем голосе, только уверенность. — Тебя тянет на романтику... Снова эта ироничная ухмылка. Ты слишком много хочешь. — Мы здесь не для этого. — Тебе нужен слушатель. Что ж, я полностью твой... А?.. На что он намекает?!! Спокойствие, потом разберусь с этим извращенцем. — Я выбрала тебя, потому что ты умеешь слушать. Надеюсь, ты меня поймешь, впрочем, это не так важно... — Ты наконец осознала это... У нас впереди вся ночь... Я почувствовала горячее дыхание Бейбарсова на своей шее. Вскочив, я буквально за несколько секунд отбежала к противоположной ограде склепа, где, тяжело дыша, остановилась. — Я хотела всего лишь поговорить с тобой. Так что собери губу, а то ковер из нее скоро сделаешь, — даже в такой ситуации мне хотелось язвить и быть колючей с ним. -Неужели я так тебе противен? Глеб поднял голову и посмотрел на полную луну. Смутное беспокойство закралось в душу парня. Таня вела себя не так, как всегда. Ее определенно что-то беспокоило. Из задумчивости Бейбарсова вывел грустный голос девушки: — Скажи, Глеб, если бы я изменилась, исчезла, потеряла свою силу или стала вести себя как Гробыня? Как бы на это отреагировали окружающие? — Если бы ты умерла, я бы тоже умер. Остальное – не важно. Мне не нужна жизнь без тебя. — Какой пафос... – я снова иронично хмыкнула.* ну не сдержалась, да*. -Ты меня не дослушала... — Глеб грустно взглянул на меня. — Прости. Твои слова очень громкие. — Ты на удивление упряма... — он снова перевел взгляд на луну. — Но знаешь, мне это ужасно нравится. А ты меня до сих пор боишься... Печально, не находишь? Мне неважно, как ты будешь выглядеть, как будешь себя вести. Мне нужна твоя близость, твоя аура, которая стала для меня родной. Я не люблю тебя... за что-то, я просто живу тобой, как бы пафосно это не звучало. Скорее, я просто не умею по-другому, — лицо Бейбарсова озарила какая-то горькая ухмылка. — Глеб, мне приятно это слышать... от тебя, — последнее я проговорила совсем тихо, но не сомневаясь, что он меня услышит. — Впервые звучит одобрение из уст любимой девушки. Может, я не так уж и далек от своей цели? — Не обольщайся. Просто я хочу побыть некоторое время одна. День, может больше... Мне нужно было поговорить об этом с кем-то, а ты никогда не задаешь лишних вопросов, ты меня понимаешь... наверное... Пожалуй, я пойду. POV Тани. Будучи очень взволнованной, я хотела поскорей избежать общества Глеба. Я собиралась перепрыгнуть через ограду и не спеша пройтись вдоль кладбища к самому Тибидохсу, но именно в этот момент руки Бейбарсова властно обвили меня *Приятно? Да, с этим я поспорить не могу* и прижали к себе. Горячее дыхание вновь скользнуло по моей коже. *Спокойствие... Дышим глубоко. Я ведь держу себя в руках? Да?* Мое второе я так и пылало желанием сказать какой-нибудь комментарий типа *То, что ты извращенка, никто не сомневался*, но ощущения упорно подавляли здравый смысл. Сзади послышался тихий смешок. Как же я люблю, когда он улыбается, но, к сожалению, это именно тот случай, когда хочется взять улыбающегося человека и с улыбкой об асфальт его, об асфальт! *Некромаг!!!* Я повернулась ( все еще находясь в крепких, возбуждающих объятиях) и, посмотрев на лицо Бейбарсова, мило и сдержано сказала: — Читать мысли у приличной девушки некрасиво. — Не думал, что приличные девушки думают о таком, — он нарочно сделал ударение на последнем слове, что заставило меня густо покраснеть. – Ты вытащила меня ночью из уютной постели, которая слишком велика для одного человека, избавила от приятных сновидений с твоим участием и теперь хочешь просто так уйти? — Да, а ты, я вижу, сообразительный,— с ангельской улыбкой ответила я. -Увы, девушка, но вас никто не отпустит. Возмущенный народ требует возмещения ущерба,— от тихого баритона уже в который раз пробежали мурашки по коже. Меня же, как всегда вовремя, начал распирать смешок. — Бейбарсов, ты где народ видишь? — Народ – это я. -Оу... Размножение личности? Никогда раньше не встречала. И чего же ты, прости, вы, требуете? — Всего один поцелуй... -Твои желания на удивление однообразны и пошлы. И вообще... Я так и не закончила свою воспитательную тираду, потому что мягкие, но настойчивые губы просто впились в меня, не терпя возражения, мое же сознание начало медленно угасать. * Ну вот, такого еще не было...* Очнувшись, себя я обнаружила лежащей в своей комнате на кровати. Вокруг было множество лепестков роз, и на любимом инструменте моего деда лежала записка. С трудом поднявшись, при этом мысленно проклиная Бейбарсова, схватила заветный листик бумаги. «Спасибо за чудесную ночь». — Хотя бы смайлик нарисовал, что-ли, — и я разразилась громким хохотом, представив, как некромаг отчаянно вырисовывает смайл. Но все хорошее быстро кончается. Одевшись, я направилась к кабинету директора.