Танцуй только для меня

— Будешь говорить, что между вами с Клэри ничего нет?! — крикнул Валентин, бросив перед Джоном две фотографии. — А как ты это объяснишь? Джонатан сидел на кресле, с гневом смотря на отца. Моргенштерн-старший предоставил «доказательство» связи между Клэри и Джоном. Гребанная фотография, сделанная вчера. Джон наклонился к рыжеволосой, держа ее за подбородок. Незнающий человек может подумать, будто блондин хочет поцеловать девушку. И он бы поцеловал ее, не будь она его сестрой. — Просто шутка, — пожал плечами Джон, оттолкнув фотографии в сторону отца. — Тем более у меня девушка есть, она бы не одобрила инцест, а тем более групповуху. — блондин улыбнулся во все тридцать два зуба. — Ты следишь за мной, отец? — Не смей произносить такие слова в моем доме! — закричал Валентин. Слова сына взбесили его. — Пошел вон! — Ты еще пожалеешь, отец, — процедил Джон, вставая с кресла. Ради Клэри он не ударит отца. Ради сестры он не нагрубит ему. Но такие предъявы его уже достали. Если мать хоть как-то успокоилась, то отец все еще продолжал наседать на сына.

***

Изабель, проклиная брата и того, кто звонил в дверь. Девушка вылезла из душа, пообещав отомстить Алеку за это. Определено, после встречи с Джоном Алек изменился. Во всяком случае, больше не пил. Пока. Даже, кажется, забил на Магнуса. Хотя было трудно судить, ведь прошел всего день. — Джонатан? — удивилась брюнетка, открыв дверь. — Для тебя, детка, Джон, — обворожительно улыбнулся парень и, не дожидаясь приглашения Иззи, зашел в квартиру. — Как твой брат? Оу, ты в душе была? — Джонатан заметил, что перед ним Иззи стояла в халате. — Давай тогда зайдем в него вместе, — и он приблизился к ней слишком близко. Одна рука потянулась к поясу халата, а другая стянула полотенце с головы. Мокрые волосы упали на плечи. — Что тебе нужно? — еле выдавила из себя Иззи, смотря в глаза брату подруги. — У меня парень есть, — эти слова прозвучали как... приговор? Нет, это слово не подойдет. Это было как «стоп», красный цвет светофора. — Конечно, парень, — Джон отпрянул на девушки. Она нравилась ему, все в ней было прекрасно, кроме... кроме того, что у нее есть парень. Ну как же иначе? У такой девушки он может быть и не один. Как ни странно, от Клэри слышать такое было куда менее болезненно, что ли. — Как иначе, — пробубнил Моргенштерн. — Ты пришел, чтобы затащить... — Я помог тебе, ты помоги мне, — улыбнулся блондин, приподняв брови. — Меня отец из дома выгнал. Ну как выгнал... — Джон продолжал улыбаться, — сказал, чтобы я пошел вон, вот я и пошел. — Моргенштерн облотился на стену, — Можно я у тебя поживу? От такой просьбы девушка опешила. Она знакома с братом Клэри... с дня рождения самой Клариссы. Это всего-то три-четыре дня. Однако это не помешало вломиться к ней в дом и так нагло проситься впустить его. Неужели у него нет друзей? Нет. Определено, нет. Хватило того, что Джон чуть ли не приставал к ней пару минут назад. — Ладно, — неожиданно согласилась Изабель и поспешила закрыть рот руками. Это совсем не то, что хотела сказать Иззи. Ладно, Джонатан был красивым. Был сексуальным и не будь у Изабель парня, Лайтвуд тут же бы отдалась ему. Черт. — Только с условием, что такого больше не повториться. — Нуу, обещаю, — А сам окрестил пальцы за спиной. Как в детстве. Его план почти сработал. Ну как почти, одна какая-то часть. Он переехал к Изабель. — Так как твой братик? — Слушает музыку и читает, — пожала плечами Лайтвуд, — А где твои вещи? — брюнетка снова замотала мокрые волосы обратно. — Клэри привезет.

***

Клэри чуть ли не с пинка открыла чертову дверь в кабинет отца. Рыжая была в бешенстве. Валентин снова выгнал Джонатана. И если тогда Джон объяснил причину «своего ухода», то сейчас брат просто хлопнул дверью, бросив сестре «я тебе позвоню». Но Кларисса не застала отца. — ТВОЮ МАТЬ! — закричала девушка, упав на колени, — ПОЧЕМУ, ПАПОЧКА, КОГДА ТЫ МНЕ НУЖЕН, ТЕБЯ НЕТ? — захныкала рыжеволосая, сжав кулаки. — Клэри, ты в порядке? — заботливо спросила Джослин, зайдя в кабинет. — Нет, мама, — ответила Моргенштерн-младшая, сдержав слезы. — Деспотия отца уже достала. Он маразматик! — закричала девушка, — Джон снова ушел из дома после разговора с отцом! — Солнышко, — женщина положила руку на плечо дочери, — Джон сам доводит Валентина до этих разговоров. — Это не повод выгонят детей из дома, — Кларисса сбросила руку матери с плеча. — Я его ненавижу. — Кларисса, — нежность сняло как рукой. На место нежности пришла жестокость, — Он дал тебе все! — и Джослин начала тираду о том, какой хороший человек Валентин Моргенштерн. Клэри сделала вывод, что ее мать сошла с ума.