Вера нужна для души

Много путешествуя по измерениям, в конце концов, встречаешь маловероятное. То самое исключение, подтверждающее правило. Невозможное. Почти. В степях под Нью-Мексико, в назначенное время вместо Тора выпал Локи. Был ранен, умирающим солдатом цеплялся за Гунгнир, рядом лежали осколки золотого шлема. Следуя предварительной договоренности, я с Мстителями прибыла туда первой, втайне от ЩИТа. Корректируя план, превратила встречающих в военный эскорт. Порассказала им ужасов про бога лжи, жуткого, как злодей из комиксов. К знаниям путешественницы по мирам отнеслись серьезно. Локи был дезориентирован, лишен магии, от удара в голову без памяти. Пришлось организовывать лазарет и звать Стрэнджа. Доктор поджимал губы, глядя на чары, блокирующие сейд, сказал, что Локи более не бог, от силы мистическая сущность. Охрану снимать я не спешила. Разговаривать послали меня, мол, я Локи уже встречала, мне и карты в руки. Конечно, слушали, приникнув к мониторам, от ощущенья взгляда в спину свербело между лопатками. Войдя в палату, я поняла – такого не встречала. Это был уникальный опыт. Локи приветлив, Локи рад человеку. Улыбался, привстав с постели, но ногами из-под одеял не вылезал. Холодно ему, как же. Локи мил, Локи вежлив. Он не все еще вспомнил, оттого улыбался неуверенно. Но так очаровательно, с толикой самолюбования. Он не забыл, что хорош. На строгое «ФИО, год рождения, прописка» Локи ухмыльнулся, включился в игру. Почувствовал шутливость в канцелярщине, шутил в ответ. Напомнил милого чертенка, мне пришлось прикусить себе щеку, чтобы сбросить наваждение. Детектор магии молчал. Ответы до скучного сходились с моими знаниями о нем, им от полицейских вопросов я вдруг перескочила к вопросам айдолу. Не знаю, кой черт меня дернул. Просто бог так охотно отвечал… Чудеса в решете продолжились. Любимая еда Локи – мороженое. Он говорил об этом прямо, загорался глазами. Мидгардское лакомство, в Асгарде такого нет. Я, сдерживая изумление, попыталась взглянуть на это с профессиональной точки зрения. Выходило, что Локи уже бывал на Земле. Вслух предположила, что у асов нет рецепторов на сладкое, а он-то полу етун. От упоминания расы Локи на удивленье не напрягся. На вопрос об асовской дискриминации етунов посмотрел на меня с укоризной. Вот оно что, Локи не притесняли в детстве. И Тора он, оказалось, никогда не знал, видел только на портрете. Старший принц сбежал от царских обязательств, стоило Одину впасть в божественный сон. Ну точно, просто не притесняйте богов в детстве, и они не станут трикстерами. Разговор о родственниках мало привлекал Локи. Он ограничился кратким описанием узурпации трона Бальдром и его удара, который должен был стать смертельным. Удивлялся количеству у меня искаженных знаний об Асгарде, подозрительно похожих на правду. Я бегло помянула мультиверс, и его глаза стали задумчивыми. Глаза, кстати, были зеленые. Яркие, добрые, умные. В них хотелось смотреть бесконечно... Но можно ли себе это позволить? Я уткнулась взглядом в планшет. Вместо записи показаний стала чиркать шарж на Бальдра. Тот вышел поганым империалистом, а Локи бравым комсомольцем. Богу шарж понравился. Вызвал тот самый прищур, который я видела у Одина, замышлявшего кампанию. Навряд ли Локи оставит надежду вернуть себе потерянный рай. Но хорошему младшему брату что бы не помочь? В обмен на военный договор, конечно, – скоро нам понадобится помощь с Таносом. Локи немедленно развеял мои планы. Заявил, что за трон пусть старший борется, а ему не интересно. Предположил, что у Тора осталась сеть своих агентов в Асгарде, – узнает о перевороте, вернется. А ему совсем не интересно. Ну, допустим. Что же тогда интересно? И что делать с безумным титаном? Локи же сам описал, как Бальдр отдал Таносу перчатку в обмен на помощь читаури в перевороте. Бог тут же успокоил, что до полного сета камней там еще далеко. В благодарность за спасение вызвался помочь, чем сможет. Звучал как супергерой, я уставилась на него. Локи удивлялся взаимно. Как я ни старалась, замечал мои реакции. Смущался ими, о чем-то задумывался с огорчением. Изящные манеры, которых он держался, отняли последние оставшиеся после падения силы. Но даже измотанный Локи не начал огрызаться. Маска, если это была она, не спала. Отвечать на миллион его улыбок устали щеки даже у меня. Я решила на сегодня закончить и велела Локи поспать. Сказала, что посижу с ним, пока он не уснет, прозвучало почти заботливо. И Локи доверчиво провалился в сон. Не поддельный, с ровным дыханием и неподвижностью ресниц, за которыми я долго следила. Наверно, тогда я ему поверила. Ведь трикстеры при посторонних расслабляться не умеют, образ мышления не позволяет. Я пообещала себе еще зайти, с мороженым.