one evening.

      Погода сегодня выше всяких похвал. Джебом с улыбкой смотрит на голубое небо, жмурясь от лучей солнца. Под вечер уже не так душно и жарко, как днем. Самое время для прогулки, в общем.       Не только он один так считает. Сегодня на площади людей больше, чем обычно. Они смеются и улыбаются, прямо как Джебом. Тоже наслаждаются этим вечером. И ничего в этом такого нет. День, когда людская угрюмость исчезает хотя бы ненадолго, должен был наступить. Видимо, это он и есть.       Им проходит между компаниями. Он никого не знает, да и вообще один сейчас, но это никак не тревожит. Ему нравится быть одному. Бродить в одиночку, наблюдать за жизнью других людей или природой.       А потом, вдохновившись, писать. Музыку, чаще всего, без какого-либо текста. Не то чтобы он не умел, наоборот, просто на данный момент инструментальные композиции импонируют ему больше.       Наедине с собой ему комфортно. Никто не мешает, не жужжит над ухом, а еще не мешает работать. Только ты и твои мысли. Конечно, даже у этого есть свои минусы, но Джебом настолько привык, что не обращает на них внимания.       Он любит тишину, но и городской шум ему тоже нравится. Его в какой-то степени тоже можно считать тишиной. Потому что в большом и многолюдном Сеуле только он и есть. Даже ночью ничего не затихает, жизнь кипит круглосуточно. Джебому сначала дико некомфортно было, потому что у него в родном городе все с точностью наоборот. Но со временем можно привыкнуть. ***       Как-то неожиданно даже для самого себя, спустя некоторое время, он отходит все дальше и дальше от площади. Людские разговоры не слышны так четко. У Има ощущение, будто собственный слух пропадает.       В такие дни сложно найти действительно тихое место. Но он находит. И это так необычно, потому что вокруг действительно ни души, лишь зеленые деревья и трава. Джебом определенно этого места не знает, поэтому оглядывается как маленький ребенок. Вероятно, это какой-то парк. Почему же раньше он не знал о нем? Какое упущение.       Проходя все дальше и дальше вглубь, Джебом немного боится потеряться. Нет, из парка-то, конечно, в любом случае можно найти выход. Но лучше бы вернуться обратно, потому что до дома будет не так далеко, а не плутать по улочкам огромного города в поисках какой-нибудь остановки, чтобы в итоге добраться домой, когда стемнеет.       В какой-то момент, Им улавливает, будто кто-то еле слышно перебирает струны гитары. Ему кажется, что это снова слух подводит, что просто померещелось, но чем дальше он идет, тем четче становится звук. Значит, не кажется. Неужели, здесь есть кто-то еще?       Видя сначала очертания, а потом и силуэт парня, сидящего на скамейке с гитарой в руках, Джебом понимает, что действительно есть. И это удивительно.       Парень не замечает его, даже когда Им подходит достаточно близко. Перебирает струны, прикрыв глаза, и улыбается.       Джебом никогда бы не подумал, но он зависает. Зависает, потому что незнакомец улыбается так, что мурашки по коже. Потому что улыбка искренняя и очень довольная. Этому парню действительно доставляет удовольствие то, что он сидит здесь совершенно один и играет на гитаре.       — Боюсь тебя разочаровать, но я давно заметил, что ты стоишь и смотришь на меня, — раздается как-то слишком внезапно. Им вздрагивает от испуга и хочет уже извиниться, но незнакомец продолжает. — Нравится?       — Да… — выдыхает, улыбаясь. Он стоит как дурак, не зная что делать. Отчего-то ему очень неловко.       — Так присаживайся, чего стоишь, — у него глаза все еще закрыты. Джебом невольно думает, что этот парень, должно быть, слепой. Но рядом все равно садится.       — Меня Енджэ зовут. А ты? — парень от гитары не отвлекается, наигрывая уже что-то более похожее на мелодию, а не просто перебирая струны.       — Джебом. Ты уличный музыкант?       — Ага.       — А почему здесь один сидишь?       — Мне тут больше нравится. Людей, проходящих мимо, можно по пальцам пересчитать. Это место не особо популярное, поэтому я люблю его.       — Но… Почему? Ты ведь не-       — Нет, я не слепой, — смеется. У Джебома снова мурашки, потому что Енджэ смеется очень мягко и тепло. Будто сейчас укутает тебя в одеялко и поцелует в лобик. — Просто здесь спокойнее, если честно. Я тут для себя играю, а не для кого-то. Ты как здесь оказался?       — Прогуливался и оказался здесь.       — Впервые?       — Да.       — Ты, как и большинство, — хмыкает. — Сюда никто осознанно не приходит. Посидишь или пойдешь дальше?       — Посижу, пожалуй. ***       Джебом никогда не думал, что с каким-то парнем с гитарой будет так увлекательно. Енджэ веселый и очень интересный человек. У него историй много, которые он одну за одной рассказывает своим прекрасным голосом под гитару, а еще иногда напевает что-то.       Они сидят так до самой ночи, а потом расходятся, но договариваются встретиться тут же завтра. Енджэ говорит, что сидит здесь чуть ли не весь день, так что можно приходить в любое время. И, на всякий случай, до нужного выхода из парка провожает, откуда до дома идти минут десять максимум.       Иму кажется, что тот не особо верит, что на следующий день они снова встретятся.       Тем не менее, Джебом приходит. И на следующий день, и всю неделю в принципе. Приходит то под вечер, то днем, а иногда и вовсе утром. Енджэ и не против, кажется. Он улыбается постоянно и на гитаре играет, пока они болтают.       Удивительно, но общих тем находится много. Енджэ тоже музыкант, только не самоучка, а учился в музыкальной школе (правда не помнит абсолютно ничего). Он помимо гитары еще на пианино играет, лирику пишет. В общем, очень и очень талантливый.       Одним вечером они даже договариваются попробовать сделать что-то вместе, только вот руки никак не доходят.       Но Джебом уверен, что когда-нибудь это непременно случится. ***       — Хен, — говорит Енджэ как-то раз, когда с их первой встречи прошло уже точно недели две. — Почему ты постоянно приходишь ко мне? — вопрос слегка неожиданный, потому что они буквально мгновение назад разговаривали о том, что Рапунцель — лучшая диснеевская принцесса, а тут такое.       — Честно? — улыбается. Младший вслед за ним. Он вообще как-то раз говорил, что улыбка у Джебома очень красивая и заразительная.       — А ты когда-нибудь мне врал?       — Справедливо, — хмыкает. — На самом деле, не знаю. Я вообще не особо люблю людей, мне одному комфортно, правда. Но с тобой хорошо. Ты приятный, интересный, мне нравится общаться с тобой.       — Что-нибудь еще?       — Разве нужны какие-либо еще причины?       — Справедливо, — парень откровенно передразнивает. Джебом смеется и голову на чужое плечо кладет.       — Почему ты спросил?       — Не знаю, — Енджэ хохочет громко, потому что это все, должно быть, глупо выглядело. Его громкий смех чуть ли не эхом раздается, по глуши вокруг. Возможно, что кто-нибудь и впрямь мог его услышать. Но какая разница? — Мне просто стало интересно.       — И ты решил с разговора про Дисней перейти на это? Ты странный, Енджэ-я, — Джебом смотрит на ночное небо, усыпанное звездами, слушает какую-то из, кажется, тысяч мелодий, сочиненных младшим, и чувствует себя самым счастливым. Потому что ему так нравится быть здесь, рядом с Енджэ.       — Ты только догадался? Я думал, что ты понял это, еще когда увидел меня здесь в первый раз.       — Нет, тогда ты показался мне интересным.       — А сейчас я больше не интересен тебе?       — Я бы сказал, что еще больше, — и больше ничего не говорит. Енджэ тоже молчит, видимо, понимая все без лишних слов.       Они и не нужны. ***       Удивительно, но до студии им все же удается добраться. Только спустя еще, кажется, пару недель, но это ведь совсем не важно.       Енджэ такой счастливый, что чуть ли не светится, а Джебом немного волнуется, потому что впервые за долгое время собирается работать с кем-то, а не в одиночку. Но все должно пройти гладко, потому что он готов уступать, да и предпочтения у них схожие.       Енджэ любит спокойные песни, большую часть времени пишет печальные баллады, но не рассказывает — основаны они на реальном опыте, или он просто написал под настроение.       Но, откровенно говоря, баллады у него очень красивые. Потому что мало того, что на пианино он играет просто замечательно (на нем действительно долго учился, а на гитаре, как оказывается, начал играть относительно недавно), так еще и голос у него красивый до безобразия и к данному жанру идеально подходит.       В общем, Джебом остается в огромном восторге, пока младший смущенно сжимается на своем стульчике.       Ему, кстати, песни Има тоже очень нравятся. Он включает как совсем новые, что только инструментальные, так и старые, когда нигде кроме RnB он себя не видел. Удивительно, но последние даже самому Джебому нравится снова начинают. Он даже решает как-нибудь вернутся и попробовать что-то в этом жанре снова. ***       В итоге они с точным жанром совместной песни так и не определяются. Решают, что посмотрят по ходу дела.       Большую часть текста пишет Енджэ, а потом они вместе корректируют. Джебом невольно загорается, потому что у младшего вдохновение прет, а еще он весь такой сосредоточенный и уверенный в своих формулировках и мыслях. Это поражает и восхищает. Признаться честно, старший думал, что все будет наоборот, но при работе над музыкой парень действительно какой-то другой человек.       Они даже не замечают, что работают не только весь вечер, но и всю ночь напролет. Думают, сочиняют, общаются и наслаждаются обществом друг друга. И это так комфортно и уютно, совсем не так, как при работе над музыкой в одиночку.       Так намного лучше. Но Джебом уверен, что лучше именно из-за того, что это Енджэ, а не кто-то другой. ***       Им не сразу замечает, но младший засыпает. Он просто хотел спросить у него совета насчет темпа, но обнаружил парня тихо сопящим на маленьком диванчике.       Енджэ так сжался на нем очаровательно, чтобы поместиться, но это его, кажется, совсем не волнует. Джебом тепло улыбается и подкатывает на своем стуле к нему поближе. Смотрит на очаровательно приоткрытый рот и подпертую рукой щеку.       Если честно, самому спать хочется просто ужасно. Но спящий Енджэ такой миленький и маленький, что смотришь на него, смотришь, и никак перестать не можешь.       — Хватит смотреть на меня влюбленными глазками, — резко говорит он, совсем тихо и мягко, легко улыбаясь.       — У тебя какое-то шестое чувство или что? Как ты видишь с закрытыми глазами?       — Это секрет, — хихикает. Божечки, у Джебома сердце от всего этого очарования не выдерживает. — Спать хочешь, да?       — Хочу.       — Тогда по домам? — приоткрывает глаза, сонно смотря на старшего.       — А зачем? У меня дом в пару минутах ходьбы отсюда. Тебе идти намного дольше.       — Это ты меня так ненавязчиво отпускать не хочешь? — Енджэ хитро улыбается, а Им смеется.       — Предположим, что так. Пойдешь домой или ко мне?       — Даже не знаю, — зевает, вставая с дивана, и разминается. — Если позволишь кое-что сделать, скажу.       — Давай, — Джебом трет глаза и смотрит на младшего в ожидании.       А тот целует его в щеку, очень нежно и аккуратно. Старший невольно расходится в широкой улыбке.       — К тебе.       — Погоди, — поворачивается на стуле и, приподнимаясь, чмокает Енджэ в губы. Тот смущенно улыбается и чуть краснеет. — Теперь пошли. ***       Джебом в один вечер просто прогуливался по городу, а нашел идеального для себя человека.       Песню они доделывают полностью. А после нее еще одну, еще и еще.       Столько удовольствия от сочинения музыки Джебом еще никогда не получал.