Глава 1. Подхвачен ангелом
25 декабря 2018 г., 22:49
***
Понедельник. Вечер… На ещё совсем недавно безмятежном и спокойном небе закружились хмурые, свинцово-серые тучи, задавившие солнце своей тяжестью. Светило, как будто растерявшись, совсем скрылось за их тяжёлыми боками… Сверкнула молния, а через несколько секунд невдалеке пророкотал гром, подтверждая своим ворчанием, что вот-вот на землю обрушится ливень. Люди, начинают суетиться. Кто вытаскивает свои зонтики и раскрывает их, а кто закрывает голову от неба обычным портфелем, стремясь поскорее спрятаться от неотвратимо надвигающегося дождя. Вот первые капли дождя упали на землю, впитываясь в сухой тротуар... Но следом за ними уже летят другие капли, их становится всё больше, они сталкиваются боками, суетятся, теснятся и толкаются — каждая стремится поскорее, желательно самой первой упасть на разгорячённую солнцем поверхность земли, тротуаров и домов. Все хотят быть первыми — ведь именно о первых каплях дождя пишут писатели. В крайнем случае, о последних — но никто не пишет о тех каплях, что упали в самый разгар дождя. Дождевых капель уже так много, что они сливаются в сплошные потоки и дождь расходится, уже льёт, как из ведра. — Синоптики же ничего не говорили о дожде,— подметил недовольный Александр Уоркфилд, подходя к машине. Дождь ограничивал обзор и просачивался через дорогой утюженный костюм, а под ногами хлюпали лужи. Александру не мог не вздыхать, думая о подаренные женой новеные туфли. — Тебя подвезти? — спросил Александр, заметив проходящего рядом Лари, накинувщего на пиджак на голову. Хотя это ему и не особо помогало. — Ой, нет, не стоит, спасибо! Я живу совсем недалеко, а тебя, небось, жаждалась семья? — глупо улыбаясь, Лари Оксфрид резко побежал к ближайшей автобусной остановке, не обращая внимания на то, что совснм испачкает штаны. — Странный он. Ладно, как хочет, — пожав плечами, парень сел в машину. — Быстренько домой, а там сразу в горячую ванную! Машина отъехала от парковочных мест, но не уйдя далеко, остановилась из-за красного света светофора. Неожиданно для Александра, раздался скрип шин и он почувствовал боль, словно от столкновения со стеной. Бух Произошла авария. Дорогой спортивный автомобиль, которым, как окажется, управлял сын местного чиновника, на полной скоросьи врезался в машину Александра. Он скончался прежде, чем успела приехать помощь.***
1970 год. Город Лос-Анджелес. В один январский вечер, по тёмной улице бежала женщина, прижимая к груди свёрток ткани. — Бежать... Бежать! — повторяла она, словно читая мантру. Наконец придя к крыльцу непримечательному дома, она остановилась. Женщина прикрепила к свёртку бумажку и внимательно осмотрелась, смотря, нет ли ничего подозрительного. Решив, что всё в порядке, она поцеловала младенца в свёртке. — Вырасти хорошеньким мальчиком, — у неё задрожал голос, а на краю глаз стояли слёзы. — и будь послушным сыном. Хоть твой отец и дурак, но он не плохой. Она положила сверток с спящим ребёнком перед дверью, быстро нажала на звонок и побежала как можно дальше от этого места. Но спустя пару шагов её живот что-то пронзило. — Не надо... — харкнув кровью, женщина с широким глазами смотрела на копьё, торчящее из её тела. Светящееся, издающее странный звон и, на вид, созданное из света. Тело мигом потеряло силу, обмякло, и она упала на землю. Над телом убитой нависла тяжёлая фигура в блестящих латах и белыми, ангельскими крыльями за спиной. Оно заговорило механическим, почти безжизненным голосом: — Бег? Быссмысленное действие, под стать твоей слабой расе. Праведная месть всегда насьигает врага Небес. Это был не просто слова, а констатация факта. Столько уверенности было в них. Под ногами говорившего и трупа засиял светом круг, с причудливыми узорами внутри. На миг их тела обдало светом, и они исчезли, будто их здесь и не было. Скрипнула дверь, и из дома, держа бутылку дорогого коньяка и с заспанным видом, вышел средних лет мужчина, с бородкой и золотой чёлкой. — Дети, что ли, балуются? — вслух задался вопросом Азазель, ищя по сторонам позвонившего в дверь. Не найдя никого взглядом, Азазель, пожав плечами и сделал глоток коньяка, уже собираясь войти обратно домой, как вдруг, заметил на земле свёрток. — А... ха-а-а?! — не сразу поняв, что перед ним лежит, Азазель от удивления чуть не выронил из рук бутылку. Не каждый же день вы обнаруживаете перед дверью своего дома подкидыша. Быстро протрезвев с помощью магии, он просканировал эту и ещё пару соседних улиц. Кто бы ни оставил ребёнка, он врядли человек, раз уде успел уйти или смог скрыться от генерала-губернатора Падших Ангелов. Чуть помявшись, Азезель слегка дрожащими руками поднял с земли ребёнка, словно он был самой хрупкой вещью в мире. Факт того, что он давно не держал детей, давал о себе знать. Проверяч магией ребёнка, он вошёл в дом и сел с на диван в гостинной. Азазель назмурился, сразу заметив несколько интересных вещей. Первое: ребёнок полукровка — полу-человек, полу-падший, и похоже, у него приобладает человеческая кровь, раз при ощупывании спины у него нет ни намёка на крылья. Второе: на его ещё маленьком ядре была не качественная печать, подавляющая силу, и похоже, в будущем у него из-за этого будет не особо большой резерв энергии. Даже если убрать печать, ядро останется поврежденным. Третье: на нём не было никаких ментальных блоков, и тому подобных штук. В общем, "обычный" младенец, что радовало, но... он был с искрой! Пока что слабая, не пробуждённая сила, отдающая негативом. Без сомнений, это был Проклятый Механизм типа Независимый аватар. Несмотря на то, что Григори довольно таки долгое время следили за владельцами Проклятых Механизмами, это второй раз, когда они не конфликтуют с одним из них. Вот это удача! Только недавно были замечены такие Проклятые Механизмы как: «Безумный Поезд», «Адские путы», «Охота Париса», «Король Мидас», и обнаруженный только что «Блэк Велвет». Проклятые появляются и пробуждаются крайне редко. После обнаружения, их обычно пытаются устранить, потому-что большая их часть представляет угрозу. Как для сверъестественного мира, так и для мира людей. Чаще всего на один век приходится максимум три человека, обладающих Проклятыми Механизмами, но что бы пять! Это настораживало. — Кстати, — падший решил отложить тревожные мысли на потом и сосредоточился на малыше.— я же не знаю твоего имени. На его слова ребёнок моргнул и издал "уа!". — Ну, звать тебя "Уа" я не буду. Хм, что тут? Азазель взял бумагу, которую прикрепили к свёртку, и начал читать. — Хо? Малой, кажется, здесь твоё имя, — улыбнувшись, падший и не ожидал того, что будет дальше. — Т-а-а-ак, посмотрим! «Хараде Александр, твой сын»... Чего? — Уа? — Шемхазай и Пенемуэ меня убьют. [To be continued...]—>
