Подросток и шизофреник, что может быть лучше?

Не всегда жизнь идет по плану, бывают проблемы, разногласия и без этого никак, иначе вся жизнь шла циклом или списком дел. Но этой истины видели не все. Уэйд не первую жизнь живет, много видел, слышал, знает что и зачем. Жизнь была бы некчемна, только было одно "но", и это "но" звали Питер Паркер; его милый паучок, который заставлял просыпаться по утрам и следить за подростком, нет, Уилсон не хотел его убивать, он хотел его любви и только. Прошло больше года как они познакомились, возможно Питер еще маленький шестнадцатилетний подросток, коим он себя не считал, а наоборот "достаточно взрослым, уравновешенным и самостоятельным для защиты города", именно так говорил Питер, который не мог уследить за собой сам и порой вместо Тони или Стива это делал Уэйд, да он наёмный убийца, но он не нёс никакого вреда для Пити-боя. — Смотрите парни, здесь такая булочка, в такое позднее время, почему же? Твои папочки могут снова наказать и посадить под домашний орест, и я не смогу увидеть твои шикарные ножки в латексе... - Пул жмет руку к груди, где находится сердце и отбивает бешеный ритм при виде него. — Прекрати, Уэйд, ты же знаешь что у меня и так домашний арест... Кхм, ты когда нибудь заткнешься о моих ногах и..и... другом... - Питер картинно вздыхает, срывает с себя маску и глубоко вдыхает свежий воздух. — Ау, спайди ты разбил мое сердце, но ты бы мог соединить его поцелуйчиком - наемник плюхается рядом со своим маленьким любимым спайди, показушно дует губы, хотя понимает что спайди если поцелует, то только не него. Питер долго смотрит на Уэйда, молчит, после чего задает слишком резкий вопрос из-за которого Уэйд даже в ступор впал. — Уэйд, ты меня любишь? - Уилсон молчит, не двигается, кажется что даже не дышит; Паркер заглядывает в белые глаза на маске, будто бы её и вовсе нет, читает душу и тезрает ее этим вопросом. - Уэйд?… — Кхм, Пити-бой, любовь разная бывает, ты умный мальчик, знаешь об этом. Зачем спрашиваешь, если знаешь ответ? — Мне нужно знать это. Скажи пожалуйста. - Настолько странное поведение подростка пугает, но так же сильно и притягивает, как яблоки в саду у Бога; запрещено, но так желанно. Повисает неловкая тишина, после чего наёмник поворачивается к герою глубоком и без всяких придуриваний и остального, чуть притягув к себе Питера за шею, тихо и нежно произносит те слова, которые греют что-то в груди, дают надежду на сумашедшую и безусловно счастливую жизнь. - Да, Питер, я люблю тебя. — И я тебя люблю, Уэйд... Молчать о своих чувствах не всегда хорошо, а точнее никогда не хорошо. Питер знал о любви Уэйда, а Уэйд о любви Питера, только они так много молчали, но теперь у них много времени на друг друга.