Don't give up!

«Сегодня все будет отлично, » -эту фразу Луи проговаривал в уме каждый божий день как молитву, когда брался за ручку входной двери школы. Выпускной класс оказался для парня настоящим адом: Луи часто теперь прогуливал уроки; потом, краснея, шел с мамой к директору, а вечером выслушивал её нотации. Она-то, наивная, была уверена, что он попросту влюбился не ко времени. Конечно, Джоанна была в курсе симпатий сына и поддерживала его как могла. Но три её работы оставляли им все меньше времени на общение. Луи честно пытался настроиться позитивно, прямо как учила мама, но в душе он знал, что с гомофобами ему в одиночку не справиться. Вдох — выдох, шаг в вестибюль как в бездну. Проще всего спрятать глаза и непрошеные слезы, опустить плечи и бегом бежать в раздевалку, ни с кем не здороваясь, и вуаля — школьный день начался. Уже почти год парень был совершенно одинок, от него отвернулись все друзья. Жизнь круто изменилась и галопом понеслась с горы после одной несчастной сентябрьской вечеринки, которую он мечтает выбросить из памяти. А ведь ничего бы не случилось, не заметь его там в темном уголке, зажимающего парня. Их сладкий поцелуй застукал бывший лучший друг Луи — Джек, который тут же растрепался об этом окружающим. Подвыпившие приятели смеялись, тыкали пальцами и обзывались. Луи начал глупо оправдываться, но сбился и убежал с вечеринки в ночь. С того дня все в мире Луи изменилось. Как пожар сжигает сухую траву, так эта нехитрая новость разносилась по школе, превращая жизнь парня в беспросветный мрак. Луи старался показать характер, он не собирался сдаваться, попытался поговорить с друзьями, но они просто разворачивались и молча уходили. Поначалу, Луи очень злился и не понимал что же страшное произошло? Потом, парню стало грустно и обидно из-за того, что его друзья не захотели принять его таким, каков он есть. Луи просто смирился и отпустил эту ситуацию. Друзья, конечно, были самой важной частью его жизни, а теперь их нет. И точка. Нужно жить дальше, попытаться найти новых. Появление в школе для парня стало пыткой: Луи стали сопровождать смешки, грязные шуточки, обидные прозвища. Каждый день теперь приносит новую боль и испытания, но парень крепится и не жалуется матери. Она же и так переживает за него, ведь успеваемость сына скатилась до троек. Луи верит, что все со временем наладится и он найдёт новых друзей. И, если повезет, любимого. Но об этом совсем не хотелось думать, жизнь и так била ключом, в основном, по голове. *** Луи сидит на задней парте абсолютно один. Анатомия — его любимый предмет, но сейчас на последнем уроке он очень далеко мыслями от класса и строгой учительницы: он мечтает об парне, которого увидел пару дней назад. Закусив кончик карандаша, Луи прикрыл глаза и совершенно отключился от происходящего. На внутренней стороне век замелькали такие соблазнительные картинки, что анатомия совершенно не влезала в голову, несмотря на близость экзамена. *** Flashback Возле кассы нового кафе, которое так удачно открылось совсем рядом с домом, Луи сквозь чистенькое витринное стекло приметил краем глаза прекрасного кудрявого парнишку и притормозил. Подойдя поближе, почти прижавшись носом к стеклу, Луи смог разглядеть прекрасное создание. Это был высокий, с тонкой талией и бесконечными стройными ногами, с ямочками, которые появлялись на щеках при каждой улыбке, и с прекрасными, мягкими даже издалека, волосами. Их так и хотелось намотать на палец и слегка потянуть к себе. Парень был смешлив и его громкий голос доносился до Луи даже сквозь полуоткрытую дверь кафешки. Все это Луи, засмотревшись, охватил в один момент и Амур за его левым плечом наверняка довольно захихикал. Парень застыл столбом перед витриной, а бог любви, хохоча, всаживал стрелы в его бедное влюблённое сердце. **** Прозвенел звонок. На автопилоте Луи записал домашку и, пребывая в сладких мечтах, легкой походкой вышел из школы. Он всерьез собирался заглянуть в новое кафе и хоть издалека еще раз взглянуть на кудряша, а если повезет, то и узнать его имя. Это пока казалось невыполнимым, но попробовать стоит: а вдруг Луи ему тоже понравится? Луи хмыкает, ловит свое отражение в зеркале раздевалки. Ну, а почему нет, он вполне симпатичный парень, попа великовата конечно, но если надеть новую длинную футболку… В раздумаях, Луи сбежал по ступенькам школы и тут его резко сзади дёрнули за капюшон кенгурушки и потащили за школу. От неожиданности парень даже и подумал сопротивляться. А потом начался кошмар: старшеклассники повалили его на землю и стали пинать ногами, выкрикивая «педик», «заднеприводный», «такие как ты не должны жить»… Луи от унижения не издал ни звука, стараясь прикрыть голову от ударов, он ждал помощи, но никто из проходящих школьников не захотел вмешаться. И это было самое ужасное — он был одинок, избит, унижен. Парни убежали, а он, сидя на заплеванном асфальте и утирая кровавые сопли, всерьез поклялся себе, что он изменится. Что он станет натуральнее всех натуралов в округе. Мечты о кудрявом парне были затоптаны в эту пыль и смыты этой кровью, что сочилась из разбитой губы. В окне на втором этаже мелькнуло удивленное лицо директора и парень спешно поднялся — не хватало еще разборок с директором. Луи с трудом добрался домой: такого грязного его не пустили в автобус и он плелся пешком. Тихонько открыв дверь, парень на цыпочках прошлепал в ванную, где сняв одежду, подошёл к зеркалу и моментально отшатнулся в ужасе: все его тело наливалось гематомами, нижняя губа была разбита. Опустошенный, Луи медленно опустился на колени, а потом и вовсе лег на пол и, наконец, с облегчением заплакал. Слезы приносили облегчение, смывали плохие мысли и обиду. Парень искренне не понимал почему к нему так относятся. На дворе 21 век, век толерантности, но больше на словах, по-видимому. В школе Луи никогда не выставлял на показ свою ориентацию, не навязывался и не приставал к парням. Вечеринка была скорее пробным вариантом и ничего кроме боли ему не принесла. И сейчас, лежа на полу в ванной, парень жалел себя, плакал и растравливал свои душевные раны. **** Луи пришел в себя нескоро. Его отчаяние зашкаливало, если бы в ванной нашлись острые предметы, он наверное смог бы вскрыть себе вены. Будучи в стрессе, он не помнил как попал сюда. Он приоткрыл дверь и позвал маму. Не дождавшись ответ, он понял, что дома один. Луи украдкой достает из маминого шкафчика успокоительное и выпивает сразу две таблетки. Принимая теплый душ, Луи привычно запел. Петь в одиночестве он очень любит, гордится своим слухом, пение всегда помогает улучшить себе настроение. Его необычайно красивый голос похож на арабский щербет, но петь на публике Луи стесняется. А еще, у него есть заветная тетрадь, в которую он записывает свои стихи и мелодии, может, когда-нибудь он споет свои любовные песни особенному человеку. Может быть. Выйдя из ванной, парень почувствовал себя лучше, и вспоминая о своей дурацкой клятве, он только усмехнулся. Еще посмотрим, кто кого. Луи отчетливо услышал недовольное бурчание пустого желудка и прямо босиком, в одном полотенце пошлепал на кухню, где холодильник встретил его белой пустотой. Голод — лучший стимулятор активности, и Луи решает перекусить в новом кафе неподалёку, благо что деньги на карточке есть. Заодно, чтобы улучшить настроение, он сможет познакомиться все-таки с симпатичным кассиром. А если повезет, то и поговорить с ним. И ничего, что лицо в синяках, придумает что-нибудь. Зайдя в кафе, парень подмечает, что оно очень уютное и народу в нем немного. «Можно забиться в темный уголок и понаблюдать, » — Луи снова застыл на месте: возле кассы он видит того самого парня и вблизи он выглядет ещё привлекательнее. Несмотря на то, что накануне Луи поклялся себе, что он станет натуральней всех натуралов, парнишка застывает на входе и не может налюбоваться кудрявым чудом: ментолового цвета рубашка кассира задирается и Луи видит большую звезду на левом плече. И это самое эротичное, что Луи видел за свою жизнь. Он ловит себя на мысли, что готов лизнуть эту звезду, чтобы попробовать кожу парня на вкус.  — Эй, парень, ты будешь что-нибудь заказывать, или дальше будешь пялиться? — с улыбкой обращается к нему незнакомец.  — Я…я, — Луи не может выдавить ни слова. Он покраснел, явно смущённый, — Ванильный латте за дальний столик, пожалуйста. И номер твоего телефона. Тоже пожалуйста, — уже тише добавляет он. — Эй-эй, осади. Твой чек. Иди, садись, — одна бровь парня вопросительно поднимается вверх. « Неужели он прочел мои мысли?» — с этой абсурдной мыслью Луи на деревянных ногах разворачивается и топает к самому дальнему столику. Щеки полыхают красными пятнами, футболка прилипла к спине, и что…? «Я флиртовал с парнем? Посреди кафе? При всех? Да о чем я думал, елки-иголки, вокруг же знакомые и они уже навострили уши?!» — в голове Луи гудело. Уткнувшись в телефон и опустив голову пониже, Луи старается сделаться еще меньше и даже дышать потише. За соседним столиком шушукаются и хихикают две его одноклассницы и это — очень плохо. Луи от стыда даже глаза прикрыл. — Твой заказ, — неожиданно громко прозвучало над ухом. Луи подпрыгнул и растерянно улыбнулся. Он молчал, не зная, что делать дальше: уши за соседним столиком стали намного длиннее. Его сердце билось как бешеное и, видимо, не собиралось успокаиваться. Кудрявый усмехнулся, сверкнул ямочками, и отошел, словно давая время прийти в себя. Время текло сонно и медленно. Наблюдая за посетителями и украдкой за кассиром, Луи расслабился и даже начал улыбаться. «Слишком многое произошло сегодня, » — размышлял он, когда кудряш снова возникает у него за спиной. — Откуда синяки? — Упал со скейта. А ты катаешься? — Ты о чем? Я в своих ногах иногда путаюсь. Я, кстати, Гарри,-кудрявый снова улыбается. — Луи, — пожимая руку Гарри, парень замечает, что рука кассира огромна по сравнению с его крошечной ладошкой. Она была теплая и с мозолями. — Мне приятно познакомиться, Луи. Я видел тебя позавчера на улице и ты меня рассматривал, — Гарри садится на стул напротив и снимает свой фартук, — а зачем? От смущения Луи пытается заползти под стол, молясь про себя, чтобы уходящие одноклассницы не слышали их разговор. Гарри со смехом хватает его за плечо и удерживает на стуле. — Ну перестать стесняться. Кроме тебя тут никого нет и я просто пытаюсь познакомиться с тобой. Мне девятнадцать, а тебе? — Шестнадцать, — Луи чувствует свое трепещущее сердечко в горле. Ладонь все еще ощущает тепло пожатия Гарри и мыть ее не хочется минимум неделю. « Гарри? Надо же, как красиво. Как бы мне спросить гей ли он?» — мысли Луи путаются, в горле у него пересохло и даже латте особенно не помогает. Делая большой глоток из чашки и собираясь с мыслями, Луи рассматривает из-под длинной пушистой челки это прекрасное создание, любуясь ямочками, кудряшками, улыбкой… « Нужно его как-нибудь прогнать, » — струсил Луи-натурал. По крайней мере он хочет в это верить. -Эй, Лу, ты здесь? — Гарри машет руками перед носом у Луи, пытаясь привлечь внимание. -Прости, задумался. Как ты меня назвал? — Тебе не нравится, Лу? Ну ладно, я видимо помешал твоим мыслям. Ты придешь сюда снова? Ещё увидимся, -Гарри развернулся к кассе, где стояла девушка, ожидая его, чтобы что-нибудь заказать. — И еще, Лу, я вижу треугольник на твоей щиколотке, и да, я — гей. « Ну и денек, » — думает Луи, прежде чем вылететь из кафе и ощутить безграничное счастье.