Старолуние

На крыше высотки стоит девушка. Охристо-зелёные глаза неотрывно смотрят на узкий серп месяца сквозь бегущие облака. Старолуние. - Что Вы можете о нём рассказать? О его друзьях? - О его друзьях почти ничего. Он нас не знакомил. По крайней мере меня с ними. Так только, "эй, ты". Даже лица сейчас не помню. - А о нём? Он же был ваш друг? Или... - Друг. Любовник. Чёрные волосы падают на плечи, сливаются с толстовкой-худи. Девушка буквально растворяется во мраке ночи. Осколок луны света почти не даёт, а звёзды надёжно укрыты облаками. - Как долго вы встречались? - Полгода. - Вы знали, где он живёт? - Нет. Он всегда приходил ко мне. - Где вы встречались? - У меня. В парке около дома. Всё. Девушка делает шаг к краю крыши. Смотрит вниз сквозь ночную мглу. Качает головой, отступает назад. Смотрит вдаль, на гистограмму города. Кое-где видны огни. Надо же, в такой поздний час кто-то ещё не спит. - Вы знали его секрет? - Что он оборотень, если можно так выразиться? Да. - Он вам предлагал? - Стать такой же? Да. - Что Вы сказали? - Ничего. Я сказала, что подумаю, потом он исчез. Сразу же. - Исчез? - Да. Не пришёл на встречу. Я даже его номера не знала. Ушёл под воду, если можно так выразиться. - Вас понял. Как давно это произошло? - Год назад. Мужчины в форме переглядываются. Один кивает. - Спасибо, Вы очень нам помогли. Пожалуйста, в ближайшее время не уезжайте из города. Вы можете нам понадобиться. - Хорошо. Девушка невесело усмехается, вновь переводя взгляд на месяц. Она дала показания. Против него. Главаря террористической группировки "Волки". Мало кто знал, что это на самом деле были оборотни. А те, кто знал - в большинстве своём боялись. А на соглашение с властями и службу оборотни не согласились. И их объявили вне закона. Полгода назад. Через полгода после его исчезновения. Он просто бросил её. Хотя обещал. О, Алекс много чего обещал, когда она плакала на его плече после смерти матери. И наплевал на всё. А она продолжала ждать. Даже когда это не имело смысла. Портал лучше всего открыт в полнолуние. И ещё об одном месте встреч она всё-таки умолчала. Здесь, на крыше её дома. И даже сейчас она ждёт его. Ждёт, чтобы он пришёл. Удержал её от того, что она хочет сделать. Так, как он умеет. Потому что, предав его, она предала себя. Свои "принципы". Как же всё-таки прав был Женька*, говоря, что без них проще жить. Потому что с ними жить порой невозможно. Девушка оборачивается, окидывает взглядом площадку и замирает, наткнувшись взглядом на человеческий силуэт на месте некогда пустоты. Парень, короткие тёмные волосы, тёмная одежда, тускло отсвечивающая кожа куртки. Девушка сглатывает ком в горле, жёстко и устало усмехается. - Обязательно, чтобы ты пришёл, давать против тебя показания?