Я - Гермиона Грейнджер.

Пять лет спустя. Гермиона поставила праздничного гуся на стол и отошла к кухонному гарнитуру. Девушка не могла поверить тому, что всё так хорошо. Вот Доротея с её парнем Лео сидят и о чём-то мило шушукаются, Блейз и Дафна счастливо улыбаются, смотря как их старшая дочка Азалия целует маленького сына Маркуса, Гарри и Джинни что-то весело обсуждают, а дети Скорпиус, Джеймс и Альбус раскрывали рождественские подарки. Гермиона утерла маленькую слезинку счастья и улыбнулась. — Беременность сделала тебя слишком эмоциональной, — обвивая руки вокруг большого живота Гермионы, сказал Драко. — Значит, наша малышка тоже будет эмоциональной. — То есть, если я спрошу у неё, как дела, то она кинет в меня тарелку? Гермиона слегка ударила Драко по плечу и рассмеялась, вспоминая тот день.

***

Вторая беременность давалась Гермионе намного сложнее первой. Токсикоз преследовал её уже больше месяца и даже не думал прекращаться, а настроение бывшей гриффиндорки менялось по щелчку пальца. После проведённой ночи в обнимку с туалетом, Гермиона пошла на кухню и, пытаясь хоть чем-то отвлечь себя, решила приготовить свой любимый завтрак. Но тут не совсем вовремя на кухне появился Драко. Увидев бледное лицо жены он спросил: — Гермиона, как дела? С тобой всё в порядке? Выглядишь не очень хоро… Девушка резко развернулась и, схватив тарелку со стола, кинула её в мужа. Благо у него была хорошая реакция, и он сумел уклониться. — Не беси меня, Малфой! — гневно крикнула Гермиона, сверкая потемневшими от гнева глазами. Малфой кивнул и удачно ретировался с кухни, но уже через несколько минут вернулся с букетом любимых цветов Гермионы. — Дорогая, что случилось? — спросил он, обнимая её за плечи. — Милый, я всю ночь просидела у унитаза, а ты даже не принёс мне баклажановый сок! — чуть ли не плача, сказала девушка, обхватывая руками букет. Брови Драко поползли вверх. Баклажановый сок?

***

— Думаю, что нам надо так почаще собираться, — предложил Гарри, накладывая себе в тарелку салат. — Отличная идея, — поддержал Блейз, разливая по бокалам шампанское. — Гермиона? — Мне сок, спасибо, — сказала Гермиона протягивая руку за бокалом. Взяв его из рук Блейза она застыла, перед её глазами вновь пронеслась черная картинка, но свет был ещё ярче чем тогда… — Всё хорошо? — обеспокоенно спросил Драко. — Конечно, — она тепло улыбнулась ему. — Кому поручим сказать тост? — спросила Джинни. — Пожалуй, такая честь достанется хозяйке этого дома, — весело сказала Дафна, указывая рукой на Гермиону. — Ох. Я так я. Я хочу сказать тост для всех Вас, мои дорогие друзья. Каждый человек надеется достигнуть своего счастья. Человеческое счастье похоже на великолепный дворец, стены которого образуют дружеские отношения, а купол возводит любовь, — Гермиона с нежностью посмотрела на Драко и стоящего рядом с ним сына. — Вы именно те люди, которые в любую минуту придут на помощь, если она понадобится. Когда случаются неудачи, необходима поддержка, — перевела взгляд на Дафну и Блейза. — Или же волшебный пинок под зад, если я вдруг начинаю тупить… — Джинни рассмеялась, понимая, кому именно посвящается это предложение. — Дора, моя любимая младшая сестренка… ты всегда говоришь мне правду в глаза, ничего от меня не утаивая, в независимости от того, нравится мне это или нет. Спасибо тебе, моя дорогая, за то, что в трудный период моей жизни ты меня вытащила из бездны, куда я могла безнадежно провалиться. Ты вытащила меня из Хогвартса, заставила гулять с ночи до утра и с утра до ночи. Те безумные моменты с близнецами… Мерлин, я наверное никогда этого не забуду…. Ну, думаю пора уже заканчивать тост, а то у меня уже начало складываться ощущение, что я готовлю доклад для Снейпа по ЗОТИ, — друзья весело рассмеялись. — Ну, кратко. Я люблю Вас. Спасибо за то, что сделали мою жизнь такой яркой и насыщенной. За Вас. — За Всех нас. Ура! — сказал Гарри. — Ура! — хором повторили остальные. Друзья ударили бокалы друг о друга. И в такой хорошей обстановке продолжили разговаривать, изредка поглядывая на детей, у которых был отдельный мини-столик. Только Гермиона поставила свой бокал обратно на стол, как появился домовой эльф. — Хозяйка Гермиона, к Вам гость, — хлопая огромными глазами, проинформировал эльф. — Гость? Гермиона, мы кого-то ещё ждём? — удивленно спросил Драко. — Нет. Мила, ты уверена, что гость к нам? — Да, хозяйка Гермиона, гость просил передать, что это очень важно. — Перенеси нашего гостя в гостиную, мы с Гермионой сейчас будем, — распорядился Малфой и повернулся к девушке. — Кто же это мог быть? — спросила Гермиона, вставая из-за стола. Драко поднялся вслед за женой. Гермиона вышла с кухни, встречая нежданного гостя. — Здравствуй, Гермиона. Девушку бросило в жар, ноги подкосились, заставляя её рукой опереться о позади стоящего мужа. Шокированная Гермиона еле-еле смогла выдавить из себя тихое: — Мама?! Гермиона ринулась к матери и заключила её в свои объятия. — Ты жива, — продолжила она. — Нет, моя девочка. Гермиона, дорогая, пойдём со мной, — тепло сказала темноволосая женщина. Гермиона обеспокоенно обернулась, ожидая увидеть Драко, но его не было. Странное ощущение пробежалось по ней с ног до головы. Она встревоженно посмотрела на свой живот, но его не было. Гриффиндорка посмотрела на маму. — Моя красавица-дочка, пойдём, — женщина протянула ей руку. От чего-то на душе стало так легко и спокойно. Гермиона улыбнулась и взяла руку матери. Они вместе вышли за массивные деревянные двери и исчезли в ослепляющем свете.

***

— Ты не перестанешь сюда приходить? — спросил Гарри Поттер, подходя к своему давнему приятелю со спины. — Никогда. — Сегодня ровно сорок лет, Малфой. Каждый день, неделю, месяц, год? Сколько раз ты здесь бываешь? Блондин уронил голову на ладони и выдохнув начал говорить: — Вол-де-Морт приказал мне убить её. Украсть медальон и убить. Я не мог… В моих планах было всё по-другому. Я бы достал ему этот гребанный медальон, но её никогда не тронул. Соврал, что она сбежала, исчезла, да хоть что! Тот чёртов пожиратель вылетел слишком неожиданно. Не так всё должно было случиться. Мы должны были пожениться, растить детей и сидеть в старости на лавочке, наблюдая за внуками. Видишь вот это, — сказал он, доставая из кармана своего пиджака слегка пожелтевшую, сложенную пополам бумагу. — Она написала мне письмо и зачаровала его, будто знала, что уйдёт. Она просила меня жить дальше, жениться и воспитывать маленьких Малфоев, — с нежностью смотря на письмо говорил он, — но я не смог, понимаешь? Она, наверно, обижена на меня, а может и нет. В любом случае я скоро это узнаю. — Почему ты ни разу после похорон не назвал её имя? — Я виноват, Поттер, Я не заслуживаю того, чтобы сказать… — Ты не виновен. — Это я завёл к Вам Пожирателя. Я увидел тебя и пошёл за тобой. Вол-де-Морт знал, что ты с ней. Я думал, что смогу с ней поговорить… — вдруг Малфой закашлял. — Ты в порядке? — Всё хорошо. Возраст, сам знаешь, — усмехнулся бывший слизеринец. — Тебе пятьдесят восемь, а не сто, — Малфой снова закашлялся, но на этот раз кашель был не простой. — Что происходит? — обеспокоенно спросил он, увидев кровь на руке Малфоя. — Я скучаю, Гарри. Больше так не могу. Я хочу к ней. Я не могу без неё. Это слишком тяжело. Он осел на землю и облокотился на надгробный камень с изображением любимой девушки. — Не таким способом. Ты… — Меня здесь ничего кхе…кхе не держит. Я уйду. — Знаешь, — после недолгого молчания начал Малфой, — когда-то давно, в самом начале нашего знакомства, мы говорили и я сказал, что она такая же как и все остальные девчонки, на что она мне ответила «Я Гермиона Грейнджер, и я докажу, что не такая как все, клянусь!», -Драко тепло улыбнулся, когда впервые за долгие годы вновь попробовал её имя на вкус, — я тогда рассмеялся, но сейчас могу с уверенностью заявить она не такая как все, она особенная. Я думаю, что это одно из самых лучших качеств в ней. Никто не мог дарить мне столько тепла, сколько дарила она, никто не мог развеселить меня так, как это могла сделать она, никто не мог заставить меня переживать за кого-то так, как я переживал за неё. Она не войдет в сравнение ни с одной девушкой. Она замечательная. Так что ей удалось доказать, что она не такая как все. Но я не понимаю одного, как она посмела, — Гарри непонимающе пострелять на приятеля, — как она посмела оставить меня? Как она могла уйти и бросить меня одного? Как она могла подумать, что я справлюсь один, без неё? Она каждый день рисковала своей жизнью, не думая, о том, что будет со мной, если она погибнет? — он посмотрел в глаза Гарри, будто ищя ответ в них, но через несколько секунд отвел взгляд и уже тише, почти шёпотом добавил: — Как она могла подумать, что я смогу жить без неё…? — Она не хотела тебя оставлять Драко, она любила тебя также сильно, как и ты любишь её. Во время сражения с Вол-де-Мортом я будто слышал её голос, мне даже показалось, что она вместе со мной держит экспеллиармус, увеличивая его мощь. Некоторые заклинания, которые я просто не мог знать, возникали у меня в голове. Да чёрт возьми, я даже палочку держал как она! — воскликнул он и затих. После недолго молчания, Гарри продолжил. — Я считаю, что будет правильно, если ты узнаешь об этом. Адам Янг умер вчера вечером в Азкабане. Поцелуй дементора. Кулаки Драко угрожающе сжались. Он искренне, всем сердцем ненавидел эти проклятые имя и фамилию. Ведь Адам Янг был тем человеком, кто убил его любимую. — Гореть ему в аду ярким пламенем.        К мужчинам приближались четыре фигуры в черной одежде. — Джинни? Ты всё же пришла. Забини? Грейнджер-Скотт? — Дафна, Блейз, дружище. Рад Вас видеть. Доротея, — кивнул. — Я давно не была у сестры… — с трудом сдерживая слёзы прошептала молодая женщина. — Сорок лет. Мы тоже не могли не прилететь, — сказала Дафна. — Драко, всё в порядке? Ты как-то болезненно выглядишь… — Всё хорошо Блейз. Спасибо Вам. Драко Люциус Малфой улыбнулся, опустил голову на могильную плиту любимой девушки, и с тяжёлым вздохом его глаза закрылись. Он уснул, навсегда отправился в лучший мир. В мир где нет боли, нет зла, есть только его светлый ангел. «Я иду к тебе, Гермиона Грейнджер».