Судьба?

— Почему ты думаешь, что все мертвы? — Спросил Хитоши. — Он позвонил мне, — ответила Юрино, немного успокоившись.       Они поднялись в квартиру Юрино, на этом настоял Хитоши. — Он сказал, что хочет попрощаться, — продолжала Юрино. — Он успел сказать, что всех героев убили и он не вернется домой, а потом звонок прервался.       Она поникла. Ее красные от слез глаза пусто смотрели в окно на солнце, что клонилось к закату. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, как ей страшно. В дверь постучали. Юрино оживилась, на ее лице появилась надежда. Она так быстро оказалась у двери, что ни Хитоши, ни Мура не успели ее остановить.       Девушка рывком открыла дверь, но к ее несчастью там оказался всего лишь Тори. Ее лицо снова помрачнело, разрыдавшись она упала в объятья ничего не понимающего и до смерти напуганного Тори. Он быстро прикрыл дверь и начал приводить ее в чувства, пока его вводили в курс дела. — И что будем делать? — спросил он, когда Мура и Хитоши закончили свой рассказ. — Мы над этим еще не успели подумать, — ответил Хитоши. — Но ведь время уходит. — Мы с Мурой еще не успели восстановить силы, — после недолгих раздумий, сказал Хитоши. — Наше снаряжение у меня дома, скоро стемнеет, да и вообще нам не было дано разрешение на какие-либо действия геройского характера! Думаю нам надо подождать. — У нас чрезвычайное положение, разрешение нам не требуется, — ответила Мура. — Ты знаешь, я быстрая, успею сходить за снаряжением пока не стемнело. — Это нам ничего не дает! Мы не способны противостоять первоклассным злодеям, и уж тем более их победить! — Раздраженно возразил Хитоши. — Даже не попробовав противостоять им, мы точно не сможем никого победить. Мы должны сделать хоть что-то, герои мы или как? — Тц, будь осторожна в дороге за снаряжением, — еще более раздраженно отозвался Хитоши. — Когда вернешься будем продумывать план. А я пока попытаюсь найти схему станции или что-то в этом роде. — Удачи, — Мура махнула рукой и скрылась за дверью.

***

      В начале октября в Токио рассвет всегда начинается с пяти утра. Сегодня он тоже точно по расписанию. Мура стояла у окна и встречала его, набираясь сил перед вылазкой в рейд. Пурпурное светило только показалось и растянулось розовой полосой вдоль горизонта. Нежные розовые лучи окрасили город и редкие облака над ним. Удивительно, как утро преображает мир, как меняются привычные улицы и как легко можно увидеть то прекрасное, что раньше не замечал в простых вещах.       Хитоши сидел на кресле и смотрел на Муру. Ее багровые волосы светились и он не мог оторвать от нее взгляда так же, как и она от солнца. Полностью экипированная, она выглядела уверенно, но маленькая складка между бровей выдавало ее волнение. Она выглядела необычно, ее геройский костюм только сделали.       Он выглядел как доспех самурая, но почему-то был не полный. Она была без шлема, панцирь состоял из передней и задней части, которые связаны между собой шелковыми лентами, для большей подвижности. Передняя часть панциря была укорочена и защищала только ребра, а задняя была облегчена. Сделанная из облегченного материала, юбка из пластин защищала ноги до колен. На поясе висели катана и вакидзаси. Ниже колен обычные высокие сапоги.       У Хитоши не было геройского костюма, он еще не придумал, что хотел бы видеть в качестве своего костюма. — Что будет после? — Спросила Мура. — После нашего рейда? — После того как все закончится. Что мы будем делать? — Зависит от того, как все закончится, — после недолгой паузы, сказал Хитоши. — Если все закончится не в нашу пользу и злодеи победят, мы скорее всего умрем. А если нам повезет и все разрешится в нашу пользу, мы сможем вылезти из этого говна живыми… будет тяжело. Рухнет вся государственная система. Мы просто попытаемся жить в том, что останется или даже попытаемся построить что-то новое. — Думаешь, мы так и останемся вместе? — Ну, — Хитоши помолчал. — Выходи за меня! — Что? — Выходи за меня, стань моей женой! Думаю, мы сможем прожить в гражданском браке до совершеннолетия, а потом узаконим наши отношения если хочешь! Так ты выйдешь за меня?       Мура рассмеялась: — Да, я выйду за тебя!