Задержавшийся на земле

      Я сидел в небольшом кафе, смиренно попивая кофе и думая над последними событиями, произошедшими в моей жизни и в жизни моего старого друга Саши. Недавно Саша попал в автокатастрофу. Уже в реанимации, не смотря на все усилия врачей, он скончался. Похоронили его через три дня после его смерти, так как родные искали деньги на похороны, на которых я был. Я думал, что потерял его навсегда. Но затем произошло то, чего я никак не мог ожидать.       Я поднял глаза. На стуле напротив сидел Саша. — Опять ты своё кофе хлебаешь. — Сказал он мне. Я ничего не ответил, сделав ещё один глоток. — Да ну хватит уже, скажи что-нибудь!       Я поставил кружку на блюдце, достал блокнот и написал в нём следующее: — *Если я буду говорить с тобой в людных местах, то меня точно примут за сумасшедшего.*       Саша закатил глаза. — Ты, блять, серьёзно продолжаешь это?       Затем он прочитал то что я ему написал. И приложил руку к лицу. — Господи, порой ты и правда слишком осторожен.       Я нахмурился и написал: — *Я пытаюсь сберечь нас обоих.* — Это уже паранойя, Кеша, от этого лечиться надо! — *То, что я вообще вижу тебя, уже веский повод пойти лечиться.*       Я старался не смотреть на него, направляя взгляд куда угодно, но не на соседний стул. Начни я смотреть на него и говорить как с обычным человеком, с меня точно бы спросили про то, чем я занимаюсь. Ведь для них я просто смотрю на пустой стул и что-то говорю. А Саша продолжил: — Может, мне вообще уйти?       Я ухмыльнулся. Ручка побежала по строкам. — *Глупая угроза. Ведь она невыполнима.* — Я знаю. — *Тогда зачем ты мне так угрожаешь? * — Не знаю. Может, это как-то успокаивает меня в этой… обречённости, что ли. Я ведь, как никак, умер, а почему-то не отправился никуда. Ни в Рай, ни в Ад. Иногда я даже думаю, что я ни там, ни там не нужен. Может, вот она, моя участь — дальше скитаться по бренной земле. — *Не сможешь ты скитаться. Ты ведь привязан ко мне.* — Не напоминай. Пожалуйста.       Саша затих. Очень сильно загрустил. Затем подскочил со стула и опёрся на стол. Мы живём так уже неделю и два дня, а уже успели друг другу надоесть. Неудивительно, ведь он всегда рядом. Всё, чтобы я ни делал, сопровождается его комментариями.       Я хорошо помню момент, когда он внезапно объявился в моей жизни после окончания своей. Это был обычный декабрьский вечер. Я привёл к себе домой свою любовь, Лену. Мы сидели, пили вино и смотрели кино. В это время у меня что-то сильно кольнуло в груди. Боль была не столько сильной, сколько внезапной, и я от неожиданности разлил часть вина. Было очень интересно, что же со мной, но тогда я предпочёл забыть об этом на время, ведь после просмотра мы пошли в спальню.       Мы провели эту ночь вместе, а на утро я довёз её до работы. Приехав к себе, я поднялся на свой этаж, достал ключи и открыл дверь. А затем отшатнулся назад от испуга. Прямо передо мной стоял человек. А потом я и вовсе закричал, когда различил его лицо. Передо мной стоял Саша.       Потом он прояснил для меня несколько вещей. Большинство из них я не сразу понял, но со временем это было понятно и принято мной. Затем он сказал следующее: — А ты, я гляжу, всё за Ленкой ухлёстываешь? — Что? — Что «что»? Видел я всё. Ну ты и тигр, конечно. Да и она ничего так.       Вы не представляете, как мне хотелось его придушить в этот момент. Да не мог, руки прошли сквозь шею.       Со временем мы узнали ещё несколько вещей. Например, то, что видеть его могу только я. А ещё мы узнали, что он не может уйти от меня, он как будто привязан ко мне. Другими словами, он всегда со мной. Что-то типа привидения, которое всегда с тобой.       Конечно, меня интересовали и другие вещи. Например: — Слушай, ты ведь умер, так? — Да ладно, вот уж удивил. — Заткнись. Ты умер за пять дней до того, как ты появился тут и теперь всегда со мной. — Допустим. К чему ты ведёшь? — Ты ведь был где-то эти пять дней. Где ты был? Может, ты был в Раю или в Аду?       Он задумался. — Как же тебе это описать… — Начал он. — Хорошо, проясним ту вещь, что я не был ни на небесах, ни в подземном царстве. Я был в неком пространстве… полностью чёрном. Там не было гравитации. Я не мог дышать, но при этом я не умирал и прекрасно чувствовал себя без воздуха. Я не мог шевелиться, как будто что-то держало меня. Вокруг меня парили другие люди, которые то появлялись, то пропадали. В общем-то всё, что я могу сказать. И ещё… ты говоришь, меня не было пять дней? — Ну да. — По моим ощущениям, я был там от силы минут пять. А потом я резко появился у тебя в гостиной, где ты сидел с Леной. Ты ещё так странно загнулся то ли от боли, то ли от смеха, не знаю. — В тот момент у меня что-то стрельнуло в груди, так резко и очень больно. Может, это был некий сигнал к тому, что ты прибыл? — Не думаю. Думаю, что это так связываются души. Тогда меня связали с тобой. — Но… зачем? Почему тебя никуда не отправили? — А вот это уже вопрос к другим товарищам. К нему. — Он указал пальцем вверх. — Либо к нему. — Он указал пальцем вниз.       Вот так и протекали наши дни — всегда вместе. Просил его не смотреть, когда я моюсь или справляю нужду. Выпроваживал его, когда хотел остаться с Леной наедине. В конце концов я свыкся со своей участью. А вот Саша нет. Он не желал жить так, не чувствуя ничего, не ощущая прикосновений, без возможности есть и пить, хотя он в этом и не нуждался. Он хотел покинуть наш мир и уйти хоть куда-нибудь. Ему было всё равно, куда его заберут, главное, чтобы забрали с нашей бренной земли.       Саша простоял ещё две минуты, опираясь на стол, затем повернулся ко мне. — Знаешь что? Заебало.       Я нахмурил брови, как бы вопрошая «Что?» — Заебало. Всё, я так больше не могу. Я хоту уйти, и поскорее.       Я развёл руками, что означало «И что?» — А то, дорогой мой Иннокентий, что мы будем искать для меня способ уйти отсюда на ту сторону.       В это время я закончил с кофе, оплатил счёт и оделся. Решил не продолжать диалог, а выйти из кафе и найти менее людное место. Саша шёл за мной, крича на меня о том, что я опять его игнорирую. Мы зашли в небольшой переулок и я упёрся в стену, достал сигарету, закурил, выпустил облако дыма и посмотрел на Сашу. — Окей. Допустим, мы попытаемся решить эту проблему. С чего мы начнём? — Лучше всего начать с церквей и различных гадалок, ведьм. Может, они реально могут помочь. — Эти шарлатанки? — Ну, чёрт их знает, может, они реально что-то могут. — Не думаю, Сань. — Ну, а что ты ещё предлагаешь?       Я затянулся ещё раз. — Ну да, другого выхода нет. — Ну, а я о чём? — Хорошо, пошли найдём какую-нибудь церковь и поищем там.       Я встал и пошёл в сторону улицы. А Саша устремился за мной. — Стой, что значит «какую-нибудь»? Ты совсем идиот, Кеша?       Я уже не мог с ним говорить, ведь я вышел на улицу, в людное место, надеясь, что в переулке меня никто не видел разговаривающим со стенами. Я достал телефон, открыл карты и ввёл «церкви» в поисковик. А вот и ближайшая. В квартале отсюда. Туда я и направился, докуривая сигарету.       Мне было жалко Сашу. Паренёк, который должен был уже обрести вечный покой, вынужден сидеть, запертым в том мире, где он уже никому не нужен в таком состоянии и вечно рядом со мной, пусть и со своим лучшим другом, с которым он прошёл огонь, воду и медные трубы. Конечно, поначалу это было для него весело: идя по улице, он кривлялся прохожим, пытался их бить, проходя сквозь них, показывая непристойные жесты, зная, что ему ничего за это не будет. Однако день за днём этот азарт бытия привидением всё больше давило на него. Он стал более нервным, часто срывался на меня, но я прекрасно понимал, что в глубине души он не хочет этого. Просто он жертва обстоятельств, и эти обстоятельства ему не очень-то и нравятся. Надеюсь, больше никто не повторит его участь.       А между тем мы уже подходили к церкви — небольшому белокаменному зданию с большим, увенчанным крестом, золотым куполом, и строгой архитектурой. Саша всё бубнел под ухо: — Ну класс, и что мы найдём в этой захудалой церквушке? Может, там какой-нибудь сверхкрутой инок сидит? Или экзорцист? Зайдём, а там Джон Константин сидит в кресле и курит, да? Господи, всё ты не так понимаешь…       Я подошёл к главному входу и взялся за ручку. И тут довольно громко вякнул: — Заткнись и давай уже решать проблемы!       Саша умолк. Я открыл дверь и вошёл.       Это было даже слишком громко. Надеюсь, меня никто не слышал.       В церкви, как и всегда, было довольно тихо. Белые стены украшались иконами, образами и довольно грязными от воска подсвечниками, в которых было много свеч: какие-то ещё горели, какие-то слегка тлели, какие-то и вовсе не горели, растаяв чуть ли не полностью. Посреди зала был небольшой постамент с книгой. Не знаю, что там было. Возможно, какое-то священное писание. Какой-нибудь Евангелие или Библия. Меня не особо интересовало.       Зал был пуст, и лишь какой-то мужчина в рясе сидел на лавочке у стены и что-то читал. Я старался не обращать на себя внимание, разглядывая иконы. Сзади послышался вполне себе громкий голос Саши. — Ну и? Так и будешь разглядывать картинки или делом займёмся?       Это прозвучало очень громко, что я даже вздрогнул. Всё таки в церкви было слишком тихо, и казалось, что даже громкая речь нарушала тишину этого места. Но покой нарушался только для меня. Осторожно повернувшись, я взглянул на священнослужителя. Всё так же сидел и читал. Затем я повернулся в Саше и приложил палец ко рту. Тот поднял брови. — А, то есть ты меня ещё и затыкать будешь? При том, что никто, кроме тебя, меня, блять, не слышит!       Я бросил грозный взгляд на Сашу. Тот показал мне средний палец и отошёл подальше от меня. Тут я услышал лёгкие шаги по светлому деревянному полу церкви. причём шаги в мою сторону. — Добрый день, сын мой. Чем могу помочь?       Я повернулся. Тот священник, что сидел на лавке, уже стоял возле меня, глядя на меня своими добрыми глазами и поглаживая бороду, доходящую ему до груди.       В голове зароилось много мыслей.       Я бросил беглый взгляд в сторону, где стоял Саша. Тот стоял, глядя на меня. В его взгляде читалась немая фраза: «Ну давай, жги». Неглубокий вдох и выдох. Я ответил: — Добрый, батюшка. У меня есть пара вопросов к вам. По религиозным соображениям. — Задавай, юноша. — А душа человека… куда она попадает после смерти?       Священник рассмеялся. — Что же, душа человеческая, данная нам Богом, по смерти нашего земного тела, обретает бессмертие и отправляется туда, куда он сам себе и выстроил дорогу. Грешники отправляются в Ад, безгрешные — в Рай. — Хорошо. А может случиться так, что душа… как бы так сказать… не попала ни туда, и туда?       Даже для меня эти слова звучали бредом, но яркий пример такого случая стоял за спиной у батюшки и закатывал глаза. А сам батюшка странно покосился на меня. — Куда же такая душа модет попасть? — Ну, не знаю… остаться в нашем мире. — Мире плотском? Не думаю, что это возможно. Хотя кто знает. Пути Господни неисповедимы, верно? — Вот уж верно подмечено, дед. — Буркнул Саша. Внезапно тишина была в очередной раз нарушена открытием дверей. В залу вошла девушка в платке, серой юбке и кофте с длинными рукавами. На плече висела коричневая сумка. — Батюшка Тарас! — Окликнула она моего собеседника. Тот повернулся и с улыбкой сказал: — Здравствуй, Вера! Я сейчас подойду, подожди меня.       Девушка кивнула и пошла к скамейке у входа. Она была примерно моего возраста, может младше на год. Интересно, что она тут делает? Впрочем, меня это не так волнует на данный момент.       Батюшка повернулся ко мне, а я вновь взглянул на Сашу. Он не находил себе места. Всё смотрел в сторону этой девушки и нервно ходил взад-вперёд. Такое у него бывало, но сейчас он выглядел куда встревоженнее, чем обычно. Тем не менее, батюшка ждал, когда же я что-то скажу. — Спасибо вам. — Всё же сказал я. — И вы не подумайте ничего такого, эти вопросы… просто интересно стало, вот и всё. — Ничего страшного, — Ответил он мне. — я всё прекрасно понимаю. Пытливым умам часто необходима пища.       Я невольно улыбнулся. — Я ещё немного здесь побуду, осмотрюсь, никогда тут не был. — Конечно, сынок, смотри.       Он развернулся и довольно резвым шагом направился в коридор. Тут же ко мне подлетел Саша. — Опять это, Кеш. — Нервно сказал он мне. Я кивнул, говоря, что понимаю, о чём он. — Оно началось, когда та девка в здание вошла.       Я вытащил из-за пазухи блокнот и написал фразу, которую Саша потом прочитал: — *С тобой ведь подобное уже было, разве нет? * — Я знаю, но сейчас… оно сильнее, чем обычно. — *Думаешь, это из-за девушки? * — Даже не думаю. Я знаю.       Но тут нас перебили. Это была она, та самая Вера. — Здравствуйте. Что вы тут делаете? — Э… Здравствуйте. Я просто… наслаждаюсь красотой убранства. — Вы только за этим сюда пришли? — Можно и так сказать.       Я старался не подавать виду, но будто слышал, как Саша дышит мне в спину, будто прячась от моей собеседницы. Она поправила небольшой рыжий локон, торчащий из-под платка. — А мне кажется нет. — Бросила она. Я немного опешил. Но тут она резко сменила тему: — Меня зовут Вера. А вас? — Иннокентий. Приятно познакомиться.       Она потупила взгляд. — Представить меня ему вы не хотите?       Что? Неужели она его видит? Сердцебиение участилось, в горле застрял ком. — Кому? — Ну, тому. Тому самому, что привязан к вашей душе и не может уйти.       Я был в шоке, как и Саша. Она видела его и знала то, что знали только мы. Откуда? Как? Кто она такая? Почему она подошла к нам? Но наши вопросы были оборваны резкой фразой: — Дождитесь меня, уйдём вместе. Тогда я вам всё объясню.       Она развернулась и быстрым шагом вернулась туда, откуда и появилась.       Сказать, что мы были в сильнейшем ступоре значит многозначительно промолчать. Глаза чуть не вылетели из орбит. Руки поглотил странный тремор. Я не знал, как реагировать. Как и Саша.       Мы вышли из церкви. Я сел на одну из ступенек. Саша принялся расхаживать взад-вперёд. — То есть ты не единственный, кто может меня видеть. — Начал он. — Но я к ней не привязан, значит она, видимо, обладает какими-то странными способностями. И если это правда, то… — Она может помочь тебе попасть в Рай. — Уже не боясь того, что меня услышат другие люди сказал я. — Не обязательно в Рай. Куда-нибудь уже. Неважно.       Внезапно я кое-что для себя понял. Именно в тот момент, когда на горизонте замаячил вариант наконец-то помочь Саше с его проблемой. Я не хочу, чтобы он уходил. Он ведь мой друг, с которым мы через многое прошли. Помогали друг-другу, подшучивали друг над другом, но главное здесь то, что это была настоящая искренняя дружба. Но что-то заставляло меня молчать. Не знаю что. Может быть то, что я слишком его уважаю. Я его лучший друг и слишком ценю его выборы и решения. И более того, хочу ему помочь, хотя понимаю, что своими действиями я лишь отдаляю его от себя всё дальше и дальше. На ту сторону.       Тут дверь церкви открылась. К нам вышла Вера. Я встал и взглянул на неё. — Ну что, — Сказала она. — идёмте. Я вам многое должна рассказать. — Куда мы идём? — спросил я. — Я вас отведу к себе. Я живу неподалёку. — Хорошо, идёмте. — Уже не скрывая искреннее любопытство сказал Саша.       С минуту мы шли молча. Тишину решился нарушить я. — Так… вы видите его? — Во-первых, давай перейдём на «ты», а то чувствую себя старухой. А во-вторых, да вижу. И прекрасно слышу, так что прекращай бубнеть про себя. — Правда слышит… — Произнёс Саша всё ещё пребывая в шоке. Я откашлялся, достал сигарету, закурил. — Ты можешь нам помочь? — Осторожно спросил я. — Может и смогу. Кто знает? Пути Господни… — Неисповедимы. Плавали, знаем. — Выдал Саша. Веру это не особо задело, хотя прозвучало это не очень красиво с его стороны. Наконец мы дошли до её дома. Это был многоквартирный дом, похожий на тот, в котором жил я. Мы подошли к первому к нам подъезду и поднялись на третий этаж. Там мы вошли в квартиру номер которой я не запомнил. Как будто это было важно, учитывая то, что вообще происходило с нами.       Квартира была довольно тёмной, через полупрозрачные занавески еле-еле пробивался солнечный свет. Вера вошла первой. — Кеша, разувайся, снимай пальто, вешай на прихожую.       Захотелось просить насчёт Саши, но тут вспомнил, почему этот вопрос очень бредово прозвучит если я его всё же задам. Небрежно разувшись и кое-как повесив пальто (которое потом ещё и упало на пол), я прошёл в гостиную. — Присаживайтесь! Я скоро приду! — Прозвучало из другой комнаты. — Хорошо! — Ответил ей я. Но так и не сел. А Саша развалился на диване будто сильно устал. Вскоре она вошла к нам, уже не в юбке, а в джинсах, в той же кофте, без платка и с какой-то шкатулкой в руках. Она поставила её на столик, села на колени и открыла её. — Что ты делаешь? — Спросил Саша, сев на диван. — Я сейчас постараюсь узнать, кто это сделал. — Что сделал? — Связал вас. — В смысле?       Вера вздохнула. — Души людей просто так в мире плотском не остаются. Их кто-то останавливает на пути на ту сторону и возвращает. Это осуществляется с помощью незатейливого ритуала. А его можно определить. — Как? — Есть свои методы.       Она достала из шкатулки колоду самых обычных карт и положила на ладонь. — Как тебя звать? — Обратилась она к Саше. Он назвал ей своё имя. — Итак, Саша, — Сказала она. — Положи свою руку на эту колоду. — Ну как… — Начал было он, но я его остановил. — Саш! — Произнёс я. — Делай как она говорит.       Он поумерил пыл и, закатив глаза, положил руку. По логике она должна была пройти сквозь колоду и руку Веры. Но случилось то, чего мы никак не ожидали.       Рука легла на карты.       Саша был в шоке. — Так. — Продолжила Вера — Теперь держи её так несколько секунд.       Мы были в ступоре, не могли осознать и оторвать взгляд от происходящего. — Всё, убирай.       Саша как заворожённый поднял руку. Вера принялась считать карты и перетасовывать их. — Сколько прошло времени между смертью и возвращением? — Спросила она. — Пять дней. — Ответил я. Она отсчитала пять карт и всунула их посреди колоды. Затем проделала ещё несколько манипуляций. — У тебя есть родители? — Спросила она Сашу. — Конечно.       Она взяла две карты с одного конца и переложила в другой. — Девушка, жена есть? — Девушка… была.       Вера вынула третью карту с одного конца и положила в середину. Затем разровняла карты в руке. — Итак, момент истины. Ты вынимаешь карту и говоришь мне, что это за карта. Тогда мы и поймём, кто это был.       Саша осторожно потянулся к колоде и вытянул карту. Не знаю, ощущал он её или нет. Но тем не менее он держал её в руке. Он взглянул на карту. — Ну, что там? — Дама… черви.       Вера всплеснула руками. — Это была твоя девушка.       Мы не особо удивились разгадке. Ведь это действительно было очень логично: убитая горем после смерти любимого, Даша, девушка Саши, решила провести обряд, на который она возложила большие надежды. И у неё удалось. Только вот знает ли она? — Ну это было очевидно. — Сказал Саша. — Она у меня девочка суеверная, всегда интересовалась всякой мистикой, бесовщиной, обрядами всеми этими. Это её рук дело. — Значит выдвигаемся? — Спросил я. — Знаете, где она живёт? — Спросила в ответ Вера. — Не так уж и далеко, если на машине. — Ответил ей Саша. Вера встала. — Собираемся. Я вас туда отвезу.       Мы собрались и вышли. На улице тем временем начался дождь. Мы быстро добежали до машины белого цвета, марку которой я не запомнил.       Мы сели, Саша сказал адрес и мы тронулись. Сидя на переднем сидении, я смотрел в окно и пытался осознать простую истину: скоро моего друга уже окончательно не станет. Он пропадёт из моей жизни и я больше никогда его не увижу. Никогда. Это слово эхом отозвалось в голове, заставив тело слегка вздрогнуть. Ни-ког-да.       Я краем глаза глянул на Сашу, сидящего на заднем сидении. Было видно, что он в нетерпении, сейчас его муки закончатся. Но то осознание, которое пришло ко мне ещё на пороге церкви, не давало мне покоя, а только усиливалось. Но в то же время я понимал, что попытайся я предотвратить это, мой лучший друг меня возненавидит. Да что там лучший друг. Я возненавижу самого себя за то, что поступил с ним как последняя эгоистичная мразь. Это меня и останавливало. Я не хочу портить жизнь Саше. Я его слишком уважаю и ценю.       Но тут машина остановилась. Остановилась перед знакомым домом, к которому Саша так часто ходил. Где часто мы собирались всей нашей компанией. Теперь я даже не хотел к нему приближаться. Но я должен. Ради Саши.       Мы вышли и быстро перебежали к нужному подъезду. Дождь усилился. Стал ливнем.       Мы поднялись на пятый этаж. Подошли к нужной двери. — Кеша, ты говоришь. — Внезапно сказал Саша. — А почему я? — Ты дурак или как? — Резко бросил Саша. — Меня она не услышит, а Вере уж точно не откроют.       Он был прав, придётся мне. Я вздохнул и, смирившись со своей участью, позвонил в звонок. Минуты через две за дверью послышался знакомый голос. — Кто там? — Даш? Это я, Кеша. Можно войти? — О, Кеша… Конечно можно. Подожди немного.       С минуту держалось молчание. Потом звонок на той стороне щёлкнул. Дверь открылась. Мне открыла Даша — светловолосая девушка с причёской каре. На ней была только серая майка, шорты и тапочки. — Привет. — Сказала она мне. Я ответил взаимностью. Тут из-за двери выглянула Вера. — Ой… Здравствуйте. — Удивившись, сказала Даша. — Здрасте. — Бросила Вера. — Кеш… ч-что происходит? Кто эта… — Она не успела договорить. Я перебил её. — Нет времени объяснять, Даш. — Сказал я. — Нам нужно войти.       Я попытался пересечь порог, но мне помешала хозяйка дома. — Зачем? Кто она такая? — Это… Это насчёт Саши. — Ч-что?       Даша остолбенела. Она выглядела потерянной, хотя судя по тому, что она делала, это и не удивительно. Вера небрежно убрала её с дороги и вошла в квартиру. Я последовал за ней. Саша, естественно, тоже не отставал. Затем в комнату медленно вошла Даша.       Вера подошла к одному из книжных шкафов и взяла с одной из полок книгу. Тут Даша быстро подбежала к ней и вырвала книгу из её рук. — Не трогай! Это моё! — Хорошо, не буду. Тем более, тебе эта книга прямо сейчас больше пригодится, чем мне. — Ч-что? Кеша, объясни, что происходит! Кто это такая?       К ней подошёл Саша и сложил руки на груди. — Эх, Даша, если бы ты знала… Давай, Кеш, твой звёздный час.       Я вздохнул. Подошёл к Даше. Край глаза зацепился за обложку книги. На ней было написано «Оккультизм: всё о ритуалах и порче». Я положил руки на плечи девушке, от чего та вздрогнула. Я посмотрел в её глаза. Испуганные, полные непонимания глаза. — Даша. — Произнёс я. — Ответь мне… это ты провела обряд чтобы вернуть Сашу?       Даша дёрнулась назад, но я её удержал на месте. — Ч-ч-что? Отк-куда ты з-знаешь?       В её глазах проступили слёзы. Тут вступила Вера. — Я им помогла. — Сказала она. — Ни один обряд не проходит бесследно и без возможности отследить проводившего этот самый обряд, дорогуша. Вот так мы и наши тебя. — В-вы занимаетесь оккультизмом? — Не просто занимаюсь. Я уже профессионал своего дела. Не то что такие дилетанты как ты. — То есть вы можете… помочь мне… — Чем? Вернуть Сашу? — К-как вы догадались? — Ну как тебе сказать, дорогая моя… у тебя вышло. — Что? К-как? — Потому и я здесь тоже. Вместе с Сашей.       Даша завертелась вокруг себя так, что я не смог её удержать. — Он здесь? Любовь моя! Он видит меня… и слышит? — Прекрасно и чётко. — Внезапно бросил Саша. — Так и передай. Я повернулся к нему. — К-куда ты смотришь? — Спросила Даша. Я повернулся к ней. — Он прекрасно тебя видит. И слышит тоже.       Она заплакала от радости. — Саша! У меня вышло! Ты вновь тут, со мной! Мы можем вновь жить вместе!       Саша встал и подошёл к нам. Он явно был на взводе. Он с минуту сверлил взглядом Дашу, затем сказал мне: — Расскажи ей всё, что с нами было. Пусть узнает, через что её «любви» пришлось пройти из-за этой эгоистичной суки.       «С нами». После этих слов голове как будто что-то щёлкнуло.       Я последовал его совету и усадил Дашу на диван, а сам сел рядом. Я рассказал ей все прошлые девять дней, которые мы жили не отходя друг от друга. Что мы узнали, что переживали и как один из нас страдал. С каждым словом Даша всё больше бледнела и к концу моего рассказа она ревела горькими слезами. — Боже мой, Саша! Я не знала, честно! Прости меня! Я полная дура, полная дура!       Саша стоял, с полным безразличием в глазах смотря на неё. — Ну хоть в чём-то я согласен.       К нам подсела Вера. — Простите, что перебиваю, но нам надо разбираться с проблемой. — Да, да… конечно. — Сквозь слёзы произнесла Даша и открыла книгу. Полистав её немного, она нашла нужную страницу. — Для отмены прошлого ритуала нужно… три свечи, белый мел и благовония. — Как удачно, что всё это у меня есть. — Весёлым голосом произнесла Вера и открыла свою сумку. Пока девушки готовились к проведению обряда, я смотрел в окно. Ливень усилился. В небе сверкали молнии. Я всё больше понимал, что я не хочу, чтобы Саша уходил. Один из самых дорогих людей в моей жизни. И он покидает нас. Второй раз.       Вскоре всё было готово. Вера выключила свет, Даша зажгла свечи. Они сели напротив друг друга, а между ними был стол со странным изображением, нарисованным мелом, и тремя свечами. Даша опустила взгляд в пол. — Что такое? — Окликнула её Вера. Девушка напротив подняла взгляд. — Это так обязательно? В смысле, Саша… мы же теперь вместе, нужно лишь… — Послушай. — Перебила её Вера. — Во-первых, твой возлюбленный сам этого хочет и отказавшись проводить ритуал ты сделаешь ему только хуже. Во-вторых, ты ещё, видимо, не всё знаешь про устройство этого мира. Душам здесь задерживаться противопоказано. Так что это нужно сделать.       Немного подумав, Даша кивнула. Они закрыли глаза и начали говорить что-то на непонятном языке, похожем на латынь. Через какое-то время в квартире, в которой до этого было довольно тепло, резко похолодало. Я почувствовал потоки ветра в комнате. Саша стоял рядом девушками. Они говорили всё громче и громче, а ветер становился всё сильнее и сильнее. Книги начали падать с полок, настольная лампа упала, кресла закачались. И тут девушки вскрикнули и хлопнули руками перед собой. Последовал мощный поток ветра, который потушил свечи. Девушки встали и открыли глаза. И тут Даша вскрикнула, глядя туда, где стоял Саша. Она засмеялась и бросилась к нему, но только лишь прошла его насквозь. Она была в шоке. А тем временем Саша глубоко вдохнул и улыбнулся. — Получилось… получилось. — зашептал он. Внутри всё очень сильно сжалось. На газах проступили слёзы. За Сашей появился свет, который почти ослеплял. Он медленно обернулся и пошёл туда. — Спасибо вам всем! И… прощайте. — Сказал он на ходу. — Стой! — Внезапно для себя крикнул я. Он обернулся. Я, уже покрасневший от слёз, бросился к нему. Попытался взять его за руку. Тщетно. — Саша… Саша… — Что такое, Кеша? — Не… Не уходи… Прошу… — Я не мог контролировать себя. — Кеша, ну что ты так расклеился? Успокойся и прими это уже наконец. — Я не хочу… чтобы ты уходил, Саш. Ты… слишком дорог… для меня. — Я знаю, друг. И я знаю, что тебе помощь мне далась с большим трудом. Но я горжусь тобой и безмерно уважаю. Ты ведь в любой момент мог забить на всё это, заставив меня киснуть в этом треклятом мире вместе с тобой, где я бы проклинал каждый новый день. Но ты этого не сделал. Ты самый лучший друг, какой у меня только был. Настоящий и преданный. Да, пусть ты слишком осторожный, спонтанный и иногда непонятный. Но ты хороший человек и ахеренный друг. Знай это.       Я не знал, что ответить. Я смотрел на него и слезы катились по моим щекам. — И это… — Добавил он. — Я так понимаю, мне в Рай. — Он ехидно улыбнулся. — Я забью тебе там местечко.       Я улыбнулся в ответ. Он отошёл от меня на два шага. — Пока, дружище. Надеюсь, не скоро увидимся. А то тебе ещё пожить надо.       После этих слов он развернулся и пошёл на свет. Он уходил всё дальше и дальше, пока не растворился в воздухе, а свет пропал, но я продолжал ещё полминуты смотреть в стену, а затем смахнул последнюю слезу с щеки и сказал: — Пока… дружище.