По другому сценарию

ГЛАВА 6. Сентябрь 2011 Всю следующую неделю после полнолуния Александра не видит Дерека ни во сне, ни вживую. Со дня ритуала с Айзеком он ни разу не заглянул в клинику. По крайней мере Алан ей об этом не сказал. Стайлз  сделал, как она советовала – обратился за помощью к Дитону. Они точно выяснили, что ритуальные убийства совершает чёрный друид именуемый «Дарак». И теперь были заняты выяснением личности этого самого Дарака. Шеф Стилински всё реже появляется дома, из-за участившихся убийств работы у него значительно прибавилось. Из столицы штата присылают детективов в помощь, разобраться с серийным убийцей, и ситуация становится угрожающей для карьеры самого шерифа. Александра по-прежнему никому не может помочь. Её дар, неожиданно активировавшийся рядом с Дереком снова пропал и больше не просыпался. Она не может ничего узнать от ребят. Дитон и не собирается пока открывать клинику. Ей приходится проживать эти дни, находясь в стороне от событий. И это оказывается сложнее всего - жить в вакууме. Её ночи превращаются в ад. В котором каждая часть её кровати – его новый круг, где она горит своим пламенем. Забыться обессилено-тревожным сном под утро почитается за счастье. Через неделю её начинают мучить реалистичные кошмары. «Она не может узнать это заброшенное здание. Раньше она тут не была. Но здесь есть строительные леса и эскалаторы внизу. Скотт бросается на вожака альф в отчаянном броске. Он не сможет победить, и не собирался драться. Он пришёл договариваться. Сейчас юный оборотень жалеет, не смог вести переговоры.   Дерек в тот же самый момент сливается в смертельном оборотническом объятии с другим альфой размерами не меньше его собственных. Между ними завязывается жестокий поединок. В пылу битвы оба не могут удержаться на краю, чужак хватается за Хейла и они сцепившись срываются с платформы и летят вниз». Алекс просыпается едва не свалившись с кровати. Руки мелко дрожат, когда она стирает холодный пот с лица. Простынь скаталась в ногах. Горло сдавило тугим комком. «- Мы можем встретиться на индивидуальной основе…» Эта мысль в голове кажется единственно неестественно правильной. Встретиться с Питером? Этим интриганом, с манией величия, одержимым властью? Всего лишь несколько слов проносится на границе сознания и этого достаточно, чтобы понять: хитро обронённая Питером фраза была не случайной. Знал ли Питер заранее, что произойдёт? Стоит ли Дерек того, чтобы связываться с психопатом? Алекс не сомневается ни секунды, соскакивает босыми ногами на пол, сгребает со стола телефон, и решает принять предложение старшего Хейла. Перед встречей с Питером она звонит Дитону в последней попытке что-то узнать, но тот лишь предупреждает, чтобы она была осторожней, потому что Девкалион сошёл с ума, убил Энниса в погоне за властью. Этот разговор лишний раз укрепляет её в своём решении. Питер самый опасный из этого семейства, но выбирать не приходится. Она должна знать правду. «В ресторане играет живая музыка, официанты лавируют меж столиков во фраках. Разодетые посетители похожи на ярких рыбок из аквариума. А Алекс в привычных джинсах присаживается за столик, ловит саркастичный взгляд Питера. Который по исключительной случайности сегодня тоже одет в джинсы, правда - в дизайнерские. А случайно ли? - Ты предлагал встретиться. - А я думал, ты не догадаешься, - криво ухмыляется Питер. – Шампанского? - Я пришла спросить, где Дерек. - Детка, это удар ниже пояса. Я в шикарном ресторане с красивой девушкой, а ты спрашиваешь меня о моём племяннике - неудачнике, - притворно-расстроенным тоном произносит Питер, делая знак официанту, подзывая. - Мне снился сон. Очень плохой сон. - О, да, плохой сон – это действительно ужасно, - он корчит из себя настоящего мима: брови домиком, на лице полкило трагизма. - Пей снотворное. Меньше смотри ТВ, - участливо советует он. - Питер, он жив? - А что, есть причины сомневаться в этом? - Он не пришёл в полнолуние. - Наверное, забыл, что у него встреча в клубе анонимных альф-самоубийц, - голос сочится сарказмом. - Питер будь серьёзен, Эннис мертв, Девкалион его убил! - Проблемы Энниса. А я бы на твоём месте, не гулял в одиночку по вечерам, - уже довольно серьезно произносит, меняя тон, как бы настоятельно рекомендуя прислушаться. - В моём сне Эннис упал вместе с Дереком. Они лежали на эскалаторе… - Тебе действительно нужно тщательней выбирать литературу перед сном, - не дослушав, обрубает Питер. - Броманс - не твоё. У нас могут найтись и более приятные темы для разговора. Питер заказывает кофе и коньяк. Алекс не желает ничего. Они здесь всего несколько минут, а у неё уже нет сил выслушивать его иронию. Девушка теряет терпение. Питер оказался плохим источником информации, единственным на кого она возлагала сейчас надежды. Если бы с Дереком действительно произошло что-то ужасное, Питер не вёл бы себя столь уверенно. Алекс поднимается из-за стола, с шумом загремев стулом. Хейл слегка приподнимает бровь, но ничего кроме насмешки в его глазах она не видит.  - Эй, милая! – бросает он вдогонку. - Будь осторожна за рулём, погода никуда не годится – кажется, я слышал о штормовом предупреждении. - Я не вожу машину. - Тем более, - он опрокидывает очередную рюмку прямо в белоснежную фарфоровую чашку и подносит её к губам. Она спешит прочь, оставив его в одиночестве допивать остывший кофе». Злость на Питера придаёт сил продержаться ещё несколько дней. И ночей. В течение которых она замечает, что подушка стала неприятной потому, что больше не пахнет кисловато-сладко оборотнем, а одеяла уже не могут согреть в достаточной степени. Кошмары преследовали всё чаще, один краше другого. Большинство их было сюрреалистичными порождениями разума, и забывались наутро, оставляя после себя лишь мокрую от слёз подушку. Но однажды она увидела смерть Бойда от когтей своего альфы. В ту ночь она всем телом ощущала, что Дерек как никогда нуждался в ней. Но он снова не пришёл… Игнорируя странное лихорадочное состояние и головную боль наутро, Алекс звонит Стайлзу, чтобы узнать подробности, тот мнётся, но с горем пополам рассказывает, как Девкалион подстроил смерть ещё одного беты Дерека. По разговору она понимает, что тот скрывает ещё что-то и решает сама разобраться во всём. Ей надоело чувствовать себя отстранённой. Алекс отправляется в клинику с полной уверенностью, что не оставит в покое Алана, пока не добьётся более-менее внятных объяснений, но там уже Скотт. Он встречает её взволнованной вымученной полуулыбкой. Клиника в ужасном состоянии, по комнатам явно ураган пронёсся. Скотт выгреб на середину швабры и вёдра, видимо, чтобы устранить весь этот бедлам. - Скотт! Как ты? Где Алан? Скотт набирает воду и вздыхает. - Дитона похитили. Девкалион сделал это специально, но мы нашли его. Едва успели. Он сейчас в больнице, - объясняет Скотт, наливая в ведро воды. - Что ты здесь делаешь, клиника закрыта? - вдруг спохватился юный оборотень. - Стайлз рассказал мне про Бойда, - отвечает Алекс, открывая дверь в кладовую с моющими средствами. МакКолл понимающе кивает. Его взгляд тускнеет. Алекс вдруг думает, что погрязши в своих проблемах, она упускает много важного, включая проблемы своих друзей. - Скотт? – девушка осторожно берёт его за рукав, участливо заглядывая в его лицо. - Я, кажется, становлюсь истинным альфой как ты и говорила. - Это же хорошо, - говорит она. – Столько возможностей. - Я не знаю, - он качает головой. – Как я смогу контролировать такую силу? Сегодня я чувствовал, как пол уходит из-под ног. А если я не справлюсь? А если причиню кому-то вред? Мы расстались с Эллисон потому, что я слишком… Алекс останавливает его, прежде чем он успеет наговорить глупостей и самостоятельно довести себя до панической атаки, или ещё хуже - депрессии. - Слушай меня, Скотт, слушай внимательно, - уверенно заявляет она. - Когда я увидела тебя в первый раз, я уже знала, что из тебя получится лучший альфа-защитник в истории Бейкон-Хиллс. Я ещё тогда увидела, сколько людей ты спасёшь, и сколько пользы принесёшь городу. Ты даже не представляешь. Ты никогда не должен в себе сомневаться. Понимаешь? Ты мне веришь? Ты же слышишь моё сердце сейчас, – внятно проговаривает она, не сводя с него глаз. Скотт смотрит на неё некоторое время, и не находя ни одного признака неуверенности облегчённо кивает. Он тоже на секунду прикасается к её руке, принимая всю дружескую поддержку, которую она может ему дать, случайно задевает оголённое закатанным рукавом предплечье. И отдёргивает руку. Алекс виновато опускает рукав, натягивая до кончиков пальцев. - Ты в порядке, Алекс? Тебе больно? Девушка неопределённо пожимает плечами, но сердце предательски сбивается. И теперь уже Скотт выжидающе смотрит на Алекс. Она тщательно вспенивает воду в обоих вёдрах, пытаясь уйти от ответа, но сдаётся под его испытующим взглядом. - Ты знаешь, где сейчас Дерек, он в порядке? Я… очень волнуюсь. Говорила с Питером, но ты знаешь, из него слова не вытянешь, одни шуточки. Так, ты его видел? Скотт кивает, ловко орудуя щеткой и совком. Но слишком уж старательно избегает её взгляда. - Не считая гибели Бойда… Думаю да, он будет в порядке, - взгляд Скотта приобретает виноватый вид. В Алекс укрепляется ощущение, что всё может быть хуже, чем он пытается сказать. - Скотт, что с ним? - Не уверен, что мне стоит говорить об этом тебе, особенно теперь, когда вы вроде как больше не встречаетесь, - оборотень опускает глаза в полном смятении и мучительно выдавливает, - ну, а у него вроде как новая «подружка» теперь, извини. Серое вещество в мозгу Алекс на некоторое время останавливается. Зависает, отказываясь обработать неожиданную информацию. Наконец, эта мысль растекается, расплавляется оловом свинцовой пули по всем нейронам мозга. Болевым цунами разносится с кровью по всему телу. И когда достигает сердечной мышцы, Алекс собирает всё самообладание чтобы сдержать тело и эмоции в стазисе. Она только открывает рот, чтобы что-то ответить, потому что взгляд Скотта становится чересчур встревоженным паузой. Он ожидает реакции. - Ничего. Ничего… просто я… не ожидала, наверное, - воздух в лёгких заканчивается, как и запас слов, которые она может произнести в безопасном для себя режиме, не активируя новые атаки боли в сердце. Каким-то чудом ей удаётся сохранить лицо. И сделать вид, похожий на тот, как будто её это теперь не касается. Картинка с той девушкой снова всплывает. - Учительница литературы из нашей школы, мисс Блейк, - добивает Скотт. - Не важно.  - Прости. - Ничего, всё в порядке, - безучастно бормочет Алекс.   Одна-единственная мысль. У него теперь другая. Вот почему он не приходил. Вот почему он больше не придёт. Алекс ему больше не нужна. - Всё ещё ничего не видишь? – спрашивает Скотт, очевидно имея в виду её «видения» о будущем. Она решает умолчать про свои пророческие сны. - Нет, - качает головой. - Жаль. Нам сейчас очень нужно найти этого маньяка. Трупов становится всё больше. Она лишь пожимает плечами, берётся за швабру: - Давай, помогу с уборкой. - Спасибо. Так что сказал Питер? - Ерунда, эти его туманные предупреждения, больше похожие на угрозы, всё как всегда, ты же его знаешь… Только оказавшись дома, Александра забивается за кровать под подоконником, где единственное место в её комнате, из которого не видно распахнутое окно. Девушка стащила с постели подушку, стянула с неё наволочку, отчаянно пытаясь отыскать там остатки их запахов. Слёз не было. Внутри сухо и пусто как в пустыне. Да и с чего бы? Разве у неё были к нему чувства? Ну, может в начале он привлекал, как привлекают оборотни, своим животным магнетизмом. Как и все она попалась на эту приманку. Но потом она узнала его «получше», так сказать. Конечно же, у них не могло быть никакого подобия отношений, но почему же он ничего не сказал? Она ведь пошла на соглашение, дала ему всё, что он хотел, ожидая хоть каплю уважения в ответ. Он ведь мог сказать, всего пару слов, это не сложно. Она отлично запомнила образ прекрасной незнакомки в своём видении. Невольно сравнила с отражением в зеркале и уверилась в том, что у него были веские причины для подобной замены. Алекс бы радоваться освобождению от навязанного договора, но... Почему же тогда она чувствует себя обманутой? Словно задыхается, здесь, у распахнутого окна - недостаточно воздуха. Девушка по-прежнему не помнила ничего о прошлом, но точно знала, что такое испытывает впервые. А если всё не так? Мог ли Скотт ошибиться? Ведь то, что она успела тогда во время обряда увидеть – не тянет на «отношения». Дерек же просто спас ту женщину. Ход её мыслей приобретает всё новые и новые направления, неизвестно, сколько бы она ещё так терзалась, если бы день всё же не подошёл к концу и не появился с работы шериф. Когда шеф Стилински возвращается, он застаёт дома только Алекс. Справляется о сыне, которого уже потерял надежду лицезреть у себя дома по возвращении, и принимается за ужин. Некоторое время они обсуждают недавние события, пока он не замечает, что с необычно тихой Александрой что-то не так. Девушка, конечно, мастерски пытается это скрыть, но шериф не первый год работает с людьми и у него есть навык различать эмоциональные состояния, натренировался на Стайлзе. - Что происходит, Алекс? Если ты волнуешься за Дитона, то Мелисса заверила меня, что он будет в норме через пару дней. Завтра его выпишут. Алекс с готовностью кивает и прячет глаза. - Кажется, мне знаком этот взгляд, - замечает он. - Знаешь, задавать неловкие вопросы – моя работа. Поэтому я спрошу: дело в мужчине, верно? Александра окончательно тушуется под его пытливым взглядом и кивает: - Не думала, что буду волноваться об этом, но… Если человек внезапно исчезает, ничего не говоря. Я знаю лишь слухи, и не думаю, что они правдивы. Знаю лишь, что физически с ним всё в порядке. И мне действительно крайне неловко об этом говорить. И вы действительно не обязаны, после всего, что для меня сделали… Шериф поднимает ладонь останавливая её. Проглатывает последний кусочек лазаньи, кладёт вилку на стол и спокойно говорит: - Когда нам с женой было по двадцать лет, она узнала, что у нас будет ребёнок, первенец. Помню, как мы были рады и горды тогда. Девочка родилась с врождённым пороком сердца. У Александры округляются глаза и приоткрывается рот от удивления. Это то, чего она не увидела, даже когда её дар работал. - Да, Стайлз был не первым ребёнком, - продолжает Ноа, - но он об этом не знает. Никто не знает, кроме меня и Мелиссы. - Извините, - неловкость, которую теперь испытывает Алекс, переходит в чувство вины за то, что ему приходится ей об этом рассказывать. - Она умерла, не прожив и недели. Мы успели дать ей имя – Александра. В честь отца Клаудии. Мы так договорились: если будет мальчик, то назовём его в честь моего отца. А если будет девочка… - он замолкает, поднимая кружку с чаем и делает большой глоток, чтобы проглотить комок в горле. - Через два года у нас уже был Стайлз, а ещё через пять лет Клаудия заболела, и мы больше об этом не говорили. Сейчас ей было бы столько же, сколько и тебе. В этом году я увидел много нового и странного, во что я раньше не верил. Я не верил в знаки, но жизнь распорядилась иначе. Я точно верю в то, что должен помочь тому, кто нуждается и заслуживает этого. Алекс мысленно вернулась в тот день в январе, когда он нашёл её в лесу. Шериф не задумываясь забрал девушку себе домой, он нашёл ей работу, оформил опекунство и ни разу не взял уговоренную плату за жильё, но с удовольствием наслаждался вкусным и «неправильным» по мнению Стайлза «королевским обедом», что Алекс устраивала каждый месяц специально для него. Это всё потому, что она напомнила ему его умершую дочку. Его забота неожиданно согревает, и боль, сковывающая грудь начинает ослабевать, давая место дыханию. Безоговорочное доверие и доброта шерифа заставляют Алекс понять, что она не одинока. - Я хотел бы дать тебе совет, но в таких делах я не особенно силён, знаешь ли, - шеф отставляет опустевшую кружку и задумывается. - Догадываюсь, о ком идёт речь. Хейл давно тут не появлялся. Поверь старому копу, если человек внезапно исчезает - у него должна быть на это веская причина. Дерек не самый простой человек, с непростым прошлым. Дождись, когда он сам всё тебе объяснит. Мужчина должен сам решать свои проблемы. Насколько я успел его узнать, в этом мы схожи, - брови Алекс удивлённо взлетают, - и, да, я поступил бы именно так. Александра согласно кивает, подливая ему чай, как делала бы это родному отцу.