Загадочная

      Больше года прошло с того момента, как Элисия Блэйн покинула Хогвартс. Больше года прошло с того момента, как целая жизнь перевернулась с ног на голову. Больше года она пряталась у своего друга-вампира, пережидая пока эмоции утихнут, пока всё вернётся на круги своя. Но однозначное понимание того, что ничто не будет как прежде упорной мыслью застряло в голове и не хотело оттуда вылезать. Чувство собственного достоинства покинуло дочь великого тёмного волшебника двадцать первого века, покинуло и не желало возвращаться. Почти не изменилась — так она назвала своё состояние после тех событий, таких близких, но одновременно таких далёких. Джонатан сначала не желал принимать её у себя дома, всё жаловался на многочисленные дела. Но после недели постоянных сов и писем в его доме, решился и позволил ей остаться. Они почти не виделись. Только иногда случайно встречались в коридоре, как будто пугались друг друга, забывая о том втором, живущим неподалёку. Не было никакой информации, коей она ожидала увидеть. Чего угодно. Газетных заголовков, из-за которых часто приходилось ездить в город, а того и трансгрессировать в Англию, Министерских сов или того хуже псов — Мракоборцев. Однако, не было ничего. Это настораживало. Элисия ожидала чего угодно, но только не этой ужасной тишины, приторного, притянутого за уши спокойствия. Словно душа девушки желала боя, развитий событий, чёртового экшена их магловских фильмов. Но ни того, что оказалось в конце, явно финале всего действия. Дамблдор не мог оставить всё это просто так. Не мог закинуть то, что начал. Оставался одни вопрос: для чего начал? Вдруг его цель была достигнута тогда, когда все её воспоминания оказались у него? Может просто он коллекционировал воспоминания не таких как все. Других. Она попала в список? Ей просто так повезло? Или нет? Тишина кончилась также неожиданно, как и началась. По обыкновению и чудовищной иронии — в Лондоне. Проклятом, ненавистном городе. Теперь таковым являющимся.       Ей больше некуда было спешить, поэтому медленными шагами, прохладным вечерком, она прогуливалась по улицам столицы Великобритании. Одна, так и показывая, что ищет здесь только приключений, развития событий, ведь всё не могло кончиться вот так просто. Конец мая выдался прохладным, особенно почти ночью, поэтому девушке приходилось сильнее укутываться в весенне пальто, случайно приобретённое за деньги Уэйта на какой-то распродаже. Резкий шорох вызвал подозрения, особенно тем, что маглы совершенно не обратили на него внимание, а ведь он был значительно громким. Будто хлопком. Значит, кто-то трансгрессировал. Звук исходил из незаметного закоулка, куда и направилась волшебница. Никого. Неужели ей так хочется чего-то, что это уже кажется? Она прошла дальше, почти упираясь руками в тупик. Странное предчувствие одолевало, поэтому девушка осторожно зажала в руках волшебную палочку. Маглов можно было не бояться, они ничего не видят, да их почти тут и нет.       — Лимонную дольку? — раздалось из-за спины, Элис машинально направила на неожиданного гостя волшебную палочку, обороняясь.       — Люмос, — свет палочки осветил лицо профессора Дамблдора. Кто ещё мог предложить ей сладости в такой момент. Старик и правда сжимал в руке маленькую пачку с вкусняшкой, явно купленной в магловском магазине. Отчего-то картина великого, бородатого волшебника, покупающего такую вещь как лимонные дольки вызывала у девушки улыбку. Не к месту, но она усмехнулась, спустя мгновение опуская палочку и произнося контрзаклятье. Они вновь погрузились во тьму. — Чем обязана, сэр?       — Зачем же так официально, со старым другом, Элис, — Блэйн хмыкнула, что не осталось незамеченным. Столько времени прошло, о какой дружбе можно говорить? Палочка всё ещё была надёжно зажата в руке, так, на всякий случай. Альбус кинул взгляд на зажатый в руке предмет и, с лёгкой улыбкой на губах, продолжил: — Думаю, мне стоит перейти сразу к делу. Сейчас в Хогвартсе проходит Турнир Трёх Волшебников. В конце июня нас ждёт последний тур, на который я и хочу вас пригласить.       Элисия не перебивая, слушала мужчину. Так данные разговоры не заканчиваются. Обычно что-то следует за такими вот разъяснениями, какая-нибудь просьба. Дамблдор спрятал в карман своей мантии мармеладные дольки, предварительно взял в руки одну штучку, которая через секунду оказалась откусанной им. Немного подумав, Блэйн спрятала волшебную палочку в специальный карман. Почему он молчит? Ждёт реакции. Или нет.       — Нам не хватает людей для проведения соревнования. Много обязанностей не будет, но школа, а в особенности я, нуждается в вас, мисс Блэйн.       Повисла тишина. Снова, она снова попадает на ту же ловушку, вновь наступает на теже грабли. Зачем? Ей просто скучно. Даже тогда, когда ей впервые поступило предложение от директора, было нечем заняться. До этого считала себя великой, но поняла свою обычность, свою отнюдь не загадочность, а обыденность. Ошибалась. Нужны были ответы великому магу, он их получил, как получила и она то, чего желала. Свободы. Конечно, она уже согласилась с его предложением. Сейчас бы она согласилась с любым предложением, даже если Тёмный Лорд неожиданно появится и предложит перейти на свою сторону — согласиться. Скука ужасная вещь, без которой не существовали бы тысячи прекрасных историй.       — Скажите мне точную дату, я приеду за день до начала.       — Мы ждём вас через неделю, мисс Блэйн.       Хлопок. И она вновь одна. С кучей вопросов и диким желанием действовать, хоть сейчас сорваться с места и отправиться в Хогвартс. Вдохнув глубоко воздух, она прокричала:       — Метео Инитиум*, — небо моментально потемнело ещё больше, где-то в стороне грянул гром, моментально озаряя небо светом молнии. Дождь был прохладным, капли приятно охлаждали кожу лица. Закрыв глаза Элис подняла голову вверх, наслаждаясь водным потоком. Тот холод погоды совершенно забылся, теперь было приятно. Дамблдор умеет удивить, не всегда приятно, но умеет. Сам Альбус застыл на крыше напротив того места, где промокала под дождём юная волшебница. В его голове зародился план относительно этой девушки, но сбудется ли он зависит лишь от воли случая.

***

      Неделя после той знаменательной встречи пролетела моментально. Элисия выкинула почти всю свою старую одежду, так что ей было чем занять свои дни. Джонатан теперь чаще сидел с ней, даже когда день сменял ночь, вампир продолжал задумчиво оглядывать волшебницу. Несколько раз за их совместную жизнь эти почти два года, Блэйн просила Уэйта сделать из неё вампира. Просто так. Новые чувства, эмоции, снова ссора с другом. Всё это помогало жить, ведь она прекрасно заранее знала в его отказе ей. День отправления в Хогвартс выдался на удивление тёплым. Как никак уже июнь, погода должна радовать всех лучами солнца. Вампир попрощался с девушкой ещё прошлым вечером, так что долго задерживаться дома не пришлось. Только девушку удивил факт того, что Джонатан оставил на столе шоколадный торт с запиской: «Удачи, мой котёнок. Уверен, судьба нас ещё сведёт». Странным показалось то, что она совсем этого не хотела. Нет, не торта, пару кусочков того девушка съела моментально, а возвращения в этот дом. Что-то упорно отталкивало её. Жить ей было где, до этого момента душа тянулась к общению, теперь желало одиночества. Хватит, школа чародейства и волшебства ждёт её.       Долгий путь. Прямо ностальгия. Как в последний день, когда… Когда Северус попытался поцеловать её. Это чувство не принесло ничего, девушка даже как-то забыла факт того, что данная ситуация имела место быть. Вначале пыталась разобраться в поводах и как так получилось, однако быстро забросила это дело. Надеясь на тоже самое от Грозы Подземелий. Трансгрессировать девушка не любила, поэтому магическим способом переместилась лишь в Лондон. Дальше вольный полёт орла. Прекрасная птица. Могущественная, которая имела право делать всё, что ей по душе. К тому же стремилась и сама волшебница, раньше этого за собой не замечая, но упорно шла к данной мысли. Хогвартс уже виднелся на горизонте, как вдруг возник вопрос: как там Люпин? Узнал ли кто про его особенность? Учит ли он дальше? Хоть данная должность и проклята, не мог самый добрый из знакомых ей колдунов так просто умереть или исчезнуть. Дементоры. Их нет? Неужели Альбус решил отказаться от таких классных защитников детей? Они ведь такие неопасные. Вернулась Блэйн обратно в образ человека только перед Хогвартсом. Почему она не могла трансгрессировать в Хогсмид, а после лететь? Так скучно, к тому же полёта как такового почти и не было бы.       Коридоры наполняла тишина. Видимо сейчас идёт урок. Нужно отправиться к Дамблдору, узнать где можно будет спать. Вероятнее всего вновь поселят рядом со Снейпом, только бы не привело это к очередной трагедии. Знакомые пролёты лестниц, повороты — и вот она уже застыла перед гобеленом. Пароль? Если бы он был ей знаком. Не успела Элис и секунды подумать над возникшей проблемой, как проход зашевелился. Перед ней застыл человек довольно непривлекательной наружности, если бы они не были знакомы когда-то в прошлом, то Элис однозначно побрезговала общением. Аластор Грозный Глаз Грюм. Имя оправдывало реальность. Синий глаз вертелся из стороны в сторону, постоянно привлекая внимание. Мракоборец опирался о какую-то деревяшку, для беспроблемного передвижения из-за деревянной ноги. Палка неприятно билась о каменный пол, создавая неимоверное количество ненужного шума. Блэйн поморщилась. Какого чёрта он тут делает? Неужели Дамблдор таким наглым способом решил сдать её Министерству и Мракоборцам? Вот же. Мужчина уже успел отойти от гобелена на пару метров, птица постепенно закрывала проход. Он не узнал? Моментально расставив приоритеты, девушка отвернулась от кабинета директора и прямиком засеменила за Мракоборцем.       — Не узнал меня, Аластор? — окликнула его девушка, подозревая что-то неладное. Сколько она сделала для него, сколько он сделал для неё. Не может быть. Их сделка была слишком важной, чтобы так легко забыть о ней. Неужели старческий маразм. Хах, это вряд ли. У этого человека ничего подобного точно не могло бы случиться. Мракоборец повернулся, он был хмур, будто пытался вспомнить что-то, однако это ну никак не получалось.       — Да, помню, — настоящий глаз пробежал снизу вверх по татуированной руке и расширился от удивления. Что с этим человеком не так? Татуировку он точно видел и сто процентов не забыл, сейчас же стал всё забывшим ребёнком. — Элисия, дочь Тёмного Лорда.       Так мягко и нежно давно не протягивали её имя. Кто-кто, а этот человек делать подобного не должен был, да собственно и не мог. Либо Аластор Грюм сошёл с ума, либо на него наложили заклятье забвения, либо этот человек не Аластор Грюм. Больше продолжать данный диалог не было смысла, так что выведав у мужчины пароль от кабинета директора, они расстались мгновенно. У Аластора Грюма явно поднялось настроение, понять же это было довольно трудно, эмоции скрывал он так же умело. Поднимаясь по лестнице, Элис понимала — обвинения её поспешные и преждевременные, поэтому обвинять в лжи достаточно влиятельного Мракоборца и Альбуса в обмане и хитрости — полное безрассудство. Отстранившись от лишних мыслей, девушка постучала в дверь. Дежавю окутало с головой, заставляя появляться различные картинки воспоминаний. До чего опустилась её жалкая душонка. Оставалось только надеяться, что окклюменция всё на том же уровне, ну или выше, дабы защитить хотя бы отголоски новых мыслей. Дамблдор сидел в своём высоком кресле, поглаживая птицу феникса по голове. Тот мило жмурился, сам так и норовил под руку. Директор моментально заметил тихо прошмыгнувшую в кабинет юную волшебницу. Ещё неделю назад он отметил, что девушка совершенно не изменилась, может только волосы отрасли. Магия бурлила в ней всё с той же силой, выбирая то белую то тёмную сторону силы. Альбус улыбнулся.       — Добрый день, мисс Блэйн. Вы как раз вовремя, ровно через пол часа у нас обед. Ваше место за столом всё ещё принадлежит вам. Салатов для вас тоже будет под достатком.       — Я уже вернулась к обычному питанию, спасибо, директор, — долго задерживаться здесь не хотелось. Неприятные ощущения и чувство дискомфорта не давали почувствовать себя хорошо в данной обстановке. Отстранённо кинув взгляд на то место где должен стоять омут памяти, она постаралась как можно мягче перейти к делу. Именно постаралась: — Можем ли мы обсудить дела позже, хочу отдохнуть после дороги.       — Конечно. Можете оставить вещи в уже знакомой вам комнате, в подземелье. Думаю, профессор Снейп будет рад вашему обществу, — в ответ она лишь хмыкнула, поблагодарила старика и удалилась. Дамблдору нравился тот исход событий, который он наблюдал только что. Из воспоминаний дочери Волан-де-Морта директор прекрасно помнил Мракоборца Аластора Грюма. Теперь же они только что встретились в коридоре, что даже не надо было пытаться опровергнуть, потому что это абсолютная правда. Хотел бы, так прекрасно не свёл бы события. Аластор не вызывал в нём особых подозрений, но следовало его проверить. Глупо делать это под конец учебного года, но лучше поздно, чем никогда. К тому же не мог он так скоро появиться перед ней, вновь умоляя появиться в Хогвартсе. У него бы не было аргументов, а так хоть какой-то туз в рукаве. Теперь же оставалось только ждать, ждать новых интересных поворотов событий.       В комнате всё осталось на своих же местах. В подземелье всё так же холодно. То, что сейчас время урока, сыграло довольно полезную штуку, ведь по дороге девушке никто не встретился. На обед она решила не идти, нет смысла, ведь после торта Джонатана есть совершенно не хотелось. Оставив чемодан на полу, Блэйн отправилась на улицу, дабы найти укромное местечко. Сигарета в губах. Магловская зажигалка, просто потому что привычка. Ядовитый дым проходит в лёгкие. Девушка моментально закашливается. Курила Элис не часто, что довольно понятно. Просто в один день захотелось чего-то нового, неизведанного, снова. Первую пачку сигарет она купила в каком-то не очень опрятном ларьке, заплатив при этом хорошую сумму. Удовольствия не было, только дикое раздражение в горле. Ей нужно было сделать это, дабы развеяться, забыться. Помогало. Особенно ночью, когда рядом никого, вокруг только спокойствие. Оглядевшись по сторонам и замечая вокруг себя только чёрные деревья запретного леса, втянула дым ещё раз. Что же замышляет Дамблдор? Нужно ещё заставить его заплатить ей за работу, всё-таки она тратит своё время, сидя тут. Правда, не известно что он заставит её делать. Какие цели преследует этот великий волшебник?       Элисия не возвращалась в школу аж до вечера, шатаясь по округе. Яд не выветрился в сожалению, от неё так и несло этим едким запахом, от волос в особенности. Желудок сжимало от голода, поэтому решение пойти на ужин было принято моментально. За столом сидели все учителя, кроме Ремуса Люпина. Надо спросить у кого-нибудь куда пропал несчастный оборотень-учитель. А вот и цель для расспросов. Северус Снейп спокойно сидел на своём привычном месте, поедая курицу и салат. Место у его правой руки, как и обещал директор, было свободным. Сам Альбус общался с Минервой и, казалось, абсолютно не обращал внимания на юную волшебницу.       — Добрый вечер, — улыбнулась Элисия, профессор зельеварения лишь сдержано кивнул. Сейчас сто процентов встанет и уйдёт. Нет? Как странно. Гроза подземелий продолжал аккуратно поглощать пищу, пока Элис щедро накладывала себе мясо и жареный картофель. Впервые попробует человеческую еду Хогвартса и перестанет быть зайцем. А с чего ей было продолжать питаться, как травоядные, если, вероятнее всего, любимый учитель давно на том свете. Озарение пришло неожиданно и крепко укрепилось в её мозгу. Нет вопросов, точная уверенность.       — Не знал, что вы курите, мисс Блэйн, — прошептал зельевар, отпивая из кубка сок. Чуткий нос мастера зелий не мог ни уловить едкий запах магловской гадости. Почему все их изобретения приводят только к смерти или подобному исходу? Неплохо исключить всю эту дрянь или запретить. Впрочем, нет разницы. Не он портит себе здоровье.       — Знала, что заметите, сэр, совсем недавно начала, — быстро прожевав картофелину, Элис пожелала задать вопрос, волновавший ещё с её появляния на пороге школы: — Вы не знаете, где профессор Люпин?       — Уволился, — моментально буркнул под нос декан Слизерина. Не этого вопроса он ждал всё это время. Чего угодно, но только не это. Мужчина сжал кулаки, резко встал с места и удалился. Люпин. Даже когда его здесь нет, поглощает за собой всё что нельзя и всё что можно. Как же это до неё не дошёл слух об этом скандале. Неужели этот влюблённый оборотень не писал ей письма каждый день? Нужно было спросить. Неплохую игру затеяла она, которую проиграет, даже не успев сделать ход. Месяц вытерпеть её в школе и муки кончатся навсегда. Яростно хлопнув дверью, мужчина оказался в своём кабинете, в излюбленной тишине. Место их первого поцелуя. С каких пор столько сентиментальности, Северус? Давно не было в тебе такого, после её смерти, после смерти Лили. Твоя любовь не угасла, не угаснет. Лишь боль потихоньку исчезает, забирая воспоминания, медленно создавая новые. О, Боги, за что? Лили, забери меня с этого мира и покажи свой, заведи меня в свою реальность. Заставь перестать жить не тем, чем надо. И скажи, чего ты хочешь от меня?       Элис усмехнулась. Да, ей было плевать на душевные страдания профессора. Их можно почувствовать за версту, даже без легилименции. Конечно, она та ещё мымра. Но что остаётся делать? Бегать за ним и пытаться усмирить бедного мальчика, не получившего взаимной любви ни у одной женщины. Лили и правда прекрасная и очень красивая девушка, но поступила примерно так же как сейчас Блэйн — гадски. Кидалась в него помидорами, но продолжала уверять в хорошем отношении, дружбе. Поиграете с вашей бывшей помощницей, профессор? С уверенностью одержите победу, какими способами и зачем вам это нужно? Подкрепить эго, успокоить душу и медленно продолжать утопать в лжи и грёзах. Успокойтесь навсегда, будьте спокойны и живите для себя, всегда, профессор.