my sunflower

эта небольшая кофейня была для чону обычным местом заработка, он любил делать кофе и писать посетителям на тёплом стаканчике маркером всякие милые пожелания по типу «хорошего дня», но в один момент это место стало чем-то большим. примерно в тот день, когда в кофейню пришёл высокий парень с растрёпанными волосами и веснушками. — добрый день! — чону старался выглядеть приветливым со всеми, но увидев нового посетителя он неосознанно и искренне улыбнулся. — добрый день, можно… парень положил руки на стойку, барабаня по столешнице пальцами правой руки. пока он бегло изучал меню, чону опустил взгляд на его ладони. широкие, крепкие ладони. он любил смотреть на людей, любил замечать за ними забавные детали, так что сейчас он не мог оторвать взгляд от того, как парень облизнул губы, задумчиво перемещая взгляд от одной надписи к другой. в нём было что-то такое, что заинтересовало чону. что затронуло его душу и заставило думать больше о нём. возможно, ему так сильно понравилось, как его жёлтая кофта гармонировала с рыжими веснушками на его лице. чону отметил, что он выглядит, как подсолнух. неопрятный, но такой красивый. — карамельное латте? — а? да, конечно! — чону заулыбался ещё шире, на ощупь выискивая картонный стаканчик, расположение которых он знал наизусть за время работы в кофейне. глаза парня сузились от доброй и тёплой улыбки. от него будто веяло чем-то летним, и чону решил, что карамельный латте это определённо то, что ему подходит. он с щелчком открыл перманентный маркер и снова перевёл взгляд на посетителя. — как вас зовут? — лукас. он сказал это немного тише, будто бы стеснялся. чону показалось это настолько милым, что в груди расцвело необъяснимое чувство тепла. оно было таким странным, но таким сладким. как карамель. чону постарался написать как можно красивее, нарисовав милый смайлик сбоку. он немного помедлил, всё ещё держа стаканчик на весу, обдумывая, будет ли это лишним или нет. бросив неловкий взгляд на лукаса и побоявшись, что тот все видит, чону всё же дописал ещё пару слов и защёлкнул колпачок на маркере. — спасибо. с вас восемьсот вон, — чону поставил стаканчик подальше, наблюдая за тем, как парень доставал длинными, изящными пальцами купюры из бумажника. приняв деньги, чону по одной монете начал доставать из кассы сдачу. всё то время, пока лукас стоял рядом, он чувствовал некий трепет, так что он дёрнул головой, чтобы его светло-русая чёлка сползла на лоб и хоть как-то прикрыла его стыдливо горящие счастьем глаза. он протянул руку, чтобы положить монеты на столешницу, но перед ним из ниоткуда выросла открытая ладонь. чону аккуратно передал сдачу лукасу, испытав поистине подростковое чувство волнения, когда он на долю секунды провёл пальцами по его руке. чону чувствовал себя совсем не так, как до этого. он не так реагировал на прикосновения, не так воспринимал образ человека перед ним, не так чувствовал едва ощутимый шелест каких-то чувств внутри. называется ли это симпатией? возможно, но признавать это ещё тяжелее, потому что сердце начинает биться сильнее и размереннее. — сейчас, подождите, — чону никогда так не старался представить себя с лучшей стороны, будто лукасу было до него какое-то дело. и лукасу это несомненно нравилось. он признался себе, что он бы мог долго так наблюдать за тем, как этот милый бариста так умело исполняет свою работу. когда чону практически выполнил заказ и начал трудолюбиво вырисовывать карамельным сиропом на поверхности кофе крупную звезду, которая слегка оседала на пене, лукас сверлил взглядом его бейджик с именем. — пожалуйста, спасибо за ожидание! — чону закрыл стаканчик крышкой, передавая его лукасу. он должен был предугадать то, что снова коснётся его руки своей тёплой ладонью. будто она была такой родной и знакомой, что снова заставило чону испытать тихий восторг. — спасибо, чж… чону? — лукас виновато улыбнулся, вопросительно глядя на парня напротив. у того внутри будто всё разом перевернулось вверх дном и дыхание спёрло в груди. — да, чону, — на выдохе ответил он. — у тебя… у вас такое произношение, ну… — я из китая, — лукас ещё более виновато опустил глаза на стакан кофе, проверяя, крепко ли закреплена крышка. — так что у меня ещё есть небольшие проблемы с акцентом. — ва-а… — чону не сразу осознал, как он восхищённо пялится на парня. — всё хорошо! у теб… у вас хорошо получается! лукас поднял взгляд на чону, посмотрев в его глаза. а ведь он только сейчас заметил забавное сходство их цвета с цветом карамели. — спасибо, — он продолжал улыбаться, что аж щёки начали немного болеть. ему так нравилась вежливость чону, что в груди так же будто начали расцветать цветы. ему надо было идти, а ноги едва слушались, не желая сдвигаться с места. — хорошего дня, — нежно и заботливо произнёс чону. — и тебе, — лукас глуповато усмехнулся. — до встречи. и это «до встречи» было единственным, что заставило чону с нетерпением ждать их следующей встречи. он так надеялся, что это произойдёт, и не зря: как только лукас заметил надпись на стаканчике, он пообещал себе, что будет заглядывать в эту кофейню почаще. «Лукасу ;) чудесно выглядишь в этом свитере!» с тех пор лукас полюбил свою жёлтую кофту с длинными рукавами ещё больше, точно так же, как и чону полюбил карамельный латте и свою работу. и, конечно, эти двое, вроде как, полюбили друг друга. так что лукас приходил каждую пятницу в эту кофейню с родной атмосферой, не забывая брать с собой что-нибудь, что задержит его в этом заведении подольше: книги, акварельные карандаши и блокнот на пружине, в котором он так старательно вырисовывал людей с натуры. теперь его главным натурщиком стал чону, с которым он немного побаивался подробных разговоров, думая, что слишком сильно навязывается. — ох, лукас? — чону засиял, заметив, как тот подошел к стойке в очередную пятницу. — карамельный латте, я прав? если в первую их встречу он испытывал чувство лёгкой симпатии, то сейчас чону мог смело сказать, что он влюблён по самые уши. как бы это неправильно не звучало, но он влюбился в доброту лукаса и его неисчерпаемое дружелюбие, которым он с охотой делился с ним. — привет, — лукас уже держал в руке купюры, широко улыбаясь чону. — да, как обычно. чону стал всегда писать лукасу на стакане что-нибудь, что считал нужным. например, однажды парень пришел в кофейню после того, как попал под дождь, так что он пожелал ему «не болеть и оставаться таким же солнечным, каким я всегда тебя вижу». и у лукаса становилось тепло внутри. он толком не знал, куда деть своё бескрайнее чувство влюблённости, поэтому выплёскивал его на бумагу: страницы его блокнота наполнялись цветами с красивыми акварельными переливами. он думал о том, чтобы когда-нибудь показать их чону, но трепет и боязнь перекрывали все его планы. а ведь очень-очень хотелось. — пожалуйста, — чону снова протягивает большой стакан с горячим напитком, а потом задерживает взгляд на лице лукаса чуть дольше, чем должен был. парень как всегда с неопрятными тёмно-каштановыми волосами, торчащими в разные стороны, в джинсовом комбинезоне и оранжевом полосатом свитере, который как раз и дарит ассоциации с солнцелюбивым цветком у чону. рыжий дневной свет из окна неровными линиями освещает его лицо и заставляет по-ребячески жмуриться и часто моргать, но что-то другое было в нём сегодня, и осознание пришло к чону с умилённой улыбкой на губах. — ты рисуешь себе веснушки? — его голос прозвучал тихо, но крайне заинтересовано. — почему сегодня ты без них? лукас удивлённо вскинул брови, и только потом неловко улыбнулся, пытаясь подобрать слова, которые так невовремя забылись сами по себе из-за неоправданного волнения. он волновался, потому что понимал, что чону не просто так заметил эту мелочь. — я… не знаю, просто… не захотелось. — почему? — чону загорелся ещё большим интересом, немного оперевшись на столешницу. — ты мило выглядишь с ними! мне очень нравится. и только потом до него дошло, что, возможно, говорить такое было слишком рискованно. чону ощутил на себе, каково это — гореть изнутри, когда лукас смотрел на него нечитаемым взглядом. на самом деле, он сам был поражён и понимал, что одним блокнотом его чувство влюблённости не ограничится. — правда?.. чону захотелось провалиться сквозь землю. в нём трепетали самые разные эмоции, но он постарался не дать им взять над ним верх и сдержанно кивнул. — я понял, — лукас крепче сжал стаканчик кофе в руках. — учту на будущее. спасибо! он спонтанно подмигнул парню и развернулся, как можно быстрее удаляясь к дальнему столику. чону готов был треснуть от неловкости и всеразрушающего чувства симпатии. он был уверен, что с каждым разговором, с каждым взглядом он всё ближе и ближе к сумасшествию от переполняемой его нежности к лукасу. ему так сильно хотелось быть рядом с ним и быть уверенным в том, что этот по-детски солнечный парень хорошо себя чувствует. у лукаса в блокноте продолжают расцветать цветы, как и любовь чону в его сердце. ещё немного и он готов был прорасти мелкими бутонами по всему телу — именно так он себя чувствовал. как до сумасшествия влюблённый дурак. и, конечно, это пагубно влияет на него. хотя, почему пагубно? чону знал, что лукас придёт в четверг, они как-то говорили о том, что он может заглядывать в кофейню и в этот день недели, если чону хочет, а он несомненно хочет. так что он решил, что сегодняшний день это определённо подходящее время для глупостей. он опять встречается взглядом с лукасом, не торопясь говорить ему что-либо и давя совершенно идиотскую улыбку. — привет, — лукас осекается, задерживая взгляд на румяных щеках парня. веснушки. рыжие, яркие веснушки украшали его щёки, делая из него весеннего принца, никак иначе. по венам лукаса от сердца и до самых кончиков пальцев растекается сладкое чувство, которое он не мог передать никакими словами или рисунками подсолнухов в скетчбуке. — ты… веснушки? — каждое действие этого застенчивого парня убеждает его, что ангелы существуют, и один из них — бариста, который готовит самый вкусный карамельный латте. чону глупо смеётся, прикрывая рот аккуратной ладошкой. он чувствовал себя самым счастливым идиотом на свете. — боже, это… тебе так идёт! — лукас не мог оторвать от него взгляд. — блин, я не знаю… — да ладно, — чону перебирал пальцами рабочий фартук, который чисто являлся частью униформы. — я просто хотел попробовать. — и увидеть мою реакцию? лукас ничего не мог поделать со своей прямолинейностью. чону это немного смутило, но он честно ответил: — да. это было будто сигналом для лукаса, что чону точно так привязан к нему не с проста. это было скорее подтверждением его мыслей о том, испытывает ли он к нему что-то или нет. и от осознания ему хотелось утонуть в любви и больше никогда не высовываться на поверхность. после их разговора и нестандартного заказа — лукас попросил его порекомендовать ему что-то кроме излюбленного латте, и чону без капли сомнения указал на какао с цитрусами — чону дрожащими от беспокойства руками написал на стаканчике что-то очень объемное, взяв у лукаса деньги и подав ему горячий стакан. — удачного дня, — выдал он заученное словосочетание, которое произносилось для лукаса с тройной нежностью. а лукас признал, что кофе, цветы и чону — это то, что делает его счастливым. он делает глоток какао с привкусом апельсина и переводит взгляд на надпись на стаканчике. «любимому Лукасу ❤ можешь, пожалуйста, прийти к кофейне в девять вечера? мне просто необходимо тебе кое-что сказать». конечно, он может. даже если бы не мог, то отменил бы любые планы ради этой встречи. потому что ему тоже необходимо было кое-что сказать чону.