Вампиры тоже могут любить

      Ну что же, живут наши герои, поживают, но очень уж переживают... Северус волновался, что не может определиться между двумя увлекающими его людьми: общаться с мисс Уайт было так приятно, привычно и даже чуточку по-домашнему, хоть и письмами. А Гарри, в свою очередь, духовно рос, очаровывал одной улыбкой и прочее, прочее, прочее. Триада здесь была не вариант. Надо было выбирать, причем чем скорее, тем лучше. Если выбрать Поттера, то его задницу для начала надо было выудить из очередной передряги. Если же мисс Уайт, то даже личная встреча с ней пока ему не светит. (Сева-то ведь не в курсе, что его любимые — один и тот же человек (бу-га-га)!)       В общем, душевные метания…       У нашего Героя же проблемы более насущные: его, конечно, осенило, какое изобретение даст ему звание мастера. Но как его сделать? Для начала надо изучить устройство маггловских аналогов, потом изучить подобное уже магического мира. И только после, добавив от себя и заранее всё продумав, совместить в одно. А ведь надо успеть до срока, опробовать, сделать более доступным: по карману обычному магу. Проблемка, не правда ли? И, желательно, одним изобретением убить всех зайцев, то бишь учителей, которые подбивают на другие звания мастера. Короче, непосильная задача. Но только не Поттеру! — Я поставляю тебе лучшие зелья, да еще в огромных количествах. — аврор в зеленой мантии положил на стол договор. — Я требую свою зарплату! — Твои зелья не работают, а значит толку от тебя, как от книзла молока! Даже не заикайся о деньгах. — блик в очках-половинках на миг скрыл глаза. — Это касается всех! — Но Альбус, Гарри же не ест со всеми. — Минерва развела руками. — Он не появляется в гостиной, проводит время где угодно, но только не с Уизли, держится в стороне, забросил квиддич. — Дело дря-а-а-нь. — протянул профессор и отправилась в рот лимонную дольку. — Мы должны лучше показывать, какие хорошие Джинни и Рон. — Но как? Поттер даже не пересекается с ними! — У меня есть идея… — задумчиво сказал директор, поглаживая бороду.       Поттер никого не трогал, честное слово, никому не мешал. Но почему-то именно в этом из многих пустующих классов юной мисс Уизли-почти-Поттер решил признаться в любви какой-то старшекурсник. Опять мешают читать. Гарри бесшумно, чтобы не смущать пару, удалился. Но не успел он пройти и десятка метров, как его сцапала Макгонагалл, и завела к себе в кабинет. — Мистер Поттер, вам не кажется, что вы неправильно себя ведете? — она посмотрела ему прямо в глаза. — А как я себя веду? — прикинутся идиотом — почему бы и нет. Ни фига она обнаглела?! Будто не было того случая в кабинете профессора! — Вы отдалились от коллектива, игнорируете бедную влюбленную девушку. — Минерва явно давила на совесть, которой у Гарри не осталось, по крайней мере по отношению к этим людям. — Прошу прощения, но это не ваше дело. — Но Джинни так вас любит… — Что целуется с другим в соседнем классе. — парень поднялся. — У вас ничего не получается, признайте это. — Но… — Да я… — ох, зря Потти поддался гневу, ой зря! — Да я вообще гей!       То ли Минерве показалось волнение парня не враньем, а правдой, то ли была слишком удивлена откровенным признанием — черт ее знает — но она даже не попыталась остановить Гарри. А тот, злой, как стая гарпий, быстренько умотал из замка к озеру.       Уютное место, где никто ничего не увидит, ничего не услышит и не сможет мешать — камень у берега Черного озера. Он сел и уставился в снежную даль. Может, ему просто начать с кем-то встречаться? Поттер тут же откинул эту глупую мысль. Эта банда могла добраться до тех, кто ему дорог. О, вот о чем надо подумать сейчас! Срочно написать в Гринготтс, чтобы прислали защитные амулеты… Так, Драко они без надобности, своих хватает; Герми взять какие-нибудь сережки, все-таки она девушка; А Снейпу… А при чем тут, собственно, Северус?! Северус?! Так, Поттер, а ну-ка объясни сам себе, что это такое? Гарри заколебался. В голове сами собой всплыли строчки из блокнота, бал, а еще переписка и, почему-то, зельевар за работой — без мантии с закатанными рукавами… Парень понял, что покраснел — щеки так и горели. Собрав остаток разума, он вспомнил, что тот как бы наследник древнего рода и очень красивый вампир… Поттер, мать твою! Пора было завязывать с ленью, а то все мысли сходились к нему. Возвращаться не хотелось, и гриффиндорец не придумал ничего лучше, чем потренироваться в заклинаниях.       Разнообразные магические вихри, взмахи палочкой, тихий шепот. Движение руки, напряженная работа замученной головы, невербальные заклинания, поддающиеся с трудом. Как всякий, уважающий себя творческий человек, парень и не заметил, как пошел снег, напал ночной морозец, а на озеро опустились потемки. Какого же было его удивление, когда вдруг он почувствовал тепло согревающих чар. — Что бы вы без меня делали, а, Поттер?       Вопрос, конечно, был риторический, но почему бы не дать на него ответ. — Умер бы, профессор, не дожив до конца первого курса.       Но разговаривать на данный момент не то, чтобы не хотелось, не было сил. Они уходили на невербальный патронус. Ну же, еще немного… Гарри не заметил, как по виску потекла струйка пота, черные вихры упали на глаза, а щеки покрылись очаровательным румянцем. Северус, в пределах своего имиджа конечно, прям-таки расплющился. Мысленно. Не дай Мерлин, чтобы Поттер узнал, что профессор тает от такого няшного вида… К парню жуть как захотелось прикоснуться, как будто манящими чарами заколдовали. Если что, он скажет, что это была моральная поддержка.       Сторонний наблюдатель поймал бы сердечный приступ, увидев, как самый суровый преподаватель Хогвартса бочком-бочком подобрался к Мальчику-Которого-Достал-Директор и аккуратно, будто боясь спугнуть, приобнял того за плечи. Уж не знаю, что в этот момент почувствовал гриффиндорец (ага, оч даже знаю), но появился патронус. Красавец-олень поднял голову с ветвистыми рогами и цокнул копытом. Он излучал такой яркий свет, что пара невольно сощурила глаза. У Гарри появилось дежавю: холодно, темно, ослепляющее сияние, и при этом чувство невероятного счастья. Но все приятное когда-нибудь кончается, как и силы мага. Еще пару минут они провели в темноте и молчании. С неба падали пушистые хлопья, в темноте мягко светились окна такого родного Хогвартса, придавая еще большей романтики… — Пора в замок, иначе вы точно заболеете. — зельевар поднял на ноги засыпающего на ходу гриффиндорца. — Мне с вами нужно обсудить пару вопросов, касающихся зелий… — сонно пробормотал парень. — Можно, Северус? — и посмотрел своими невероятными, цвета молодой зелени, глазами.       Неформальное обращение вырвалось случайно, и, кажется, Поттер даже не заметил этого, настолько он устал. Лорд Принц словил сердечный приступ мимимишности и крайне навязчивое желание поцеловать мальчишку хотя бы в слегка вздёрнутый нос. Но поговорить им было не суждено; невербальный патронус — это вам не шуточки: Гарри буквально уснул на ходу. Снейпу ничего не оставалось, как взять на руки свое недоразумение: "Интересно, он вообще успевает отдыхать?" Наблюдая за своим чудом, он сделал себе еще одну мысленную пометку: это лохматое чудовище надо периодически кормить, иначе оно скоро грохнется в обморок от истощения. И, наверное уже можно, иногда его обнимать? Да, это надо делать обязательно, главное не укусить от радости… Оглянувшись, он все-таки оставил на щеке парня легкий поцелуй и прижал к себе: пока никто не видит, можно. В голове даже появилась шальная мыслишка отнести Поттера в свои комнаты, но от этого его удержали Гермиона и Драко, удачно появившиеся из-за угла. Они, видимо, уже обыскались нашего героя, так что профессор отдал им Гарри от греха подальше.