И езди после этого на автобусах.

Кристина практически лежала на парте, а Костя сидел рядом и сдерживался, чтобы не потыкать ее карандашом. Девочка не шевелилась и даже не моргала, смотря в свою тетрадку для контрольных по математике. Не то что бы у нее раньше не было хороших оценок, просто случается это крайне редко, а по математике так вообще впервые. А может все дело в том, что раньше она забивала на учебу и попытки подготовиться к сдаче домашних заданий или же контрольных работ, потому что ей было изрядно лень напрягаться. Вместо этого она шаталась по улицам или сидела дома, смотрела сериалы и аниме, читала мангу… А теперь вместо этого она тренируется, и худо-бедно пытается подтянуться в учебе. Обращаться к репетиторам уже поздно, но есть возможность хотя бы подготовиться к грядущим экзаменам. У нее и раньше были неплохие отношения с алгеброй, только вот прежняя учительница по математике была недовольна лишь решением, а с четким объяснением у Кристины проблемы, потому что, сколько бы она не пыталась, а запомнить словесную формулировку теорем и доказательств у нее плохо. Новый же учитель, Руслан Владимирович, докапывался лишь до тех, кто предпочитал ловить мух на уроке и бездельничать. А Крис и правда старалась, и учитель явно не слепой, чтобы заметить это… Вообще удивительно, что ей удалось решить задания по геометрии, учитывая то, что с ней она не дружит, как и с физикой, химией, историей, ну и географией в придачу. Нет, в пределах школы все нормально, но вот дома она совершенно не способна готовиться к устным предметам. Ну, а физика с химией просто не даются Кристине, к сожалению. Возможно, Кристине только кажется, но одноклассники вроде как пытаются общаться с ней чаще и даже без насмешек. Наверное, это все из-за того, что Костя постоянно крутится вокруг нее, главный заводила класса и негласный лидер. И она не может отрицать, что это в некоторой степени приятно. Не менее радует, что ее душевное равновесие, кажется, восстанавливается, в смысле, ее уже не бросает в холодный пот от одной мысли о Даниле Сергеевиче. Нет, легкое смущение все еще осталось и вряд ли когда-нибудь уйдет, но все-таки уже без панических приступов. Сейчас Данил вызывает у Кристины смущения не больше, чем остальные представители мужского пола. Хотя она заметила за собой какую-то странную привычку — после его извинений и их совместном катании на роликовом катке, она стала к нему присматриваться: к волосам — какого они цвета (рыжие или же скорее рыже-русые), как сегодня лежат (всегда по-разному, хотя и кажется, что как обычно). А голос и вовсе оказался не таким высоким, каким он показался в первый раз, плюс ко всему, Данил, кажется, еще и картавит слегка. И если раньше Кристина с большим удовольствием делилась с Ариной своими наблюдениями, но когда подруга рассмеялась, точнее, заржала как лошадь, даже не объяснив причины своего поведения. После этого она больше не упоминала о Даниле при Арине… Нет, ну что в этом такого смешного? Ничего удивительного, раньше ведь она старалась на него лишний раз не смотреть, но он все-таки ведет у их класса уроки. — Ау, ты меня слушаешь? — Костя потрогал ее за плечо. — Ммм? — девочка пару раз моргнула и сфокусировала взгляд на однокласснике. Кажется, сегодня он выглядит иначе… А, постригся. И высшим силам, что, наконец, нет этой жуткой, жиденькой челочки, которую Константин имеет привычку приглаживать, отчего она становилась жирной и еще более жуткой. Того гляди зашевелилась бы… Говорить свое мнение ему она как-то боялась, мало ли что у него замкнет в голове, не ровен час, возобновились бы издевки, а ей это сейчас ну никак не нужно. До конца года осталось всего ничего, близятся экзамены, а лишняя нервотрепка может сильно подпортить общие результаты. — Ты сегодня снова на тренировку? — Угу. А что? — Хотел позвать с нами погулять, но, похоже, облом, — Костя пожал плечами с видом «ну и ладно», и отвернулся, вдруг найдя безумно увлекательными стенды на стене с математическими формулами. Крис грешным делом подумала бы, что он обиделся, но ее предвзятое к нему отношение говорило, что вряд ли. Но, возможно, так и есть, потому как немудрено — Константин столько раз звал ее гулять, а девушка столько раз отказывалась, что любой бы обиделся, даже тот, кто делал это просто забавы ради. Видно же, что парень старается общаться нормально, но Дмитриева просто не может себя пересилить и подпустить его ближе, как-то уж слишком еще свежи воспоминания о его подначках с ее самого первого появления в этом классе. Может когда-нибудь в будущем Кристина и сможет говорить с ним без усилий над собой, но лучше не загадывать наперед.

***

Чем Данилу нравилось преподавать у одиннадцатых классов, так это тем, что они меньше отлынивали и действительно слушали материал, ведь теперь английский идет одним из обязательных выпускных экзаменов, и от каждого набранного бала зависит, куда они смогут поступить после школы. Среди же девятых классов, у которых он тоже имеет теперь «удовольствие» вести, хорошо если двадцать пять процентов действительно слушают материал, еще и записывают, учат и понимают, сорок пять процентов — просто слушают и вполне удачно пользуются словарем, а остальные тридцать, вообще лишь делают вид, что слушают, или демонстративно показывают, что им нет дела до этого предмета, как и до любых других. Наверное думают, что в профколледже с них будут меньше спрашивать. Мда, их явно ждет большое разочарование… Также Данил заметил, что Кристина перестала шарахаться от него, как от чумного, и не смотрит больше, как на шайтаново отродье. Да и его совесть заметно успокоилась после того, как извинился перед Крис, чего явно не случилось бы, последуй он совету Павла — забить на это дело и просто жить дальше. Жизнь явно стала налаживаться с уходом одной проблемы, однако, появилась еще одна, несколько другого плана… Да даже не проблема, а, так сказать, интересная ситуация. Он продолжает общение с Кристиной. А что здесь такого, собственно? Ничего противозаконного, обычное общение. Но ему, как учителю, не подобает себя так вести, и следовало бы честно сказать ей все и остаться действительно только учителем и ученицей. Однако Данилу не хочется терять единственную возможность свободно общаться с Кристиной. Их переписка дает ему какой-то душевный релакс, хотя говорят они, по сути, о всякой ерунде. А муки совести у него начинаются в тот момент, когда он вспоминает о том, что никому из друзей не рассказал об общении с Дмитриевой, хотя раньше за ним тайны от друзей не замечались. Саша бы, конечно, и так не стал ничего говорить по этому поводу (он вообще редко высказывает свои мысли, предпочитая держать нейтралитет), но вот стоит узнать о переписке Паше, и полетят головы. Не только Данина, но и Александра, потому что если Павел устроит допрос с пристрастием, то они просто не смогут промолчать… Антипов оправдывал свое партизанское молчание тем, что он соблюдает границы, и, в конечном счете, все обойдется без драм. Вдобавок ко всему, Алина снова уехала к родственникам в другой город, еще и на целую неделю. Радует, что она предупредила его за пару дней до непосредственного отъезда, и он смог морально подготовиться и не впасть в уныние. Ну, а чтобы не было сильно скучно, он вернулся к матери на это время. Она, кстати, не устает напоминать сыну, что неплохо бы познакомить ее и брата с девушкой. И дело не в том, что он боялся их знакомить, просто из-за проблем с родственниками Алина буквально сатанеет, а лишнее волнение в неподходящий момент могло ее спровоцировать на то, чтобы прекратить их отношения, чтобы избавиться от дополнительного источника раздражения. Закончив, к своему великому счастью, с проверкой самостоятельных работ, Данил отодвинул тетради на край стола, откинулся на спинку стула и с блаженством потянулся. Работы у него изрядно прибавилось, когда ему передали еще и девятые классы. Благо, что их хотя бы делят на две группы, что значительно облегчает задачу. Он посмотрел на часы и, со вздохом поднявшись из-за стола, засобирался домой — навел на столе относительный порядок, забрал одежду из шкафа, выключил компьютер и свет, закрыл дверь на ключ, и отправился к выходу. Сейчас придется идти на остановку, чтобы добраться домой на автобусе, потому что пешком слишком уж долго. От дома Алины, конечно, намного удобнее и быстрее добираться до работы, но одновременно это можно засчитать как минус — ошибочно полагая, что раз теперь живешь ближе, то можно выйти попозже и успеть. Пару раз он так уже почти опоздал, чем вызвал неодобрительные взгляды завуча, а нарвать на выговор будет не лучшим исходом. Пусть теперь приходится выходить пораньше, чтобы успеть на нужный автобус, но лучше так, чем сходить с ума от скуки целую неделю. Тем более, завтра выходной и одному ему дома ну совсем нечего делать. Что ж поделаешь, если он как-то не привык жить один — с родителями и братом, потом с парнями в общаге, сейчас с Алиной. Подходя к остановке, он заметил одиноко стоящую фигуру, а когда приблизился ближе, опознал Кристину. Девочка была больше сосредоточена на музыке, играющей в наушниках, чем происходящий вокруг, поэтому не заметила приближения учителя. В связи с этим, Данил позволяет себе рассмотреть ее получше, насколько позволит освещение. В ней что-то изменилось… И это не только касается прически, глупо было бы не заметить очевидного. Кристина, кажется, начала худеть. Те, кто видит ее каждый день, мало замечают такие изменения, тем более что они пока нет так характерно заметны. Но результат еще слишком мал и девочка не пытается подчеркивать свои успехи. Однако, помимо того, что Крис изменила прическу — постригла челку, максимально укладывает волосы на левый бок, а оставшееся на правой стороне закалывает заколками, открывая ухо. И, кажется, она начала ходить в какую-то спортивную секцию, потому что помимо школьной сумки, у нее через плечо перекинута еще одна, небольшая, спортивная. — Привет, — Данил дотронулся до ее плеча, отчего она подпрыгнула и посмотрела на него ошарашенным взглядом. — Ой, извини, не хотел пугать! — А, здрасте… — Кристина поспешно вытащила один наушник, заткнув его за шарф. — Из-за музыки не слышала, как кто-то подошел. Крис потерла согнутыми пальцами переносицу. Сегодня она не выспалась, потому что пришлось идти гулять с собакой на час раньше, а ложиться спать дальше было бессмысленно. И даже полчаса под контрастным душем после пробежки недолго действовали, и стоило ей сесть за парту, как ее тут же начало клонить в сон. На тренировке по ушу она вроде немного взбодрилась, и на улице тоже не так хочется спать, но вот только зайдет в автобус и сядет на сиденье — начнет клевать носом. И сейчас Кристина могла думать только о том, как окажется дома, примет душ и завалится спать. Тем более, завтра в основном устные предметы, и подготовиться к ним она сможет прямо на уроке. — Ты ходишь в какой-то кружок? — спросил Данил, кивком головы указывая на ее спортивную сумку. — Ну да… — девочка кивнула, пряча лицо в шарфе. — О, и как, есть успехи? — продолжал допытываться Антипов, понимая, что ей неудобно с ним вот так вот разговаривать. Кристина, не поднимая головы, пожала плечами. Она может и не будет от него бегать, как от чумного, но… чего ему надо?! Видит же, что ей неловко — может ведь проявить сознательность, и не смущать ученицу. И она печенью чувствовала, что Данил Сергеевич специально это делает, еще и кайф от этого получает, пусть даже без злого умысла. Только все равно неприятно. — Ой, ты устала, наверное, после тренировки, да? А я тут пристал с расспросами, — рассмеялся парень, поправляя шапку. Дмитриева бросила быстрый взгляд на учителя и отвернулась в сторону дороги, а там как раз стал виден подъезжающий автобус. Да еще и как раз тот, которым им нужен. Девочка зашла через заднюю дверь, и села в той же части автобуса, и на то, что Данил сел рядом, старалась не обращать внимания, и сосредоточилась на музыке. Да что ж это такое! Ну почему она не может просто забить на его присутствие? Ничего ведь сверхъестественного в том, что им с учителем по пути, нет, многие ученики живут с учителями по соседству. Правда, не всех связывает общая неловкая ситуация, пусть она и в прошлом. Она даже в мыслях не могла назвать вещи своими именами, заменяя «у него встал» на «неловкую ситуацию» и тому подобное, чтобы не слишком будоражить воспоминания и воображение. А Данил Сергеевич вообще, походу, не парится по этому поводу. Ну конечно, чего ему переживать из-за малозначимой девчонки?.. — Ты где выходишь? — отвлек ее от собственных мыслей Данил, тронув за плечо. Девочка повернулась к окну, силясь разглядеть, где они сейчас едут. — На следующей. — О, нам тогда по пути? — весело улыбнулся учитель, и ему показалось, что Крис его веселья не разделяет. Ну, он не соврал. Еще когда Саша развозил их с катка, Данил заметил, что Кристина живет буквально через дом от дома его матери. Кристине было явно не по себе идти с учителем, поэтому она старалась как можно меньше смотреть в его сторону, а Данилу было даже в какой-то степени обидно. Ну чего она куксится? Только потому, что они идут рядом? Ему уже даже не так весело от сложившейся ситуации, и так и подмывает спросить ее, почему она не может быть собой рядом с ним. Вон, с Мухиным спокойно общается, и ничего, насколько он вообще может оценивать их общение. А в данный момент она вообще готова бежать, и сдерживает ее лишь гололед и плохое освещение. Возможно, Кристина слишком близко воспринимает то, что Данил Сергеевич обращает на нее свое внимание вне уроков. Ну, а почему тогда он просто не отстанет от нее и не сведет общение только до пределов школы? Нет, по сути, так и есть, потому что до этого они и правда пересекались только на уроках. Но ведь стоит их взглядам пересечься, он ей улыбается!.. Да, Данил вообще улыбчивый, но как-то по-другому он прищуривается, что ли, когда улыбается Крис, еще и подмигивает, паразит! Ей очень хотелось в тот раз запульнуть в наглеца книгой, но тогда бы пришлось сваливать далеко и надолго, пока бы все забыли эту историю… Может быть, конечно, у нее разыгралось воображение и обострилась мнительность, и все эти посылы ей просто померещились. Ох, хорошо бы так, а то стремно… — До свидания! — быстро проговорила Кристина, и припустила к своему подъезду. Данил даже заикнуться не успел, когда след девочки простыл. А он только-только решился спросить о том, почему Кристина не может общаться с ним нормально… А вообще, ему сегодня же стоит прекратить с ней переписываться, однако, Данилу хочется разгадать эту странную девчонку, и понять, почему ему кажется, что общения в границах понятия «учитель и ученик» ему мало. Только вот голоса свыше, отвечающего на все его вопросы, он так и не услышал. А жаль, жаль…