И езди после этого на автобусах.

Данил вышел из школьного, мужского, конечно же, туалета, спокойно вздохнув. Это, конечно, не самое лучшее место для «разрядки напряжения», но куда деваться, если за две остановки, которые ему оставалось проехать, успокоиться не помогла даже минутная медитация, которой его научил дедушка. Нет, она не для таких случаев, но бывало, что парню это помогало. А в этот раз почему-то не сработало… Вот и пришлось воспользоваться туалетом, благо дверки на кабинках имеются, да и сейчас почти никого в школе нет, кроме учителей и пары учеников. Хотя, находиться в таком месте себе дороже — мальчишки, сколько их не гоняли преподаватели, все равно продолжали курить здесь. И даже постоянно открытая форточка не спасала положения. — И врагу ведь не пожелаешь… — пробормотал рыжеволосый, поправив пиджак. В этой школе он работает совсем недавно, два месяца, так как с сентября по октябрь был вынужден возиться с младшим братом, пока мама их в отъезде была. Друзьям он был вынужден отказывать в предложениях сходить в клуб, постоянно звонить в школу, проверяя, не занял ли кто его рабочее место. Паранойя, скажут некоторые. Возможно, это действительно так, но чего ему стоило найти работу в начале учебного года. Вернувшись в кабинет, Антипов вытащил из сумки ноутбук, включил его в сеть и сел напротив. Пока «тетрадка» загружалась, он успел проверить три самостоятельные работы, которые вчера писали дети. Вел Даниил Сергеевич у десятых и одиннадцатых классов, в крайнем случаем могли попросить провести урок у младших классов. Что он преподает? Английский язык. Главной его задачей, как сказала директор школы, подготовить старшеклассников к экзаменам, хотя иностранный язык, как обязательный, введут только в 2015 году, спрашивается, зачем мурыжить бедных выпускников? Но и от Алины Игнатьевны, тоже преподает этот предмет, требуется готовить младшеклассников к ежегодным тестам. И спрашивается, для чего мучить даже маленьких?! Марина Ивановна, директор школы, только пожала плечами и сказала, что это придумывает министерство образования, а не она. — Тук-тук, можно? — в кабинет зашла девушка, улыбаясь. Высокая брюнетка, с карими глазами и ладной фигуркой. Конечно же, в ней было много чего хорошего, кроме внешности, например, доброта и ласка, с какой она относилась к детям, вежливость и улыбчивость с коллегами и… внимание к нему. Еще с первого дня работы Данила в СОШ № 5, на планерке, когда директриса представляла нового учителя. А что, у них много общих тем, особенно связанных с их предметом. — Как дела? — Отлично, — улыбнулся парень, поворачиваясь к собеседнице лицом. Про случай в автобусе он однозначно рассказывать не будет. Она вряд ли его засмеет, но стыд-то никуда не денешь. Хотя, мальчик уже взрослый. Но ведь это не отменяет все глупости ситуации… — Как выходные прошли? — Чудесно, — она облокотилась на первую парту второго ряда, сбоку от учительского стола. На ней было надето простенькое черное платье, с белой полосой посередине, шею украшало тонкое золотое колье; на руках — тонкий золотой браслет; в ушах — серьги, тоже золотые. И все это из одного гарнитура. Даже притом, что учителя получают довольно скромную зарплату, она выглядит шикарно. — А твои? Как братишка поживает? Они всегда так мило беседуют. Когда в класс начали подтягиваться ученики, они не особо обратили на них внимание, разве что Даниил Сергеевич стал более сдержан в словах. Не стоит давать ученикам повод для обсуждения, не стоит. Придумают еще чего-нибудь, а им с Алиной потом расхлебывать придется. Некоторые старшеклассницы, которые, можно сказать, без толку прихорашивались по полчаса в женском туалете, в отместку на равнодушие учителя начали распускать слухи. Пока что они безобидные, но молодежь сейчас частенько впадает в крайности. Не все, естественно, но личности такие находятся довольно часто. Когда пришло почти полкласса, брюнетка улыбнулась и вышла из кабинета, не видя нужды говорить, что они увидятся за обедом, ну, или хотя бы в учительской. — Даниил Сергеевич! — подняла руку одна из учениц. Мария Ханжина, кажется. Одна из тех, кто любит распускать сплетни и почти не расстается с зеркальцем. — Подойдите, пожалуйста! Данил поднялся с места и подошел к ученице. Девушка она симпатичная: невысокая, стройная, даже немного худая, с вьющимися темно-русыми волосами ниже плеч, кончики которых все еще черного цвета чуть. Глаза у нее большие, карие, даже несмотря на слой тонального крема, на коже лица видны веснушки. Всегда опрятно одевается, хорошо выглядит. Еще бы вела себя подобающе — цены бы не было. Хотя, кто сказал, что его такие не привлекают? Девушка она эффектная, притягивающая внимания. Так почему бы не уделить ей немного времени? — Помочь? — спросил парень, опираясь одной рукой о парту, в другой держась за спинку ее стула. Вид сверху, конечно, чудесен… упс, не стоит ему заглядываться на учениц, еще не дай Боже кто-то скажет, мол, домогается учениц. — Я не могу перевести это предложение… — девушка ткнула пальчиком в текст ученика. Антипов вздохнул, улыбнулся. Взял ручку и написал ей на черновике перевод, но не предложения, а слов. — Предложение составь сама, пользуясь словарем, — затем нагнулся чуть ниже и шепнул ей на ухо: — Ты бы застегнула блузку нормально, а то заболеешь. Русоволосая пристыжено (для вида, конечно же) опустила глаза и застегнула две верхних пуговички, а учитель тем временем вернулся на свое место. Он не мучил учеников каким-то дюже сложными самостоятельными работами, просто задавал им перевод текстов. Если кому-то нужно было что-то посложнее, так как знают, что справятся, то он давал задания посложнее.

***

— А почему тебе не дали еще и девятые классы? — спросила Алина, сидя напротив Даниила в столовой. Учителя едят, не все, после второго урока, кто-то после третьего или четвертого. Кому как приспичит, в общем. Этим двоим приспичило после второго, поэтому за учительским обеденным столом они сидели вдвоем. Это очень удобно, когда хочешь наладить отношения с коллегой, а в компании как-то не хочется обсуждать дела. Личные дела, конечно же. Хотя кто-то скажет, что служебные романы не есть хорошо, но кто сказал, что это роман? Так, просто дружеский разговор. Пока что дружеский. — Издеваешься? — нервно хохотнул молодой человек, благо, что ничего в этот момент не пил. — Лучше уж с выпускниками… — И это слова учителя! — Ты, если правильно помню, тоже ведешь лишь у вторых, третьих и четвертых классов, — припомнил Данил, с победоносным видом откусив булочку. — А вот Ольга Валерьевна взяла на себя с пятого по девятый… — их обоих передернуло от одного представления о том, как они ведут уроки у этих классов. Ольга Валерьевна женщина в возрасте, да и стаж у нее намного больше, чем у них, и ей как-то удается справляться с этими… бесятами. Хотя, к некоторым из них хочется приметить слова «черти». Антипов почему-то сконцентрировал внимание на входе. Хотя, это из-за того, что задумался. Над чем? Над тем, успеет ли он сегодня зайти в магазин, но и чтобы не пришлось пешкодрапом добираться до дома. Хотя возле дома и есть магазин продуктов, но не факт, что он будет открыт, когда парень поедет домой. У него сегодня еще и одиннадцатый класс есть, а они учатся во вторую смену. Эх, и что только не сделаешь ради любимой работы. И тут в столовую вошла… та самая девочка, с которой у них в автобусе возник конфуз. Среднего роста, среднего телосложения, волосы блондинистые еле достающие до плеч, челка убрана назад ободком. На лицо тоже довольно обычная: нос слегка «картошкой», светлые глаза, тонкие бледные губы. Хотя, она вообще вся бледная, создается ощущение, будто она болеет. Но вид у девочки достаточно бодрый, чтобы быть больной. Белую блузку пересекает черный провод от наушников mp3-плеера, который лежит в кармане черных джинс. Она его даже не заметила, прошла к окошку раздачи и купила пирожок с картошкой, кажется, и сок в маленькой коробочке. Оплатив все, блондинка ушла обратно, видимо, в класс. — Ты чего? — спросила Алина Игнатьевна, помахав его перед лицом рукой, от чего он вздрогнул и помотал головой, растрепав свои кудряшки. — Да так… — Знаком с Кристиной? — А ты ее знаешь? — Даниил заинтересованно глянул на собеседницу. — Ну, так… Просто ее Лариса Николаевна, классный руководитель 9 «В», отчитывает. — За что? — За браслеты с шипами, джинсы, частые прогулы, — девушка откинула волосы назад. Его это… завораживало. Алина такая элегантная, милая, да и возраст у них один, ну ладно, она на два года старше. Ему двадцать четыре, а ей — двадцать шесть. Не прилично, конечно, говорить о возрасте девушки, но она его не скрывает. Сама как-то пошутила, мол, уважай старших. — Но она не прогуливает, а болеет. Видела ее пару раз в больнице, когда с подругой водили туда ее сестренку. Рыжеволосый медленно кивнул, продолжая ковырять ложкой в солянке, которую сегодня подавали на второе. Ну, узнал он эту Кристину, а что дальше? Не будет же он подходить к ней в школе, засмущает ведь. Как она покраснела в автобусе от этой глупой ситуации со случайным возбуждением, а что будет, если учитель отведет ее в сторону, и будет извиняться? Глупо будет. Зачем извиняться за то, в чем никто не виноват? Только тело, которое отозвалось на случайные трения со стороны.