Хидан-сэнсей и Какаши в Акацки

- Как это понимать? – Какудзу небрежным жестом указывает на небольшую, уже пустующую поляну, а потом целенаправленно тыкает пальцем в укороченный ствол дерева, кора которого была слегка вымазана в багрового цвета крови некогда пойманного ими жителя Югакуре. - Он ушел, - пожал плечами Какаши, не поднимая взгляд со страницы книги, показывая тем самым весь объем своей неисчерпаемой заинтересованности в происходящем. - Ты издеваешься надо мной? – вспылил моментально водопадник, сжимая руку в кулак. - Я же сказал, нам нужно было его убить. Тогда бы и не ушел, - на этом Хатаке почувствовал, как его схватили за ворот плаща, притянув к себе в угрожающем жесте. Один его единственный глаз столкнулся с яростным взглядом неестественно зеленых зрачков напарника. - Он был нужен нам живым! Ты японский вообще понимаешь?! И где тебя носило, когда этот инвалид попытался скрыться? – каждый вопрос был буквально процежен сквозь зубы. - Я был здесь, семпай. Очень увлекся одной постельной сценой в десятой главе и, кажется, совсем не заметил, как… - на этом Копирующему ниндзя пришлось замолчать, так как доступ к кислороду перекрыла ладонь Какудзу, сжавшая горло с ощутимой силой и безжалостностью. Однако же водопадник ощутил, как в живот ему тут же уткнулось холодное и острое лезвие куная. Прищурившись, нукенин Водопада вкрадчиво поинтересовался: - И как нам его искать теперь? - У меня есть план. - Уже вызывает сомнения. И какой? - Он может скрываться где-то в этом лесу, либо же направится в ближайший населенный пункт в двух километрах отсюда. Мы просто обыщем селение и всю эту местность. - Ты хоть иногда думаешь, что говоришь? - В Академии у меня была «пять» по географии. Я все просчитал. На весь лес нам понадобится около пяти часов, вместе с окрестностями около шести с половиной, а вместе с селением восемнадцать, а на более тщательный… - Ты - балбес, - перебил тираду Какаши водопадник, грубо отпуская из своей стальной хватки предателя страны Огня. – Ты дважды балбес. - У Вас есть другой план, Какудзу-семпай? Если да, то я с удовольствием его выслушаю. - Нет. И ты предлагаешь воспользоваться твоим? - Да. Он идеален. Но есть одно «но» - Серьезно? А по-моему ты себе льстишь, весь этот план – одно сплошное «но», Какаши, - беззлобно подметил напарник Хатаке, который, в свою очередь, проигнорировал это замечание. - Всего на выполнение уйдет восемнадцать часов. Это если не спать, не отдыхать и не есть. Хотя, я давно заметил, что Вам стоит сесть на диету, - все та же невозмутимость в голосе, и в конце реплики лишь легкая улыбка на губах, говорящая о себе в собравшихся на черной маске складках в виде прерывистой, изогнутой полосы. Нукенин Водопада же, процедив сквозь зубы в адрес коноховца нечто малолесное, уверенными шагами направился прочь с поляны, понимая, что еще минута, и он просто уничтожит это… это. И, в лучшем случае, будет «это» лежать в гипсе. - Я убью тебя, Какаши! Ты уже почти переступил черту моего терпения. Еще один твой необдуманный шаг, и я вышибу твои помешанные на третьесортных романчиках мозги. - Надо же. Я посмотрел бы на это, - книга и кунай были убраны в набедренную сумку, а сам Копирующий ниндзя неспешно нагнал своего семпая. - Ты будешь искать сбежавшего инвалида. Все-таки ты его упустил. Делай, что хочешь, хоть землю носом рой, но к завтрашнему утру он должен будет быть на том же месте, привязан к тому же дереву. - А Вы? - А я займусь другими делами, которых, стоит заметить, не малое количество. Если бы не ты, мы бы так не задерживались. - Досадно… *** Первые косые лучи рассвета озолотили верхушки деревьев, стараясь коснуться остывшей под сиянием луны земли, проскальзывая сквозь густые кроны сочно-зеленых кленов и падая на помятую под ногами редких путников траву в виде бледно-желтых пятен. Граница горизонта так четко была видна сейчас, окрашиваясь в краски просыпающегося солнца и с каждой секундой расползаясь по небосводу, исчезая от любопытных глаз. Воздух холодный и несет аромат скошенной августовской травы. Этот запах очень знаком Какаши, он – предвестник непрошеной прохлады. Хатаке делает глубокий вдох и прикрывает глаза, облокачиваясь на шероховатый ствол гостеприимной березы, роняющей безмолвно с листьев капли утренней росы, как слезы. Все замерло, и время на несколько секунд прекратило свой бег. Вся вечность растворялось в более длинном и бесконечном «сейчас». Нукенин страны Огня боялся разомкнуть веки, разлепить ресницы, чувствуя, как он вновь тонет в созданном им же мираже. Кто-то украдкой, почти невесомо, как шелковая ткань ветра, касается его левой руки, что заставляет Какаши открыть глаза. И он вновь видит их. Рин и Обито, безмолвно смеющихся и торопящихся исчезнуть в первых лучах рассвета. А пока они здесь, рядом с ним, оборачиваются и что-то старательно кричат, не издавая ни звука. Но Хатаке научился читать одну и ту же фразу, слетающую с растянутых в детской улыбке губ. Они звали его по имени, звали с собой. Копирующий ниндзя, помедлив, тянет к ним свою руку, наивно полагая дотронуться до светившихся бледным светом знакомых силуэтов. Делает шаг к ним, стараясь не сорваться с места и побежать следом. Ему казалось, что он видит этот призрачный след, оставленный ими, протоптанную и уходящую в густые, непроглядные заросли нескончаемую тропу. Но все, что по-настоящему остается, лишь бледный след от тумана, в который превратился преследующий Какаши мираж, наступающий на пятки и во все горло голосящий о прошлых ошибках, заставляя оглядываться. В реальность члена Акацки вернул глухой стон пойманного им некогда убежавшего жителя Югакуре. Пленник смерил Хатаке напуганным взглядом, наблюдая за тем, как тот делает к нему шаги, шорох которых раздавался в унисон биения напуганного сердца. Пот выступил на бледном лбу, а окрашенные кровью зубы застучали. - Пожалуйста, - осторожно, еле слышно шепнул мужчина, шевеля разбитыми в мясо губами, с уголка которых тянулась тонкая, алая ниточка. - Заткнись, - потребовал Копирующий ниндзя и тут же ударил этот ценный мешок с информацией и костями в ребра, слыша их скрежещущий хруст, раздавшийся в унисон громкому воплю боли. – Я же сказал тебе, заткнись, - на этот раз нога «прошлась» по лицу, ударяя куда-то в район виска. На этом пленник затих, а его голова безжизненно опустилась на грудь. - Помер? – нукенин Конохи опустился на корточки рядом с жертвой и, сжав запястье мужчины пальцами, нащупал слабый, подающий признаки жизни пульс. – Надо же, еще жив. Какудзу-семпай будет доволен. Рин – его жертва, а Обито тот, кто прячется под оранжевой, спиралевидной маской, дергая за ниточки в своей большой игре. Прошлое – рассеивающийся к вечеру туман. Ошибки – груз, отягощающий остатки проданной Дьяволу души. Смерть – работа. Враг – каждый, переступающий черту дозволенного. Смех – пережиток другой жизни. Друзья – призрачные, выдуманные им же миражи. А рассвет – мимолетная, непозволительная роскошь… ___________________________________________________________________________________________________________________________ опять-таки большая задержка >> слезно прошу прощения, глава бы появилась раньше...много раньше, если бы не обстоятельства... вообще, я планировала отдать ее под Наруто и его издевки над Хиданом, но все-таки решила не нарушать очередность)) так как с чувством юмора у меня не очень, но я все равно старалась, я пыталась сделать эту главу такой же непринужденной и легкой, как прошлую, но, так как мы говорим о Какаши, я не могу не добавить чего-то серьезного и драматичного^^" надеюсь, это было не лишним) спасибо за прочтение всем-всем, за отзывы и вообще за то, что вы есть, дорогие читатели^^ я вас просто обожаю))