Целитель Гонт - часть вторая

На следующий день Морган проснулся поздно — слава богу, на работу идти не надо было. За завтраком кивнул сыновьям и рассеянно поцеловал в висок заплаканную Моргану.  — Папочка — всхлипнула та. Морган с опозданием вспомнил события вчерашнего вечера. Но после последовавшей тому ночи, проделка Морганы казалась такой мелочью… поистине, все познается в сравнении.  — Прорвемся — сказал он. — В твоем возрасте я тоже наверняка наделал пару глупостей. Хоть и не припомню теперь ничего. Присутствовавший на завтраке Снейп только хмыкнул. После завтрака Морган незаметно прошел в домик к юным некромантам. Как и ожидалось, обнаружил Рею в объятиях Адама — слава Мерлину, одетых. Парень и девушка все еще были в прострации после жуткой ночи, и он провел с ними пару следующих часов, успокаивая и приводя в себя. Потом вернулся к себе и обнаружил у столика в саду Поттера, который с удовольствием доедал содержимое тарелки, поданной смущенным домовиком.  — Привет, Морган — сказал он.  — Привет и тебе, Поттер. Зачем пожаловал?  — Проверить как здоровье малышки Морганы. Арестовывать я ее не собираюсь, так как помню свое обещание. Но и следов Империо не обнаружил, так что тебе стоит лучше смотреть за своей дочуркой. Хотя, кому я говорю. Человеку, который в пятнадцать лет… эх, неважно.  — Почему же, мне интересно — возразил Морган.  — Как-нибудь в другой раз. Пока что… Поттер резко поднялся и привлек к себе Гонта. Помедлил секунду и крепко поцеловал в губы. Тот приподнял бровь.  — Прямо в саду? Хочется увидеть в вечерней газете заголовок «Министр милуется с целителем»?  — Вокруг полно защитных чар. Я перед обедом их тут ставил битых два часа, пока ты прохлаждался неведомо где. Кстати, где ты был?  — Хотел побыть один. Что насчет архива, есть какие-то следы?  — Да, но пока что только следы. Как насчет того, чтобы подняться к тебе и провести пару часов наедине?  — Не очень хорошая идея — ровным голосом сказал Морган. Поттер не ответил, а прижал его к себе еще крепче и поцеловал опять, в губы, в шею, попутно расстегивая пуговицы, чтобы проникнуть дальше.  — Что… ты делаешь? — спросил Морган, ошеломленный натиском. — мы в моем чертовом саду! Нас видно из каждого окна.  — Нас не видно ниоткуда — сказал спокойно Поттер. — я же сказал, что поставил максимальную защиту. А тут поставил еще и чары невидимости и отвода внимания. Представь себе, мы можем заниматься тут любовью, а за вон тем столиком Северус будет пить чай — и ничего, ровным счетом ничего не увидит и не услышит. Что ты кривишься?  — Ничего, просто когда ты говоришь «заниматься любовью», ощущаю себя этакой барышней из любовных романов.  — Ебаться — тебе больше импонирует?  — По крайней мере, честнее.  — Ты такой невыносимый романтик, Морган.  — Кто бы говорил. Поттер расстегнул уже все пуговицы и снял с Моргана рубашку.  — Давай может на самом деле пойдем наверх? — нервно сказал тот.  — Поздно — пробормотал Поттер, расстегивая его брюки.- у тебя было время передумать. Мы будем трахаться прямо тут, на траве. Морган зашипел, когда губы Поттера обхватили его член, закрыл глаза и постарался представить, что защита на самом деле существует. Поттер мягко опустил его на траву и опустился рядом.  — Хочешь сегодня быть сверху? — спросил небрежно. Глаза Моргана расширились.  — Ты… готов?  — Да. Потому и спрашиваю. Морган кивнул. Лег поверх Поттера и посмотрел в зеленые глаза. Тот был спокоен, только в глубине глаз была затаенная боль.  — Что случилось? — спросил Морган резко.  — О чем ты?  — О том, что ты сам не свой. Заниматься любовью? Быть снизу? Где настоящий Поттер? Тот невесело рассмеялся.  — Я тут. Просто… если нам осталось быть вместе считанные разы, то лучше провести их приятно.  — Ты собрался умирать?  — Нет. Но твой босс… может решить иначе.  — Как видишь, иногда мне дозволяются вольности.  — То есть, иногда он смотрит на все сквозь пальцы?  — Не совсем так — пробормотал Морган.  — Как же? Тот не ответил. Резко схватил Поттера за бедра и вошел в него. Тот ахнул. Гонт вошел снова, еще резче. Заломил руки лежащего под ним мужчины так, что у того выступили слезы на глазах.  — Не называй это «любовью». — тихо сказал Морган и опять толкнулся вперед. Поттер попытался высвободиться, но Морган не отпускал. Он сжал запястья Поттера так, что кожа на них лопнула и показалась кровь. Остановился, видя, как Поттер корчится от боли. Он вдруг понял, что еще пара минут- и Поттер умрет от болевого шока, если он продолжит. В ту же секунду он отшатнулся, нащупал в траве свою одежду, и оделся. Потом наклонился к лежащему мужчине. Поттер был без сознания. Морган не рискнул трогать его, позвал домовика и приказал ему перенести министра в дом, позвать Северуса и принести лекарства. Потом посмотрел на свои трясущиеся руки. Что сейчас произошло? Еще один побочный эффект «дара», или еще один «урок» хозяина? Он застонал и спрятал лицо в ладонях. Внезапно ему стало легче. Он поднял голову и увидел, что Жрец стоит прямо перед ним. Рука того касалась его лба, и от холода той ему стало лучше.  — Что со мной происходит? -тихо спросил он.  — Ты перестаешь быть человеком — просто ответил Жнец. **** Поттер пришел в себя к вечеру и спустился вниз, когда остальные пили чай. Он был еще бледен, но держался неплохо. Посмотрел на Северуса.  — Ты решил погостить у Гонтов?  — Да — ответил тот. — Морган согласился на небольшое совместное исследование, так что каникулы проведу здесь. Поттер перевел взгляд на Моргана.  — Исследование? Тот пожал плечами.  — Я надеюсь, что вы не совершите никаких глупостей. — сказал Поттер.  — Каких глупостей? — с интересом спросил Арис, брат-близнец Морганы.  — Например, опубликовать потом результаты этих исследований. Снейп отпил из чашки.  — Это всего лишь несколько опытов. Поттер промолчал. После чая все разбрелись по своим делам. Поттер подошел к Моргану.  — Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь.  — Мы ничего не будем публиковать — успокоительно сказал тот. — Просто хотим проверить пару зелий.  — Хотите? Или Северус хочет, а ты не можешь ему отказать?  — Я тоже хотел бы. Если можно будет их отладить, то на их основе можно будет произвести революцию в магофармакологии. Знаешь, сколько жизней это спасет? Поттер засмеялся. Морган удивленно посмотрел на него.  — В чем дело?  — Я поражаюсь, как ты умудряешься сочетать в себе некроманта и врача. Морган вспомнил вчерашнюю ночь и помрачнел. Поттер заметил перемену в собеседнике и замолчал.  — Я в первую очередь врач — сказал Морган. — И пока смогу, буду им. Поттер приобнял его. Морган напрягся.  — Боишься? — шепотом спросил его Поттер.  — Не очень.  — А что же тогда?  — Просто скоро это будет похоже больше на трах ежа с ужом. От неожиданности Поттер выпустил Моргана из объятий и тот отступил.  — Фу ты, доктор, что за ужасные метафоры? Всю романтику сбил. Иди сюда.  — Нет — покачал головой Гонт — с меня хватило уже утреннего экстрима. Давай как-нибудь в другой раз. Поттер вздохнул.  — Ладно. Просто в ближайшие пару месяцев у меня в министерстве будет довольно-таки много дел. Хотел сегодня успеть с тобой кое о чем поговорить.  — О чем?  — Люди Шомберга на самом деле за тобой следят. Я выставил вокруг дома охранные чары, но в Мунго я такого сделать не смогу — иначе туда не сможет зайти ни один пациент. Поэтому хочу приставить к тебе пару авроров.  — Лучше не надо — покачал головой Морган.  — Почему?  — Потому что если люди Шомберга попытаются меня убить и у них этого не выйдет… будет слишком много свидетелей.  — Свидетелей чего? Морган вздохнул.  — Чудесного воскрешения. И потом уже останется только сложить дважды два.  — Вот как — осипшим голосом сказал Поттер. — Тогда… что было на самом деле в тот день, что ты убил Шомберга? Ты мне так и не ответил.  — Спроси Снейпа.  — То есть Снейп знает, а я — нет? Морган зевнул. Черт, он так устал…  — Спроси у него. И давай поговорим завтра, ладно? Поттер не ответил, просто молча проводил Моргана до спальни, и только потом аппарировал домой. Морган вошел в спальню и закрыл за собой дверь. Сразу же ощутил ледяной холод, хотя камин тлел уже с вечера. В кресле у камина сидел Жнец. При появлении Моргана он не шелохнулся, продолжая не мигая смотреть прозрачными глазами в огонь. Морган прошел к камину, не нарушая тишину, пошуровал в углях и сел в другое кресло, устало вытянул ноги.  — Твой человек очень настойчив — задумчиво сказал Жнец.  — Да, это основная черта его характера.  — В скором времени он не сможет быть с тобой — его тело будет отторгать тебя, как случилось сегодня.  — Невелика потеря — пробормотал Морган.  — Ты настолько к нему равнодушен?  — Я ценю его дружбу.  — Как жестоко — насмешливо сказал Жнец. — Подойди ко мне. Морган прикрыл глаза.  — Я устал… очень. Вчера ты сделал меня виновником геноцида. Может быть, сделаем перерыв? В мгновение ока Жнец переместился к нему и сдернул с кресла за шиворот.  — Помни, кому ты принадлежишь — сказал он своим бесстрастным голосом.  — Я помню — прохрипел Морган. Он посмотрел в глаза того — теперь они снова стали горящими угольками, и почувствовал как сердце уходит в пятки.  — Через несколько дней ты отправишься со мной к одному магу. В этот раз ты будешь один. Готовься. Гонт кивнул. Жнец исчез. С трудом преодолевая сильный озноб, Морган забрался под одеяло и заснул. **** Каникулы проходили обычно, если не считать удручающего состояния Морганы. Девушка большую часть дня проводила в слезах, отказывалась гулять и ходить в гости. У Моргана сердце кровью обливалось, глядя на дочь. Наконец, он решил, что перемена обстановки пойдет всем на пользу, и объявил, что вся семья, включая Снейпа, едет на несколько дней на море. Адама и Рею, которые еще приходили в себя после первого «задания» он оставить одних в Лондоне не мог. Поэтому переправил их тоже в приморский дом Гонтов, на несколько часов раньше, чем остальных, чтобы успеть обустроить им защищенное от посторонних глаз помещение — благо дом был достаточно большой. Они сразу же побежали на пляж, а Морган вернулся в Лондон, чтобы переправить остальных детей. Моргане на самом деле полегчало от переезда на море. Вечером к ним присоединились кузены — сыновья Малфоя, и близнецы-Поттеры, без отца. Министр, как и обещал, ушел с головой в работу. Морган с облегчением убедился, что дочь немного развеялась и согласилась посидеть с остальными вечером в беседке на пляже. Когда наступила ночь и домашние заснули, он пошел убедиться, что Адам с Реей тоже в порядке. Те были опьянены морем и относительной свободой, и выглядели куда веселее, чем за всю прошедшую неделю. Пожелав им спокойной ночи, Морган пошел к себе. Открыл дверь в спальню, и остановился на пороге, увидев своего «хозяина».  — Иди за мной — сказал тот. Морган почувствовал знакомое ледяное прикосновение к руке — и они оказались напротив небольшого особняка. Жнец толкнул дверь, и она открылась. Морган прошел за ним, гадая, к кому они вломились. Они прошли вдоль длинного коридора, и наконец Жнец остановился возле одной из дверей.  — Зайди и сделай свою работу. Я приду, когда они будут готовы.  — Они? — переспросил Морган. Вместо этого Жнец толкнул дверь, и исчез. Морган вздохнул и вошел. Войдя, он увидел хозяина дома. И похолодел. Он понял, зачем Жнец привел его сюда. Хозяин дома поднялся со своего кресла.  — Ну здравствуй, слуга Смерти. Где же твоя Госпожа?  — Здравствуйте, господин Фламель. — вежливо ответил Морган. — Он придет позже.  — Он? Как интересно. Оставляет всю грязную работу тебе?  — Что-то в этом роде — ответил Гонт. — Я думал, что вы со своей супругой решили отказаться от бессмертия еще в прошлом веке.  — Да — ответил Фламель. — Мы собирались. Но потом… мы сказали друг другу, что сначала приведем в порядок все наши дела. Мы готовились долго — дни перетекали в месяцы, те — в годы. Мы поняли, что не готовы уйти. И решили переселиться в другое жилище, скрыться от всех друзей и знакомых. И просто продолжать жить.  — Вы довольны? — спросил Морган.  — Довольны ли мы? Странный вопрос. Мне почти семьсот лет. Трудно быть чем-то довольным в этом возрасте. Но мы не готовы к переменам.  — Да — сказал Морган. — Я понимаю. Никто не хочет умирать. И никто не должен умирать раньше срока, отведенного ему.  — Вы человек науки? -спросил Фламель.  — Я врач.  — Какая ирония. Морган слегка улыбнулся.  — Сможете ли вы отнять жизнь человека -здорового, не преступника, который не хочет умирать? И жизнь его жены? Женщины, которая просто хотела любить и быть рядом с любимым человеком?  — Я не хочу этого — честно сказал Морган. — и не собираюсь вас убеждать ни в чем. Но каждый, кому суждено умереть, должен умереть. Вы — не бог, господин Фламель. Вы такой же смертный, как и все живущие в этом мире. И рано или поздно вам придется уйти.  — Почему же тогда рано? — возразил Фламель.  — Семьсот лет вам кажется недостаточным сроком для хорошей плодотворной жизни?  — Мне кажется, что никто не вправе говорить мне, когда мне следует умереть. И уж точно не презренному некроманту указывать мне. Морган кивнул.  — Да — сказал он — это тяжело. Но у вас нет выбора. Прошу вас, позовите вашу супругу.  — Конечно — ответил спокойно Фламель. Взял палочку, и внезапно швырнул в Гонта заклинанием. «Авада» попала Моргану прямо в сердце, но он не упал, как в прошлый раз. По телу побежали знакомые огненные мурашки, но все на том и кончилось. Фламель смотрел на него с ужасом.  — Я вижу, вы сами пользуетесь даром бессмертия с большим удовольствием — процедил он сквозь зубы.  — Я не бессмертен — возразил Морган. — мне дана неуязвимость, пока я исполняю свои, так сказать, служебные обязанности. Но в любую секунду Жнец сможет забрать меня.  — Жнец? Так вы его называете?  — Мне так удобнее.  — Не так страшно? Морган невольно улыбнулся.  — Точно. Дверь в кабинет отворилась, и на пороге появилась Перенелла Фламель. Увидев Моргана, она вскрикнула.  — Любимая, не бойся. Этот молодой человек не грабитель и не охотник за Камнем.  — Как вы нашли нас? — спросила женщина слегка дрожащим голосом — на этом доме стоят древние охранные чары. Ни один смертный не может зайти сюда.  — Это потому — ответил вместо Моргана Фламель — что этот юноша не совсем смертный. Перенелла смотрела на Моргана не отрываясь.  — Значит — сказал тот — вы уже более тридцати лет живете в этом доме взаперти, не принимая гостей, вдали от своих друзей и родных? И все думают, что вы мертвы? Чем же вы отличаетесь от мертвых? Этот дом, по сути — ваш склеп. Фламели переглянулись.  — Я мыслю, следовательно, я существую — ответил Фламель. — одна мысль о том, что мое сознание прекратит свое существование, делает идею о смерти непереносимой.  — Привычка думать, есть, ходить по нужде, дышать — вот что держит вас тут?  — Это очень упрощенная мысль, но в целом — да. Морган вздохнул. Он не собирался убеждать чету долгожителей, что им пора умереть. Если честно, он не понимал, зачем Жнец желает их смерти. Живут себе двое в своем тесном мирке — чем они мешают другим? Он не хотел их убивать, не хотел приводить их к мысли о том, что уйти необходимо. Краем глаза он увидел Жнеца.  — Скажи им, что у них есть ровно пять минут на последнюю молитву. — сказал тот.  — На какую молитву? — не понял Морган. Фламели побледнели.  — Он тут? — спросил Николас.  — Да. У вас есть пять минут.  — Как же он сможет взять нас? Мы все еще пьем эликсир! Мы неуязвимы! — воскликнула Перенелла. Морган перевел взгляд на Жнеца. -Прикажи им умереть. Позволь им сперва прочесть молитву.  — У вас есть время на молитву. Он не сможет убить вас, но мой приказ выкинет ваши души из ваших тел. Эликсир не сможет защитить вас.  — Не делайте этого — сказала Перенелла со слезами.  — Поторопись — сказал Жнец.  — К чему такая спешка? — спросил Морган.  — Равновесие вот-вот нарушится.  — Равновесие?  — Этот человек и его жена прожили в десять раз больше своего срока. Мир строится по законам природы. Если один из его законов будут нарушать больше шестисот лет, долго ли он еще просуществует?  — А нельзя было с этого начать? — спросил Морган ледяным голосом.  — Мне нужно, чтобы ты делал свою работу. А не думал бы о своих оправданиях. Морган повернулся к супругам, которые замерли, пытаясь понять, о чем идет речь.  — У вас пять минут. Перенелла открыла было рот, чтобы возразить, но Николас остановил ее.  — Нам пора уйти, любимая. Я услышал то, что мне надо было услышать. Садись. У нас есть еще целых пять минут, чтобы побыть вместе. **** Морган вернулся домой полумертвым от усталости. Даже уничтожение целого города вампиров не измотало его так, как предание Жрецу двух пожилых ни в чем не повинных людей. Но теперь он понимал немного больше, в чем заключается его предназначение. Легче от этого, впрочем, не стало.