letter

Тони резко захлопывает шкафчик, чуть защемив указательный палец, пытаясь переварить только что увиденное. Ей кажется, что это не более чем полет фантазии, но когда она резко моргает (может причудилось?) и заново открывает дверцу - опасения подтверждаются. Ей, Антуанетте Топаз, впервые за 17 лет скитальческой жизни, присылают любовное письмо. И не обычное, написанное кривым почерком с волнением, перевязанное розовой ленточкой и милым вкладышем внутри, а чертов красный кровавый конверт, отчетливый запах едкого парфюма которого пронизывает плотную шершавую бумагу, с блестящаей брошкой в виде надкусанной вишни. Чтобы не догадаться о том, кто же автор сей прекрасной вещи, нужно быть либо действительно идиотом, либо жить где-нибудь не в Ривердейле. Тони матерится про себя. Пускай Блоссом сексуальна и красива (хотя не совсем во вкусе Топаз), но даже это не перекрывает скверного характера избалованной девчонки, пусть и спровоцированного недостатком внимания. Тони понимает, нет, ну честно понимает что судьба Шерил явно не безоблачно прекрасна, но и сама то она прожила нелегкую бытовую череду, а вот быть мудаком или нет - выбор уже за самим собой. Топаз частенько макали в бочку с дерьмом, от которого не получится отмыться с первого раза, предавали близкие и родные, но свой выбор она сделала. А выбор Шерил Блоссом явно шел порознь с ее собственным. Игнорировать проблему не лучший выход, по крайней мере в принципах Тони всегда стоял один из главных пунктов: недоволен - разберись. Но в пункте то этом не прописано, что делать, когда ты становишься объектом воздыхания самой мерзкой особы женского пола (чья грязная душа облачена в красивое тельце) всей старшей школы. Топаз чешет голову, ведь в фильмах обычно так и делают, а затем по закону жанра решение находится само. Однако вместо решения находится лишь Свит Пи с дикого похмелья, периодически изрекающий что-то крайне философское в духе "надо было кодироваться при рождении", и назвать это выходом из ситуации можно с ну очень большой натяжечкой. Девушка решает принять позицию выжидания (в голове оправдав это одним из постулатом змеев - залечь на дно), решив присмотреться поближе к рыжеволосой, а затем и выносить какой-никакой план действий. Она не собирается устраивать слежки с фонариками и мокрыми от грязи кроссовками, не собирается проникать в дом со взломами или воровать чужой телефон. "Что-нибудь выйдет" - думает Тони, никаким образом не меняя привычного уклада школьных будней, но отныне чаще обращая внимание на статную прямую фигуру. День первый Шерил ведет себя как обычно, никак не выдавая свое воздыхание. Топаз опять начинает сомневаться в правдивости письма, но проверяя шкафчик раз за разом картинка не меняется: вот конверт, вот брошка, вот запах ее духов. Тони жует сухую булку, запивает ее молоком и, пожимая плечами, вклинивает в свое сознание музыкальные композиции, забывая о насущных проблемах. День второй Блоссом все еще не обращает своего внимания на девушку, однако Тони удалось заметить пронзительный взгляд в свою спину, когда девушка натягивала гетры в раздевалке. Шерил, видимо, не сообразила, что она отражается в небольшом зеркальце на стене, поэтому Топаз, съежившись от неожиданной роли зверушки в зоопарке, никак не среагировала на подобную вещь. Может ей показалось, но на выходе Блоссом очень громко хлопнула дверью. День третий Тони, нежась от тепловых волн обогревателя в своем трейлере, решила провести небольшое расследование социальных сетей. Около часа она штудировала все аккаунты Шерил, однако ничего из ряда вон выходящего не обнаружилось. Все подписки Блоссом были как будто созданы для нее, прочно закрепляя клеймо помешанной на самой себе сучки. Музыкальные группы, косметические бренды, каналы с обзорами новой техники, официальные странички сериалов. "Она абсолютная пустышка" - думает Топаз, широко и сонно зевая. Палец нечаянно соскальзывает и Тони видит, как под ее подушечкой появился смачный лайк. В истерику, конечно же, она не впадает, но приятного мало, поэтому поморщившись и убрав злосчастное сердечко, Топаз сердито блокирует телефон и выходит на улицу, прикуривая последнюю сигарету. День четвертый А вот тут пошли явные перемены: видимо, Шерил придало сил уведомление оценки своей записи. Тони признается себе что это реально можно было бы понять как подкат, однако таковым не являлось, но что ж, пусть порадуется. Блоссом как будто нечаянно задевает Топаз плечом в коридоре, приторно протягивая "не извиняюсь", даже не повернувшись. Тони передергивает. Змеей, вроде как, являлась она, но скользкой была Шерил. Девушка удобней перекидывает портфель на другое плечо и удаляется, пытаясь выкинуть из головы назойливый стук лакированных каблучков по полу. День пятый Блоссом проходит в уборную, пока Топаз безумно растирает огромное пятно от кетчупа в попытках от него же избавиться. Шел только третий урок, поэтому перспектива провести оставшийся день такой свинотой ей явно не льстит. Тони замечает Шерил, но абсолютно не парится по этому поводу. Предыдущие дни никак не убедили девушку в том, что внутри Блоссом может оказаться хорошей, поэтому она так же смачно разбрызгивает воду на ткань и громко матерится. Рыжеволосая достает помаду, подходит к соседнему зеркалу и, оттопырив губы уточкой, умело наносит матовый слой. Со стороны потуги оттереться от кетчупа выглядят комично, Шерил беззлобно хихикает, а Тони замечает покрасневшие от смущения щеки девушки. "Это мило" - думает Топаз, на секунду замирая в задумчивости, но затем продолжает злобно скребсти остатки своего ланча на футболке. День шестой Когда Тони, осознавая что тест по химии будет оценен по достоинству, ведь пустой лист явно понравится преподователю, обреченно опрокидывает голову на ледяную поверхность парты, то чуть ли не подпрыгивает от аккуратного прикосновения к своей спине. Повернувшись, ее взору открывается протянутая рука с идеальным маникюром и скрученной бумажкой. Топаз смотрит на Шерил, пытаясь найти обман, но ее глаза абсолютно чисты и прозрачны, поэтому Тони разворачивает записку и видит на ней не просто ответы, а полностью расписанное решение каждой задачи с пояснениями. Она неверяще оборачивается и понимает, что варианты у них совершенно разные, а в тесте самой Блоссом нет ни одной пометки. До конца урока остается семь минут и Топаз совсем не понимает, откуда в Блоссом эта жертвенность, однако руки совсем чуть-чуть дрожат от непонятного теплого ощущения. День седьмой Вечеринка в Черве в самом разгаре, но Тони чувствует, что ей уже достаточно, ведь ноги ведут криво, а язык заплетается в такие морские узлы, что окружающие советуют девушке хорошенько проспаться. Топаз это не нравится, она отмахивается от друзей как от назойливых мух, наливает себе еще алкогольного забытия и растворяется в шуме музыки. Ее тело не слушается, разум поет мутные по текстам песни, а волосы танцуют в собственном рваном танце. Ее подхватывает Свит-Пи, не менее пьяный и свободный, крепко держит за талию и ведет на улицу. Воздух свеж и бодр, но Топаз не терпится испортить его никотиновым дымом, что почти моментально и делает. Перед глазами все смазывается, но, при должной фокусировке, все вполне презентабельно. Когда парень пытается ее поцеловать, что для них было вроде как шутливым ритуалом, обычно кончающимся на половине пути траектории их губ, то Тони очень громко смеется, однако Свит-Пи серьезен. Он держит руки девушки крепко, а губами прислоняется к лицу девушки. Топаз шокирована, на поцелуй не отвечает. Парень не дурак, отстраняется и скрывается за дверью клуба, пока Тони чуть ли не сблевывает текилу на сухую землю. Он ее друг, не более, поэтому вдвойне обидно от подобных вещей. Ей противно от него, от себя, от реакции организма (в виде рвотного позыва), противно от всей ситуации. Решив разобраться во всем утром, девушка тащит себя в сторону дома, на одну секунду подумав о том, что губы Шерил, пожалуй, совсем другие. День восьмой Утром разбираться совсем не хотелось. Смотреть в глаза Свит-Пи тоже. Хотелось стереть с себя вчерашний день, но никакая, даже самая жесткая мочалка, не могла бы справиться с этим. Тони тошнит от перепитого ей алкоголя, ее кости болезненно ноют, но оставлять ситуацию в таком состоянии было нельзя. Трубку парень не брал. В мессенджерах игнорировал. Девушка материлась, психовала, но решив для себя, что поговорит обо всем в школе, она провалилась в очередной сон, продлившийся почти до вечера. Во сне тепло и солнечно. Длинные пляжи манили своим морским влажным запахом, а мокрый, потемневший от прилива песок зазывал в свою приятную мякоть. Солнечные лучи играли в закатное домино, падая на землю попутными дощечками. Но ничто хорошее не длится долго: уведомления телефона (звук-то, господи, на всю стоит) заставляют Топаз вынырнуть из сладкой неги, оказываясь в старом трейлере старой окраины старого Ривердейла. Тони зевает, потягивается, опускает лицо, таким образом оставляя свою теплую щеку на подтянутом к себе колене, и пытается окончательно проснуться. Телефон зазывающе подсвечивается и Топаз вспоминает о ситуации со Свит-Пи, втайне надеясь что это сообщение от него, в котором он обязательно все спишет на пьяную шутку, отчего жизнь вернется в прежнее русло. Девушка читает текст и явно понимает, что тотально ошиблась. "Где моя благодарность за помощь по химии?" - царственно восседает данный текст на экране мобильника, а Тони приподнимает брови. "Я не думаю, что просить похвалу - идея благородная" - быстро печатает Топаз, пытаясь не прислушиваться к внутреннему голосу, который намекает о том, что Тони-то обрадовалась этому сообщению больше, чем возможному от своего друга. Проходит пару секунд, прежде чем комната вновь заполняется писком. "Я не думаю, что это истинная причина, по которой я тебе написала" Тони видит в этих чертовых буквах, сложившихся в слова, отчетливый флирт. И почти впервые в жизни не знает, как ответить. День девятый Топаз получает А с плюсом, в то время как у Шерил красуется жирное С с минусом. Девушке пиздец как неудобно, но Блоссом ни капли не расстроена и, можно сказать, даже рада. Тони думает, что ошибалась с самого начала. Шерил бьет ногтями по обложке учебника в ненавязчивом ритме. День десятый Богом может поклясться Топаз в одной вещи: она не имеет понятия, каким образом идет домой не одна, а с Блоссом. То есть, как бы, не совсем домой, а просто рядом по одной дороге, однако это тоже странно и непонятно. План игнорировать, засев на дно, трещит и рвется, своим хрустом забивая барабанные перепонки. Девушка в смятении, ведь буквально месяц назад Шерил была готова впиться ей в глотку, а теперь мирно щебечет об учителях и глупых лисичках, которые никак не могут выучить заурядные движения. Топаз слушает, но не слышит, наблюдая за мимикой и красными щеками Блоссом, отмечая небольшой шрамик на шее и веснушки, пробивающиеся из-под толстого слоя тональника. Тони пьет энергетик, пинает камушки под ногами и чувствует себя неестественно комфортно, как-будто они - старые подружки, разлучившиеся после окончания начальной школы. Шерил говорит без умолку. Топаз не хочет, чтобы это заканчивалось. День одиннадцатый Тони зовет Блоссом в Попс, так, просто, пропустить по одному коктейльчику (в благодарность за химию). Шерил проводит у шкафа не менее полутора часов, перемерив все свои платья. День двенадцатый Блоссом открывает свой шкафчик: посередине лежит зеленый конверт, перемотанный черной лентой, пропитанный запахом парфюма с лавандой, а рядом мирно покоится небольшая брошка в форме змеи. Девушка улыбается, когда видит в конце коридора Тони, нервно закусывающую свои губы. Все только начинается.