Чувства за деньги.

      — Просыпаемся, голубки! Время петь! — ворвался в фургончик Томаса радостный Уэс. Его встретила милая картина двух парней: Томас прижимался щекой к груди Дилана, а тот закинул на его плечо свою руку, обнимая за спину и жмя его ближе к себе. Они были как женатая парочка. — Оу, как мило, — мужчина вытащил камеру и начал их фотографировать на свой фотоаппарат, который издавал неприятные щелчки, отчего оба парня нахмурились и проснулись. — Уэс, ты, что ли? — сонно пробурчал Том, закрывая лицо рукой и зарываясь под руку Дилана. — Уэс, вали, дай нам еще немного поспать, — зевнул брюнет и второй рукой провел по светлым мягким волосам любимого. — Что, жаркая ночка была? — с усмешкой произнес Болл, продолжая ловить хорошие кадры. Он-то знал, что была. — А то, — огрызнулся Сангстер и фыркнул. — Дилан, не забудь, что сегодня последняя сцена, — мужчина выделил слово «последняя» и подмигнул парням, выходя из фургончика. — Вот черт! — О’Брайен резко подскочил, отчего Томас вздрогнул и с удивлением распахнул глаза, смотря на возлюбленного. — Ты чего это? — ошарашенно спросил светловолосый, приподнявшись на локтях. — Последняя сцена! Милый, прости, мне надо бежать, — Дил положил руку на щеку Сангстера и мимолетно поцеловал его в лоб, а затем быстро встал, ловко собирая свою одежду и надевая ее. — Я люблю тебя! — все произошло буквально за пару секунд и след брюнета вовсе простыл. — И я тебя… люблю, — тихо и с удивлением сказал он. И чего это нашло на него, спрашивалось. А хрен его знает!       Одевшись и приведя себя в порядок, блондин вышел из фургончика, вдыхая в легкие теплый и свежий воздух «Глэйда». — Доброе утро! — хихикая и пробегая мимо него, сказала Ава. — Доброе, сестричка. Куда это ты так торопишься? — А вот никуда! — крикнула девушка и уже скрылась где-то за декорациями. — Да что за хрень здесь творится? — шепотом произнес Томас и тяжело вздохнул, садясь под дерево, в тенек. — Эй, ты чего, принцесса? — спросила Кая, садясь рядом с другом. — Что все делают? Уэс странный, Дилан куда-то убежал, Ава тоже подозрительно себя повела. Только ты от меня не отошла, — пробурчал Том. — Последняя сцена. Наверное, Уэс хочет сделать ее максимально милой или… очень милой, — голубоглазая пожала плечами и улыбнулась, оголяя свои белые ровные зубы. — Да, но это не повод как-то странно избегать меня, так ведь? — Ну, смотря что они готовят, — девушка вытянула нижнюю губу и сделала вид, будто задумалась, а затем засмеялась. — Да ладно тебе, Томми, расслабься да наслаждайся прекрасной погодой. В Англии редко такая. Ты же понимаешь меня, брат-британец? — Кая слегка пихнула его в плечо. — Еще как понимаю, — Сангстер хитро улыбнулся и защекотал брюнетку, а та, в свою очередь, залила поляну своим звонким смехом, пытаясь отбиться от парня. — Ну все, хватит! Хватит! — умоляла она, но Томас еще буквально пару секунд ее помучил, а только потом освободил от своей хватки. — Боже, так и умереть в два счета можно! — смеясь, говорила Скоделарио и вытирала слезы. — Не преувеличивай, еще никто от щекотки не умер, — хмыкнул Том, но тут же засомневался в своих словах, вспоминая фразу: «Все бывает в этом мире». — А ты уверен? Давай загуглим, — Кая вытащила телефон и вбила в поисковую строку: «смерть из-за щекотки». — О господи, это так глупо, — Сангстер закатил глаза, но все же ему стало интересно, поэтому он заглянул в экран телефона подруги. — Можно умереть из-за спазмов. Ты задохнешься и умрешь. Вот поэтому не щекочи меня! — засмеялась она, кладя телефон рядом и начиная щекотать Томаса. — Ах ты засранка! — улыбнулся он и принял удар, но начал мстить, щекоча ее в ответ. — Это щекоточная война! — Кая залезла на блондина и щекотала его везде и всюду, куда только доставала. Из-за ее маленького роста и мелких пальцев, она с легкостью опережала все действия Тома, который пытался закрыться от нее. — Эй, ты мне парня моего не убей, — хмыкнул подходящий Дилан, скрещивая руки на груди. — Вообще-то я развлекала твоего парня, пока ты где-то шлялся, — Скоделарио подняла на него взгляд и подмигнула ему, когда произнесла «где-то». Брюнет ухмыльнулся и кивнул ей. — Спасибо, британская принцесса. — Ну все, ты следующая жертва моего насилия! — девушка буквально запрыгнула на Дилана с Томаса, валя его на землю. — Свобода, — тяжело выдохнул светловолосый и прикрыл глаза, слушая, как «насилуют» его парня. — Томми, спаси! Убивают! А мы еще даже детей не родили! Томми! — просил о помощи брюнет и смеялся, на что Том лишь усмехнулся, но все же решил помочь парню. Он встал и оторвал Каю от О’Брайена. Благо, она была легкая, поэтому поднять ее не составило особого труда. — Ну все, Кая, спокойно, — Сангстер улыбнулся ей, а та улыбнулась ему в ответ, слезая с рук блондина. — Я тебя прощаю только потому, что ты паренек Томми, — твердо, но шутливо произнесла девушка, а затем поспешила скрыться. — Ну вот, теперь и она ушла, — вздохнул Том. — Кстати, ты где был? — Да так, кое-что докупить надо было, Уэс попросил, — Дилан улыбнулся и подошел к нему вплотную, кладя руки на плечи светловолосого. Сангстер улыбнулся и обнял его за шею, положив голову на надплечье и закрыв глаза. О’Брайен осторожно обвил руками талию парня, утыкаясь носом в его пшеничные волосы. Он прикрыл глаза и водил носом по его виску, вдыхая запах волос. — Черт, щекотно, — прошептал Том и улыбнулся, утыкаясь носом в его шею, отчего у Дилана пробежались мурашки по коже из-за того, что тот дыхнул ему в нее. — Твое дыхание меня возбуждает. Я тебя сейчас повалю прямо здесь, — прошептал он ему в ответ томным голосом, но уже на ушко. — Нет-нет, О’Брайен, тебе придется потерпеть до вечера хотя бы, — блондин слегка отстранился от него, заглядывая в темные бездонные глаза. Дилан усмехнулся и нежно коснулся своими губами его губ и страстно поцеловал. Томас ответил на его поцелуй, пытаясь перехватить инициативу на себя, углубив его, но брюнет не дал ему этого сделать, нагло проникая своим языком в чужой рот и «изучая» его. Сангстер издал слабый стон ему в губы и чутка зажмурился от нарастающего возбуждения. Он начал гулять руками по его голове, зарываясь тонкими пальцами в темные волосы. Дилан еще плотнее прижал его к себе за талию, чтобы между ними вообще не оставалось никакого расстояния. Когда же воздуха предательски стало не хватать, парни отстранились и не открывали глаз, тяжело и горячо дыша друг другу в губы. Брюнет уж хотел взять его на руки, чтобы донести до фургона и продолжить начатое, но их отвлек голос Болла. — Ребят, через пару минут начнутся съемки, вам стоит поторопиться! Все по гримеркам! — кричал Уэс и хлопал в ладоши, разгоняя ребят с поляны. Томас, пока бежал в свой фургон, заметил, что на некоторых деревьях, что были расположены рядом, висели занавески, словно закрывая что-то. Подозрительно.       Дилан подбежал к режиссеру, а тот похлопал его по спине. — Отлично отвлек его, — сказал мужчина, довольно смотря на занавески. — Ну… Вообще-то я даже слишком вжился, увлекся, и, если бы ты не начал кричать, то я бы его правда отнес в фургон, и мы бы точно продолжили то, что начали там, — О’Брайен ухмыльнулся. — Ты купил? — спросил Уэс, переводя взгляд на брюнета. — Конечно.

***

            Пару дней назад.       — Уэс, я так люблю его, но он ни за что и никогда не простит меня, — вздыхал Дилан, выпивая очередной стакан виски, запивая его еще и водкой. Лицо Болла скривилось от вида такого коктейля. — Ты не можешь знать об этом заранее. Он даст тебе шанс, я знаю это. И ты знаешь это. Он тоже знает. Прекрати ныть и просто сделай шаг, чтобы он мог тебе поверить, чтобы не мог уйти от тебя и был согласен на все, — вздохнул Уэс, забирая бутылки с алкоголем и стаканы. — Стоп-стоп. Ты хочешь, чтобы я сделал ему предложение? — парень вскочил с места и посмотрел на режиссера. — Как вариант, — он лишь пожал плечами, приняв задумчивый вид. — Черт! Это отличная идея! Но я не уверен, что он согласится, ведь… я столько раз подводил его, — Дил сел обратно и грустно опустил голову, закрывая глаза и ища рукой стакан с выпивкой, но не нашел его. — Кто не рискует, тот не живет. Я забрал твои бутылки, хватит с тебя на сегодня, — Болл все выкинул, а стаканы помыл, убирая их на полку. — Если ты так волнуешься, то мы бы могли все устроить прямо на площадке и во время съемок. Кая как раз хотела провести ваше бракосочетание, — он улыбнулся и посмотрел в уже горящие от восторга глаза актера. — Супер! Я согласен! То есть… я готов! А Томми будет согласен на мое предложение руки и сердца! — уверенно, но пьяно говорил брюнет. Но оба они точно понимали, что говорят и имеют в виду, а Дилан уже был готов. — Отлично, тогда мы сделаем так…

***

            Ныне.       — Дилан! Вытаскивай, кому говорю?! — режиссер махал перед брюнетом руками, чтобы тот очнулся от своих мыслей. — А? Да, секунду… зачем? — Посмотреть хочу, какое ты ему купил, — с восторгом произнес мужчина, чуть ли не прыгая от радости, словно девчонка. — Самое красивое, какое же еще, — парень ухмыльнулся. — Идиот, ты забыл, что мы планировали сделать?! — Уэс закатил глаза и указал на большую корзинку с фруктами. — Блин, точно, прости, — О’Брайен подбежал к этой самой корзине и вытащил маленькую голубенькую коробочку, но, прежде чем положить ее туда, он раскрыл «шкатулочку» и посмотрел на блестящее и переливающееся на солнце кольцо. — Ты чего там застыл? — спросил подбегающий к нему Томас, который уже походил на Ньюта из «Будущего». Дилан вздрогнул и, пытаясь закрыть коробку как можно быстрее, спрятал ее в корзинку. — Да так, фрукты пересчитывал… пять… шесть… — Ты волнуешься, я же вижу. Что-то случилось? — Сангстер присел рядом с ним на корточки, кладя свою руку на его лопатку. Его голос слегка дрожал. — Нет, все хорошо, правда. А ты чего дрожишь? — Дилан встал и поднял Тома. — Все ведь хорошо, правда? — светловолосый как-то грустно улыбнулся и кивнул. Но он получил утешительный поцелуй в лоб, в нос, в щеку, да и вообще по всему лицу. — Ну все! Все! Все хорошо, — засмеялся Томас, закрываясь от губ Дилана. — Смотри мне, — брюнет последний раз, прежде чем отпустить, поцеловал его в губы, а затем шлепнул по ягодице. — Иди на свое место, сейчас съемки будут. — Засранец же ты, О’Брайен, — усмехнулся Сангстер и убежал, окидывая взглядом занавески на деревьях. — Кто-нибудь видел мой телефон?! — закричала Кая, бегая по поляне. — О боже… — вздохнул Уэс. — Мы начнем уже? — Кая, он возле дерева, под которым мы были, — крикнул Томас, указывая на то злосчастное место. — Спасибо, милый! — Давайте начнем уже! Готовы? — Да, капитан! — крикнул О’Брайен и засмеялся. — Я без шуток, Дилан. — Так точно, капитан! — снова пошутил он, отчего Болл вновь устало вздохнул. — Шутники, блин. Начинаем! — Стоп, а что мне делать? — спросил Томас, переводя взгляд от Дилана, который сидел рядом с коробками, на Уэса, который сидел на своем месте. — Просто… просто делай то, что бы сделал ты, окей? — Ладно… — Начали!

***

      Томас нес огромную корзину в руках, которая была до отвала набита фруктами. — Эй, Ньютик, смотри, я неплохо справляюсь с плантацией! — крикнул он светловолосому парню, стоящему неподалеку. — Но у меня есть сомнения насчет одного фрукта! — дрожащим голосом произнес он. Волнение нарастает в Дилане с каждой секундой и ему становится все труднее и труднее контролировать себя. Но это были искренние чувства, поэтому съемки продолжались. — Что у тебя там? Давай посмотрим, — Ньют начал идти ему навстречу, поэтому Томас поставил корзину на землю и встал рядом с ней на одно колено. — Да тут фрукт как-то странный, может, с ним что-то не так… — брюнет начал рыться к корзине, в поисках этого «фрукта». Ньют подошел ближе и сверху смотрел на это дело, приподняв одну бровь. Он нашел его, но волнение поедает его изнутри, и он не может пошевелиться. — Ты нашел? — разбудил его голос блондина. — А? Да-да, секунду, — Томас начал медленно вытаскивать одну коробочку, вместо фрукта. Внутри Сангстера что-то приятно защекотало, а на его лице показалась та самая прекрасная и солнечная улыбка, что могла бы осветить весь пасмурный Лондон. — Ньют. Томас. Я знаю, что совершил множество ошибок. Знаю, что сделал тебе больно. Знаю, что я был идиотом. Знаю, что не ценил. Мне безумно жаль, что все так вышло, но… — Дилан пытался смотреть в его шоколадные глаза, из которых начали ручьем литься слезы, отчего у Дилана тоже они выступили, но он продолжил. — Мне кажется, что все это только сблизило нас еще сильнее. Я до безумия люблю тебя, Сангстер. Мой Ньютик. Мой Томми. Я все готов отдать за то, чтобы ты каждый день так улыбался и освещал все вокруг: все черно-белое превращал в цветное, все грустное делал радостным, все несчастное делал счастливым. А еще я хочу, чтобы мы вместе просыпались в одной постели и уже делали друг друга счастливыми. Я хочу разделить с тобой всю радость и все беды, хочу прожить с тобой остаток своих дней. Я не знаю, сколько нам всем дано прожить, но пусть эти дни хотя бы будут красочными и рядом с тобой. Томми, ты выйдешь за меня? — Дилан не мог отвести взгляд от его глаз, наполненных слезами счастья. Так правда выглядело счастье. — Я… Я… — хныкая, пытался сказать Томас, но ничего не выходило. Он закрыл лицо руками, вытирая слезы. — Оу, божечки… — сказала Кая, которая подбежала к блондину и обняла его, тоже начиная плакать. Ава присоединилась к ним. И поляну залил плач счастья. — Можешь не отвечать. Я и так все вижу, — девочки, вытирая с лица слезы, отошли, пропуская О’Брайена к Томасу. Брюнет обнял его, а тот уткнулся лбом ему в ключицы, не в силах остановить слезы. Он хныкал и не мог успокоиться. — Ди-Дилан, я… я люб-люблю теб-бя, — заикаясь говорил Томас. Это вызвало у Дилана чувство защиты этого мальчика и он еще плотнее прижал его к себе. — А я люблю тебя. Ну все, успокойся, а то вся съемочная площадка сейчас будет рыдать, — одной рукой он аккуратно взял его кисть и, вытащив кольцо из коробочки, надел его на безымянный палец Сангстера. — Ты лучше посмотри, какая красота. Может, безымянный палец стоит назвать обручальным? Как думаешь, мм? — Дилан погладил его по пшеничным волосам и поцеловал во влажный лоб. Томас посмотрел на свою левую руку красными заплаканными глазами и улыбнулся. Девочки взяли его за руку и начали с восторгом осматривать переливающееся кольцо. Уэс бы присоединился ко всем этим милостям, но он следил за тем, как проходят съемки и как снимают камеры. Все идеально.       Дилан сидел в своем фургончике с Томасом на руках и все еще успокаивал его, поил водой. Том все же немного успокоился, но не до конца. — А что за теми занавесками? — тихо спросил Сангстер, прижимаясь к Дилану. — А вот попозже узнаешь. Когда успокоишься, — улыбнулся Дилан и тыкнул ему на нос, отчего Томас тихо захихикал и попытался укусить его за палец.       Но тем временем на поляне происходило кое-что более интересное. — Когда они встанут друг напротив друга, то Вы должны будете произнести эти слова, — бородатый мужчина протягивает Кае небольшую книжечку, где выделены нужные слова. — А это будет законно? — Пока я здесь — да, — мужчина кивнул и скрылся со Скоделарио за занавесками. — Где кольца?! — крикнул Уэс и смотрел на стол, на котором пару минут назад лежала подушечка с двумя кольцами. — У меня! — крикнула в ответ Ава, держа в руках красную подушку. — Не пугай меня так, — вздохнул мужчина. — Эй, ребят, привет! — к ним подошел парень азиатской внешности и широко улыбался. — Ки?! — Кая бы и за километр услышала его голос, поэтому и выбежала радостная, кидаясь парню на шею. — Ки Хонг! — Привет, принцесса. Надеюсь, ты без мужа, а то он меня убьет, — они хором засмеялись, но это не помешало им нежно улыбнуться друг другу. — Ребяяят, — к ним подошли еще два парня. Это были Уилл и Декстер. — Привет! — Кая начала радостно всех обнимать, собирая в кучу, и Уэс присоединился к ним, но вот Ава стояла в сторонке, так как не знала особо весь каст «Бегущего», да и ей как-то некомфортно было. Режиссер заметил это и быстро впихнул скромную девушку к ним. — А Роза будет? — спросил Уилл, уже ища девушку взглядом. — Нет, она пыталась отнять нашего Томми у Дилана! — в недовольством произнесла Кая и нахмурила бровки. — Не хмурься, тебе не идет, — Ки попытался выровнять складочку между ее бровей, но это вызвало только смех у ребят. — Так-так! Народ, давайте по местам, а то сейчас Томас успокоится, а мы даже не готовы еще! Бегом все за шторки, — Уэс указал на полотно. Ребята тяжело вздохнули, но начали следовать указаниям, продолжая смеяться и делиться всем, что произошло за то время, пока они не виделись.       — Ну что, успокоился? — спросил Дилан, проводя рукой по волосам паренька. Томас кивнул и медленно встал с его колен, а затем потянулся и зевнул. Он подошел к умывальнику и начал ополаскивать лицо, чтобы избавиться от липкости и солености. — Ох, черт, эти эмоции я запомню на всю жизнь, — улыбнулся Сангстер и повернулся к О’Брайену, который провел полотенцем по его лицу, вытирая капельки воды. — Конечно, запомнишь, глупый, — усмехнулся брюнет и поцеловал его в нос. — Как новенький. А теперь пошли, а то нас заждались… Ах да, для продолжения всего этого мне придется повязать на твои глаза повязку. — Звучит многообещающе. Я в деле! — наивно улыбнулся Том. — Еще бы ты был не в деле, — засмеялся Дилан, прикладывая к его глазам черную повязку, а затем завязал ее на затылке. — Я буду вести тебя и говорить, если будут какие-то препятствия, так что не бойся и доверься мне. — Как скажешь, — Сангстер кивнул и взял его за руки, а затем они начали медленно выходить из фургончика. — Осторожно, ступеньки, не упади. Но если что, то я тебя ловлю, не бойся, — говорил брюнет и смотрел через плечо на поляну. Уже было тихо и все были на своих местах. Занавески, которые висели на деревьях, уже убрали. За ними скрывалась высокая белая арка, которую обвили розы разных цветов, создавая радугу, а в арке стояла красивая Кая в бирюзовом платье и держала маленькую книжечку, за девушкой стоял бородатый мужчина — это был священник. Гости уселись напротив арки и смотрели на то, как Дилан вел своего возлюбленного. Да, они не были в костюмах, но зато на их лицах были самые настоящие эмоции. Ава аккуратно перехватила Томаса в свои руки, а О’Брайен побежал на свое место, которое было рядом с Каей и священником. Сестра сняла повязку с глаз Тома и улыбнулась, смотря в его темные очи. Сангстер слегка пожмурился от яркого света, а затем в удивлении распахнул глаза. Сейчас он стоял на белой дорожке, вдоль которой шли скамьи, на которых уже сидели знакомые лица. А ведь он только успокоился, но уже снова хочется рыдать от счастья. — Пошли, братик, — блондинка взяла его за руку и повела по дорожке прямо к арке. Пока Томас шел к ней, он чувствовал, что его кишки точно пару раз сделали сальто в этот момент, а сердце постоянно стучало где-то не в районе груди, а горла. Счастье буквально лилось из него. Да, именно буквально, потому что на его щеках вновь были слезы, и они медленно скатывались по его лицу, падая на белую дорожку. Дойдя до арки, Ава отпустила брата и встала чуть поодаль, беря в руки красную подушечку с кольцами. Ее выход будет немного позже.       Влюбленные смотрели в глаза друг друга и счастливо улыбались. Конечно, это был самый лучший момент в жизни этих двоих. — Дилан О’Брайен, согласен ли ты взять Томаса Броди-Сангстера в свои законные мужья? Будешь ли ты делить с ним свою радость и свое горе? Готов ли ты отдать ему все, что имеешь? Готов ли ты его любить, уважать и заботиться о нем, храня ваши брачные узы до тех пор, пока смерть не разлучит вас? — произнесла Кая серьезным голосом. На самом деле, в таком состоянии ее можно было увидеть только во время съемок. — Да, я согласен. Да, я буду. И да, я готов, — уверенно ответил брюнет и продолжал смотреть в глаза Томаса, ни на секунду не отводя взгляда. — А ты, Томас Броди-Сангстер, готов взять Дилана О’Брайена в свои законные мужья? Обещаешь ли ты делать то, что пообещал тебе он? Готов ли ты прожить с ним всю оставшуюся жизнь до тех пор, пока смерть не разлучит вас? — Я согласен. Да, я готов. Да, я обещаю, — несмотря на дрожь в голосе, он произнес это довольно твердо и уверенно. — Властью, данной мне этим мужчиной, я объявляю вас мужьями! Можете обменяться кольцами и поцеловаться! — Ава не заставила всех ждать и была уже перед парнями, держа подушечку. Дилан взял одно из колец и надел его на безымянный палец правой руки Томаса. Сангстер повторил действие своего жениха и уже на пальцах обоих красовались обручальные кольца. О’Брайен не стал долго думать и схватил Тома за талию, целуя его. Восторженные гости хором крикнули «Ура!». Естественно, внутри молодоженов зажегся огонек радости. Они медленно отстранились друг от друга, смотря в глаза. Дилан аккуратно провел пальцем по влажной щеке Сангстера и поцеловал его в нее. — Вам надо подписать документ о бракосочетании и решить, что будете делать с фамилиями, — сказал священник, вытаскивая бумаги. — Невеста возьмет фамилию мужа, — усмехнулся Дилан, беря ручку, которую протянул мужчина. — Эй-эй, в смысле?! Я хочу двойную фамилию! — возразил Томас, смотря на мужа. — Томас Броди-Сангстер-О’Брайен? Забавно, но ладно, — он пожал плечами и улыбнулся, целуя блондина в висок. Они подписали все нужные документы и расписались. — Теперь мы официально женаты, — радостно выдохнул брюнет и потащил Тома к столу. — А теперь банкет и прием гостей! — вновь послышались радостные крики. Ребята собрались все в кучу и начали обнимать друг друга. Гости поздравляли молодоженов и даже снова попытались успокоить Томаса, который опять начал плакать от радости.

***

      Ближе к ночи, когда друзья напились и увлеклись личными разговорами, молодожены сидели в сторонке и наслаждались друг другом. — Дилан, я так люблю тебя. Ты правда самое лучшее, что было в моей жизни. Да, мне было плохо и больно. Да, я ненавидел тебя и не хотел видеть, но я все равно любил, люблю и буду любить тебя, какая бы херня с нами не произошла. Разве ради скучной жизни мы живем? Хах, вовсе нет. Мы живем, чтобы рисковать, чтобы ощущать и получать новые эмоции, что-то узнавать и просто наслаждаться чем-то. Я бы не хотел, чтобы у нас все было спокойно. Мы будем ругаться, мы будем что-то делить, мы будем кричать друг на друга — это называется жизнь, понимаешь? Но и в то же время мы будем нежны друг с другом, мы будем мириться, обниматься, целоваться, путешествовать… Все это будет у нас, потому что мы живем, — говорил блондин и улыбался, смотря на яркую луну. — Малыш, да ты жутко пьян, но я полностью с тобой согласен. Мы будем жить. У нас все будет хорошо и… — у них одновременно завибрировали телефоны, оповещая о новом сообщение. — Что там? — спросил Томас, вытаскивая свой телефон и смотря в экран. Дилан повторил действие. — «Это не конец»… — взволнованно прочитал текст О’Брайен. — У меня тоже это написано… — они посмотрели друг на друга и быстро убрали телефон обратно, а затем взялись за руки. — Не смешная шутка, — фыркнул Дилан и закрыл глаза. — Согласен, — Том положил голову на надплечье мужа и тоже закрыл глаза. Их кольца красиво переливались на лунном свете, прокладывая своими лучиками счастливую дорожку этой парочки.       Единственный, кто был трезвым на этой свадьбе — это Уэс. Он успевал и фотографировать молодоженов, и снимать их, и даже следить за пьяной Авой, которая творила то, чего не стоило бы творить.

Или он был не единственным, кто следил за Томасом и Диланом сейчас?