Прорвемся, напарник!

Мне ещё никогда в жизни не угрожала опасность. На самом деле я знала, куда иду, работа детектива подразумевает опасность, да. Вот и сейчас, лёжа на холодном бетоне, я, помимо страха, чувствовала непонятное облегчение от того, что мы наконец-то узнаем, как выглядит этот маньяк. Если, конечно, я не умру раньше времени. А умирать ой как не хотелось в столько-то лет! Я ещё не получила диплом и не… в общем, на данном этапе жизни я планировала диплом получить. Так что лежать здесь, распластавшись на полу, совсем не хотелось. Я села. Обнаружила, что руки и ноги свободны, а по шее течет нечто тёплое. Дотянулась и пощупала кожу… — Ой, мама! — воскликнула я так, что в ушах зазвенело. Вот чёрт, нельзя так кричать! Но вид собственной окровавленной ладони вогнал меня в настоящий ступор. Оторвавшись от разглядывания этого кошмара, я осмотрелась. Находилась в каком-то подвальном помещении, где пахло рыбой и чем-то отдалённо напоминающим… лаванду? Неужели наш маньяк душится лавандовыми духами?! Это было настолько странно, что я захихикала себе под нос, хотя смешного, конечно, мало. Плакать нужно было в моей-то ситуации. Психологию убийц мы изучали слабо, однако по ней меня слегка натаскал Роберт. Поэтому радоваться, что руки и ноги у меня свободны, раньше времени не стоило. В общем, я встала. Это стоило огромных усилий, потому что голова кружилась и дико болела. Какой чёрт меня дёрнул смотаться с более-менее безопасного места? Да, за это по головке не погладят. Хотя… хотя, если я выживу, то буду готова предстать перед своими учителями, тренерами и даже самим Богом! Потопталась на месте и почувствовала, что меня тошнит. Это само по себе неприятно, а в вкупе с головной болью и сонливостью вообще жесть. Но разбираться со своим состоянием сейчас я не собиралась. Первой моей мыслью было ринуться к двери. Очевидно, что она закрыта, поэтому я поползла к окошку, которое было не очень большим, но я бы пролезла. Если бы решёток на нём не было… Разочарование. Пискнула мышь. Я очень медленно повернулась. Очень. Потому что больше всех маньяков и убийц я боюсь мелких грызунов и всякой такой «нечисти». Глупо? — Да! Чёрт меня побери, я готова поспорить, что мышь причинит мне меньше вреда, чем человек, который меня сюда притащил. И всё же, я очень аккуратно забралась на небольшой ящик и… равновесие было потеряно. Я сорвалась на крик и плюхнулась на бетонный пол. Боль пронеслась по всему телу, создавая иллюзию маленькой смерти. Я захныкала, мрачно глядя на маленького крысёныша. Он встал на задние лапки, словно издеваясь надо мной, а затем скрылся в норе. Вторая попытка встать была намного тяжелее, но я села и осмотрела себя. Колготки были порваны, а колени ободраны. Надо же… преступник нанёс мне меньше повреждений, чем я сама себе! Вот это да. Я прислушалась. Ладно, если мне не удастся выбраться, то что же делать?  Я верила Роберту и Дереку. Верила, что они меня найдут. Поднялась на ноги и подошла к двери. Досадливо ударила по противной дверце кулаком. И… … она открылась. Я не шучу — она действительно открылась. Меня ослепило яркое солнце. В подвале был полумрак, потому что окошечко было небольшим и внутрь проникало слишком мало света. А тут, на улице было так тепло и солнечно, что я невольно забыла, откуда только что вышла. Знаете, дать мне по шее и притащить в это место, а потом отпустить было… нелогично. Да. Нужно было со всех ног бежать прочь, потому что этот человек мог бы и передумать, вернуться и проделать всем известный трюк с пистолетом. А может чего похуже. В общем, я тоже никогда не отличалась логичностью в стрессовых ситуациях. К тому же, я не знала, где нахожусь. Голова разболелась ещё сильнее, тошнота не прошла, но я попыталась загнать все свои ощущения подальше, чтобы разобраться с ними позже. Сейчас меня волновало то, где я нахожусь. Подвалом оказалась небольшая бетонная сторожка в лесу. В лесу. Осознание этого выбило из меня всю дурь насчёт «оглядеться». Я рванула с такой скоростью, которую только могла развить в моём состоянии. Лес, я и маньяк-убийца — очень плохое сочетание! Куда бежать я тоже не знала. Деревья вокруг были не слишком высокие, но даже сквозь них было трудно что-то разглядеть. Стоп. Деревья не слишком высокие? Значит, это точно не лес. Логика ко мне вернулась, ура. Риптон — город, который окружал хвойный лес, а здесь преобладали лиственные деревца, как я уже говорила, небольшие. В Риптоне были парки. Могло ли это означать, что я не в лесу, а в парке? Паника начала немного отходить на второй план, но я всё ещё переживала за своё психическое и физическое здоровье, чтобы так с ходу порадоваться. И всё же я заметила какой-то проблеск после часа… или меньше? Или больше?.. В общем, после блужданий по лесопарку. Слава Небесам! Слава Аду! Слава Всему! Это была полиция! Я рванула из последних сил, глядя на родные красно-синие огонёчки. — Я здесь! — закричала я. Закричала и поняла, что крик мой никто не услышал. Слишком уж бурно обсуждали полицейские что-то, а голос мой был сорван после встречи с бетонным полом. Стало как-то обидно. Может, я и не была слишком уж побита, хотя и чувствовала, что по мне проехался танк, но так хотелось, чтобы Роберт или Дерек бросились ко мне навстречу, подхватили… ну, не знаю, как рыцари. В общем, ругаясь под нос, я потопала к машинам. Встала перед двумя незнакомыми мне полицейскими, мол, вот она — я. И уже совсем не слышала, что мне говорят. Меня усадили на заднее сидение, и я позволила себе расслабиться. Как только надо мной заколдовали врачи, я отключилась. *** Второй раз за неделю я оказалась в бессознательном состоянии. Только в этот раз открыть глаза стало для меня настоящим подвигом. Сначала я сжала простынь, радуясь, что подо мной теплый матрац, а не холодный бетон. Затем почувствовала чью-то руку, сжимающую мою. А потом распахнула глаза.  — Жива! — вырвалось у меня. Да… совсем не верилось, что я пережила встречу с нелогичным убийцей, мотивов которого я до сих пор не понимала. — Лежи, напарник, — послышалось неподалёку. — Роберт… ох. Рада тебя слышать. Дерек! — я узнала своего начальника, это именно он сжимал мою руку и сидел на моей кровати. Я села и слабо обняла его. Он в ответ сжал меня в объятиях… я всхлипнула. — Я провалила всё, что можно было провалить, — прошептала я, злясь на себя, — это самый ужасный поступок — уйти без оружия от вас, детектив. Ой, мама-а-а, что же будет… А будет вот что: он доложит в деканат, что студентка попала в нехорошую переделку и меня отстранят. Отстранение грозит отчислением, хотя, в моём случае (я ведь не виновата совсем) меня просто переведут в какой-нибудь офис. Бумажная волокита… что может быть хуже? — Как ты себя чувствуешь? — голос у Дерека был напряжённым, но видно, что он старается не сильно выходить из себя. Ещё бы… ему такой выговор начальство влепит за то, что не уследил за девчонкой. — Отлично, детектив Томпсон. Вы хоть что-нибудь узнали? Он недоверчиво на меня посмотрел. — Вопросы я задавать буду. Скажи, ты видела этого человека? Может, что-нибудь необычное? Мы нашли сторожку, но там никаких улик, кроме твоей крови. Даже следов его нет. Я задумалась. Последнее, что я помню после того как он шандарахнул меня по голове, было его лицо. Но он был в маске, поэтому я ничего особенного не заметила. Странно было то, что он пистолет направлял прямо на меня. И почему-то не выстрелил. — Рост средний, чуть ниже Роберта, телосложение… обычное. Не качок и не совсем исхудалый. Из необычного ничего не было. Маска полностью закрывала лицо. Из одежды только серую толстовку успела разглядеть. И шапка на нем была… В общем, за маску я могла принять эти новомодные шарфики, которые половину лица закрывают. Ну и шапка. Вот. Поэтому я ничего не разглядела. Страшно так было, а потом я очнулась. В общем пересказала я им, что он мне только по голове дал, а ноги и руки я сама себе оцарапала. Тут же детектив позвонил кому-то и отошёл на несколько минут. Ко мне подсел Роберт. Он был мрачный и очень задумчивый. Смотрел на меня так, словно… — Я не виновата! — разозлилась я, потому что ну очень красноречив был этот взгляд. — Напарник, прорвёмся… ты вот что скажи, голова ещё болит? Ты себя лучше чувствуешь? И тебя отстранили, да? Кивнула раз, два… и, наверное, три. — Значит, тебя не исключат, если мы, м-м-м…. заберём кое-какие документы из конторы, да? Ну… в общем, я и сам могу, но нужно постоять на шухере. Вот тебе и забота. Обиделась. Я отвернулась, показывая, что не буду я копаться в бумагах Дерека. Ну не буду. Даже если очень хочется. Роберт это понял и уже громче сказал: — Мне жаль, что я позволил тебе отойти. Я был на допросе, когда ты ушла, ты нас всех очень сильно напугала. Себя я тоже напугала, но обо мне действительно хватит. Вернулся детектив и сел по другую сторону от кровати и снова взял мою руку. — Детектив Томпсон, а расскажите мне, что вам удалось узнать о той девушке? Детектив смерил Роберта странным взглядом, затем повернулся ко мне. — Люси Алсер, двадцать три года. Убили её вчера ночью, тело подбросили в парк около пяти утра. Там оно пролежало до вечера, пока вы оба его не обнаружили. На правом плече обнаружили шрам. Самое интересное в том, что шрам был замаскирован татуировкой. Синей розы. Я села и задумалась. Многие девушки не хотят, чтобы шрамы были на виду. Я бы и со своим что-нибудь сделала. Поэтому татуировка мне ни о чём не говорила. Я пожала плечами. — Татуировка была свежей, — продолжил детектив, — словно её накололи накануне смерти девушки. Синяя роза вам ни о чём не говорит? Снова пожала плечами. А вот Роберта, похоже, озарило. — Помнишь, Дэй, тот жуткий случай с выпотрошенным наружу… всем? Там тоже была синяя роза. Только сам цветок. А здесь он решил пойти более странным путём! Я хлопнула себя по лбу. — Точно. То есть, теперь вы обойдете все тату-салоны? И опросите татуировщиков? Детектив кивнул. — Да, но не исключено, что убийца работал на дому. Мы уже разослали ориентировки татуировки. Также на ладони девушки был порез. Всё складывается в единую картину. Розы, шрамы и порезы. Теперь мы уверены на сто процентов, что работает один человек. Я откинулась обратно на подушку, схватившись руками за голову, которая жутко болела. Детективы переглянулись и одновременно поднялись, не глядя на меня. — В общем, Дэй, отдыхай. Я приду завтра, — пообещал мне детектив Томпсон. Роберт помахал мне рукой, и они оба вышли, оставив меня наедине со своими мыслями. Меня совсем не пытались убить. Может, запугать? Зачем убийце нужно было подкидывать диктофон с криками о помощи? Конечно, чтобы нас с Робертом привлечь. Но он не мог знать наверняка, что мы там будем. Мы даже сами не знали, что пойдём на пикник. Даже если опустить все эти детали, то… да, у него получилось нас вывести на тело девушки. И, допустим, он был уверен, что я вернусь за своей сумкой к месту, где мы сидели с Робертом. Тогда почему он не убил меня? Зачем нужно было бить мне по голове и запирать, точнее, просто оставлять в заброшенной сторожке? Всё это было очень странно. Настолько, что я решила оставить это для профессионалов. Пусть детективы сами разбираются с этим. Сейчас, когда у меня образовался внеплановый отпуск, я решила подумать о другом. Я точно знала, что находилась в единственной больнице города Риптон. Здесь, на втором этаже лежал человек, которого я очень сильно хотела видеть. И я сползла с кровати. Почувствовав, что могу твердо стоять на ногах, я вышла из палаты и тут же наткнулась на медсестру. Она удивлённо на меня посмотрела, я оценила её взгляд и вернулась в палату. Скучала я недолго, потому что дверь распахнулась, и в мои покои вошёл взъерошенный Роберт. — Хватит отлёживаться, Дэй, у тебя не очень-то и большая рана. И сотрясение очень маленькое. Держи. Я поймала пакет, всё ещё с удивлением глядя на напарника. — Сегодня у нас есть возможность узнать тайны Дерека. Я два дня пытался выяснить что-то о Могильнике, но ничего, вот вообще ничего. Он молчит, зараза. Обычно о своих триумфах он говорит с охотой, чтобы показать, какой он гений. А тут… молчит. А раскрытие дела, где фигурировало кольцо Могильника было триумфом, Дэй! Значит, Дерек Томпсон знает больше, чем говорит. И полиция, и вся наша контора не знает всей правды. Мне не нравится это. Я открыла рот, чтобы запротестовать, но Роберт покачал головой. — Нет, Дэй. Я очень сожалею, что позволил всему этому случиться с тобой. Правда… Но, знаешь, кажется, я не доверяю детективу Томпсону. И дело не в том, что он выскочка. И дело не только в Могильнике. Я хочу узнать, какие ещё тайны он хранит. Я достала из пакета настоящее бальное платье. Это меня очень удивило. Там же была и маска, и… — Мы идём не рыться в его вещах, — догадалась я. — Один криминальный авторитет города организовывает бал. Ты же знаешь, что основатели Риптона любят всякую такую чепуху. Дерек крут. И о нём знают многие люди такого ранга. Я перевела взгляд на платье и нахмурилась. Я доверяла Дереку больше чем кому-либо. Но что, если это единственная возможность узнать о кольце Могильника? И я приняла предложение Роберта. Наверное, я подписала себе смертный приговор.