Прорвемся, напарник!

Роберт настоял на том, чтобы отправиться по домам. Сам он проводил меня до двери и подождал, пока я запрусь с той стороны. Быстро приняла душ, обработала раны и забралась в постель. Сон не пришёл. Я размышляла о словах официанта, о кольце и лорде. Всё это было настолько запутанно, что моя голова разболелась от кучи новой информации. Завтра я планировала всё это систематизировать, зарисовать и налепить на доску в конторе. Поделиться теорией с Робертом и Дереком. Сейчас же мне стоит поспать. *** Меня не отстранили от практики. И даже никто не узнал, что мы с Робертом были на тусовке криминальных шишек. Это были хорошие новости, и я довольно улыбалась, когда шла по солнечным улочкам нашего города, обходя пустынные места десятой дорогой. Именно поэтому была в конторе только спустя час. На моё опоздание никто ничего не сказал, а я проскочила через вахту, схватила свою студенческую форму и юркнула в раздевалку. — О, Господи! — только и воскликнула я, когда заметила полуголого парня в раздевалке. Просто такая штука была… женщин в конторе было мало. И поэтому раздевалка была общая. Но обычно мужчины имели привычку запираться. В общем, до поры до времени проблем вообще не было. — Это всего лишь я. Я вскинула голову, перестав жмуриться. Передо мной стоял Адриан. Совершенно бледный, болезненно-усталый. В руках он держал рубаху. Ой, мамочка… каким он был печальным. Ещё пару дней назад он лежал при смерти, а теперь пришел сюда? Вот сюда? Кстати, а куда «сюда»? — Адриан… Адриан, ты что делаешь здесь? — пролепетала я, пытаясь не пялиться на грудь, которая была обмотана бинтами. Там была нехилая такая рана. А он тут. — Я не могу оставаться в больнице, Дэя, — произнёс он, — не после того, как ты подверглась нападению. — Нет, можешь! — вспыхнула я, словно спичка. Одно дело — защищать меня, будь он здоров, другое вот это — ходячий мертвец. — Адриан, ты сдурел. Мою спину прикрывают два здоровых парня. Не думаю, что ты сможешь что-либо сделать, если встретишься с преступником. И с каких пор ты здесь числишься? Вот так и бывает. Знаете, человек, которого я больше всего на свете люблю, стоит передо мной в одних, простите, трусах. А мы обсуждаем то, почему он вдруг сбежал из больницы и теперь решил поменять специальность. Я много раз представляла нашу встречу после того, как он очнётся… это было бы в лучших традициях любовного романа. Я бы кинулась в его объятья… Поцелуй, м-м-м… Но реальность такова, что я стою в дверях мужской раздевалки и спорю с ним о том, что защитить он меня не сможет. Значит, надо вернуть его в лежачее положение. — Я могу присматривать за тобой, — пожимает он плечами, — чтобы ты не вляпалась в очередную переделку. Твоя дружба с Робертом не очень хорошо влияет на тебя. Я знаю, где вы вчера были. — Не говори никому, — выпаливаю я и понимаю — не скажет. — Адриан… Осмеливаюсь подойти ближе и упираюсь руками в его грудь, пока он не понимает, чего я хочу, а я хочу, чтобы он сел. Садится. — Если даже опустить тот момент, что я к тебе чувствую, то есть ещё миллион причин, почему ты не можешь тут находиться. Твоё самочувствие. Когда ты очнулся, и почему мне никто не сказал? — Очнулся в тот же вечер. Мне сказали, что ты приходила. Я попросил больше не пускать тебя и… и не говорить, что я пришел в себя. Всё. Финиш. Чувствую, как ярость клокочет в душе, но беру себя в руки, прижимаю форму к груди и отворачиваюсь. Сейчас я не собираюсь разговаривать с ним. Его жизнь, его тело, его здоровье. Хочет отправить себя в могилу — пожалуйста! — И под чьим же руководством будешь работать? — я выбрала самый безразличный тон, но получился всё равно писклявый вопрос, полный переживаний. И надежд. — Детектив Томпсон согласился дать мне пару уроков. Понимаешь, образование есть, а практики никакой. Я много лет работал инструктором при Академии. Больше я вопросов не задавала. Выскочила из раздевалки и пронеслась мимо удивлённых коллег. *** Роберт нашел меня в буфете. Я заедала потрясение печеньем с божественной шоколадной крошкой, запивая горе молоком. Я просто не могла поддаваться эмоциям. Любовные переживания ужасно отвлекали от дела. Поэтому, чтобы откинуть все эти глупости в сторону, я вооружилась листочками и карандашом. Набросала пару эскизов. Тут был и мертвый лорд, и семья ювелира. Жениха, который смотрел с болью в глазах на труп своей невесты, я тоже зарисовала. Не знаю, как это могло помочь, но мне определённо нужно было выплеснуть это на бумагу. — Уже слышала новость? — спросил он, отобрав у меня печеньку, — в наших рядах пополнение.  — Слышала. Адриан — настоящий самоубийца. Давай лучше скажи, почему ты назвал Дерека святым? Не ты ли сутки назад верил, что он едва ли не вселенское зло? Глаза Роберта загорелись восхищением. И он начал свой рассказ, совершенно забыв о Адриане и всём прочем. Оказывается, вчера, когда мы разделились, Роберт увлёкся тремя девушками. Они поведали ему историю о любви. Сначала напарник решил, что это сюжет дешёвенького любовного романа, но потом проникся и понял, что на самом деле это было по-настоящему. И главным героем этой истории был Дерек. На тот момент ему было двадцать пять лет. Получается, всё случилось десять лет назад. — Его жена была завидной невестой, её хотели все мужчины города, — рассказывает Роберт, притягивая мой стакан с молоком к себе, — такая вся сияющая и милая. Знаешь, про таких говорят: «невинный цветочек». Ну, в общем, этот цветочек повстречал нашего детектива. На тот момент он закончил обучение в престижном университете и приехал в Риптон, чтобы раскрыть странное дело. Внимание! Дело, в котором фигурировало кольцо Могильника! Дальше Роберт рассказал, что девушка сразу влюбилась в Томпсона, а тот, в свою очередь, очень нехорошо отозвался о её семье. Семья Алисы не могла похвастаться безупречной репутацией. Её отец был связан с криминальным миром. Алиса и Дерек сильно поругались, он даже сказал, что больше никогда не станет встречаться с ней. Но произошло несчастье. Алису сбил автомобиль. Дерека обвинили в этом, нашлись лжесвидетели автокатастрофы. Девушка выжила, но поверить в то, что её любимый мог так поступить, не могла. — Это было громкое дело, Дерека даже чуть лицензии не лишили. Но за то время, что он просидел в полицейском участке с кучкой других преступников, он узнал кое-что интересное. Роберт поведал о том, что кольцо Могильника на самом деле в то время находилось в Риптоне, и с его помощью один из чиновников смог купить себе свободу. Роберт не стал углубляться в то, за что чиновник получил срок, важно было одно: кольцо снова бесследно исчезло, а сам чиновник был зверски убит. Мужчина был привязан к грузовику, его провезли несколько километров на огромной скорости. Дальше Роберт рассказал, что это убийство было совершено братом погибшего. — Дереку удалось добиться освобождения, и он начал копать глубже, — объясняет Роберт. — Дальше выяснилось, что детектив Томпсон раскрыл два дела, где фигурировала преступная группировка, похищающая девушек по всей стране. Он нашёл отчеты. И там было имя Алисы! Понимаешь? Они сбили девчонку, чтобы засадить Дерека за решетку, а затем спокойно схватить Алису. Но Дерек их планы разрушил. Он спас больше сотни девушек, освободив их из чёртова притона. И на этом рассказ был закончен. — Погоди-ка, Роберт, а как связана история Алисы, этих бандитов и кольца Могильника? И что с братом того чиновника? — К сожалению, Дэя, эти истории связывает только Дерек. Я пока ещё не разобрался со всей этой информацией, но точно теперь знаю, что наш детектив – хороший мужик. — А с братом-то что? Он отбыл своё наказание? Или его оправдали? Я измученно посмотрела на Роберта, но его взгляд говорил: я не знаю. — Его убили, — мы с Робертом одновременно подпрыгнули и уставились на Дерека. Он стоял с подносом, ногой уже отодвигая стульчик, чтобы присесть рядом. — Раз уж вы всё знаете, не вижу смысла скрывать. Брат чиновника оказался хорошим человеком. Он незаслуженно попал в тюрьму, но как только вышел, на него было совершено нападение. Он был убит обсидиановым клинком с опаловыми вкраплениями. Из этого же состоит кольцо Могильника.   И он замолчал, а затем стал увлечённо есть. Я прикусила губу. Когда мы собрались в кабинете Дерека, я развесила рисунки на доску, а затем рассказала мужчинам о том, что узнала вчера. — У меня такое чувство, что кольцо Могильника каким-то образом связано с нашим убийцей. Нет, серьёзно, всё слишком странно. Адриан прищурился, разглядывая рисунки. — Дэя, самоубийство той невесты было много лет назад. Нельзя брать во внимание то, что было почти сто лет назад. Её порез никак не может быть связан с… — Во внимание нужно брать всё, — пожурил Адриана детектив Томпсон. Нехорошо прищурившись, Адриан послал мне не самый теплый взгляд. А я спросила: — Адриана уже опросили? Что он знает? — Ничего я не знаю, — проворчал он, — помню лишь чёрный шарф и шапку. Мы дрались, а потом он вонзил в меня нож и ушёл. Я даже не помню, как он порезал мне руку. Видимо, я на тот момент уже отключился. Не совсем то, что я ожидала услышать. На самом деле я думаю, что Адриан детективу Томпсону сказал больше, чем сейчас мне. Особенно если брать во внимание то, что он не очень-то рад моей компании. Ох, а как я не рада… — Если тот преступник режет ладони кольцом? — предположила я и подошла к Адриану, схватив его за ладонь. Рана ещё не до конца затянулась. Такая ровненькая. Идентична ранам на руках других жертв. Адриан замер, и я поспешила опустить его руку. — Я думаю, что в этом есть логика, — согласился Дерек, — если учесть ажиотаж, который сейчас происходит вокруг этого кольца, то вполне возможно, что… хотя… — Дерек задумчиво посмотрел на один из рисунков. — Дэя, можно было предположить, что преступник убивает с целью найти кольцо Могильника. А если оно у него уже есть, тогда какой в этом смысл? — В этом есть смысл, — подал голос Роберт, — психология человека такова, что имей он хоть целый мир, ему будет этого мало. Возможно, он хочет найти то, что ещё принадлежало лорду. Его сокровища. — Перед вами стоит жертва этого самого урода, — киваю на Адриана, — разве он похож на человека, который может что-то знать о сокровищах лорда? Адриан явно обиделся, что я назвала его жертвой, но никак этого не показал. Вчетвером мы уселись за стол. Умолкли. Внезапно дверь кабинета открылась. — Детектив Томпсон, мы узнали, где было совершено убийство последней жертвы, — протараторил вошедший парень. *** Спустя двадцать минут мы стояли посреди кухни того самого кафе, где на меня был пролит горячий кофе. Девушка была убита здесь, но всё сделали так аккуратно, что на следующее утро персонал просто пришёл и начал работать. А капли крови, которые преступник не заметил, были приняты за кровь свиной туши. В общем, всё было бы идеально, если бы не одно «но»: убийца обронил телефон девушки, когда уносил тело. Именно поэтому никто и не смог найти такую важную улику. Мы пришли всем скопом. Кафе было закрыто на неопределённый срок. — Дэя, Роберт, опросите персонал, Адриан, ты найди офицера Коулмана, он где-то здесь. Неделю назад я просил предоставить мне информацию о том, мог ли кто незаконно прорваться в полицейскую базу. И если это было сделано, возьми список. В конторе разберёмся. Раздав поручения, Дерек стал осматривать место, где, по предположению криминалистов, была убита девушка. Мы с Робертом отошли переговорить.  — Не волнуйся за Адриана, он поправится, — прошептал Роберт. Он видит меня насквозь? Я действительно переживала. — Опрошу барменшу, — вздохнула я, а Роберт направился в сторону администратора. Девушка за баром оказалась приятной и милой. Она трещала без умолку и вскоре поведала мне то, что убитая появлялась здесь каждую пятницу. — Хорошо, да, — я поспешила уцепиться за нужную информацию, — в прошлую пятницу она пришла одна? — Ну, да, — кивнула барменша, — она всегда одна приходила, садилась вон за тот столик и просила всегда одного и того же официанта. Мы все шутили, что она влюбилась в нашего Дила. А тот только бы её и обслуживал! Она же такие чаевые оставляла. — Дил — это… — Это наш единственный парень-официант. Кажется, я поняла, о ком речь. — Значит, вы говорите, что она приходила сюда каждую пятницу, просила определённого официанта и… — И всё. Она заказывала один бокал шампанского и тарелку фруктов. Всё. Больше никогда и ничего. — И при этом оставляла большие чаевые? — нахмурилась я. — Говорю же — она влюблена была в нашего Дила! Ну, по крайней мере, так всё оно и выглядело.