Сердце Мейбл бьётся. Дыхание сбивается, девушка чувствует, как руки демона скользят по спине, отчего дрожь пробегает по телу.
— Что ты творишь, — хрипя и дрожа, спрашивает Мейбл. — со мной.
Но демон не отвечает, лишь сужает глаза. Ухмылка появляется на его лице, а тот наклоняется прям к уху шепча:"Как видишь — лапаю, Звёздочка. А что тебе не нравится?
И Мейбл хотела ответить «нравится», но стыд и капля приличия и гордости заставило напрячься обмякшее тело и шумно выдохнуть, когда губы Билла коснулись нежной бледной шеи Пайнс. Метка вся горела, обжигала кожу, а тело прям выгибалось от любого прикосновения демона.
— Нет, — через стоны и стыд произносит Мейбл, чьи щёки стали пунцовыми. — отпусти меня! Я не хочу…
И вновь события сна появляются перед глазами, когда Билл весь в крови стоит перед ней.
— Почему, Звёздочка? — шепчет Билл и и сжимает лицо Мейбл в руках, самодовольно улыбаясь. — Что тебя смущает?
И вновь Билл с той улыбкой, заносит над ней когтистую руку, что готова пронзить девушку насквозь.
И убить…
— ПРОСТО НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ, ЧЁРТОВ ДЕМОН! — кричит яростно Мейбл, вырывается из его хватки и быстро удаляется с крыши.
Сердце билось, как заведённое. Мейбл вся красная и смущённая, со слезами на глазах стоит посреди комнаты. Хотелось кричать и биться о стену, но вместо этого Пайнс лишь села на кровать, что скрипнула и прогнулась под девушкой. Слёзы потекли из глаз водопадом, а пальцы сжали каштановые волосы, оттягивая их в разные стороны.
«Что со мной? Почему я вижу эту картину перед глазами каждый раз, когда
он рядом? Почему?»
Наверное в своих мыслях, Мейбл просидела долго, оттягивая волосы и согнувшись пополам. Она больше не плакала — глаза были лишь мокрыми и красными от слёз. Девушка нарочно не ложилась в кровать — боялась уснуть, ведь безумно хотелось спать.
«Не хочу видеть его таким», — думала Мейбл со страхом. — «не хочу! Просто не хочу!»
И сердце заныло, завыло, внутри была неприятная дрожь. Внутри покалывало, а метка горела от боли. Хотелось закричать, что есть мочи, но никто не придёт. Абсолютно. Мейбл в своих мыслях и кошмарах, что терзали и тревожили её.
Глаза слипались. Хотелось спать. Пайнс широко зевает, перед глазами всё расплывается.
«Только не заснуть», — молилась Мейбл. — «только не заснуть!»
И она резко падает на бок, глаза закрываются.
***
» — Билл, прошу не делай этого! Не убивай меня! — истошно кричала девушка, отходя назад. — Прошу не убивай меня! Ты ведь любишь меня? Правда? Тогда прошу, не убивай!
Он словно не слушал. Мокрый, грязный, покрытый алой кровью, Билл стоял перед девушкой, тяжело дыша. Глаза горели, как два фонаря — он был готов пронзить девушку насквозь своими длинными чёрными когтями. Не было капли сочувствия или ещё чего-то — его одержало желание убить.
— Билл, умоляю! Прошу, не делай! Прошу!
Девушка истошно кричит…»
***
Диппер просыпается от истошного крика Мейбл. Тот не сразу понимает, что происходит. От этого крика у него волосы встали дыбом, а кожа похолодела.
— Билл, умоляю, не убивай меня! Нет! — кричала девушка, размахивая руками, судорожно хватаясь при этом за покрывало. — Нет, прошу!
Парень сглотнул. Диппер тут же подбежал к сестре, пытаясь силой вывести её из сна, сильно тряхнув её за плечо.
— Мейбл, Мейбл, очнись! — закричал Диппер, вновь тряхнув её со всей пролетарской ненавистью.
Мейбл вновь вскрикнула и распахнула глаза. Слёзы потекли из глаз, девушка заплакала и набросилась на брата с объятиями. Парень такого поведения точно не ожидал, сам стоял в недоумении, даже не зная, что сказать. Он просто неловко обнял сестру, давая повод ей выплеснуть все негативные эмоции.
— О боже, Диппер, я так испугалась! Я думала, это всё взаправду! Я думала, он хотел меня убить! — кричала Мейбл, параллельно всхлипывая и заикаясь. — Боже как я испугалась, Диппер, я думала что это правда! А это сон! Всего лишь сон!
— Мейбл, — начал Диппер, но понимал, что слова сейчас лишние и лучше промолчать.
— Ох, Диппер, — произнесла дрожащим голосом Мейбл и лишь сильнее прижалась к брату, уткнувшись в его плечо. — Я так счастлива.
Мейбл была слишком потрясена, чтобы мыслить здраво. Но обо всём Билла завтра обязательно спросит.
А сейчас просто поплачет. Не более.