Музыка моего сердца

      — Новый заказ, Джин! — официант положил на стойку вырванный из блокнота листок, на котором неразборчивым почерком были написаны пожелания клиента.       — Я все еще твой хен, — доброжелательно возмутился Джин. Заметив неловкую улыбку официанта, он хмыкнул и отвернулся к кофе-машине.       Намджун оглядел зал на предмет новых посетителей и, заметив отсутствие оных, решил подождать за стойкой. Он скучающе бродил взглядом по картинам, висевшим на стенах кафе, отметив про себя, что лучшая картина в его жизни сейчас готовит кофе, тихо напевая себе под нос незатейливую мелодию.       — Опять залип на Джин-хена? — официант дернулся и чуть не свалился с барного стула, на котором сидел, услышав хихиканье рядом.       — Я… Я… Нет, я просто задумался, — промямлил Джун, отводя взгляд. Его руки нервно теребили коричневый фартук.       — О чем же ты таком задумался, что чуть стойку слюнями не закапал? — парень, задавший вопрос, уселся на соседний стул и опер подбородок на свою ладонь. Намджун перевел на него взгляд и попытался сделать беззаботное лицо.       — Ну, знаешь, раздумываю о лирике для новой песни, — Джун неопределенно махнул рукой и растянул губы в улыбке. — А ты что здесь делаешь, Чимчим? Сейчас не твоя смена.       — Новая это здорово, Джун~и-хен, — улыбнулся Чимин. — Я пришел купить кофе для Юнги-хена, он снова не вылезал из студии всю ночь.       — Здравствуй, Чимин, — мягкий голос Джина перетянул внимание парней на себя. — Джун~и, отнеси заказ. Намджун? Ты услышал?       Намджун будто резко вышел из транса.       — Ох, я… Да, да, я услышал. Спасибо, хен! — парень подхватил поднос и убежал так быстро, как это было возможно, пылая ушами. Джин задумчиво смотрел ему в спину.       — Чимин, тебе не кажется, что с нашим Джун~и что-то не так? Я стал замечать, что он частенько зависает, смотря на меня. Хм-м…       — Ах, я думаю у него появилась муза, — Чимин ослепительно улыбнулся, — он пишет лирику каждую свободную минуту, так что думаю зависает от недосыпа. Кстати, хен, не мог бы ты сделать кофе для Юнги-хена?       — Да, конечно, — медленно проговорил Джин, так же задумчиво смотря на Намджуна, который чуть не уронил стаканы с кофе, пока нес их до нужного столика. Тряхнув головой, Джин отправился выполнять заказ, раздумывая над тем, что сказал Чимин.       Муза. Для музыканта это не просто слово. Муза приходит неожиданно, как снег для коммунальных служб. Она заставляет трепетать сердце, а разум работать на 120%, выдавая поток идей, только успевай записывать. Свободное от работы время Намджун посвящал тому, что создавал музыку. Сидя в своей маленькой студии он мечтал, что изменит мир своими текстами, а потому вдохновение искал во всем. Муза может прятаться даже там, где не ждешь ее. Однажды Джун нашел ее в человеке, с которым работал несколько месяцев.       Бросая мимолетные и не очень взгляды на бариста, Намджун на несколько секунд подвисал, а потом бросался писать строчки лирики на всем, что попадалось под руку. В его жизни были такие моменты, когда человек вызывал в нем приступ вдохновения, но никогда еще он не чувствовал, что это чуть больше, чем просто импульсы в мозгу, вызывающие ассоциации. Никогда, кроме раза, когда посмотрел на Джина глазами музыканта.       Размышляя однажды бессонной ночью, когда вдохновение покинуло его слишком неожиданно, на оборванной фразе на клочке бумаги, Намджун пришел к выводу, что его вдохновению мало фотографии, сделанной исподтишка, ему нужен настоящий Джин. Джун задумался над тем, как можно привлечь внимание хёна и не нашел ничего лучше, чем привлечь внимание его результатом влияния на бедного официанта.       Тем же вечером, в час когда кофейню пора было закрыть, а из персонала остались лишь Джин и Намджун, последний решил воплотить в жизнь свой маленький план. Пока старший убирался за своей стойкой, Намджун немного подвинул столики, образуя себе небольшую пустую площадку в центре. Он погасил свет, оставив одинокую лампу гореть над этой импровизированной сценой. Намджун кашлянул, привлекая внимание Джина, который итак непонимающе смотрел на него, машинально елозя тряпкой по стойке.       Джун достал телефон и, включив бит, положил его перед собой. Собравшись силами, он начал негромко и мягко зачитывать строчки: Ни о чем не думай, Ничего не говори, ни слова, Просто улыбнись мне.       Джин медленно отложил тряпку и вышел из-за стойки, словно завороженный глядя на Намджуна. Тот смотрел в его глаза, продолжая зачитывать слова, которые писал в тот день, когда впервые осознал, что бариста с мягкой улыбкой его муза. Я все еще не могу поверить в это, Все это кажется сном, Не пытайся исчезнуть…       Никто из них не заметил, как они оказались настолько близко, что бабочка не смогла бы пролететь между ними, не задев крылом. Намджун закончил монолог своей души, оставшись стоять глядя в глаза цвета топленого шоколада, боясь глубоко вдохнуть, чтобы не спугнуть момент.       — Это прекрасная песня, Джун~и, — голос хена немного дернулся, в глазах блеснула слеза. — И прекрасная музыка.       Джун неловко поднял руку и кончиками пальцев осторожно коснулся щеки Джина, которая моментально приобрела розоватый оттенок, еле видный в свете одинокой лампы над ними.       — Это ты музыка, Джин. Музыка моего сердца.