Тебе не разлучить нас, дрянь

"Тигр пришел" SM "Кот скучаал" JM "Как сильно? Я хочу знать." SM "Приезжай и увидишь. Услышишь." JM "А что же я услышу, когда войду в квартиру?" SM "Стоны и мольбы." JM "Дверь не откроешь, а то руки заняты?" SM На пороге квартиры стоял Себастьян. Нет, ну самого снайпера было не разглядеть. Перед ним был огромный букет бордовых роз. - Нравится? - Романтика, Моран! - лениво растягивая слова сказал Джим, опуская букет на пол. - И ты вот так просто кинешь то, что я столько времени тащил? Даже по цвету выбирал. Тем более, я никогда не дарил тебе цветы, а ты так просто их кинул. Бесчувственный. - Не люблю розы. - равнодушно сказал Джим, - Если тебя так угнетает, что ты их тащил, могу заплатить за доставку. - Урод. Моральный. - Себ скинул куртку и пошел в ванную. - Я не прощу тебе этого. Киллер набрал ванну и начал раздеваться, но в проходе оказался нахальным образом наблюдающий Джим. Моран хлопнул дверью перед его носом и снял все оставшиеся вещи. - Ох, какие мы обидчивые. - сказал Джим, открывая дверь запасным ключом. - Прямо как барышня. Хочешь узнать, что я больше всего люблю, тигр? - Мориарти подошел к Себастьяну вплотную. - Не хочу. Хочу в ванну. - он даже не повернулся в сторону возлюбленного и залез в горячую воду, медленно погружаясь. - Вот глупый тигр. - сказал Джим, наклоняясь к любовнику. - У роз сладкий запах, а мне больше нравится твооой... Себастьян ничего не ответил, откинулся и прикрыл глаза, наслаждаясь огромной горячей ванной. - Как мне заслужить твое прощение? - Джим поцеловал Себастьян, опустив руку под воду и лаская живот, спускаясь все ниже. - Руки убрать. - четко и быстро ответил тот, - Ты как маленький ребенок во взрослых отношениях: идешь самым простым путем. Джим проигнорировал приказной тон любовника, который заводил его еще больше. - Может быть. Но мой путь действенный, а это главное. - Нет, он какой-то мерзкий. Так что давай, мегамозг, иди в чертоги разума, как тот кудрявый, и принеси мне оттуда что-нибудь особенное. И из ванной свали тоже. - Нет, что это за приказы ты мне отдаешь? - деловито возмутился Джим, запуская пальцы в волосы Себастьяна. Потянув за них, Мориарти еле сдержался, чтобы не ударить Морана о бортик ванной. - А ты меня теперь бить собрался? - Моран выпрямился. С него стекала вода, он был совершенно голым, но был и страшно зол. - Иди отсюда, я сказал. Мне насрать, что ты там возмущаешься, мне надоело твое похуистическое настроение и вечный недотрах. Сделай для меня хоть что-нибудь, Мориарти. Произнеся монолог на одном дыхании, снайпер вылез и прошел в комнату весь мокрый, оставляя за собой влажные следы. Он вытерся полотенцом, которое достал из шкафа и напялил первые попавшиеся вещи: желтая борцовка и узкие темные джинсы. Носки и кроссовки надел на ходу к двери. Он вышел, схватив куртку и ключи. - Ну и что нам теперь деееелать? - протянул Джим, сам не понимая, кому это "нам". Не найдя варианта лучше, чем просто открыть бар, Мориарти решил выпить. А если быть точнее - напиться. Достав коньяк, который решено было пить прямо из горла, Джеймс начал свою одинокую вечеринку. - Нет, пить одному - это моветон! - сказал уже пьяный Джим, ища с кем в этом доме можно было бы разделить коньяк. На глаза ему попалась винтовка. - Добрый вечер, мадемуазель... - сказал Мориарти, подхватывал верную спутницу снайпера. В ходе уменьшение коньяка в бутылке и увеличения алкоголя в крови, Мориарти пришла в голову безумная идея: проведя ножом по поверхности ствола, криминальный консультант, пьяный в конец, пробурчал: - А тыы как думала, я ревнуууую. Моран пропадал двое суток. Он просто гулял по городу. По сумеречному, вечернему, ночному, только встающему, полностью проснувшемуся, живому городу. Он много пил, курил, и снова пил. Нашел много собутыльников. В этом у него никогда не было проблем, да если б и были, то они не важны. Он не знал, что думать. Себастьян любил криминального гения, но не видел никакой самоотдачи. Или это он стал слишком романтичен и мил с ним, больше позволять стал? Пора взять дело в свои руки. 'Ты в норме?' - гласило краткое смс для Джеймса. "Я - да." многообещающе ответил Джим, валяясь на диване в окружении пустых, ополовиненных и полных бутылок разнообразных марок. Он все это время пил, периодически возвращаясь к винтовке и прикладывая руки к многострадальному оружию, выписывая на нем разные буквы и инициалы. Вот в такие моменты чувствуешь себя дерьмом, не иначе. Сами посудите - он обеспокоится об этом Мориарти, а тот - вот так. "Что вообще он делал все это время без него? Может, что с квартирой или с ним самим? Надо заглянуть, пока близко." - думал куривший Моран. Джим открыл глаза, находясь относительно трезвым. Первое, что он увидел - грандиозный погром, который почему-то не замечал эти два дня. Прочитав скупое сообщение от Себастьяна еще раз, он взял его зажигалку, которую он забыл, и вывел на стене огнем: "Моран - любимая скотина". Находясь под градусом, Джеймс нашел это романтичным извинением и выражением недовольства в одном флаконе. Закончив работу, Мориарти опять наполнил стакан. В двери щелкнул ключ, она отворилась, впуская второго хозяина. Моран тихо снял с себя лишнее, прошел в комнату. Осмотревшись, он был не просто в шоке. Он был в недоумении, ярости, ужасе. И больше всего пугало тело на кровати. - Ты вообще жив, алкоголик? - Что-что-что? - быстро задвигал губами Джим. Вообще, голос Морана прозвучал на задворках сознания, как сигнал о спасении. Ведь Джеймс прекрасно знал, что снайперу не нравится, когда Мориарти пьет. А еще он знал, что чувство меры и инстинкт самосохранения у него отсутствуют напрочь. И тут Джим вспомнил про экзекуции с винтовкой и понял, что снайпер будет очень зол. Этот факт дал еще один повод забыться в алкоголе. - Себ, ты только не злись... - Если ты так говоришь, значит есть что-то , что мне не понравится больше, чем количество выпитого. Моран зашел в комнату и повернул голову. -Это конечно мило, но ты еблан, Мориарти. Ты испаганил стены нашего жилища. Что-то еще? - с опаской глянул тот на держащегося за голову полуживого гения преступного мира. Джим молча указал на винтовку, которая явно потеряла былое величие. Мориарти зажмурился, ожидая криков, а возможно и удара, который, по его мнению, он заслужил. - Тебе заняться было больше нечем? - с этой фразы началась серия крика. Мориарти в жизни не слышал столько мата. Война дала свое, вот теперь снайпер и пользуется. Джим корчился от громогласия своего любимого, у него трещала по швам голова. - Потому что пить меньше надо. Моран подхватил за руку брюнета, громко приказывая тому встать. Они прошли в ванную и Себастьян буквально пихнул того под холодный душ. - Только не вода! - Джим пытался вырваться из железной хватки Себастьяна, хотя и неудачно. Он кидался к нему, будто ища защиты. - Пожалуйста, только не вода! - верещал Джеймс громким фальцетом. - Так я тебя и послушал. - Моран включил ледяные струи в кабинке и закрыл дверь, сжимая ручку. Джимми бился и бился,но смысла никакого, киллер был неприступен. Немного погодя, когда схлынула первая волна эмоций он открыл кабинку и включил воду теплее, чтобы 'этот идиот не помер'. В полубессознательном состоянии, Мориарти осел на пол, откинув голову назад, и закрыл глаза. Его тошнило, он чувствовал себя виноватым перед Себастьяном. - Выпусти меня... - еле слышно прохрипел Джеймс. - И ты снова попортишь стены, мои вещи и, мать твою, себя? Нет уж. - Пожалуйста. Я больше не буду пить. - заверил Джим снайпера. - Хочешь, чтобы я тут захлебнулся? Моран выпустил Джеймса. Тот вышел и сел на кафельный пол ванной, опираясь о стену. Снайпер подсел к нему. - Ну и какого хрена ты все это наворотил? Я просил тебя о чем-нибудь приятном, а ты.. Ээх, что я распинаюсь перед человеком без совести. - Прости, - Джим обвил шею снайпера. - Мне было слишком скучно. Ты бросил меня. Мориарти уткнулся носом в шею Себастьяна. - Ты просто феерический идиот, ей Богу. Забирайся на меня. - Себастьян помог похмельному мокрому гению залезть на колени. Он прижал его к себе как только возможно сильно. - А что на винтовке накалякал, художник? - "Тебе не разлучить нас, дрянь" - подавив смешок сказал Джим, обнимая Себастьяна. - Но романтику-то я устроил. Теперь мои художества украшают стену. - Лучше б ты эти художества, как дети, красками рисовал, мелками. Тебе еще нельзя брать Себину зажигалку, не дорос. - Моран поднялся вместе с тушкой на руках и поставил ее на пол. - Раздевайся, а то ты совсем мокрый. После последней фразы снайпера, на губах Джима заиграла улыбка. Он послушно стащил с себя штаны и футболку, с трудом держась на ногах. - А зажигалку ты забыл - сам виноват. - Потому что у меня другая с собой. Не буду же я все из дома выносить при каждой ссоре. - Он помогал Джиму раздеваться, точно маленькому ребенку. Нянька? Да, вот кем он себя чувствовал. Ему хотелось защищать любимого, но он так устал от беспомощности того. Себ сказал это брюнету. - Тебе будет проще, если подобным будет заниматься специальный человек? - будничным тоном спросил Джим. - Что ж, я могу это устроить. - пожал плечами Мориарти. - Будем жить втроем. Шведской семьей. - Кто-то визжал только при словах 'секс втроем', а сейчас уже шведская семья? Руки так и чешутся, знаешь. Зря я себя держал, когда пришел. Иди убирайся. - жестким тоном произнес снайпер, обтерев любимого. - Мы можем позвать уборщицу, зачем мне этим заниматься? - непонимающе спросил Джим, млея от приказного тона. - Еще чего. Сам насрал - сам убрал. А я прослежу. Только трусы надень, ага. Себ демонстративно оперся спиной о косяк и собрался наблюдать за процессом. Джим недовольно поморщился. - Кого-то не удовлетворяет роль няньки, чего воспитываешь тогда? - огрызнулся Мориарти. - Я хочу, чтобы ты оценил масштабы сделанного, котик. А теперь давай я тебя поцелую и ты начнешь работать? Я как раз чай заварю, обои новые закажу, все такое. - Себ приблизился к любимому. - Ты одним поцелуем не отделаешься. - предупредил Джим, жмурясь, как кот. - Моя работа дорого стоит. - Разбежался. Я вообще должен был давно убить тебя, так что молчи и просто чмокни меня. - За что убить? - удивился Джим, невинно хлопая ресницами. Он легко поцеловал Морана и продолжил испытующе смотреть на любовника. - За дурость. В этой квартире еще долго гремели бутылками, было много шума и крика. Двое мужчин убирали останки прошлого, с которыми они не хотят начинать жить и любить заново. В этой квартире было много шума и стонов. Потому что они любят.