Монстр из пророчества

Он убивал… Думая что наша семья особенная, ее обойдет печальная судьба, я совершила непростительную ошибку… Усыпила бдительность…и жестоко за это поплатилась. Месть вполне оправданное желание после того, что я пережила. Я должна сделать это. С того самого момента я готовилась к ней. И не важно, что видя мои тренировки люди лишь одаривали меня жалостливым, сочувственным взглядом, даже не пытаясь помочь. ****** Это случилось давно, десять лет назад… Был самый обычный день в деревне, в которой мы жили. Мужчин не было, они решили проветриться и пойти на охоту. С утра собравшись у дома старосты, вооружившись кто чем они пошли прямо в лес. Самое хорошее время для ловли -утром на опушке. Вообще много таких деревушек в обширных лесах Англии. Небольшая, два- три десятка дворов. Много было в деревне мастериц, девочки с раннего возраста обучались семейному ремеслу. Жили бедно, но дружно. Каждый помогал по возможности. Все шло своим чередом, уже был вечер. Девчушка сидела на крыльце что-то тихо напевала и вышивала узоры на праздничной рубахе. Имя её Трелони, ласково- Лони, было единственным, что успела подарить ей мать. В её юной головке крутились совсем не детские думы. Сегодня она в который раз нарушила запрет отца и пошла к старухе Травнице, как её прозвали деревенские. Её покосившаяся землянка стояла на отшибе от деревни. Некоторые боялись её, считали колдуньей. Большинство относилось к ней безразлично, но детям всё равно запрещали играть вблизи её жилища. Вот и отец этой большеглазой малютки был такого мнения. Но её манила эта пугающая неизвестность. Однажды, когда была одна, не вытерпев одиночества и просто сгорая от любопытства она вознамерилась познакомиться с этой «страшной» старухой. Уже подходя к хибарке девочка почувствовала, что с каждым шагом уверенность сменяет страх. Дрожащей ручонкой постучав в дверь, Трелони ощутила как замерло сердце. Позднее вспоминая этот случай девочка громко хохотала поражаясь собственной трусости. Конечно никакой сумасшедшей в доме не было. Была лишь милая старушка немного непривычной, даже пугающей сперва наружности. Но присмотревшись понимаешь, что это лишь очень мелкий рисунок на одежде вместо паутины, а на шее висит лишь пучок травы. Вильда, как представилась старуха, была весьма умной, веселой женщиной, но нелюдимой, наученной жизнью. Они говорили обо всём на свете. Несмотря на большую разницу в возрасте им обоим было интересно. Вильда учила девочку хозяйству, попутно рассказывая разные истории и сказки. А Трелони в свою очередь делилась новостями деревни, радостно щебеча о новых пакостях, придуманных ей же. Бывала девочка у неё по субботам, когда отец и брат были на охоте. Вот и сегодня болтая о всяких мелочах старуха обмолвилась о проклятье, постигшем деревню в прошлом. Резко заинтересовавшаяся девочка вытрясла из мягкой Вильды всё, что та знала о чудовище. А сейчас, обдумывая всю информацию, смотря на вышивку неморгающим взглядом она была в глубоком забытие. Ведь старуха говорила странные даже для неё вещи… Вдруг Лони вздрогнула, выронив пяльца и едва не упав с крыльца от неожиданности. Кто-то кричал, и не так как обычно зовут заигравшихся детей домой, это был настоящий вопль, молящий о помощи. Девочка вскочила и понеслась на оглушающий звук. Резко всё стихло, испугавшись ещё больше малышка понеслась что есть сил, не обращая внимания на преграды. На месте откуда, предположительно, доносился крик стояла кольцом толпа. Там были все, кто был в деревне. Как ни странно время как будто замерло и не было ни звука. Протиснувшись сквозь толпу она замерла. Всем детям закрывали глаза, многие безмолвно плакали, остальные же с ужасом смотрели буквально потеряв дар речи. Отца Трелони не было поэтому она смотрела во все глаза, уже трясясь всем телом и цветом кожи напоминая труп. Тут послышались надрывные вскрики где-то совсем рядом. Все как по сигналу обернулась на звук. Секунду спустя прорвавшись через кольцо людей выбежала пекарша, и задыхаясь в рыданиях упала на колени перед телом и взвыла не человеческим голосом прижавшись к нему. Всем понятна была её горечь. Ведь ещё днём её дочка, 16-летняя Берта бегала по поляне с юношами ловя бабочек и звонко, словно ручеёк смеясь. И вот теперь родная мать едва ли узнавала её. Она была настолько изуродована, что едва ли можно было признать некогда смуглую, темноволосую красавицу. Никто не спешил отнимать безутешную мать от своего ребёнка. Вдруг послышался рог, известивший всех о возвращении охотников. Послышался топот копыт и толпа расступилась, давая дорогу всадникам. В молчании они спрыгнули с коней и лицезрев эту песню страшную картину взяли своих жен и повели прочь. В молчании том было сочувствие женщин и решимость мужчин. Дженус уже собрался идти домой, как завидел знакомую фигурку, будто вросшую в землю. Он подбежал к Лони подхватил на руки и пошёл прочь с этого места. Из-за плеча отца Трелони видела как пекарь подошёл к жене, и начал пытаться увести. Женщина билась в истерике не воспринимая происходящее. Пекарь молча подхватил её на руки и унёс. Лони была в ступоре, голова отказывалась работать, ведь все девочки деревни ровнялись на сильную, смелую, вечно веселую и шумную Берту. Ведь именно она рассказывала им сказки, сидя у костра по вечерам, попутно заплетая им косы. Девочка видела смерть, но мама умирала спокойно лежа в постели и просто не проснулась, когда совсем крошкой Трелони принесла завтрак. Тогда она перестала говорить на год. Отец и брат смогли затуманить эти воспоминания и заполнить её новыми. Отец внес дрожащую дочь в дом. Брат молча последовал за ним. Все ещё бывшего в оцепенении ребёнка отоили снотворным отваром. Дженус посмотрел на сына с мольбой, удостоившись короткого кивка он ушёл. Дрейвен знал что делать. Будучи юношей он более спокойно воспринял случившееся. Сейчас его больше волновало состояние сестры.Ведь эту маленькую куколка уже ломали. Он молился чтоб этот случай разворошил старую рану. Будучи далеко не глупцом, он знал что отец пошёл на собрание. Ведь это произошло не просто так. Это случалось раньше. Все помнят что было десять лет назад, когда Он в очередной раз пробудился. Детям родившимся после печальных событий было решено ничего не рассказывать о замке в котором обитал монстр. Проклятье превратилось в забытую сказку. Все забыли, перестали верить в пророчество и не преподнесли дань, которую должны были. Он зол и поэтому убивает. Теперь уже не обойдется одной жертвой. И это понимали все. На собрании обычно шумном и бурлящем была тишина. В воздухе витал вопрос, на который отвечать не хотелось никому. «Что делать? " Конечно никто не собирался закрывать глаза на это, зная что в таком случае, спустя десять лет всё вновь повториться. Нарушив это напряженное молчание поднялся пекарь и его слова звучали громом — «Идём на замок! " На рассвете следующего дня, у входа деревни собрались все, кто мог держать оружие в руках. Они велели не закрывать ворота и не выходить за забор пока не вернутся. Дрейвен был с отцом, так как ночью к ним неожиданно нагрянула Вильда и осталась с Лони. Все были настроены на то, что могут не вернуться. Когда их спины скрылись из виду бабы, стоявшие на площади дали волю слезам. Мужчины шли прямо к уже видневшимся из-за деревьев вершинам башен треклятого замка. Они шли поглощенные чувством мести, затуманивающим мысли. Всё произошло мгновенно, никто не успел даже вскинуть меч. Лес вновь наполнился тишиной. Простояв на посту весь день женщины так и не дождались своих мужей. Выйдя утром к забору женщины просто взвизгнув упала без сознания, самые стойкие, устоявшие на ногах пытались отвести взгляд. Лони услышав голоса решила что это от радости по возвращению мужчин. С улыбкой на лице она побежала им навстречу. Даже Вильда не успела остановить девочку. Добежав до ворот на секунду подняв взгляд на частокол бревен и увидев знакомые лица, и стеклянный блеск в глазах девочка упала замертво. Бежавшая в след Вильда настигла ворот спустя пару минут. Увидев девочку, лежащую без чувств она на миг испугалась ща её жизнь, ведь волосы Трелони были белы, как снег. Подняв глаза стремясь выяснить причину этого женщина отпрянула, увиденное повергло её в шок: на частокол брёвен забора были как на иголки нанизаны головы тех, кто день назад осмелился восстать против древнего зла. Спустя некоторое время все пришедшие в себя женщины на коленях молили господа о упокоении стольких душ. Вильда послала очнувшуюся Лони присоединиться. Войдя в храм она вызвала новые припадки у нервных женщин. Они посчитали бедную малышку призраком. Но потом все поняли чем это вызвано. А ещё одновременно подумали об одном — Ровно через десять лет они отдадут в жертву эту сироту, ведь она проклята.