Проблемы языка

Джисон в одной руке держит яблоко, а другой набирает в твиттер что-то в стиле: «Если я завалю тест по китайскому, мои родители же не выгонят меня из дома?» Проблемы школьников во всех странах мира одинаковы. Вот, например, Пак Джисон в сеульской школе мучается с изучением иностранного языка, в то время как его лучший друг, Ли Донхёк, мучается со своей неразделённой любовью к старшекласснику. И ладно, у Донхёка проблема вполне решаема, все видели, как Марк смотрит на него, но вот у Джисона-то действительно проблемы. Он умудряется держать отличные оценки по всем предметам, а этот китайский, который точно пришёл на эту грешную землю из самого ада, подрывает ему всю успеваемость. Только за последнюю неделю его дважды вызывали к доске, и из-за того, что он не мог сказать ничего больше, чем «Нихао, меня зовут Пак Джисон», ставили не очень-то и высокие баллы. Он публикует — «моя жизнь не имеет смысла», и выключает телефон. — Кто-нибудь в нашей школе, кроме дурацкого Вон Юкхэя, может помочь мне с китайским? — спрашивает он у Донхёка. — Чем тебе не угодил Юкхэй-хён? — хмурит брови парень. Они сидели во внутреннем дворе школы, наблюдая за тем, как старшеклассники играли в баскетбол. Ну, точнее Джисон вообще туда не смотрел, а его друг пялился на Ли Минхёна. — Единственный раз, когда он помогал мне с заданием, помнишь, нам задавали написать рассказ про свою семью? Так вот, он написал, что моя семья — шведская, и помимо меня у моих родителей есть сын Гейб. — Почему именно Гейб? — Донхёк, кажется, был заинтересован, он даже оторвал глаза от игры. — Я не знаю. Лукаса вообще никто не понимает, ну, кроме Чону-хёна. Но будто бы ты не привык, — младший закатил глаза, кусая своё яблоко. Это действительно тяжело — пытаться сохранить хорошие оценки, притворяясь умным, когда ты, на самом деле, не умный. *** Вечером, после безуспешного двухчасового корпения над учебником языка Сатаны, Джисон обнаружил на своём телефоне уведомление из твиттера. Какой-то парень по имени «Дельфин». У него на юзерпике мем из «тома и джерри», сам он пишет в ответ на его твит про китайский: «Лол, сейм, разговариваю на нём шестнадцать лет и, типа, всё ещё нехера не знаю?». Джисон уже чувствует с ним глубокую ментальную связь. Он быстро подписывается на этого чувака взаимно, открывает окошечко диалога и отправляет сообщение: Я ненавижу китайский. Ответ приходит через несколько минут. У тебя ещё не так всё плохо, ты в Корее. Я тут в Китае. В самом пекле, уфф Джисон хихикает. А потом сразу же приходит второе сообщение. Ты знаешь, как рябит в глазах от всех этих иероглифов после долгого чтения? Я буквально слепну Джисон думает, что нашёл своего соулмейта. *** Поскольку Пак Джисон — главный везунчик этого мира, своего соулмейта он нашёл… В Китае. Гугл карты говорят ему, что лететь из Сеула в Пекин четыре с половиной часа. Джисон думает, что на летних каникулах он мог бы уговорить родителей… — Ой, да не придумывай ты, вы общаетесь всего неделю, — Донхёк пьёт сок, жуя при этом трубочку, и смотрит на то, как Ли Минхён смеётся за своим столиком. — Но за эту неделю я полюбил его больше, чем тебя, — закатывает глаза Джисон. Старший в ответ осуждающе сёрбает сок. Ли Донхёк и не такое умеет. — О чём болтаете, девочки? — спрашивает Лукас, приземляясь на свободный стул. За ним следом к компании присоединяется Чону, он аккуратно садится на соседний. — О том, какой ты дурень, — ёрничает Джисон, отвлекаясь от «очень увлекательной беседы» на твиттер. Он всё ещё не знает настоящего имени Дельфина, просто потому что это не имеет значения. Пак называет его Дельфином, и им обоим, вроде как, нормально. Их общение в большинстве своём состоит из обсуждения разных вещей. Всё началось с китайского языка, но через час они уже разговаривали о Токийском гуле, а через день про Ким Чен Ына. Ещё через день Дельфин в своём твиттере написал, что абсолютно точно влюблён в парня с ником «Крошка Джи»(а это, чтоб вы знали, ник Пак Джисона и никого больше). А потом они просто начали флиртовать. И в твиттах, и в сообщениях. Вряд ли бы Джисон удивился, если в какой-то момент они начали бы встречаться (во всех смыслах, какое может предоставлять это слово на расстоянии). Джисону на самом деле нравился этот парень. В окошке сообщений висело +1 Джи, ты не поверишь Было отправлено полчаса назад. Джисон думает, что Дельфин, должно быть, не дождался его, всё-таки часовые пояса дают о себе знать. Он быстро и весьма обеспокоенно печатает ответ. Чточточто???? И вновь возвращается в реальность, где своим милым голосом вещает Ким Чону, а Юкхэй смотрит на него, как апостол на Ийсуса. — …говорят, он из Китая, — успевает услышать Джисон, и вот теперь начинает интересоваться разговором. — Кто? Чону смотрит на него, нахмурившись. Осуждающее «ты что, не слушал меня?» читается в его глазах. — Не обращай внимание, хён, он торчал в своём обожаемом твиттере, — отвечает вместо младшего Донхёк, на что получает удар по плечу, — больно, вообще-то, мелкий, держи себя в рамках приличия. — Я тебя сейчас в эти рамки… — Новенький, — прерывает перепалку Чону. — У нас новенький? — брови Джисона удивлённо поднимаются, — в середине года, серьёзно? — Ага. В студсовет поступил запрос от директора. Они хотят, чтобы мы приглядывали за ним, поскольку он иностранец. — Китаец? — глаза Джисона сияют, а по лицо начинает расплываться какая-то маниакальная улыбка. — Ну да… А что? — Чону, наблюдая такую реакцию младшего, косится на него непонимающе. И вновь вместо Пака встревает Хёк: — Он хочет найти себе раба, который будет делать вместо него домашки по китайскому. — Не делать, а помогать делать, йа, Ли Донхёк! — злится Джисон, ещё раз замахиваясь на друга, но тот, смеясь, уворачивается. — Мы хотели, чтобы Юкхэй понаблюдал за ним первое время, показал школу там, с адаптацией помог, поскольку он знает язык, но если ты хочешь… — Да, я хочу, — перебивает его Джисон, энергично кивая головой. — Охренеть, — выдыхает Донхёк, и все за столом смотрят на него, ожидая продолжения, — ты так помешан на своих оценках, бро. — Заткнись, Донхёк, ты вообще помешан на Марке, не тебе меня осуждать, — в ответку кидает Джисон, проверяя твиттер на наличие сообщений. Дельфин не ответил. Где он? *** Новым учеником оказывается парень по имени Чжун Ченлэ. Джисон встречает его ранним утром на пороге школы и, откашлявшись, говорит: — Нихао, — растягивая гласные так, будто учит ребёнка правильному произношению. — Вот только давай без этого, — вполне бойко отвечает парень на корейском, а Джисон впадает в состояние «оу». — Я Пак Джисон, — протягивает он руку, представляясь. — Чжун Ченлэ, аньёхасео, — усмехается в ответ новенький. Рука у него по сравнению с джисоновой маленькая, но сильная. Пак улыбается уголком губ, поправляет лямку своего рюкзака и думает, что мы подружимся. — Пошли, я покажу тебе котёл, в котором тебе предстоит вариться. *** Ченлэ, вообще-то, оказывается приятным парнем. Он так же часто, как Джисон, закатывает глаза. Начинает делать это ещё чаще после знакомства с Ли Донхёком. А ещё он становится героем для Пак Джисона. Ну, точнее, просто помогает ему с домашкой по китайскому, при этом ворча о том, как он ненавидит этот язык. Но именно из-за этого Чжан Исин, учитель по китайскому, наконец-то начинает говорить Паку не только брань, но и, о боги, комплименты на китайском. Таких Джисон никогда ещё не получал. Но ему даже нравится. Дельфин не пишет больше. И от этого что-то внутри Джисона неистово болит. Кажется, он потерял своего соулмейта. Последний его твит, отправленный неделю назад, звучал как «Омг, я наконец-то покидаю эту страну», что, на самом деле, странно. Если это какое-нибудь образное выражение для обозначения выхода из онлайна, то Джисон не оценил. Ему нужен его саркастичный интернет-друг, куда он, чёрт возьми, делся. По крайней мере, у него появился Ченлэ, который тоже саркастичен, спасибо большое. Джисон любит саркастичных людей, обожает просто, потому что считает, что такие люди самые честные. Новенький нравится ему. В каком смысле пока не знает, но точно нравится. *** — Почему бы тебе просто, ну я не знаю, не подойти и не пофлиртовать с ним? — спрашивает у Донхёка Ченлэ, когда в столовой тот в очередной раз начинает ныть о Ли Минхёне. — Не так уж и легко флиртовать, — ворчит в ответ старший, подпирая голову рукой. — Я тебе отвечаю, это проще простого, — прыскает китаец, а потом поворачивается к Джисону и говорит, — Больно было? — О чём ты? — хмурится тот, не понимая. — Падать с небес, говорю, больно было? — Ченлэ смотрит на него без тени смешинки на лице, у него какая-то надменная улыбка, привлекательные глаза и светлые волосы, которые растрёпаны. Джисон думает, что если уж разговор зашёл про рай и его обитателей, то эти вопросы нужно задавать Чжуну. — А тебе? — в отместку спрашивает он, у них устанавливаются гляделки, а Донхёк цокает с другого края стола, бормоча что-то похожее на: — У меня серьёзная тема, а они ведут себя как дети… *** В следующий раз Ченлэ говорит, что: — Твоя мама, должно быть, микроволновка. Джисон не успевает его остановить, поэтому, усмехаясь, китаец продолжает: — Потому что ты чертовски горяч. Он подмигивает ему, закусывая губу, а Пак думает чёртов развратник. Прямо как Дельфин. Есть в них что-то похоже вот прямо очень сильно. — Ты напоминаешь мне кое-кого, — тихо бормочет Джисон в ответ на глупый флирт. — Кого? — услышав его, наклоняет голову Чжун. — Да так, ты вряд ли его знаешь. Ченлэ пожимает плечами, а потом раздаётся звонок. — Быстрее, — он хватает за руку младшего и тащит за собой по коридору. Следующий урок китайского. Джисон думает, что в последнее время в его жизни слишком много made in China. Но он не знает, плохо это или хорошо. *** — У меня в глазах рябит уже от этих букв, — стонет Ченлэ, когда они сидят у Джисона дома над домашкой по любимому предмету. Парень роняет голову на стол и смотрит на рядом сидящего Пака. — У всех китайцев в глазах рябит от родного языка? — усмехается Джисон, вспоминая кое-кого конкретного. — Неа, — лениво улыбается Ченлэ. После недолгой тишины младший спрашивает: — А почему именно дельфин? И улыбка Ченлэ становится маниакальной.