Демоны тоже любят...

      Грет, сидя перед Норой в стенах башни, рассказывал все, как можно подробнее. Девушка, внимательно слушала его, иногда уточняя, то или другое. Когда эльф закончил свой рассказ, Нора, бросив взгляд на своего демона, спросила: — А ответ на последний вопрос? Ты узнал, можно ли снять проклятие с демона? Она говорила с такой тоской и надеждой, что эльфу, на мгновение, стало не по себе. У него появилось ощущение, что не она, а он управляет ситуацией. — Нет, — ответил эльф, — на этот вопрос я не нашел ответа. Я спрашивал у знакомых магов и у простых знахарок, но никто не знает, как это сделать. Единственное, что мне посоветовали, обратиться к Верховному магу, если кто-то и знает ответ, то именно он. — Он нам не поможет, — голос девушки дрожал, — словно на улице была зима, — для него я отступница, которая нарушила обряд, а Питер, — девушка провела рукой по шерсти демона, — просто чудовище, которое нужно уничтожить. Они даже слушать нас не станут, не то, что помогать. Спасибо тебе и прости, — глаза девушки вмиг наполнились слезами и она разрыдалась       Ошарашенный, эльф смотрел на Нору, широко открытыми глазами, не в силах понять, что происходит. Всего два дня назад, эта девушка угрожала ему расправой, в случае если он ослушается ее, а сейчас она была настолько беззащитна, что вызывала не страх, а жалость.       Грет долго еще не знал бы, что ему делать, если бы откуда-то не послышался, чем-то знакомый, голос: — Грет? А он, холера его побери, что тут делает? — голос был грубым и скорее походил на рык, но что-то в нем было такого, что заставило эльфа искать источник этой речи. — Питер, все хорошо. Он теперь нам помогает, — девушка подскочила к демону и попыталась удержать его. — Питер? — Грет не мог в это поверить, — А, что же раньше молчал? — Он может говорить только по ночам, — ответила девушка, — днем он демон, с демонскими мыслями и повадками, а ночью он Питер, по крайней мере, сознание.        Грет, недоверчиво, посмотрел на демона, который тут же заговорил: — Ну, а что ты хотел? Ты требовал деньги, у меня их не было. Нужно было импровизировать, — Питер развел лапы в стороны. — А девчонка? Как ты ее умудрился прихватить? Тебе мало шлюх по борделям, так ты решил наложницу себе завести? — эльф смотрел на Нору, словно та была вещью. — Ты не понимаешь, — сказал Питер, — это Нора. — Да какая, к черту, Нора? — начинал злиться эльф, — Забыл бы ты эту свою девку и жил дальше. Ты ее только ради имени спас? — Это та самая Нора, — не унимался Питер, — она жива оказалась! — Что-то я запутался, — вмиг остыл эльф, — давайте-ка с самого начала.        Через несколько часов, объяснение и описания Грету всей истории, эльф, молча, поднялся и направился к выходу из башни. Рассказанное, больше походило на красивую, но очень древнюю, легенду, чем на историю, произошедшую с его знакомым.        Дойдя до выхода, эльф прислонился плечом к стене и посмотрел вдаль, где открывался вид на дворец императора. Так мало времени прошло с того момента, когда он угрожал, своему другу детства, смертью из-за какого-то долга. А сейчас этот друг, превращенный в демона, говорил с ним так же, как в старые добрые времена. В голове эльфа проскочила мысль: «Не он, это я чудовище». — Грет? — Питер подошел настолько тихо, что от неожиданности эльф вздрогнул, — Все в порядке?        Грет не знал, что в порядке сейчас, а что нет. Поэтому, он сказал первое, что пришло в голову, в этот момент: — Прости.       Глаза демона, зелеными огоньками, светились в темноте. Эльфу казалось, что они гипнотизируют его. — Я сам виноват, — ответил Питер, — нечего было поддаваться азарту. Более того, — зеленоглазый попытался улыбнуться, — я должен сказать тебе — спасибо. Если бы ты не напугал меня до смерти, заставив идти на крайние меры, я бы никогда не встретил Нору, не узнал бы, что она жива.        Грет смотрел на демона и не понимал, в какую секунду все изменилось и из заклятых врагов они вновь стали лучшими друзьями, но он, искренне, был благодарен этой секунде.        Они проговорили всю ночь, вспоминали прошлое и смеялись. Казалось, что все беды ушли в прошлое и больше никогда не появятся. Но оба понимали, что это не так. — Почти рассвет, — произнес Питер, вздыхая, — теперь моя самая большая мечта — увидеть солнце.        Эльф молчал. Ему было трудно осознать, что время, беспощадно, приближало момент, когда сознание его друга снова отключится и останется только демон. — Позаботься о ней, — голос демона, вывел Грета из раздумий, — я понимаю, что демон защищает ее, но он руководствуется только инстинктами и… — Хорошо, — прервал его эльф, — я обещаю.        Солнце восходило над королевством. Возле башни сидели двое, эльф, с грустным лицом, и демон, черный, словно ночное небо.