Лорд и Леди Поттер

      В кабинет к директору Хогвартса Альбусу Дамблдору заглянул Хагрид. — Ну, как все прошло? — спросил Дамблдор. — Вот, — сказал Хагрид и положил на стол красный камень.       Дамблдор внимательно посмотрел на подчиненного. — Что-то случилось? Что-то с Гарри… — осторожно спросил Дамблдор. — Да не… Мы это, все купили, я ему все объяснил… А потом он пропал, — промычал лесничий. — То есть как это пропал? — Ну я отошел… И он, наверное, домой поехал, к Дурслям этим, больше ему некуда.       Дамблдор молча подошел к столу с инструментами и начал совершать непонятные манипуляции. Все звенело, стучало и пускало искры. — Так, Гарри жив, здоров, он не у Дурослей… А еще он женат… — Как это женат? — Это надо у тебя спросить. Как ты, идиот, допустил этого. Ты хоть сам понимаешь, что это было элементарное задание, проще некуда. Но ты умудрился упустить Гарри Поттера! Что бы сказали Лили и Джеймс тебе за это? А! — разгневался директор. — Простите меня, сэр, — опустив голову, сказал гигант. — А почему ты у меня просишь прощение, ты у Поттеров должен просить прощение. У Гарри и у могил Джеймса и Лили. — Да, профессор, я виноват, — сквозь слезы сказал Хагрид. — Что нам теперь делать? — устало спросил директор. — Я не знаю… — промычал Хагрид. — Ты ничего не знаешь, иди уже отсюда.       Когда Хагрид вышел из кабинета, Дамблдор подошел к камину, чтобы переместиться в министерство, ведь там в архивах уже должны были появиться документы о браке. ***       Не прошло и пяти минут, как Дамблдор узнал, что Гарри Поттер теперь женат на Гринграсс. Он ничего не мог сделать, там стояли подписи кровью, там стола печать одного из судей Визенгамота, причем старшего судьи, решение которого не так просто отменить. Еще там стоял магический знак семьи Гринграссов. Конечно, при желании он мог разорвать такой договор, ведь он могущественный волшебник и верховный чародей Визенгамота, у него хватит на это сил и власти, но цена слишком высока. Затем на глазах у Дамблдора на копии договора появилась печать Морганы. Значит, все решено, обратной дороги у Гарри нет. Остается только ждать, когда они свяжутся с ним, или когда Гарри прибудет в Хогвартс. Конечно же, Дамблдор обязательно навестит Гринграссов, но он не возлагал на эту встречу больших надежд. ***       Как известно, привидения застревали в той форме, в которой приняли смерть... А у полноценных духов после смерти не было определенного возраста, они совмещали в себе все стадии своей личности и могли быстро меняться. Так Гарри вскоре оказался в толпе мальчишек своего возраста, которые его дразнили, смеялись и шутили. Под действием их влияния вскоре и сам Гарри развеселился, родные души действовали на него успокаивающе. — Слушай, Гарри. Мы тут не можем долго с тобой быть. Нам пора возвращаться. Дух Морганы позволил нам прийти на твою свадьбу. Ты должен вернуться в свой дом в Годриковой впадине. Там тебя ждет твоя судьба, твое наследие. Спустись в подвал, найди алтарь нашего рода, там ты сможешь снова нас призвать, — пояснил один из духов Поттеров, превратившись при этом в седобородого старикам. — Тебя ждет великая судьба, но тебе уже пора начать думать. Тебе повезло, что обман Гринграссов не привел к ужасным последствиям. Ты не должен никому просто так доверять, — произнес второй старец.       Наконец, все вокруг закружилось в вихре из магии и пепла, все духи исчезли, кроме Морганы. Она вновь стала маленькой девочкой и о чем-то шепталась с Дафной, наконец, она всем помахала рукой, и все живые переместились назад в дом Гринграссов. — Так, что теперь? — задала вопрос Ниваин. — Мне нужно в Годрикову впадину, мне так духи сказали. — сообщил Гарри. — Хорошо, я с детьми подожду здесь, а вы спешите. Как говорится: Куй железо, пока спина не болит. Чем больше мы успеем за сегодня, тем лучше.       Эссилт взяла Гарри и Дафну за руки, после чего они втроем аппорировали в Годриковую впадину. — Гарри, это твой дом, поэтому ты должен идти первым, мы пойдем следом, — сказала Эссилт.       Гарри шел по руинам, заходил в разрушенные комнаты, разглядывал обгорелые стены. Все это навевало грусть. Запустение царило здесь. — Пс-с-с, эй, ты, подойди сюда… — раздался чей-то голос.       Гарри оглянулся и увидел наполовину сгоревший портрет. На нем был изображен могучий волшебник в черных доспехах. Это было особенно жутко, портрет двигался, как живой, но при этом его половина была сожжена, у волшебника на портрете была только половина лица. — Сэр, кто вы? — спросил Гарри. — Я лорд Поттер-Певерелл, — ответил волшебник на обгоревшем холсте. — А почему вы так выглядите? Что с вами случилось? — удивился Гарри. — В наш дом пришел великий враг. Был взрыв, начался пожар, все остальные портреты сгорели, и я приготовился встретить небытие, но я не сгорел полностью. Вот и все, — ответил портрет. — А почему у вас двойная фамилия, сэр, а Гарри только Поттер? — спросила Дафна. — Так это мой потомок, а я уж думал, что очередной любопытный мальчишка пришел поглазеть на руины знаменитой семьи, — обрадовался портрет. — Так вот, я наследовал лорд Поттер, как и мой отец, и лорд Певерелл, как и мой дед отец моей матери. А вот мои дети не унаследовали власть над родом Певереллов. — И неужели никто за столько лет не был достоин? — удивилась Эссилт. — Почему же, может, кто-то и был достоин, но никто просто не пытался, никто не интересовался, — ответил портрет. — А теперь возьми меня с собой.       Гарри попытался поднять портрет, но у него не получилось. — Да зачем раму хватаешь, тебе только холст нужен, режь, — приказал предок.       Наконец, Гарри справился не без помощи режущего заклинания Эссилт. А потом портрет указал дорогу в подвал. Двери сами с нетерпением открывались, как только к ним приближался последний Поттер.       Наконец, Гарри подошел к алтарю Поттеров, на котором стоял камень. — Так, капни кровь на камень, — сказал портрет.       Гарри оглянулся вокруг, но нигде не было ножа. Тогда Эссилт взмахом палочки нанесла небольшой порез на ладонь. Гарри вытер кровь о камень, и на алтаре в красном сиянии возник золотой перстень с красными и черными камнями. Гарри не знал, что это за камни, а вот Гринграссы сразу узнали рубин и карбонадо. — Надень его, — потребовал портрет.       Стоило Гарри это сделать, как перстень сразу принял нужный размер и впился в палец, выпив немного крови. Вокруг Гарри загорелось темно-рубиновое пламя, магия рода приняла его, сделала своим главой. Дышать сразу стало гораздо легче, Гарри почувствовал силу, что теперь текла в его жилах, горела, сейчас он мог все, и для этого ему теперь не нужна волшебная палочка. Гарри выдохнул пламя. — Так, а как вы жен в род принимаете? — спросила Дафна. — Ну, пара молодоженов добровольно наносят свою кровь на камень, а действующий лорд Поттер объявляет их мужем и женой. Если в данный момент лорда нет, то они просто наносят кровь, надеясь, что магия рода примет их брак, при этом количество попыток неограниченно. Ну, а если женится сам лорд Поттер, то все еще проще. — И все? — удивилась Эссилт. — Конечно! Мы же Поттеры, нам не нужна лишняя показуха, долгие ненужные обряды. Все должно быть сделано быстро и четко! — ответил портрет.       Гарри и Дафна выполнили инструкции, и их обоих окутал уже привычный рубиновый огонь. — А как вызвать духов предков? — Лорд Поттер касается камня и представляет того, кого хочет увидеть. Мы не заморачиваемся с долгими ритуалами, все должно быть просто.       Гарри так и сделал, и перед ним возник дух лорда Поттера-Певерелла. — О! Ты вызвал мой дух. Надо же, не думал, что буду говорить с самим собой. — Надо же мой портрет. Вернее половина портрета. — Лучшая половина. — Забавно, подделка, копия личности разговаривает с оригиналом. — Да, не думал, что увижу копию своей личности. Ведь ты явно ненастоящий, у тебя даже тела нет, а я хотя бы материален.       Дафна и Эссилт удивленно слушали этот разговор, они никогда не слышали, чтобы призрак и портрет одного человека разговаривали друг с другом. ***       Дамблдор передал сообщение с помощью домовика в дом Гринграссов, и вскоре в ответ ему пришло приглашение. Директор Хогвартса сразу же воспользовался камином, отправляясь в гости.       В поместье его встретила Ниваин, Дамблдор помнил эту жуткую слизеринку, он наслышан о «подвигах» своей бывшей ученицы, убившей нескольких своих мужей. Так, она сестра равенкловки Эссилт, а та мать Дафны Гринграсс, Дамблдор сразу же понял, что и она в этом деле замешана. — Добрый день, профессор. — Добрый… добрый… — эхом отозвался директор Хогвартса. — Не желаете чаю? — Нет, благодарю. Я хотел бы перейти сразу к делу. Я насчет Гарри Поттера. — А что с ним? — хитро улыбаясь, спросила Ниваин. — Вы его женили, — заявил Дамблдор. — Ах, да, он женился на мне, я теперь миссис Ниваин Поттер. — Я, конечно же, поверил бы вам и даже не удивился, зная вас. Но у меня тут копия документа… Где указано другое имя. — Ну вот, значит, вы и сами все знаете. Так зачем же этот расспрос? — притворно удивилась ведьма. — Да…       Неожиданно Дамблдор остановился, копия документа в его руке засветилась, на нем появилась еще и эмблема рода Поттеров. — Да, знаю. Ну что же. Тогда я должен вам еще кое-что сказать, — улыбнулся Дамблдор. — Раз уж вы сами вызвались разделить с Гарри Поттером его тяжкий груз, то вы должны знать, что Волан-де-Морт не погиб, он рано или поздно вернется. Причем скорее рано, чем поздно. Он придет за Гарри и придет по всей видимости сюда, дорогая моя девочка. А ты знаешь, как Волан-де-Морт поступает с теми, кто встает на его пути. У магловских родственников Гарри защищала могущественная магия, а теперь ее нет. Но меня все это не касается. Теперь это не мои проблемы. У вас не получится договориться с Волан-де-Мортом, так как он четко поставил перед собой цель уничтожить Гарри Поттера, у него были свои причины желать смерти годовалому ребенку, и эти причины никуда не делись и не денутся, Волан-де-Морт уже один раз приговорил семью Гарри Поттера, и он сделает это во второй раз.       Улыбка исчезла с лица Ниваин, она серьезно смотрела на профессора Дамблдор. — Ну что же, мне пора, до-свидания. Жду Гарри и Дафну первого сентября.       Дамблдор легкой походкой направился к камину. — Постойте, сэр, вы должны… — попыталась остановить его Ниваин. — Нет, милая моя девочка, я вам ничего, абсолютно ничего не должен. Теперь это целиком и полностью ваши проблемы, — сказал Дамблдор и исчез в зеленом пламени камина.