Лорд и Леди Поттер

      Гарри Поттер сидел в кресле в своем кабинете, рядом с ним сидела Дафна, перед Гарри на столе лежал перстень с рубином, слева от драгоценного камня был изображен лев, а справа грифон. Гриффиндорец понимал, что должен наконец собраться и надеть этот перстень, ведь у него осталась всего одна неделя до поездки в Хогвартс, всего одна неделя, чтобы хотя бы немного привыкнуть к магии трех родов. Если магия одного рода служит усилителем, полезным инструментом, то магия нескольких родов является бременем, лорду становится труднее постоянно носить три тяжелых инструмента. Для облегчения бремени Гарри сделал и этот род тоже подчиненным роду Поттер, портрет предка так же говорил, это еще и обеспечит единство родов вокруг одного центра, а так же поможет им в будущем избежать вражды, если все рода будут подчинены какому-то одному главному.       Но все же тянуть с этим вечно Гарри не мог, когда золото коснулось его пальца, рубин вспыхнул ярким красным пламенем. Сам же Поттер почувствовал огромную тяжесть, он просто не мог встать с кресла, ему стало трудно дышать, будто грудь сжали стальными тросами. Слизеринка сразу же взяла в руки пару флаконов с зельями и влила их в Гарри, а затем достала трость, покрытую рунами и протянула ее мужу. Как телу приходится привыкать к утяжелителям, так и магии лорда Поттера Певерелла Гриффиндора придется привыкать к трем магическим родам. Конечно, первые пару дней он поможет себе артефактами и зельями, но часто использовать их нельзя, чтобы не привыкнуть к ним, не стать зависимым.       Первые пару дней Гарри почти не вставал с кровати, помимо физической усталости, возникли еще и проблемы с контролем магии, несколько раз в огне вспыхивали стены. Но в следующие дни он постепенно стал приходить в норму, к первому сентября он уже мог нормально жить без вспомогательных артефактов и зелий. Пришло время отправляться в Хогвартс.       В поезде Гарри сделал необычное открытие. Когда поезд неожиданно остановился, в вагоны вошли дементоры и начали все обыскивать. Когда в их купе вошел дементор, несколько школьников побледнело, они испуганно забились в угол, Дафна встала позади Гарри и прижалась к его спине. Но сам Поттер ощутил лишь холод, он не почувствовал никакого другого влияния дементора. Род Гриффиндора дарил ему защиту от магического страха, никакая магия, влияющая на разум, не могла запугать его, кроме нескольких особо сильных зелий. В итоге Гарри мог лишь сказать, что дементор высокий, худой и в черном балахоне, и что от него веет холодом. — Уходи, тебе здесь делать нечего! — потребовал молодой лорд от дементора.       Дементор протянул свою мерзкую покрытую струпьями руку и попытался отодвинуть гриффиндорца, его тянуло к незащищенным магией школьникам, он испытывал жажду, хотел попробовать их эмоций, чувств, воспоминаний, магию. Прикосновение этой твари было омерзительно, сквозь магические щиты на разуме стал еле слышен женский крик, Гарри понял, что дементор пытается вызвать его худшее воспоминание — смерть родителей. В Гарри вспыхнул гнев, что эта тварь осмелилась сделать это, посмела копаться в его воспоминаниях, попыталась использовать смерть его родителей. Гнев и ярость захлестнули разум Поттера. — Эспекто Карнифексум! — громко выкрикнул Гарри, взмахивая палочкой.       Красное облако вылетело из палочки, оттолкнув дементора из купе в коридор, и превратилось в огненного багряного льва. Магическое создание сразу бросилось в бой, нанеся дементору удар когтями, располосовав его черный балахон. Дементор издал страшный вой боли, его одежда вспыхнула пламенем, и он поспешил удрать из поезда. Если Патронус питается создается из счастливых воспоминаний и положительных эмоций, является защитником, то Карнифекс — это мясник и палач, созданный злостью, гневом, яростью. Так же эти чары различались тем, что счастливые эмоции мага были направлены на самого мага, поэтому дементор не мог их выпить, а гнев был направлен против дементора, именно его желал уничтожить волшебник, призывая палача, но эти эмоции дементор совершенно не хотел поглощать, они боялись такой ненависти, желающей их сжечь. К тому же дементорам был хорошо знаком патронус, это заклинание часто использовали против них, да и создано оно было века назад, а это новое заклинание было для них шоком, тут им пришлось столкнуться с совершенно неизвестным оружием. Гарри осмотрелся по сторонам и увидел, что из соседнего купе яркий серебристый свет выбрасывает еще одного дементора, оттуда вышел Люпин, он продолжал сдерживать стража волшебной тюрьмы. Тогда Поттер направил палочку на нового врага и произнес: — Найти и уничтожить их всех!       Огненный лев моментально воспринял приказ и понесся по вагонам, нанося страшные раны всем стражам Азкабана, заставляя их немедленно покинуть поезд. А на встречу этому льву с другого конца неслась огненная змея, порожденная гневом профессора Реддла, так же добирающегося до школы на поезде.       Когда монстры были выгнаны, Гарри вместе с профессорами и друзьями пошел по вагонам. Они раздавали пострадавшим младшекурсникам шоколад, а если у кого-то из учеников были совы, то рекомендовали побыстрее отправить письмо родителям, чтобы те в свою очередь написали гневные письма в министерство магии. ***       Когда поезд наконец-то прибыл, учеников, помимо Хагрида, встречало несколько профессоров, они уже получили сообщение от Люпина о произошедшем в поезде. Филеус Флитвик сразу же начал расспрашивать Реддла об использованном им заклинании, а рядом стоял Снейп, он хоть и одаривал презрительным взглядом Реддла и Люпина, но при этом внимательно слушал разговор Александра с Филеусом.       Профессор Макгонагалл куда-то увела Гермиону, и на всем распределении первокурсников их не было. Учеников сильно удивило наличие сразу двух профессоров Защиты от темных искусств. Так же директор предупредил всех, что вокруг школы появились дементоры, и что связываться с ними невероятно опасно. О разыскиваемом Питере Петегрю Дамблдор ничего не сказал, так как всем, кроме министра и его заместителей с помощниками, было понятно, что Питера интересует только его собственная шкура, что он точно не будет соваться в Хогвартс. Так же профессор Дамблдор представил школе аврора Долиша и аврора Бруствера, которые должны охранять школу и контролировать дементоров, а так же они будут иногда помогать проводить уроки Защиты.       Что касается авроров, то они были не против дать ученикам пару уроков и заработать немного лишних денег, так как им на время нахождения в Хогвартсе директор выделил ставку ассистентов, при том что они по-прежнему получали аврорскую зарплату.       Снейп в течении всего пира бросал презрительные взгляды на оборотня Люпина, с которым когда-то учился на одном курсе, и на Реддла, которому на вид было всего восемнадцать лет. Профессора зельеварения жутко раздражало, что на эту должность взяли сразу двух учителей: оборотня и юнца, но не его. Северус уже мечтал, как запугает этого недомерка, покажет ему его полную несостоятельность и непригодность вести этот чрезвычайно важный предмет. Было еще кое-что, что сильно разозлило Снейпа в этот вечер… Это Гарри Поттер, зельевара всегда злило само существования Поттеров и сейчас его распирало от злобы, когда он увидел этого наглого гриффиндорца в компании своих однокурсников, где он хвастался своей победой над дементорами, как обычно добиваясь дешевой славы.       Так же несколько учеников, сидевших рядом с Гарри, заметили, что у Поттера на руке появился еще один перстень, правда тот его быстро спрятал, сделав невидимым. Чистокровные и некоторые полукровки предположили, что это перстень главы рода, все сразу стали перешептываться, задавать Гарри вопросы, каким-то образом эта информация дошла и до столов других факультетов, в итоге на Снейпа просто накатила ментальная волна, исходящая от учеников. Он и Дамблдор просто не могли не почувствовать такую большую коллективную мысль, в итоге они оба уставились на юного лорда. И если Дамблдор был просто задумчив, то Снейпа одолевала зависть, мальчишка получил власть над тремя родами, он получил все, но при этом выглядел вполне нормально, хотя такая магия должна быть для него неподъемным бременем. К счастью, Северус Снейп не знал, что справляться с этим бременем Гарри помогает наличие вассалов, иначе бы зельевар мог просто не выдержать и начать громко возмущаться о вселенской несправедливости.       Когда пир закончился, все ученики разошлись по своим гостиным.       В Слизеринской гостиной сразу закипел спор о наследнике Салазара Слизерина, ведь после новой вышедшей книги Златопуста Локонса «Два героя верхом на василиске или конец наследника Слизерина» возникло еще больше вопросов. А теперь еще многие узнали, что род Слизеринов был возрожден, хоть никто и не знал, как это произошло, и кто новый Слизерин. В итоге сразу же обрушилось множество вопросов на Дафну Поттер. Та сразу же объявила, что Тайную Комнату открывал самозванец, а с настоящим потомком Слизерина она лично знакома и даже назвала его имя. Леди Поттер воспользовалась удачным моментом, чтобы объявить официальную версию событий, что некий Андрес Слизерин женился на ее тете Ниваин, но он не любит бывать на публике и предпочитает избегать лишнего внимания. Она прекрасно знала, что вскоре вся эта информация дойдет до родителей слизеринцев. Держать это в тайне было просто невозможно, так как сама Ниваин обязательно бы все разболтала бы, уж тетушка точно не избегает лишнего внимания.       Так же кто-то спросил, что за новый перстень появился у Гарри Поттера, все были уверены, что это какой-то слабый малоизвестный вымерший род, который Поттеру зачем-то понадобилось воскрешать. Дафна лишь ответила, что это семейная тайна, и она пока не может ее раскрыть. Само наличие тайны всех заинтриговало, что повысило их интерес к Поттеру и даже зависть многих представителей змеиного факультета.       В гостиной Гриффиндора пировала группа молодых львов, празднуя обретения нового Гриффиндора. Когда младшекурсников отправили спать, а так же прогнали тех, кто не захотел приносить магическую клятву о неразглашении, Гарри поведал, что это перстень рода Гриффиндора, конечно же, подтвердив это клятвой правды. Естественно, что многие завидовали Гарри, ведь те же близнецы, Перси и Джинни были куда ближе по родству к Годрику, так как Уизли, Прюэтты и Блэки были его потомками, а у этих наследников Уизли мать была из Прюэттов, а бабушка из Блэков. Но с другой стороны все понимали, что Гарри выделяется среди них всех, что он уже совершил несколько подвигов, получил различные награды, при этом завоевал несколько побед в квиддитч, к тому же отлично умел сражаться. Да и не стоит забывать о баллах, которые он приносил факультету, ведь он хорошо учился и почти не имел провинностей. Конечно же, многие семикурсники были сильнее Гарри в дуэлях, но для своего возраста Поттер показывал лучшие результаты. В основном большинство склонялось к тому, что это из-за победы Сами-Знаете-Кого в младенчестве и убийства василиска в Тайной Комнате.       Оживленный разговор так же шел и в учительской. Первые несколько минут были уделены расспросам Ремуса Люпина, так как учителя из вежливости должны были у своего бывшего ученика спросить: «как дела?» Но в основном все желали поговорить с загадочным Александром Реддлом. Всех интересовало, почему Дамблдор взял на эту должность такого молодого волшебника. Отчасти, эти расспросы походили на экзамен, тот же Флитвик таким образом узнавал, насколько хорошо овладел теорией Реддл, обучаясь самостоятельно вне Хогвартса. — Я никогда раньше не слышал вашей фамилии, — заметила профессор Вектор. — Чем занимались ваши родители? — Ну, мой отец клеймил скот, — ответил Александр и при этом бросил взгляд на Снейпа.       Реддл послал магический сигнал в черную метку на руке зельевара, чтобы та слегка кольнула. Александр уже давно заметил презрительные и высокомерные взгляды Северуса, вот и решил его немного проучить. Глаза Снейпа резко расширились от удивления и испуга, он перевел удивленный взгляд на директора, но тот лишь развел руками, что вот так получилось. — Ваш отец был маглом? — спросила мадам Трюк. — Нет, полукровкой, — ответил Реддл. — А не сын ли ты часом Тома Реддла? — спросил Хагрид. — Да, — кивнул Реддл, он хорошо помнил Хагрида, этого тупого полувеликана, которого он подставил, но нельзя, чтобы кто-то это заметил. — А откуда вы знаете? — Да так, учились мы в одно время, — неохотно ответил Рубеус Хагрид. — Ты на него очень похож… внешне.       Через какое-то время беседа подошла к концу, профессора стали расходиться по своим апартаментам, только Снейпа и Реддла задержал Дамблдор. — Альбус! Кого ты нанял?! — возмущенно спросил Снейп, когда все остальные ушли. — Мистер Реддл — сын того, кто называл себя Волан-де-Мортом, настоящее же имя Темного Лорда: Том Марволо Реддл. О своем родстве мистер Реддл сам расскажет, кому сочтет нужным и когда сочтет нужным, — сказал директор. — Ему нельзя доверять! О чем вы думали… — начал злобно шипеть зельевар, но был перебит. — Эй! Полегче, в отличии от некоторых, я не клялся Волан-де-Морту в верности и не ношу его метку. Родителей не выбирают, в отличии от кумиров, — возмутился Реддл. — Я думаю, что могу доверять вам обоим, — тихо сказал Дамблдор. — Сомневаюсь, что это разумно, директор, — возразил Реддл. — Я помню, как мой отец нередко вспоминал своего любимчика «маленького Принца», как он его называл.       Лицо Снейпа стало серым от злобы. Он был готов вцепиться в Александра. — Северус, вы ведете себя довольно странно… Если вы действительно были тайным агентом профессора Дамблдора в рядах Волан-де-Морта, и если вы действительно считаете меня тем «кому нельзя доверять», то вы должны были бы быть более осмотрительным. Разумный двойной агент не стал бы так компрометировать себя перед сыном Волан-де-Морта. А значит, вы просто играете для профессора Дамблдора, вы его пытаетесь убедить в своей преданности этим представлением директора, — заявил Александр Реддл.       Снейп стал растерянно осматриваться по сторонам. Однако, неожиданно в комнате раздался смех, громкий раскатистый хохот, оба учителя уставились на веселящегося директора. — Северус, ну неужели ты не в силах оценить всю иронию? — спрашивал у зельевара Альбус. — Ладно, пора спать, уже поздно, и это… Присматривайте друг за другом… Ха-ха-ха.       Веселью Дамблдора не было конца. В итоге оба учителя не нашли ничего лучше, как просто попрощаться с директором и покинуть учительскую. Сам же старый профессор воспользовался фениксом, чтобы быстро оказаться в своих апартаментах. Но стоило им выйти из учительской, как Снейп вцепился в Реддла и прижал его к стене. — Я не знаю, кто ты на самом деле, и что задумал, но я узнаю, и тогда… — угрожающе шипел Снейп. — Боль, — спокойно произнес на змеином языке Реддл.       Северус Снейп упал на пол, держась за руку, его метка причиняла ему адскую боль. — Тише, иначе пожалеешь. Я рекомендую тебе не утомлять меня, никогда.