Не люби меня...

      Одно лишь пламя догорающей свечи освещало пожелтевший от давности секретный свиток, который держал в руках Орочимару и сосредоточенно разъяснял мне очень важные биологические нюансы...       Как же приятно просто находиться рядом с ним. Вот так вот лежать в прохладной постели, слегка касаясь Змеиного Саннина, и с забвением слушать его серьёзную речь. Этот слегка скрипучий, низкий, хриплый голос наполняет всю мою внутренность...       Господин Орочимару часто наставляет меня, обучая уму-разуму... Когда у него на это есть время и желание, конечно. Вот и сейчас, в этот поздний вечер, он невозмутимо разъяснял мне суть, написанных чернилами, а местами и кровью, слов.       Я невольно перевела взгляд со свитка на совершенного Лорда...       Из-под черных, как ночь, и длинных волос виднелись чётко очерченные мужественные скулы, придающие грубости божественному и неестественно бледному лицу Орочимару. Золотые глаза со змеиными зрачками и фиолетовыми маркировками сосредоточенно опущены в свиток. Чёрные тонкие брови виднелись из-за спадающих прядей волос.       Боже мой, как же он красив!.. Как же он прекрасен! Мне даже не верится, что я сейчас лежу рядом с этим мудрым и по-готически красивым мужчиной плечом к плечу...       Не в силах побороть желание, я нежно коснулась губами щеки Орочимару и провела языком вдоль прохладной скулы.       — Как вижу, ты уже поняла тему про трансплантацию органов, Анастасья? — серьёзно спросил Саннин, не сводя взгляда с развернутого в его руках свитка.       — Ну... — замялась я. — Да, я проходила эту тему ещё при обучении в академии... — неуверенно, но все же ответила я, немного отстранившись, но уже через миг возобновив ласки...       Коснувшись языком мочки уха Змеиного Лорда, я на мгновение ощутила его серьгу в виде «запятой» из знака инь-ян и после этого ласково зарылась лицом в его шею и закрыла глаза, медленно водя ладонью по приятной ткани его одеяния на груди.       Орочимару повернул голову в мою сторону; изящным движением руки взял моё лицо и большим пальцем поглаживая щеку произнёс:       — Тому искусству медицины, что преподаю я, тебя больше никто не обучит, Анастасья...       Саннин внимательно заглянул ко мне в глаза и по моему телу пробежала приятная дрожь.       — Господин Орочимару... — с некой грустью вырвались у меня тихие слова. — Я...я Вас так люблю.        Орочимару внимательно посмотрел на молодую девушку.       „Люблю... Насколько же пустое это для меня слово... — подумал Саннин. — Но обладает странным эффектом”.       Орочимару не спеша коснулся своими губами моих губ. Его дыхание сводит меня с ума... Как же он прекрасен...       Я с наслаждением посасывала нижнюю губу своего господина.       Спустя несколько секунд Орочимару отстранился и произнёс:       — Впрочем, на сегодня учения достаточно...       Саннин отложил свиток на небольшой столик возле постели и лёг на бок, лицом ко мне, подперев голову бледной ладонью.       Я легко провела кончиками пальцев по его чудесным чёрным волосам... Убрала спадающие на его прекрасное лицо мягкие пряди.       Господин Орочимару спокойно наблюдал за действиями светловолосой девушки. Саннину явно это нравилось.       Орочимару властно объял своей ладонью мою шею и приблизил к себе. Из приоткрывшихся бледных губ появился неестественно длинный язык и уверенно проник ко мне в рот, «хозяйничая» там и переплетаясь с моим языком. Через несколько секунд приблизилось и само лицо Орочимару и его губы накрыли мои.       Я обняла его за шею и позволила себе полностью раствориться в поцелуе с тем, кого до смерти любишь... Раствориться в Лорде Орочимару и отдаться его власти.       Неожиданно я почувствовала сильную ладонь Орочимару на внутренней стороне моего бедра... Спустя несколько секунд его рука добралась чуть выше и пальцы стали ловко ласкать сокровенную зону...       Я выгнулась и откинула голову от удовольствия. По всему телу растекалось приятное и одновременно очень мучительное напряжение... Внизу живота будто бы запорхали бабочки. Я кое-как развязала пояс бежевого косодэ Орочимару и оно свободно распахнулось, оголив бледную грудь. Саннин поднялся на колени, чтобы скинуть с себя остатки одежды.       Я лежу и внимательно наблюдаю за каждым его уверенным и изящным движением.... За каждым блатным жестом... Как же он прекрасен, как же прекрасно его тело... Как прекрасно то, что сейчас мы с ним вместе, что сейчас он мой...       Орочимару вновь приблизился и избавил меня от атласного кимоно. Потом лёг на меня сверху и я стала жадно ласкать его шею, спускаясь к ключице. Орочимару провёл кончиками двух пальцев мне по щеке, и я с покорным наслаждением потерлась щекою о его ладонь... Взяла его руку в свои и не удержалась от того, чтобы поцеловать.       Неожиданно Орочимару лизнул мой подбородок, и я откинула голову назад. Он провёл языком по моей шее, груди, животу... Сам же не сдвинулся ни на йоту. Учитывая то, что его язык может достигать более десяти метров (а там кто знает), очень удобно.       Наконец ловкий язык Орочимару достиг своей цели у меня между ног... Сердце бешено заколотилось, а тело словно свело судорогой от неземных ощущений. Кажется, я даже начала дрожать.