Время не вечно

            Мы расстались с Эдвардом в комнате, как я сразу напялила на себя кожанку и пошла вниз. Меня там уже ждали Розали и Элис       — Ладно что уж медлить, поехали быстрее, — Гера была не в восторге от этой идеи, как и Розали, но Элис завизжала как ненормальная: если бы у неё была способность крика банши — все стекла бы треснули, разлетевшись на осколки.       — Поедем на моей машине, а то Элис от её восторга доверять нельзя в управлении, — хмыкнула Розали.       Мы с девочками вышли из дома и пошли в гараж, сели в её новый спортивный чёрный Range Rover. Розали за водительское сиденье, я рядом с ней, Элис сзади. Ехали мы Порт-Анджелес, конечно, с ветерком, но спокойно, не как с Элис на кураже, и играя в шашки с водителями других машин. Когда мы подъехали к этому торговому центру, Элис улыбаясь, взяла меня за руку, и мы втроем пошли по этим адским бутикам.       Не знаю, сколько мы так ходили, но это полный кошмар — даже у вампира ноги бы отвалились.       — Всё, стоп, девчонки, нам нужно передохнуть, — сказала Гера.       — Но мы только начали! — проскулила Элис.       — Да ладно, мы тут уже три часа! — возмутилась Роза.       — Эх, ладно, мы уже взяли всё для школы, ну, и одежду я хотела, конечно, ещё кое-что прикупить, но ладно, только пойдёмте, зайдем в последний магазин.       Настроение Элис было не понять, а после я поняла, почему она в конце так улыбалась — мы пришли в магазин белья.       — Элис! Черти тебя подери! — Розу взбесил немного этот фактор.       — Ну что такое, Роза, это часть женского гардероба.       Девушка состроила милое выражение личика, перед которым не смогла устоять ни Гера, ни Розали: они всё-таки зашли в этот магазин и начали ходить по рядам.       Девушка пошла к одному комплекту бордового кружевного белья и посмотрела на ценник — это из чего же были сделаны эти верёвочки! Пятьсот долларов за шортики и бюстгальтер.       — Я думаю, тебе бы подошёл этот комплект, и, думаю, он кое-кому понравится.       Элис подошла не заметно что Геру дёрнуло.       — Мне некому его показывать, — девушка убрала руку и пошла к другому ряду белья, но Элис всё-таки не отставала.       — Мне всё-таки кажется, что есть, например, Эдварду. Я вижу ваши гляделки и знаю, что он ночует с тобой, — Элис тихо хихикнула и улыбалась, смотря на Геру.       — Элис, всё сложно, не спорю. Эдвард мне нравится, но прошло ещё мало времени, чтобы он удосужился меня в этом увидеть, и есть несколько факторов, из-за чего я скажу ещё раз нет.       Элис немного расстроилась, но что поделать, это и есть правда, а на правду не обижаются. Когда девочки стояли на кассе, Гере написал Эдвард, и она тихонько сбежала, а если точнее, то со скоростью пули, ведь Элис не угомонить и она была бы в заложниках на долгие-долгие часы, а может быть и столетия.       Выйдя из торгового центра, девушка увидела Эдварда, прислонившегося к черному Volvo.       — Надеюсь, поход по магазинам тебя не сильно утомил? -- Эдвард подошел к девушке и приобнял её.       -- Не скажу, что прям сильно, но Элис может попить кровушки в прямом и переносном смысле.       Эдварда позабавили эти слова, как и Геру. Пара рассмеялась и направилась к машине, Эдвард как истинный джентльмен, открыл девушке дверь, а потом сам вернулся за руль.       — И куда мы едем? -- Гера уселась по удобнее, немного наклонив голову в сторону вампира.       — Небольшой пикник в лесу, надеюсь, тебе понравится, -- парень улыбнулся и завел двигатель машины.       Машина двигалась быстро по трассе в Фокс. Гера рассматривала вид за окном: столько времени прошло, но мир не меняется. Она перевела свой взгляд на вампира, сидевшего за рулем: мертвенно бледная кожа, длинные руки, выпирающие вены и пальцы настоящего пианиста, тонкие и длинные, не очень короткие взъерошенные волосы, отливающие бронзой на свету. Он зачесывал их пальцами, когда нервничал. Ростом он был выше её на голову, а этот бархатный низкий голос... Он мог бы им подчинять. Любая женщина встала бы перед ним на колени. Девушка подняла взгляд на лицо: точеные скулы, аккуратный нос с горбинкой и пухлые бледно розовые губы, что ж греха таить, она бы попробовала их на вкус. У неё не было любовников. Она хранила себя для будущего мужа и верила в сказку о любви, когда была человеком, а потом на это просто не было времени и даже желания.       Её не привлекал ни один парень или мужчина, чтобы дойди до таких отношений. Но Эдвард как будто тянул её к себе, она хотела, чтобы он был рядом всегда, все её дни, пока она жива, чтобы стоял рядом возле неё, чтобы держал за руку и обнимал, чтобы улыбался рядом с ней, чтобы засыпал и просыпался, чтобы играл именно ей свои баллады и, возможно, это будет, если она позволит себе жить, а он ответит ей тем же. Девушка так далеко ушла в свои мысли, что в реальность её привело холодное прикосновение к руке. Она посмотрела на свою руку и увидела ладонь Эдварда поверх её и перевела взгляд на него.       -- Гера всё хорошо? Ты застыла как будто в трансе, -- парень обеспокоенно посмотрел на девушку.       -- Да, все в норме, просто задумалась, -- улыбка озарила её лицо.       -- Хорошо мы уже приехали.       Не доезжая до дома Калленов, Эдвард остановился у обочины.       -- Ты же не против пройтись? Я бы хотел показать бы тебе одно место.       — Я только за.       Девушка вышла из машины как и парень. Эдвард достал из багажника корзинку и подошел к Гере, взяв её за руку. Пара углубилась в заросли деревьев, обходя валуны, поваленные деревья и узкий ручеёк. Они вышли на поляну, освещающую лунным светом. Поляна была вся усыпана цветами, у которых летали светлячки -- по истине красивый вид. Пара прошла в цент, Эдвард поставил корзину на траву, достал плед и накрыл ним землю.       -- Прошу, миледи.       Девушка засмеялась и легла на плед.       -- Прошу и вас, милорд.       Парень упал рядом с девушкой.       — Знаешь, я рада, что ты привел меня сюда. Здесь очень красиво, а особенно сейчас. Небо озаряет луна и звезды. Хочешь, расскажу тебе одну сказку про луну? --девушка посмотрела на парня и взяла его за руку, переплетая пальцы. Этот жест уже вошёл у неё в привычку.       — Я не против, -- парень переплел их пальцы в ответ и крепче сжал.       -- Много много лет назад было два племени индейцев. Племя Икаши -- мирное поселение, которое не воевало и жила в мире с природой, почитая богов земли, ветра и воды. По соседству с племенем Икаши жило племя Тинаш, которое убивало животных и жило ради охоты. Они почитали бога огня. Как-то глава племени Тинаш захотело землю племени Икаши, потому что у них всегда была плодородная земля, тогда как у них же даже ростки не появились. Одной ночью когда, воины племени Икаши отправились на охоту, племя Тинаш напало на землю Икаши. Они убивали и сжигали, все, что им попадалось в руки умирало. Глава племени Тинаш зашел в одну из лачуг и увидел девушку, красивую как богиню, и он захотел её. Девушка же быть с ним не согласилась, схватив нож, она начала драться, но она не была воином. Глава Тинаш надругался над девушкой и убил её со своим племенем. Глава Тинаш вернулся к себе на землю и раздавал пожитки, рассказывал о своих подвигах своим братьям. В ту ночь зародилась Луна. Она освещала землю и море, а её слезы превратились в звезды. Наутро, как воины Икаши вернулись в свое поселение, они не нашли ни одной живой души. Глава племени Икаши забежал в свою лачуга и увидел свою жену на которой не осталось ни одного чистого места. Он сгреб её в свои руки и слезы полились с мужских глаз, он завыл как животное, положив умершую супругу на кровать, он вышел из лачуги и увидел своих братьев на которых не было и лица. Он вытащил свой меч и громко закричал: "Я приду за тобой, Тинаш!". Воины собрали оставшееся оружие и направились в сторону поселения Тинаш. Глубокой ночью два племени сразилось между собой. Икаши сражались за свои погибшие семьи до последней капли крови. Главы племени Тинаш и Икаши встали друг против друга и набросились друг на друга. Это была битва на смерть, но главе племени Икаши уже нечего было терять. Он потерял, что ему так было важно в жизни -- его истинную любовь. Он выиграл бой, отомстил за свою любимую, но так же пал в этой битве. Он издавал последние завывания о любимой, когда свет луны озарил его, и он почувствовал тепло и успокоение. Он переродился. В эту ночь с небес падали звёзды и слышан был громкий вой животного. Это был волк, черный, как сама ночь, который выл на свою любовь, на свою луну.       — Красивая история.       — Поэтому волки в полнолуние воют на луну -- они скорбят о любимых, -- девушка повернулась на бок и пострела в глаза цвета золота и как они преображались лесную чащу, чувствовала как тело начинает отдавать теплом и как его сердце начинает биться чаще.       -- Я не перестаю удивляться, как ты это делаешь, -- Эдвард мягко провел своей рукой по щеке Геры.       — Ты скоро привыкнешь, -- девушка прикрыла глаза от удовольствие на такую ласку.       — Я могу тебя попросить об одолжение? -- парень наклонился к её уху, и воздух коснулся её ушной раковины и шеи.       -- Да, --девушка ответила на одном выдохе, сжав сильнее переплетенные ладони.       -- Не открывай глаза.       Девушка даже не двигалась, не издавала ни одного звука, кроме вздохов и выдохов, её сердце стучало так, что готово было выпрыгнуть из груди, когда губ коснулся тихий выдох. Ничего не почувствовав, девушка открыла глаза и посмотрела на парня. Эдвард сидел рядом, но уже с повернутой от неё головой, его плечи то поднимались, то опускались, он зачесал свои волосы назад и поднял голову к звездам.       Гера сидела в недоумении, но её характер взял вверх над ней, она приподнялась на колени, обхватила своей ладонью подбородок Эдварда, повернув тем самым его лицо к ней, и наклонилась к нему, сталкивая их лица вместе. Её губы обрушились на его в вихре эмоций и чувств. Опешив от этих действий. Он впал в шок, но, почувствовав её такие манящие к себе и мягкие губы, просто забылся в ощущениях. Она была сладка, как карамель, которую он бы хотел есть каждый день. Он сминал её губы, то верхнюю ,то нижнюю, проходясь по ним кончиком языка. В ответ на его действия он услышал еле уловимый стон. Геру почувствовала, как все её чувства обостряются и скапливаются в один тугой узел. Дабы не навредить Эдварду, она забрала его человечность и позволила себе упасть в мир вампиризма. Они отстранились друг от друга на долю секунды, разглядывая друг друга в свете луны, золотые и вишнёвые глаза друг напротив друга, и дикий рык издался с горла Эдварда, когда он повалил на плед тело Геры и завис над ней, нападая на её губы. Девушка отвечала с тем же рвением, сминая его губы и падая в блаженство ощущений и родной запах мяты и хвои. Руки парня были на талии девушки, сжимая её в своих тисках, в ответ же получал ладони, которые проходились по плечам и спине, что еще больше заводило и разжигало пожар. Парень разорвал поцелуй и наклонился к шее девушки проходясь по ней губами. Он всасывал кожу, облизывал и царапал своими клыками. Гера не могла и ответить на действия Эдварда, это было слишком хорошо, слишком чувственно, что из горла выходил один хрип и стоны, но когда его рука опустилась на нижнее бедро левой ноги, девушка пришла в себя.       — Стой Эдвард, -- Гера немного оттолкнула от себя парня и посмотрела в его глаза, которые сейчас были в дымке похоти и страсти. — Пойми меня правильно я не хочу так сильно торопиться.       — Ничего страшного, Гера, я всё понимаю. Прости меня за мою вольность, я не должен был, -- Эдвард приподнялся с Геры и сел рядом, потупив взгляд на землю.       — Я хочу сказать, что я не против тебя. Я признаю, меня влечет к тебе, но я не хочу торопиться, так как я хочу, чтобы всё шло постепенно и, если ты в следующий раз будешь так тупить, чтобы поцеловать меня, клянусь, Эдвард Каллен, я самолично прибью тебя. Я даю тебе свое согласие, но не хочу торопиться, -- девушка мягко улыбнулась и переплела их пальцы заново.       Парень поднял взгляд и улыбнулся в ответ.       -- Меня так же влечет к тебе, Гера Розье Юпитер, и я даю вам свое согласие на свое убийство, миледи.       Эдвард сгрёб в охапку девушку, погребая себя под запахом карамели и роз. Девушка в ответ чмокнула в губы и тихо прошептала в губы Эдварда лишь одно слово:       — Трусишка.