Дневник путешественницы

      В тот день мы сидели в моей комнате, болтая и дурачась. Я легонько пинала Гидеона в плечо, когда он глупо шутил. А он щекотал мне пятки при любом удобном случае. Так тепло и уютно нам вдвоём никогда не было, было так хорошо, что даже четырёх-часовой поход на элапсацию, с дорогой в Темпл и обратно, не помешал развеяться этому чувству.       Знаете, а я даже рада, что все случилось именно так как случилось. Что мне и Гидеону пришлось пройти через все это, и мы смогли выйти из этой ситуации с высоко поднятой головой, рука об руку.        Но на самом деле я уже начала забывать следующие события и точно, в мельчайших деталях, не смогу описать их. Все таки прошло двадцать лет с тех событий.        Но я точно помню, что Селия приезжала в Лондон в тот год еще раз и, наконец, одобрила выбор Гидеона — меня, если что. Это довольно важно, но даже если бы она этого не сделала, то нам было бы плевать. Действительно, давайте вместе будем плевать на мнение родителей?!! (Осторожно, много сарказма)       Но, тем не менее, я прекрасно помню, что было множество прекрасных моментов между мной и Гидеоном. Например, наше первое нормальное свидание…       Вечер. Темно. Горят фонари, а я жду Гидеона на набережной Темзы, прямо перед Биг Беном, около которого, как всегда, толпы туристов. — Привет, Гвенни! — громко сказал парень. — Гидеон! Нельзя же так пугать! — я в шутку стукнула его по плечу и парень подыграл мне, притворившись, что ему больно. В тот вечер мы пошли гулять по Лондону. Мы прошлись до Гайд-парка, прошли до Художественной галереи, перешли Темзу и сквозь парк Баттерсея мы пошли по берегу главной реки Лондона. В итоге, мы вышли к Лондонскому глазу, на котором мы прокатились и посмотрели на вечерний Лондон. Не знаю как вам, но мне всегда нравилось смотреть на вечерние города с высоты, а на свой город так смотреть в живую еще лучше, в общем, дух захватывает от красоты.       Конечно, сказать, что мама не ругалась — значит соврать, она злилась довольно долго, но все-таки поняла, что если я могу орудовать шпагой и вырубить человека одним только веером, а Гидеон знает несколько боевых техник, то за нас можно не волноваться.       Но это далеко не самое прекрасное воспоминание о нас, хотя одно из дальних. Но я пойду по тайм-лайну.       Например, есть еще одно хорошее, оно уже пятнадцатилетней давности… — Ты точно в этом уверен? — Более чем, Гвенни, — со всей своей обыкновенной уверенностью в голосе сказал Гидеон. — Пошли уже!        Этот самонадеянный придурок ведет меня в нашу квартиру, которая находится в многоэтажном доме, на одном из последних этажей, вроде, на четырнадцатом. Когда мы зашли в квартиру, первое что я увидела были большие окна, отдалённо выходящие на Сити. В гостиной был большой диван кофейного цвета, два таких же кресла, журнальный столик, стояли шкафы с книгами, а на одной из стен было граффити. Кроме гостиной меня впечатлила спальная комната и гардеробная, также у нас была комната для гостей, в которой часто оставался Рафаэль. В первую же ночь в этой квартире мы не спали совсем. Мы смотрели на ночной, почти спящий, Лондон. — По-моему, так и должна проходить первая ночь в новой шикарной квартире, — сказала я Гидеону и поцеловала его. — Да, сейчас хорошо, правда? — Разумеется, — ответила я и мы синхронно сделали глоток горячего шоколада.       Первое свидание и переезд в общую квартиру, конечно, хорошие и запоминающиеся моменты в истории пары, но кое-что играет еще большую роль, чем все предыдущее. Что это? Конечно, свадьба…       Именно в этот день все кажется другим, перевернутым и новым. С самого утра у меня трясутся руки. На элапсации меня еще как-то пытались успокоить, но я слишком нервничала, чтобы их слушать.       И вот сейчас, я стою перед зеркалом и вижу красивую невесту. С трудом верится, что это я. — Все будет хорошо, — в который раз начала успокаивать меня Лесли. — Вы же любите друг друга, значит все отлично. — На безымянном пальце подруги уже четвёртый год красуется кольцо, которое она никогда не снимает, также как и Рафаэль. — Я знаю. Просто не верится, что это всё-таки случилось. — Ещё нет, — ответила подруга и подмигнула мне.       Начинает играть свадебный марш и я показываюсь из-за двери, медленно направляясь к своему жениху. Сейчас, смотря на него и видя как он широко улыбается, мне становится уютно и спокойно, как было раньше рядом с ним. Музыка заканчивается, мы стоим рядом, нас просят сказать наши клятвы. — Гвенни, — Гидеон произнес мое имя и оно зазвучало совсем по-другому, точно не как раньше, но мне это понравилось. — Ты невероятно занощивая, сложная и непонятная девушка, которую я встречал, но я безумно тебя люблю. Готова?       Но я сказала лишь: — Готова, если ты готов.       И вот он этот сладкий и пьянящий поцелуй. Прямо сейчас я готова была превратиться в пудинг. Именно такие поцелуи были у нас, когда Гидеон был моим парнем, но теперь он мой муж и это намного лучше.       Первый танец, поздравления от всех гостей, бешенная вечеринка после церемонии и первая официальная ночь вместе. Все прекрасно, неужели моя жизнь налаживается?       В ту ночь, когда я лежала на груди Гидеона и слушала его сердцебиение, а он мягко гладил меня по волосам, мне казалось, что вдвоем мы сможем свернуть горы и мы готовы к нашей вечности.       И я не ошиблась. Мы абсолютно готовы. Два безумца, которые скачут во времени туда-сюда, которые дурачатся дома, хотя им уже почти сорок, которые еще не завели детей, потому что у них впереди целая вечность. Вечность для развития, может быть, путешествий не только в прошлое, для себя и для супруга. И все что я могу сейчас сказать, так это то, что пока готов он, готова и я.

Конец.