Равноценный обмен существует всюду

      — Ты готова? — спросил мистер Йегер перед тем как дать подышать раствором. Девочка прикрыв глаза мягко улыбнулась и кивнула — Я ждала этого момента долго и уже не передумаю насчёт операции. Давайте начнём. — Хорошо. — доктор приложил влажную от раствора тканью к носу девочки, чтобы та смогла достаточно надышаться. Будет достаточно… Проблематично, если она проснётся во время операции, то продолжать её дальше будет нереально. — Когда ты проснёшься, всё будет готово. Вскоре девочка закрыла глаза, а дыхание нормализовалось, стало более стабильным. Прождав некоторое время Йегер проверил её состояние и сказал —Лекарство подействовало. Начнём операцию. — Хорошо — отозвались два доктора, которые недавно вызвались помочь старшему Йегере. Это были юноши, недавно окончившие обучение у своих наставников и будучи полных ожиданий, амбиций к чему-то значимому, парни вызвались добровольцами в помощи при хирургическом вмешательстве. Они решились на это всё, лишь из-за выгодных для себя условий. Это опыт, возможная популярность. Немного желания помочь девочки в их душе может существовать, но под натиском более «весомых» причин становятся незначительными. Но сейчас это не имеет значение. Главное, что хоть кто — то отозвался. Все были одеты в чисто белые вещи и халат, предметы для операции стерилизовались уже два дня и потому риск заражения крови был минимален. Сначала они наложили жгут, чтобы остановить приток крови в руки. Теперь у них максимум час. Мистер Йегер, начал делать надрезы на плече, чтобы убрать сморщено зажившую часть кожи. После уже по продуманной схеме он наносил надрезы. Перед самой операцией он и мистер Дик долго обсуждали эту самую схему. Расположение, глубина надрезы, длина, количество… Всё это было досконально подобрано. И вот первый, горизонтальный надрез у верхнего плеча. Второй чуть слева перпендикулярно первому надрезу, но не пересекая их… Третий, четвёртый, пятый, шестой. Крови вытекало очень мало, благодаря жгуту и помощники поспевали вытирать её, чтобы кровь не мешала делать следующие надрезы. Когда всё было готово, ассистенты положив свои инструменты чуть дальше, принесли вставку для руки. Эту вставку механик делал чуть больше недели. Сначала сделав грубый расчет, смастерил примитивный вариант. Опираясь от первоначальной пластины, Дик слегка менял формы, добавлял детали и в итоге получился конечный результат имплантации. Как только пластины были готовы, он, не дожидаясь начала операции, вернулся к себе в город, чтобы вернуть остатки нержавеющей стали и начать создание остальной части. Мистер Йегер приложил вставку к плечу с разрезами. Двое докторов придерживали вставку, пока шатен соединял провода с некоторыми мышцами, которые отвечали за движения. Про эти мышцы ему рассказала Аманда и даже нарисовала схему, как примерно выглядят они и где расположены. Доктор был удивлён её познанием. Этому её научили в школе, где училась до смерти Натали, правда доучиться ей не удалось. Мышцы эти он нашёл с трудом и надеется, что не перепутал. Но на раздумье времени нет. Осталось всего минут двадцать. Он закрепляет имплантат зашивая все надрезы, в которых уже находятся «ножки» вставки, чтобы поплотнее всё зажило. Снял жгут. Осталось пять минут, а он уже закончил. Он успел перед тем, как мышцы начали бы умирать. Теперь осталась нога. Всё по тому же способу. Жгут. Надрезы. Провод. Имплантат. Белым бинтом обмотали ассистенты девочку и перенесли её в тёплую часть больницы. Всё было готово. Осталось ждать пробуждения Аманда и надеяться, что её организм не будет отвергать вставку и не будет букета каких — то болезней. Просидеть всё время возле Аманды было невозможным для мистера Йегера. Он хотел бы, но дома его ждали ещё три человека, которые беспокоились за девочку не меньше его, если не больше.

***

Он вышел из больницы лишь ближе к вечеру, когда солнце почти спустилась за линию Стены Мария. Помимо Аманды у него оказались и другие пациенты, правда не с таким тяжёлым состоянием. Бытовые раны, болезни… К счастью грипп больше не разгуливался в Трёх Стенах, как месяц тому назад. Как только мистер Йегер открыл дверь, из кухни раздались шаги и его встретили с порога Карла, Эрен и Армин, которому дедушка разрешил переночевать. Вопросы посыпались лишь тогда, когда они закончили ужинать. — Всё прошло, как задумывалось? Как она? — спросила его жена волнуясь, а мальчики молча ожидали ответа, смотря на взрослых. Мужчина, как бы случайно, тянул с ответом, думая, как мягче донести информацию. — Лечение прошло успешно, но нужно дождаться, пока Аманда не проснется. Я попросил врача ночной смены присматривать за её состоянием. — Он не использовал слово «операция» намеренно. Было что-то в этом слове устрашающее. Что-то, что уменьшало надежды других на успех и пошатнуло бы веру. — Лишь бы всё было хорошо. — вздохнула женщина — Думаю всем нам стоит отдохнуть. Гриша, ты ложись спать. Устал ты сегодня наверное, а утром тебе ведь вновь идти в больницу. Мы тоже скоро ляжем. Не став возражать, Гриша направился в спальню напоследок пожелав спокойной ночи.

***

Открыв глаза девочка чувствовала себя, как в первый день в этом мире. Лёгкая слабость, сонливость, чувство голода. Первые тридцать минут после пробуждения были странными. В глазах всё плыло и двоякие ощущения, словно всё происходит с тобой, но ты всего лишь зритель. Только ощущение тепла разлилось по телу. Оказалось, что это медсестра, приставленная ухаживать за ней, дала Аманде попить тёплой воды. Побочные эффекты от лекарства прошли и теперь она могла заметить, что уже было ночь. Её тело закрепили на койке в одном положении, чтобы не повредить швы и не смести пластинки. Потому она могла лишь краем глаза видеть результаты операции. Выглядело довольно неплохо. Не так аккуратно, как в её мире, но тоже сойдёт. Пока ничего нельзя сказать… Всё станет ясно, когда основная часть руки или ноги будет прикреплена. По словам Дика, на это уйдёт недели две, а то и месяц, смотря, как у него удастся. Этого времени было достаточно, чтобы тело смогло привыкнуть к имплантатам. Девочка решила продолжить свой сон до утра, тем более её тело требовало большего отдыха. Она спала довольно долго и разбудило её лишь шум возникшей возле неё. Глаза в этот раз почему — то было труднее открыть и голоса вокруг звучали приглушённо и принадлежали они разным людям. Но тут раздался голос более громкий, а остальные стихли. Это громкий голос что — то спрашивал у Аманды и лишь на раз пятый она поняла, что же от неё хотели. — Аманда, как ты себя чувствуешь? Что у тебя болит? Аманда! Мне очень важно это знать. Скажи, где и как у тебя болит! Аманда, иначе я буду вынужден вытащить пластинки. — Это был голос мистера Йегера. Он был чем — то встревожен. Из моего горла вышел неразборчивое бормотание и доктор догадавшись, попросил тёплой воды. Вскоре Аманда смогла попить и слова стали более понятными. — Чт...что со..мной? — ей было трудно говорить. Только сейчас она ощутила, как жар охватил тело и говорить было ей трудно. — Я не знаю. Я хочу понять, что именно с тобой. Скажи мне, где и как у тебя болит. Это важно. Мне нужно понять, что с тобой. — он снова и снова повторял свой вопрос, надеясь, что девочка не уснёт вновь. — У меня болит.голова… И места.операций. В горле…першит и трудно.думать. — А мышцы болят? Попробуй пошевелить здоровой рукой или ногой. Хотя бы пальцами. Выполнив данное ей поручение, пациентка ответила — Могу.полностью…сжать и разжать ру.ки. — Сильно болело, когда ты двигала? — Не очень… Больше.болят места плас.тинок. Что со.мной? — ей было страшно. Она понимала, что её состояние ухудшилось, но не знала на сколько. Ей было очень страшно. Мистер Йегер вздохнул от облегчения. Вероятность, того, что это заражение крови ещё есть, но это ещё не заражение крови. Это внушало надежду. Высокая температура может быть вызвана много чем. От простой реакции на новое лекарство, до смертельной болезни. — Просто небольшая температура. Скоро тебе станет легче. А пока ты поспи и наберись сил. Они будут тебе очень нужны, чтобы выздороветь. — сказал Гриша. После того, как девочка закрыла глаза, он раздал поручение и приставил к ней другую медсестру. У первой закончилась смена. Самым главным поручением было, то что женщина в случаи чего должна сразу же вызывать его, не дожидаясь, пока ситуация измениться. Если состояние резко ухудшиться, то каждая минута будет на счету.

***

Температура была странно стабильной: 39 — 38 градусов. И лишь под конец восьмого дня после операции, она стала понижаться. Это было хорошим знаком. Уже десятого дня можно было сказать, что тело не отвергло имплантаты и нет побочных эффектов после операций. Всё прошло замечательно. Уже двадцатого дня после операции, Аманда смогла вернуться домой. Встретили её очень в радостном настроении. Ужин прошёл в уютной обстановке, когда Эрен рассказывал обо всём, что произошло в её отсутствие, Карла наливала всем вкусный компот и дополняла рассказы своего сына. А Гриша молча улыбался, вслушиваясь, как и девочка. Ей очень не хватало этих домашних посиделок, которые начались (Эрен её по секрету позже рассказал) после её появления в доме. Чтобы ей скучно дома не было. Аманда обещала себе, что постарается сохранить эту маленькую традицию и дальше.