Твои зеленые глаза

Дома я все думал, гадал откуда у беломордого мой номер и как мне вернуть ему шапку… Хотя первый вопрос меня мучал больше. Заварив черный чай, я уселся смотреть видосики. Звонок в дверь, посмотрев в дверной глазок, я не удивился, а скорее выдохнул весь спокойный воздух в предвкушении глупых фразочек и поганого настроения. — Привет, соскучился? — первым заговорил бесящий до боли старший брат. Его зовут Тэ и он гей. Как думает его бошка, понять никому не дано. Неужели каждый считает, что «двоюродный» не значит «родной»? Сколько раз ему обьяснял, что это не так, но он сильнее. Он безумный манипулятор, манипулирует всем, моими мыслями, моим поведением, даже моим дыханием. Из-за него у меня проснулся интерес к парням. Поцелуй попал на щеку ибо я успел увернуться от губ. — Что ты здесь делаешь? — ответа не последовало. Как раз напротив, вместо слов он предпочтел прижать меня к стене, уткнувшись носом в мои волосы. — Я так соскучился… — кожа головы покрылась мурашками от такого интенсивного дыхания брюнета -…ты скучал по мне?..За моими ласками… Попытка вырваться не оказалась успешной. Мои руки зажали за спиной от чего больших попыток «сбежать» не последовало. — Слушай, а я ведь до сих пор ребенок… Тебе не стыдно совращать ребенка? Я уже не говорю о том, что я твой брат. -Чимин-и, какой ты сладкий. Не детской сладостью от тебя веет. -Тэ, перестань. Я твой брат. Тебе 20, мне 16, ты в своем уме? Ладно там, раньше я поддавался на твои манипуляции, но сейчас я уже понял, что был дураком. Отпусти меня! — мои запястья сжали мертвой хваткой. — Чим, ладно тебе, я же тебя не насилую. По-моему я сказал, что когда будешь готов я научу тебя… — Еще не было этого «я готов» и не будет! Мои губы накрыли губы напротив. На потяжении всего поцелуя мы не закрывали глаза, я — потому что было неприятно, а Тэ, потому что хотел сделать мне приятно и посмотреть на это. Но я не хотел ему уступать. Тяжелая артеллерия пошла в бой. Язык Тэ игрался с моим языком. Прикусывал мои полные губы. Было больно. С самого детства Тэ ко мне не ровно дышит. Когда мне было 13, а ему 17, он решил не ждать моего адекватного решения, как, например, сейчас я мог отказать, но тогда я был маленьким и глупым ребенком… Даже не подростком, а ребенком. Так вот, он поцеловал меня, «как будто учил». Я тогда этого не понимал. Такое бывало частенько. И мне нравилось, но сейчас я люблю другого, не эти глаза я хотел видеть перед собой, не эти губы я хотел чувствовать на своих. У меня не было выхода, как отдаться ему. Сказать честно, я его боялся… Боялся, что мне будет больно. Поэтому я его слушался, подчинялся. Это ни настолько неприятно, как например, избеение хлестом. Предупреждение было… Он дал мне влавствование над одним вопросом «когда я его захочу, я скажу». Но я его не хотел. Я хотел другое тело. Другие глаза… Другое дыхание у себя на голове. Долго стоять у стены не пришлось. Меня подняли и усадили на кухонный свободный столик. Обвив пальцами черные волосы, я сдался… он решил за меня. Манипулятор хренов! Если раньше не вставало на поцелуи с языком, то сейчас другое время, другой я. Не думая об этом, я наслаждался. Я представлял другого и это был более приятно. Смешок брюнета не стал себя долго ждать. Тэ прервал поцелуй и посмотрел вниз. — Уже встает на меня? — улыбка в 32 зуба. — Мне приятно. Покрывшись краской и тоже посмотрев на штаны, я оттолкнул брюнета и побежал в туалет. Закрыв двери на щеколду и сьехав спиной вниз, я закрыл глаза, забравшись пальцами в волосы, хватая их и трепя. — Давай помогу, — сейчас меня так бесил этот голос, так бесил человек стоящий за дверью. — Это приятно. — уйди! -куда же я уйду, твои родители попросили за тобой приглядеть, пока сами в командировке. Я не понимал… Почему они мне ничего не сказали? Я им не нужен? Что я для них? Игрушка? Ходячее тело, которое «их ребенок»? Они знали о предпочтениях этого «брата-извращенца», но все равно оставили меня с ним… Зачем? Почему? Я ударил кулаками об пол. Закрыл руками лицо. Мне было неприятно оставаться с ним наедине. И еще это… Он точно меня изнасилует за эту неделю… Я даже не знаю насколько предки уехали. Зашибись…