Не открывай глаза

      — Минуточку, ты это серьёзно? Я на это не пойду. Я смерть люблю, но я не хочу, чтобы мои органы взвешивали, — я сидела на металлическом столе в морге, качая ногами, как первоклассница.       Мне не нравился план Дазая. Скажу прямо, он никому не нравился, кроме него самого. Ацуши и Акутагаве, расположившимся на противоположных концах моего дивана, тоже. И если Ацуши своего возмущенного взгляда не скрывал, то вот мафиози сидел с максимально каменным выражением лица.       И только сам виновник торжества весело ходил туда-сюда, лапая мои инструменты. Я смотрела на него исподлобья, борясь с двумя желаниями. С одной стороны, мне хотелось бросить в него скальпель, который мне отдал Ацуши. С другой стороны, что ещё хуже, мне хотелось кинуться на него, прикоснуться пальцами к его коже и вновь увидеть мир нормальным.       Мне бы хватило просто того, что я бы видела Акутагаву как нормального человека. С заскоком на театральность и вампиризм, но всё же не окровавленного. Жуткое желание, говорящее о том, что моему мозгу пора сделать перезагрузку. Ибо это уже слишком.       Даже хуже того, что он, покрытый фантомной кровью, сидит на моём диване. Мне ж на нём еще сидеть… И знаете что? Это было плохо, что сейчас данный факт не волновал меня так сильно, как делал бы это несколько дней назад. Я привыкла к нему? Что ж, я быстро адаптируюсь в сложных жизненных условиях.       Хорошее качество, но так и сойти с ума можно быстро.       В какой-то момент я почувствовала тяжёлый взгляд, который мог принадлежать только одному человеку в этой комнате. Тихо, не меняя положения головы, перехватила взгляд серых глаз. Для него это стало неожиданностью и он тут же вернул непроницаемую маску и перевёл взгляд на Дазая.       Мне хватило пары секунд зрительного контакта, чтобы прочитать эмоции. Он был напряжен и зол. Также было ещё некоторое чувство, которое я не смогла распознать. Так бывает, когда видишь то, что видеть не привык. Скорее всего, это вызвано тем, что он хотел поговорить со мной лично.       Откинув спутанные волосы, закрывающие лицо, соскользнула со стола. Ну как соскользнула. С громким стуком я ударилась локтями о металлическую поверхность, подошва сапог скользнула по кафелю. На какое-то мгновение я просто повисла на столе, пока ножки на колёсиках не начали двигаться назад.       Ацуши подался вперёд, намереваясь спасти меня, но я дёрнулась и стол резко уехал. Мой крик потонул в грохоте падающего стола.       Затылок обожгло болью, воздух выбило из легких. Я задыхалась от боли. Не в силах издавать звуки, каталась по полу, схватившись за голову. Хотелось скулить, когда меня подняли на руки и опустили на диван.       Расфокусированными глазами, видела, что это был Ацуши. Он заботливо поднял мой подбородок, осматривая лицо. Это у меня привилегии или он так ко всем относится? Такие добрые люди ещё существуют?       Я бы и дальше продолжила внутреннюю дискуссию, но голова слишком сильно болела. Меня начало тошнить. Тело стало ватным и хотелось спать так сильно, что я боялась отрубиться прямо здесь и сейчас.       И для одного падения, даже пусть настолько неудачного, последствия слишком жёсткие. Скорее всего, моё ухудшающееся состояние следствие воздействия на сознание. Я так-то всего час назад пыталась с моста спрыгнуть и попутно выложила информацию нашим «врагам». Плюс к этому моральное истощение от переизбытка событий.       Да. Именно поэтому.       — У тебя есть обезболивающие? — блондин так увлёкся осмотром моей бренной тушки, что оказался крайне близко. И сейчас это волновало меня меньше всего, учитывая отвратность моего состояния.       — В ящике… — я неопределенно махнула рукой в сторону своего стола.       — В каком? — он потянулся открыть нижний ящик.       В голове быстро щёлкнуло что-то. Там же. Я попыталась предотвратить катастрофу, но горло запершило.       — Верхний, — от неожиданной резкого голоса рядом с собой я вздрогнула.       Только сейчас осознала, что Акутагава сидит рядом со мной. Незаметно скосить глаза на него было трудно, но в итоге смогла. И он встретил мой взгляд своим убийственным. Он смотрел на меня с неким весельем и раздражением. Я отвернулась.       — Эм, — блондин явно растерялся от того, кто ему ответил, — ладно.       Достав коробку с таблетками, он посматривал на нашу ненормальную парочку, переводя взгляд то на одного, то на другого. Теперь, смотря на мир уже более менее сфокусированным взглядом, я могла различить выражение его лица. Он усиленно думал, сопоставлял факты и мне не нравилось то, что он в итоге может решить.       То, что я работаю на мафию, мы выяснили уже в начале нашего разговора. И то, почему это делаю, тоже. Интересно, это детектив к этим выводам пришёл или он сам? Если над этим работал Рампо, то сколько всего про меня уже известно? Плохо.        — Ваш план, конечно, хорош, — с максимальным сарказмом обратилась к Дазаю, — но с чего вы решили, что эти ребятки решат устроить мне этот специфический аттракцион?       Взяла из рук Ацуши таблетку и стакан воды. После того, как я выпила цветное лекарство, у меня быстро забрали стакан и поставили на стол. И через мгновенье парень уже сел с другой стороны от меня. Я оказалась между двумя полюсами: светлым и добрым и тёмным и пугающим.       — Ну, — Дазай уселся на мой стул, вытянув ноги и разглядывая бумаги на столе, — всё просто. Ты спасла девчонку, но сестру спасти её не смогла, — я вздрогнула и блондин сжал мою коленку в успокаивающем жесте, — и ты была в крови. Причём, — он сделал драматическую паузу, выставив вперед палец, — не в своей.       В голове прокручивались картины того страшного дня. То как избивали меня и то, что-то животное делало с сёстрами, пользуясь их способностями. Я словно вновь оказалась во дворе того дома. Снова видела остекленевшие глаза ребёнка, пытавшегося меня спасти. Била скальпелем по живому человеку. Хладнокровно и с чувством удовлетворения.       Была ли я лучше него?       Меня затрясло, в груди резало, не давая нормально дышать.       Ацуши ещё раз сжал мою коленку, показывая, что он здесь. Он не осуждал, а просто был рядом со мной, поддерживая.       — Ты вызвала скорую из агентства, — медленно проговорил детектив, указывая на мою ошибку, — а когда туда приехали врачи, там не было ничего. Кто-то забрал тела, — сделав паузу, он подытожил свою речь, — тебе помогли и потом скрыли следы. После этого ты спокойно работаешь дальше. Логичный вывод, что тебя покрывают. И скорее всего, используют для расследования этого дела.       Я внимательно смотрела на него, вглядывалась в глаза. Пыталась найти намёк на то, что это не всё. Но он был настолько доволен своей гениальностью, что почти жмурился от превосходства.       Знает ли он о том, что я делаю лекарство? А если знает, то как будет использовать эту информацию? Знал ли он, что все жертвы были эсперами? Что ему, вообще, было известно обо мне? Насколько я сильно в опасности?        — Мило, — прохрипела я.       Сбоку раздался кашель. Взгляд метнулся к брюнету. Он знал больше, но не всё.       И когда он раздражённо-удивлённо на меня посмотрел, то я проследила за его взглядом. Ну как так-то.? Аккуратно я сняла с себя руку тигра, перекладывая её в сторону. Ну и как это выглядело? Боже… Шея и лицо обожгло румянцем, захотелось спрятаться под диван.       СТОП. Я поморщилась. С каких это пор меня так сильно волнует то, как я выгляжу в глазах окружающих? Стресс меня походу доканал. И то, что Акутагава находился рядом со мной определённое количество времени тоже сделало свое дело. И да. Он же должен докладывать начальству…       Ещё раз посмотрела на парня. Что он скажет? Как опишет всю эту ситуацию? И то, что я выдала всё нашим противникам? Всё плохо. Очень плохо. И по нему даже не понять, о чём он думает. Непроницаемая маска, холодный пренебрежительный взгляд.       Мне нужно было поговорить с ним. Срочно. И присутствие двух «хороших» ребят тут несколько мешало и напрягало. Хотелось уже проводить их. Даже Ацуши. Он, конечно, замечательный, но я не могу говорить при нём. Он слишком правильный, чтобы знать, что я из себя представляю.       Я могу разрушить жизнь человека. Свести с ума. Я хладнокровно сделала это. И потом ударила скальпелем. Не убила лишь потому, что слишком труслива. Хотела этого и остановилась только из-за своего эгоизма и страха перед проклятьем.       — И что дальше? — Ацуши озвучил мой незаданный вопрос.       — Дальше? — Дазай встал, потянувшись, — ждём.       — И долго? — повысив голос, встала, пошатываясь, — это может занять несколько часов или дней. Сидеть здесь всё это время вам нельзя. Это государственное учреждение, — прислонилась к столу, — и мне нужно отдохнуть. Я устала.       — Это потому, что ты отказалась от величайшего дара человечества! — Дазай возник передо мной так резко, меня опять затошнило.       — Это от какого?       Послышался печальный вздох Ацуши и кашель Акутагавы, когда детектив восторженно взял меня за руки.       — Самоубийства! — он, самозабвенно, сжимал мои кисти рук, чуть выше края кожаных перчаток, и в итоге я смотрела на него восторженно, видя как исчезают кровавые разводы с его одежды, — в таком прекрасном возрасте! В расцвете сил!       Меня притянули ближе, вынуждая задрать голову, чтобы заглядывать в его лицо. Хотя бы в подбородок.       — Зашибись. Я ещё жить хочу, — кое-как вывернувшись из его «объятий», развернулась и неосознанно посмотрела на мафиози.       И опять он выглядел нормально. Относительно. Никакой крови, только специфическая одежда. Стоило Дазаю отпустить меня, как по чёрной одежде и белому жабо начали распространяться кровавые разводы. Я наблюдала за этим с грустью.       Глаза у Ацуши стали размером с блюдце, когда он заметил мой взгляд. Поэтому я быстренько двинулась в другую часть комнаты.       — Жаль! — детектив был расстроен, — но если всё-таки передумаешь, то скажи мне. Я с превеликим удовольствием составлю тебе компанию, — медленно, с наслаждением проговорил парень.       — Угу, — буркнула в ответ. Не дождётся. Если и сигану с моста, то в гордом одиночестве.       — Что ж, — Дазай прошествовал к двери, ведя за собой блондина, — как только получите сообщение, то сразу же сообщите!       И, улыбаясь во весь рот, вышел.       — Если что, то звони, — он бросил яростный взгляд на Акутагаву, — будь осторожна.       — Тебя, человек-тигр, не спрашивали, — в тон ему ответил мафиози, делая крайне враждебное выражение лица, — радуйся, что с тобой Дазай-сан.       Это были их первые фразы адресованные друг к другу. Весёлые у них отношения.       — Так-с! — я не дала Ацуши ответить, — дайте тихо-мирно освободим помещение. Мне нужно поработать и отдохнуть. В конце-концов, безумства надо творить, когда полно сил.       — Ты можешь и сегодня остаться у меня, — пока он говорил, Акутагава закашлялся.       — Спасибо, конечно, — неловко перешагнула с ноги на ногу, — но всё нормально.       Еще раз посмотрев на меня, блондин одними губами сказал: «звони» и вышел.       Прикрыв глаза, я слушала, как шаги эспера разносятся по коридору.       Медленно, боясь, что меня разорвут на месте, повернулась к мафиози.       — Нам нужно поговорить, — осторожно села на стул.       Вся моя уверенность пропала. Остаться один на один с этим человеком оказалось хуже, чем я могла себе представить. У меня слишком много косяков перед ним. И перед мафией. Вот прям слишком много.       — Начинай, — коротко бросил он.       — Что? — я даже растерялась.       — Оправдываться, — он встал, подойдя к столу, — про то, что ты у тигра делала рассказать не забудь.