Шанс все исправить. Книги.

СОВ по Защите от темных искусств подошел к концу, и Северус медленно продвигался к выходу из замка, в потоке спешащих на свежий воздух учеников, с головой погрузившись в экзаменационный билет, не замечая ничего вокруг, силясь вспомнить, все ли он написал. Не отрываясь от изучения материала экзамена, Снейп устроился неподалеку в густой тени кустарника. Проанализировав свои ответы и придя к выводу, что все верно и он ничего не забыл, Северус поднялся на ноги и теперь прятал свои листки в сумку. Когда он вышел из тени и зашагал по лужайке, то услышал до боли знакомый и такой ненавистный голос, принадлежащий никому иному, как этому отвратительному, самовлюбленному задаваке, Поттеру. — Как дела, Нюниус? — громко сказал Джеймс. Снейп отреагировал так быстро, как будто ждал нападения: уронив сумку, он сунул руку в карман и уже доставал оттуда волшебную палочку, но тут Джеймс воскликнул: — Экспеллиармус! Палочка Снейпа подлетела вверх футов на двенадцать и шлепнулась в траву позади него. Стоявший рядом с Поттером, его дружок Блэк рассмеялся отрывисто, будто залаял. — Импедимента!— сказал он, направив палочку на Снейпа, и Северус, рванувшийся за своим оружием, упал ничком на полпути к нему. Гуляющие стали оборачиваться в их сторону. Некоторые ученики поднимались на ноги и подходили ближе. Одни смотрели на происходящее с неодобрением, другие — с удовольствием. Северус, тяжело дыша, лежал на траве. Поттер и Блэк приблизились к нему с поднятыми палочками; по дороге Джеймс поглядывал через плечо на девочек у озера. — Как прошел экзамен, Нюнчик? — спросил Джеймс. — Я смотрел на него — он возил носом по пергаменту, — злорадно сказал Сириус Блэк. — Наверное, у него вся работа в жирных пятнах, так что ни слова не разберешь! Кое-кто из зрителей засмеялся. Снейп пытался встать, но заклятие еще действовало, и он корчился, будто связанный невидимыми веревками, ярость и ненависть затопили его. — Вы у меня дождетесь! — выпалил он, глядя на Джеймса с откровенной ненавистью. — Дождетесь! — Дождемся чего? — хладнокровно сказал Сириус. — Что ты хочешь сделать, Нюнчик, — вытереть о нас свой сопливый нос? Из уст Северуса извергся поток ругани и проклятий, но его палочка лежала в трех шагах от хозяина, и ничего не случилось, единственное что он мог – это биться в бессильной злобе. — Ну и грязный же у тебя язык, — презрительно сказал Поттер. —Экскуро! Изо рта у Снейпа тут же полезла розовая мыльная пена, она покрыла его губы, и он задыхался в ней… — Оставьте его в покое! Джеймс и Сириус оглянулись. Свободная рука Джеймса немедленно взлетела к волосам. Кричала одна из девочек у озера, с густыми темно-рыжими волосами до плеч и поразительно зелеными глазами миндалевидной формы. - Лили!... – обреченно подумал Северус, - она все это видела, видит мое унижение! – и новая волна гнева и обреченности обрушилась на него. — Что, Эванс? — сказал Джеймс. Самый тембр его голоса вдруг изменился — он стал более глубоким и мелодичным, более взрослым. — Оставьте его в покое, — повторила Лили. Она смотрела на Джеймса с откровенной неприязнью. — Что он вам сделал? — Ну, — сказал Джеймс с видом человека, серьезно обдумывающего заданный ему вопрос, — пожалуй, все дело в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я… Многие зрители, включая Сириуса Блэка и их дружка Петтигрю, засмеялись, только Люпин, четвертый из их шайки, до сих пор притворяющийся, что читает, даже не улыбнулся. Не появилось улыбки и на лице Лили. — Считаешь себя остроумным, — холодно сказала она. — А на самом деле ты просто хвастун и задира, Поттер. Оставь его в покое, ясно? — Оставлю, если ты согласишься погулять со мной, Эванс, — быстро откликнулся Джеймс. — Давай… пойдем со мной на прогулку, и я больше никогда в жизни не направлю на Нюнчика свою волшебную палочку. Тем временем Чары помех, наложенные на Снейпа, слабели. Медленно, дюйм за дюймом, он подползал к своей палочке, отплевываясь от мыльной пены, перебирая в уме заклинания, которыми он поразит ненавистного Поттера, но Джеймс этого не видел. — Я не согласилась бы на это, даже если бы у меня был выбор между тобой и гигантским кальмаром, — сказала Лили. — Не повезло, Сохатый! — весело сказал Сириус и снова повернулся к Снейпу. — Стой! Но он опоздал: Северус уже направил свою палочку прямо на Джеймса. Вспыхнул яркий свет, и на щеке Джеймса появился глубокий порез. Кровь хлынула ему на мантию. Еще одна яркая вспышка — и Снейп повис в воздухе вверх тормашками; мантия свалилась ему на голову, обнажив тощие, бледные ноги и серые от грязи подштанники. Многие в маленькой толпе разразились ликующими криками; Блэк, Поттер и Петтигрю чуть не захлебнулись от хохота. В уголках губ у Лили что-то дрогнуло, и Северусу на мгновение показалось, что выражение ярости на ее лице вот-вот сменится улыбкой. Волна обиды, унижения и непонимания буквально ослепила его, мозг отключился и перестал соображать. Но она громко сказала: — Опусти его! — Пожалуйста, — сказал Джеймс и взмахнул палочкой. Снейп шлепнулся на землю, точно груда тряпья. Выпутавшись из подола мантии, он быстро вскочил на ноги с палочкой наготове, но Сириус сказал: «Петрификус тоталус!» — и Северус снова упал плашмя, как доска. — Оставьте его в покое! — крикнула Лили. Она тоже выхватила палочку. Джеймс с Сириусом настороженно следили за ней. — Послушай, Эванс, не заставляй меня с тобой сражаться, — серьезно сказал Поттер. — Тогда расколдуй его! Джеймс тяжело вздохнул, повернулся к Снейпу и пробормотал контрзаклятие. — Ну вот, — сказал он, когда Северус вновь с трудом поднялся на ноги, — тебе повезло, что Эванс оказалась поблизости, Нюниус… — Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок!- злобно выпалил Северус. Лили прищурилась. — Прекрасно, — спокойно сказала она. — В следующий раз я не стану вмешиваться. Кстати, на твоем месте я бы постирала подштанники, Нюниус. Будто ушат ледяной воды опрокинули на его голову, до него стало доходить то, что он только что сказал. Как он ее назвал. Груз непоправимого стремительно стал опускаться на его плечи. — Извинись перед Эванс! — заорал Джеймс, угрожающе направив на Снейпа палочку. — Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться! — закричала Лили, обращаясь к Джеймсу. — Ты ничем не лучше его! — Что? — взвизгнул Джеймс. — Да я никогда в жизни не называл тебя… сама знаешь кем! — Ходить лохматым, как будто минуту назад свалился с метлы, выпендриваться с этим дурацким снитчем, шляться по коридорам и насылать заклятия на всех, кто тебе не нравится, только потому, что ты от природы… Непонятно, как твоя метла еще поднимает в воздух твою чугунную башку! Меня от тебя тошнит! Она круто развернулась и быстро зашагала прочь. — Эванс! — крикнул Поттер ей вслед. — Погоди, Эванс! Но она так и не обернулась — Какая муха ее укусила? — сказал Джеймс, безуспешно пытаясь сделать вид, что ответ на этот вопрос его вовсе не интересует. — Сдается мне, она считает тебя немножко зазнайкой, дружище, — сказал Сириус Блэк. — Ну ладно. — В голосе Поттера зазвенела обида. — Ладно же… Опять вспыхнул яркий свет, и Северус снова повис в воздухе вниз головой. — Кто хочет посмотреть, как я сниму с Нюниуса подштанники? - Хватит, Джеймс! – наконец решил вмешаться Люпин. – Если профессора увидят, вам несдобровать. И точно, у входа в замок появился силуэт профессора Макгонагал. Джеймс произнес контрзаклятие и Северус снова упал на землю. Профессор спешила к месту стычки. Северус отряхнулся, подхватил сумку и побежал прочь. Стояла оглушительная тишина, с профессором Макгонагалл шутки плохи. - Поттер, Блэк!!! Что вы себе позволяете! Немедленно в мой кабинет! – и с этими словами она удалилась, а ребята, молча, пошли за ней. Северус пулей залетел в свою комнату, такого унижения он давно не испытывал, но больше всего он страдал от затопившего его чувства вины. Как он мог сказать ей такое. Назвать свою Лили грязнокровкой, видимо разум совсем помутился от унижения и ненависти, от бессильной ярости. Теперь она не простит его никогда. Нужно срочно попросить прощения, но как она ведь и слушать его теперь не захочет. Остатки дня Северус провел в своей комнате, шагая из угла в угол, снедаемый виной. Он пропустил ужин и даже не думал готовиться к предстоящему последнему экзамену по трансфигурации. Все его мысли заняты только Лили. Наконец он решил пойти к ее гостиной и ждать там хоть всю ночь, пока она не выйдет.

* * *

— Прости меня. — Отвяжись. — Прости меня! — Можешь не трудиться. Это было ночью. Лили в халатике стояла, обхватив себя руками, перед портретом Полной Дамы у входа в башню Гриффиндора. — Я пришла только потому, что Мэри сказала, будто ты грозишься проторчать здесь всю ночь… — Да. Я бы так и сделал. Я вовсе не хотел обзывать тебя грязнокровкой, это у меня просто… — Сорвалось с языка? — В голосе Лили не было жалости. — Слишком поздно. Я много лет находила тебе оправдания. Никто из моих друзей не понимает, почему я вообще с тобой разговариваю. Ты и твои дружки — Пожиратели смерти… Ага, ты этого даже не отрицаешь. Ты даже не отрицаешь, что сам собираешься стать таким же. Тебе не терпится присоединиться к Сам-Знаешь-Кому, да? Он открыл было рот, но так ничего и не сказал. — Я больше не могу закрывать глаза. Ты выбрал свою дорогу, я — свою. — Нет… послушай, я не хотел… — Обзывать меня грязнокровкой? Но ведь всех, кто родом из таких семей, ты именно так и зовёшь, Северус. Почему же я должна быть исключением? Он пытался что-то объяснить, но Лили бросила на него презрительный взгляд, повернулась и скрылась в проходе за портретом… - Лили!!! – закричал Северус, - Лили, прошу тебя дай мне шанс все исправить, я сделаю все что угодно, Лили, только дай мне один шанс! Я не могу потерять тебя, Лили!!! – в его голосе было столько отчаяния и боли. - Ты все что у меня есть, Лили – прошептал он в стену. - Оп-па, Нюниус… - раздались голоса за его спиной. Но не успел Северус обернуться и вытащить палочку, как весь коридор озарила яркая вспышка света. – Что за черт! Лили, не успела еще выйти из гостиной, как услышала крики в коридоре. Она узнала голоса и поняла, что это все может очень плохо кончиться. Стремительно выскочив за портрет Полной Дамы, Лили оторопела. По картине, которая предстала перед ее глазами, можно было строить множество догадок. Прямо возле нее согнувшись и закрывая глаза руками, как от слепящего света, стоял Северус, прислонившись к стене. Чуть поодаль у противоположной стены сидели Джеймс Поттер и Сириус Блэк. По непониманию и удивлению в их глазах Лили поняла, что произошло что-то необычное. Лили проследила за направлением их взглядов и увидела, что между ними и Северусом стоит небольшая коробка, сантиметров 35-40 высотой. - Что там? – разъяренно спросила она. Северус вздрогнул, услышав ее голос, и отнял руку от лица. Он не ожидал, что она вернется. - Я спрашиваю, что там? Опять ваши штучки, Поттер?- Лили уставилась злобным взглядом на парней напротив. – Устроили тут шум посреди ночи, всех наверное перебудили, придурки. - Эй, полегче, Эванс! – тут же взвился Сириус, - Мы тут ни при чем. Это надо у твоего Нюнчика спросить, что за заклинаниями он тут разбрасывается. Или не твоего? Мы слышали как он тут слезно молил дать ему шанс. Сириус и Джеймс расхохотались, а Северус в гневе сжал кулаки. - Если бы это было мое заклинание, Блэк, вы бы так не веселились, поверь. - Проверим?! – тут же взвились ребята, выхватывая палочки. - А ну-ка хватит, я сказала!- Лили окончательно вышла из себя и пошла к коробке. Вдруг Северус схватил ее за руку и дернул назад. - Что ты себе позволяешь? – с презрением выкрикнула Лили, выдернув свою руку из его захвата. - Лили, не надо, вдруг там что-то опасное, - проговорил Северус, с подозрением глядя на неизвестно откуда появившуюся коробку, - Там может быть какое-нибудь темное проклятие. - Ну да, ты же у нас спец в этом деле, да Нюниус? – сказал Джеймс. – Правда, Эванс, лучше не подходи, мы сами разберемся. - Подождите, то есть вы хотите сказать, что никто из вас не знает что там? Но откуда она взялась? – спросила Лили. - Бинго! Ты как всегда догадлива, Эванс, - проговорил Сириус с сарказмом, - и, отвечая на твой второй вопрос: она взялась из ниоткуда, милая. Вспышка и она здесь. - Ой, хватит уже… - нетерпеливо отмахнулась Лили, - кто-нибудь проверьте ее на заклинания, я свою палочку оставила в спальне. - Пожалуй это сделаем мы – сказал Джеймс. - А то мало ли что этот тут наколдовал – ухмыльнулся Сириус.- Кстати, Эванс, непозволительная глупость с твоей стороны, выходить из гостиной ночью без палочки. Да еще и к слизеринцу. -Тебя это никоим образом не должно волновать, Блэк! – ответила девушка. Северус молча смотрел, как они направляют палочки на коробку и шепчут заклинания. Его вообще не особо интересовала коробка. Лили – вот кто его интересовал больше на данный момент. - Странно, ничего нет, вообще никакого магического фона, - задумчиво сказал Джеймс. - Ну как же так, а что за вспышка тогда? – отозвался Сириус. Услышав, что с коробкой все в порядке, Лили подошла к ней, чтобы рассмотреть поближе. На крышке был напечатан какой-то текст.

Ты шанс просил, чтоб все исправить Тебе судьба его решила предоставить . Но вот, чтоб шанс тот получить, Гордыню нужно усмирить. Условий несколько здесь есть, Чтоб поумерить вашу спесь. Открыть секрет ты сам не сможешь Тебе смирение поможет. Так вот послушай же наказ Чтоб получить тот самый шанс Собрать ты должен здесь тотчас своих врагов, А коль не хочешь – будь таков!

- Тут какое-то странное послание, - задумчиво произнесла Лили, - про шанс... - Как-как, Эванс? Шанс, говоришь? – смеясь, сказал Сириус. – Нюнчик, а это не тебе ли посылка? - Ну раз Нюнчику, то обойдется, - зло сказал Джеймс. – Вспыхни! – он направил палочку на коробку, но ничего не произошло. Коробка покрылась свечением и осталась стоять на месте невредимая, как и прежде. - Что за черт? – удивился Джеймс. - Ты с ума сошел, Поттер!? - воскликнула Лили, - Раз она здесь появилась неизвестно откуда, как вы говорите, то на ней могли быть чары неподвластные нашим знаниям. Ваша проверка могла ничего не показать, а твои действия могли привести к ужасным последствиям! К тому же ты не сможешь ничего сделать, пока не разгадаем загадку, если я правильно поняла. Нужно прочитать еще раз и понять о чем речь, – задумчиво сказала она. Лили сама не понимала, зачем ей это надо. По сути она должна развернуться и уйти, оставив и Северуса и коробку, ведь она не собиралась прощать его, а значит это ни в коей мере не должно ее интересовать. Но стало интересно, очень... - Нам то это зачем нужно, Эванс, - хмыкнул Сириус, - пойдем Сохатый, не думаю, что здесь есть что-то стоящее для нас. - Ну враги и так здесь, - мрачно ухмыльнулся Снейп, ещё раз прочитав текст, - спесь умерить это к Поттеру и Блэку, уж точно, - глаза Северуса злобно сверкали. - Твою спесь мы можем прямо сейчас поумерить, - сразу вскинулся Джеймс. - Да подождите вы! – закричала Лили, - неужели вы ничего не понимаете? Чтобы открыть коробку нужно умерить гордыню и спесь. В одиночку секрет не раскрыть, поэтому нужно смириться с тем, что эту загадку нам нужно разгадать вместе. - А кто тебе сказал, Эванс, что мы собираемся помогать в чем-то этому сальному придурку, - зло сказал Джеймс, но уходить не спешил, больно не хотелось, чтобы Лили осталась наедине с этим придурком. Ещё действительно простит и начнет помогать искать решение загадки. - Не больно мне и нужно ее открывать. Северус тут же разъяренно поднял палочку, но его остановила Лили. - Северус, послушай, возьми коробку и иди к себе, уже очень поздно, странно, что Филча еще не видно, завтра последний экзамен, а о загадке подумаем после того как все сдадим. Северус посмотрел на Лили. Неужели она простила его? Чтобы не упустить этот шанс на примирение он схватил коробку и стремительно покинул коридор. - Я что-то не понял, Эванс, - обратился к ней Джеймс, - ты что собираешься Ему помогать? - Не ваше дело, Поттер, - зло ответила Лили. Она развернулась и покинула коридор. Парни вошли вслед за ней, проследили взглядом, как Лили скрылась в сторону спален девочек и поднялись к себе. Питер и Ремус не спали и ждали их. - Где вы были так долго? – спросил Люпин, обеспокоенно глядя на друзей. - Да так, задержались у портрета Полной Дамы, - ответил Джеймс. И они с Сириусом рассказали, что произошло накануне. - Ну и ну, - протянул Люпин, - и что вы думаете по этому поводу. -А что тут думать, - отозвался Сириус, - никто ему помогать не станет. Это же Нюниус. Чем больше у него проблем, тем лучше, - и он злорадно усмехнулся. - Никто, кроме Эванс, - зло процедил Джеймс, взъерошивая волосы. – Я одного не могу понять, она что действительно его простит после того, как он при всех назвал ее грязнокровкой? Это же уму непостижимо! И Поттер стал мерить шагами комнату. Питер молча сидел и ни во что не вмешивался. Он всегда делал все так, как решит Джеймс. Лишь только Ремус мог время от времени вразумить друзей, и то не всегда. - Знаете, - сказал Ремус, - чую я, все не так просто, как кажется. Давайте обсудим это все после экзамена, а сейчас ложитесь спать. - Да что тут обсуждать! – воскликнул Джеймс. - Джеймс… - Ладно-ладно, Ремус, если ты так хочешь, то обсудим … потом.