Шанс все исправить. Книги.

- ГЛАВА 17. ЧЕЛОВЕК С ДВУМЯ ЛИЦАМИ. Посреди комнаты стоял профессор Квиррелл.       - Кто??? – воскликнули ребята.       - Вот это поворот! – не удержался Северус. Он то и сам почти поверил, что за камнем охотится профессор Снейп.       - Он мне, конечно, не нравился, но такого я не предполагал! – удивленно воскликнул Ремус. – Но по крайней мере теперь понятно, что от него хотел Снейп. Он его подозревал, отсюда и все угрозы       - Точно, - сказал Джеймс, - там, в лесу, он его обличал, а Гарри просто услышал лишь часть разговора. — Вы? — изумленно выдохнул Гарри.— Но я думал... — ошеломленно пробормотал Гарри. — Я думал... что Снейп... — Северус? — Квиррелл расхохотался, и это было не его обычное дрожащее хихиканье, но ледяной, пронзительный смех. —Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? Похож на огромную летучую мышь, парящую по школе и хватающую невинных учеников. Он оказался мне полезен. При наличии такого Снейпа, никто не мог заподозрить б-б-бедного за-за-заикающегося п-п-профессора Квиррелла. Квиррелл явно издевался, копируя собственное заикание. А Гарри все никак не мог поверить в происходящее. Этого не могло быть, просто не могло. — Но Снейп пытался убить меня! — воскликнул он ухватившись за спасительную нить. — Нет, нет и нет. — Квиррелл категорично замотал головой. — Это я пытался убить тебя, Поттер. Твоя подруга мисс Грэйнджер случайно сбила меня с ног, когда бежала к Снейпу, чтобы подпалить его мантию. Я упал, и зрительный контакт прервался. Мне не хватило нескольких секунд, чтобы сбросить тебя с метлы. Конечно, ты бы давно был мертв, если бы Снейп не пытался спасти тебя. Ведь это именно он бормотал себе под нос контр заклятие.       - Он его спасал, слава богу мы все ошибались! – сказала Лили. – Гарри кстати повезло, что оба профессора сидели рядом на трибунах, представьте, что бы было, если бы они сидели на противоположных?! Гермиона бы отвлекла Снейпа, своим огнем, и Квирреллу удалось бы погубить Гарри!       - Да уж... - задумчиво сказал Джеймс. — Снейп пытался меня спасти? — Гарри показалось, что он сходит с ума. — Разумеется, — холодно подтвердил Квиррелл. — А как ты думаешь, с чего это он решил судить следующий матч? Он пытался помешать мне сделать это снова. Это на самом деле смешно — ему вовсе не надо было так стараться. Я все равно ничего не мог сделать, потому что на матче присутствовал Дамблдор. А все преподаватели решили, что Снейп хочет помешать сборной Гриффиндора одержать победу. Так что Снейп сам себя подставил и стал весьма непопулярной личностью... Зря терял время, потому что сегодня ночью ты все равно умрешь.       - Нет! – воскликнула Лили испуганно. Квиррелл щелкнул пальцами. Появившиеся из пустоты веревки впились в Гарри, крепко связывая его. Гарри открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, но Квиррелл предостерегающе поднял руку. — Постой спокойно, Поттер, мне надо исследовать это любопытное зеркало. Только тогда Гарри увидел то, что стояло позади Квиррелла. Это было зеркало Еиналеж. — В этом зеркале кроется ключ к камню, — пробормотал Квиррелл, постукивая пальцами по раме. — Следовало догадаться, что Дамблдор придумает что-нибудь в этом духе... Но он в Лондоне... А когда он вернется, я буду уже далеко... Гарри судорожно пытался что-нибудь придумать. Но все, что пришло ему в голову — это втянуть Квиррелла в разговор и не давать ему сосредоточиться на зеркале. — Я видел вас со Снейпом в лесу! — выпалил он. —Да,—рассеянно согласился Квиррелл, обходя вокруг зеркала, чтобы посмотреть, что у него сзади. — Он уже был уверен в том, что это я, и пытался выведать, как далеко я готов зайти. Он с самого начала меня подозревал. Пытался меня напугать — как будто это было в его силах! Ведь на моей стороне сам лорд Волан-де-Морт... Квиррелл обогнул зеркало и жадно уставился в него. — Но мне всегда казалось, что Снейп меня ненавидит... — О, конечно, — равнодушно подтвердил Квиррелл. — Небо тому свидетель — он тебя ненавидит. Он учился в Хогвартсе вместе с твоим отцом, разве ты этого не знал? Они друг друга терпеть не могли. Но Снейп никогда не желал тебе смерти.       - И на этом спасибо, - вздохнул Джеймс. Он чувствовал огромную разницу между «не желать смерти» и «спасти от смерти». Представить, что Снейп может целенаправленно спасать его ребенка от смерти он не мог. Гарри судорожно пытался понять, что ему делать. «Сейчас больше всего на свете я хочу найти камень раньше Квиррелла, — подумал он. — Значит, если я посмотрю в зеркало, я увижу, как я его нахожу, то есть я увижу, где он спрятан! Но как я могу заглянуть в зеркало, чтобы Квиррелл этого не заметил и не понял, чего я хочу?» Гарри попробовал сдвинуться с места, но веревки крепко держали его — он пошатнулся и упал. Квиррелл не обратил на это никакого внимания. Он все еще разговаривал сам с собой. — Что делает это зеркало? Что оно показывает? Помогите мне, мой господин! Гарри похолодел от ужаса. В комнате раздался незнакомый ему голос. Казалось, что голос этот исходит из самого Квиррелла.       - «Человек с двумя лицами» - это реально человек с двумя лицами? – ошалело спросил Сириус, прервав чтение. – Жуть какая! Я думал – это так сравнение, вроде лицемерия, он ведь притворялся никчемным и заикающимся, а тут такое. Бррр.       - А где тогда второе лицо? – недоуменно спросил Питер.       - Страшно представить… - ответил Блэк. — Используй мальчишку... Используй мальчишку... Квиррелл повернулся к Гарри. — Иди сюда, — поторопил Квиррелл. — Загляни в зеркало и скажи мне, что ты видишь. Гарри подошел. «Я должен его обмануть, — приказал он самому себе, чувствуя, что находится на грани отчаяния. — Я должен заглянуть в зеркало и увидеть то, что мне надо, и соврать, только и всего». Он увидел свое отражение — бледное, испуганное лицо. Но мгновение спустя отражение подмигнуло ему. Оно засунуло руку в свой карман и вытащило оттуда кроваво-красный камень. А потом, снова подмигнув, засунуло камень обратно. Гарри ощутил у себя в кармане что-то очень тяжелое. Какими-то образом — каким-то невероятным образом — камень оказался у него.       - Круто! – присвистнул Сириус.       - Сразу вспоминаются слова директора, что когда Гарри вновь увидит зеркало, то будет готов к этому, - сказал Ремус.       - И тут не совсем приятная мысль закрадывается, а не предполагал ли Дамблдор, что мальчик окажется там, где находится то самое зеркало сейчас? – задумчиво сказал Джеймс.       - Нет, не может такого быть, - помотала головой Лили, только выглядело это не особо уверенно. – Не мог же директор целенаправленно подвергать Гарри опасности, правда?       - Даже не знаю уже… - ответил Джеймс, - почему зеркало до рождества было в другом месте? Его поместили сюда только после того, как Гарри узнал, как оно работает. Что, до этого камень не надо было в него прятать?       - От твоих слов мне не по себе, - призналась девушка, - в них есть логика, а это наводит на невеселые мысли. — Ну и что? — нетерпеливо спросил Квиррелл. — Что ты там видишь? Гарри собрался с духом. — Я вижу, как я пожимаю руку Дамблдору — выпалил он, стараясь врать поубедительнее. — Я... я выиграл для Гриффиндора соревнование между факультетами. — Он врет... Он врет... — Дай мне поговорить с ним... Я хочу видеть его лицо, и чтобы он видел меня... В оцепенении Гарри смотрел, как Квиррелл начинает разворачивать свой тюрбан. Наконец ткань упала на пол. Без нее голова Квиррелла, сильно уменьшившаяся в размерах, выглядела как-то странно. И тут Квиррелл медленно повернулся к Гарри спиной. Гарри готов был завопить от ужаса, но не смог выдавить из себя ни звука. Там, где должен был находиться затылок Квиррелла, было лицо, самое страшное лицо, которое Гарри когда-либо видел. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей—узкие щели, как у змеи. Но страшнее всего были глаза — ярко-красные и свирепые.       - Господи! – воскликнула Лили. – Сами-знаете-кто у него в голове! Как такое возможно вообще?!       - Похоже, подселение, - ответил Ремус, - Квиррелл впустил его в себя.       - Кошмар какой! – охнула девушка. Она испытывала одно потрясение за другим. Гарри внезапно ощутил, что к нему вернулись силы, и, спотыкаясь, попятился назад. Квиррелл приближался к нему — он шел спиной вперед, чтобы Волан-де-Морт мог видеть Гарри. На белом лице появилась улыбка. Гарри метнулся по направлению к двери. Через мгновение Гарри ощутил на своем запястье руку Квиррелла. Его лоб — как раз в том месте, где был шрам, — пронзила острая боль. Ему показалось, что голова его сейчас разлетится надвое. Гарри закричал, пытаясь вырваться, и, к его удивлению, ему это удалось. Боль стала слабее. Гарри поспешно обернулся, чтобы понять, куда делся Квиррелл. Профессор корчился от боли, глядя на свои пальцы, прямо на глазах покрывавшиеся красными волдырями.       - Почему? Что произошло? – недоумевала Лили. – Я уже вообще не понимаю, что здесь творится!?       - Кто бы знал… - сказал Джеймс. Квиррелл кинулся на Гарри и сбил его с ног. Гарри не успел опомниться, как Квиррелл уже оказался на нем Руки профессора держали его за горло. Боль в голове была такой сильной, что Гарри почти ослеп. Тем не менее, он отчетливо слышал, как Квиррелл завыл от боли. Квиррелл выпустил шею Гарри и с ужасом уставился на свои ладони. Гарри, к которому начало возвращаться зрение, заметил, что они покраснели и выглядят сильно обожженными. Казалось, что с них слезла кожа. — Тогда убей его, глупец, и покончим с этим! — хрипло выкрикнул Волан-де-Морт. Квиррелл поднял руку, собираясь наложить на Гарри смертельное заклятие, но Гарри инстинктивно рванулся вперед и ударил Квиррелла по лицу, метя в глаза... Квиррелл свалился с него. Все его лицо тоже покрылось ожогами. И Гарри внезапно понял. Каждый Раз, дотрагиваясь до него, Квиррелл испытывал жуткую боль. Так что у Гарри был единственный шанс. Он не должен был выпускать Квиррелла из рук, чтобы тот от боли позабыл обо всем на свете и не смог наложить проклятие. Гарри вскочил на ноги и вцепился профессору в руку. Квиррелл заверещал и попытался стряхнуть его с себя. Но и сам Гарри, только коснувшись Квиррелла, ощутил, как острая боль пронзила голову. Он снова почти ослеп. Но он слышал дикие крики Квиррелла, слышал голос Волан-де-Морта, вопившего: «УБЕЙ ЕГО! УБЕЙ ЕГО!» А потом пришли другие голоса, выкрикивавшие его имя. Но возможно, они ему только почудились. Гарри ощутил, как Квиррелл выкручивается из его захвата. Он понял, что все кончено, и провалился в темноту. Он летел все ниже, и ниже, и ниже...       - Он же не умер? – заплакала Лили. Нервы, которые и так были на пределе, сдали окончательно.       - Не плачь, Лили, - попытался успокоить девушку Джеймс, - конечно, он не умер, ты же знаешь, что еще шесть книг впереди.       - Просто мы знаем, что есть еще книги, но если не вспоминать о них, то, кажется, что он умер, - всхлипнула девушка. – Гарри такой смелый и самоотверженный, превозмогая боль, кинулся на Квиррелла.       - Да, Лили, ваш сын очень смелый, сообразительный и находчивый. И все обязательно будет хорошо, - сказал Ремус.

***

Гарри уловил, что над ним блеснуло что-то золотое. Снитч, конечно же, это был снитч! Гарри попытался поймать его, но казалось, что руки налились свинцом. Он моргнул. Это был не снитч. Это были очки. Как странно... Он снова моргнул. Из тумана выплыло улыбающееся лицо Альбуса Дамблдора. Гарри тяжело вздохнул и огляделся. Он только сейчас понял, что, судя по всему, находится в больничном крыле. Он лежал на кровати, а столик, стоявший рядом с ним, был завален сладостями. Казалось, что кто-то, специально для Гарри, скупил, по меньшей мере, пол магазина. — Знаки внимания от твоих друзей и поклонников, — пояснил Дамблдор, поймав взгляд Гарри. — То, что произошло в подземелье между тобой и Квирреллом — это строжайший секрет, и потому нет ничего удивительного в том, что его знает вся школа. Кстати, я полагаю, что именно твои друзья, Фред и Джордж Уизли, попытались передать тебе в подарок сиденье от унитаза. Не сомневаюсь, они полагали, что тебя это развлечет. Однако мадам Помфри сочла это несколько негигиеничным и конфисковала сиденье.       - Решили не посылать сестре, а подарить Гарри, - рассмеялся Сириус. — Я давно здесь? — перебил его Гарри. Он не мог сосредоточиться ни на чем, кроме случившегося. —Три дня. Мистер Рональд Уизли и мисс Грэйнджер будут весьма счастливы, что ты наконец пришел в себя. Они были крайне обеспокоены твоим состоянием.       - Три дня?! – охнула Лили. – Целых три дня он был без сознания!       - Слава Мерлину, теперь все хорошо! – сказал Джеймс. —А почему Квиррелл не мог прикоснуться ко мне? — Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь - такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.       - Вот и ответ на наш вопрос, - сказал Джеймс, - ты, Лили, своей жертвой и любовью, уже дважды спасла Гарри от Волдеморта.       - Хоть что-то хорошее в моей смерти есть! – вздохнула девушка.       - Неправда! – взвился Северус. – В твоей смерти нет абсолютно ничего хорошего! Вас должны были защитить и не допустить этой смерти и ее «положительных» последствий!       - Кто должен был нас защищать Северус? Каждый защищал себя и свою семью. Волдеморт мог прийти так же к кому угодно! – не согласилась девушка. Дамблдор замолчал и начал с интересом изучать сидевшую на подоконнике птичку. А Гарри, улучив момент, тайком вытер навернувшиеся на глаза слезы. —А мантия-невидимка,—спросил он, когда к нему вернулся дар речи. — Вы знаете, кто мне ее прислал? — Когда-то твой отец оставил ее мне. А я подумал, что, возможно, она тебе понравится. — Глаза Дамблдора засияли. — Полезная вещь... Твой отец в основном использовал ее для того, чтобы тайком пробираться на кухню в поисках еды. Это было, когда он учился в Хогвартсе.       - Не только для этого, - рассмеялся Джеймс, - уж поверьте, профессор, мы находим ей гораздо лучшее применение.       - Это точно! – поддержал Сириус. —И еще кое-что,—никак не мог успокоиться Гарри. —Давай, — приободрил его Дамблдор, словно почувствовав, что Гарри боится его разозлить. — Квиррелл сказал, что Снейп... — Профессор Снейп, Гарри, — поправил его Дамблдор. — Да, верно, Квиррелл сказал, что он меня ненавидит, потому что он ненавидел моего отца. Это правда? — Да, они испытывали друг к другу сильную неприязнь, — признал Дамблдор после секундного раздумья. — Примерно как ты и мистер Малфой. А затем твой отец сделал кое-что, чего Снейп так и не смог ему простить. — Что? — выдохнул Гарри. — Он спас ему жизнь. -Что?       - Что? – воскликнули Джеймс и Северус одновременно с Гарри. Гарри не верил своим ушам.       - Аналогичные чувства, - сказал Джеймс.       - Что могло случиться, чтобы тебе, Поттер, пришлось спасать мне жизнь? – мрачно спросил Северус. – А главное когда?       - Ты это у меня спрашиваешь? Понятия не имею! — Да-а-а... — мечтательно протянул Дамблдор. — Меня всегда забавляло то, какими странными путями порой следуют человеческие мысли. Профессор Снейп не мог смириться с тем, что остался в долгу перед твоим отцом... Я думаю, что именно поэтому он приложил столько усилий к тому, чтобы спасти тебя. Профессор Снейп верил, что таким образом он вернет долг твоему отцу. И спокойно сможет продолжать ненавидеть память о нем...       - А я сижу, голову ломаю, чего это Снейп моего сына так рьяно спасает, а оно вон что… Гарри попытался понять услышанное, но у него сразу разболелась голова. — И, сэр, — осмелился он. — Еще один вопрос... — Всего один? — улыбнулся Дамблдор. — Как мне удалось достать камень из зеркала? — А! — воскликнул Дамблдор. — Я рад, что ты задал этот вопрос. Это была одна из моих самых гениальных идей. Видишь ли, я сделал так, что только тот, кто хочет найти камень — найти, а не использовать, — сможет это сделать. А все прочие могли увидеть в зеркале, как они превращают металл в золото и пьют эликсир жизни, но не более того.       - Ну, хоть что-то прояснилось, - сказал Ремус.       - Кому прояснилось, а кому еще больше вопросов добавилось, - пробурчал Северус.

***

— Ты думаешь, он специально так все подстроил? Может, он хотел, чтобы именно ты это сделал? - задумчиво спросил Рон. — Раз это он прислал тебе мантию-невидимку и все такое... — Ну, знаете! — взорвалась Гермиона. — Если это он... Я хочу сказать, это ужасно, ведь тебя могли убить... — Да нет, все было правильно, — после паузы ответил Гарри. — Он странный человек Дамблдор. Я думаю, что он просто хотел дать мне шанс. И что он, в общем, знает обо всем, что здесь происходит. Так что Дамблдор был в курсе того, что мы задумали. Однако вместо того чтобы остановить нас, он меня кое- чему научил, подготовил меня к тому, что должно было случиться. Не думаю, что я случайно нашел зеркало Еиналеж, — это он подталкивал меня к тому, чтобы я его нашел, и сам объяснил мне, как оно действует. Мне даже кажется, это он решал, есть ли у меня право встретиться один на один с Волан-де-Мортом. И я доказал, что готов к этому...       - Ну, знаете! – повторила Лили. – Если бы у меня была возможность высказать все сейчас директору, я бы ему много чего сказала! Гарри чуть не умер! Встретиться один на один? Да это же самый страшный маг современности, а Гарри одиннадцатилетний ребенок. А я еще поверить не могла, что Дамблдор все подстроил… Какое право он имеет распоряжаться судьбой ребенка? Решал он, видите ли… Боже, я не знаю, что я сейчас готова сделать с директором, но явно ничего хорошего. Мне интересно просто, как бы он жил, зная, что отправил ребенка на верную смерть. Ведь ясно же, что Гарри чудом не умер. Вместо разговоров, в него сразу могла полететь авада.       Ребятам нечего было ни возразить, ни добавить на выпад Лили. В данный момент в головах у всех, после услышанного, была путаница из мыслей и разрушение идеалов и мировоззрений. Той ночью Гарри не снились кошмары, поэтому утром он почувствовал себя значительно лучше. — Я хотел бы пойти на банкет, — сказал он мадам Помфри, когда та раскладывала на столике рядом с кроватью Гарри его сладости, которые уже с трудом там помещались. — Я могу пойти, правда? — Профессор Дамблдор говорит, что я должна вас отпустить. — Судя по тону, мадам Помфри не одобряла решение Дамблдора. Похоже, она считала, что банкеты очень опасны для здоровья, и потому просьба Дамблдора неразумна. — Да, к вам пришел еще один посетитель. В ту же секунду в дверь протиснулся Хагрид. —э-э... подарок у меня для тебя есть. — Дамблдор мне вчера специально выходной дал, чтоб я все сделал. Короче, вот, держи... То, что Хагрид вытащил из кармана, было похоже на книгу в красивом кожаном переплете. Гарри с интересом раскрыл ее. Книга оказалась альбомом для фотографий. С каждой страницы ему улыбались и махали руками его родители. — Я вчера весь день сов посылал ко всем, с кем твои родители в школе дружили... да и после нее тоже, — пояснил Хагрид. — Чтоб фотографий прислали, потому как нету тебя ни одной... Ну что, нравится тебе? Гарри не смог ничего ответить, но Хагрид понял его и без слов.       - Представляю, как много для него значит это подарок, - сказал Ремус, - тем более, что у Дурслей не было ни одного фото Лили, а Гарри раньше не видел вас, только в зеркале.       - Да, поэтому он и не мог от него оторваться, - согласилась Лили, - а теперь у него будет альбом.       В другое время девушка, может быть более бурно отреагировала бы на подарок Хагрида, умилилась и даже бы скорее всего прослезилась, но гнев на директора бушевал в душе, и не находя выход, не утихал.

***

Гарри пришел на банкет, когда зал уже был полон. Он хотел сначала зайти в Общую гостиную Гриффиндора, чтобы прийти на банкет вместе со всеми. Но мадам Помфри сломала его планы, настояв на последнем осмотре. Поэтому когда Гарри вошел в Большой зал, все факультеты уже были там. Поскольку соревнование между факультетами в седьмой раз подряд выиграл Слизерин, то зал был оформлен в зелено-серебряной цветовой гамме. На стене за преподавательским столом висело огромное знамя Слизерина, на котором была изображена змея. Дамблдор обвел всех присутствующих взглядом своих лучистых глаз. —А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриффиндор —триста двенадцать очков. Третье—Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Когтевран—четыреста двадцать шесть очков. А на первом Слизерин — четыреста семьдесят два очка.       - Если бы не отнятые за дракона баллы, то Гриффиндор был бы наравне со Слизерином, - заметил Джеймс.       - Не совсем, Поттер, - сказал Северус, - у Малфоя тоже отняли баллы в тот день, поэтому Слизерин все равно был бы впереди.       - Если бы Гарри не забыл мантию, то – нет, - не сдавался Джеймс.       - Если бы много чего не было, то много чего и было бы, - отрезала Лили. Хватит разглагольствовать, давайте дочитаем уже.       - Лили, тебе бы выпустить пар… - аккуратно заметил Ремус, - мне кажется, намечается выброс, если ты не успокоишься, от тебя уже искры летят.       Остальные ребята взглянули на Лили и поняли, что про искры Ремус говорит совсем не в переносном смысле. Джеймс вскочил и пулей вылетел в коридор. В домашней аптечке он взял успокоительное и, накапав двойную дозу, протянул стакан Лили.       - Спасибо, - сказала девушка, выпив, - вроде полегче стало. —Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина. — Однако мы не учли последних событий... — Итак, — продолжил он. — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков... Подождите, подождите... Ага... Дамблдор задумался — или сделал вид, что задумался. — Начнем с мистера Рональда Уизли... — ...за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. —Далее... мисс Гермиона Грэйнджер, — произнес Дамблдор. — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. —И наконец, мистер Гарри Поттер. —объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина. — За железную выдержку и фантастическую храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков. Поднявшийся шум оглушил Гарри. Все, кто умел считать и одновременно хрипло вопить, уже поняли, что у Гриффиндора теперь четыреста семьдесят два очка. То есть столько же, сколько и у Слизерина Они почти выиграли соревнование между факультетами. Если бы Дамблдор дал Гарри еще одно очко... Дамблдор поднял руку. Зал начал затихать. —Храбрость бывает разной.—Дамблдор по-прежнему улыбался. — Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям! И за это я присуждаю десять очков мистеру Невиллу Долгопупсу. Если бы кто-то стоял за дверями Большого зала, он бы подумал, что здесь произошел взрыв, — настолько бурно отреагировали на слова директора за столом Гриффиндора. — Таким образом, — громко прокричал Дамблдор, пытаясь заглушить аплодисменты, которые только усилились оттого, что факультеты Когтевран и Пуффендуй тоже возликовали по поводу поражения Слизерина. — Таким образом, нам надо сменить декорации.       - Это не честно! – воскликнул Снейп. – Все эти баллы притянуты за уши! Хочешь компенсировать свой поступок, старый маразматик, так компенсируй лично им, а не всему факультету! Слизерин честно заработал свои баллы, а не никому не нужным героизмом и нарушением правил! В таком случае где наказание за запрет на посещение третьего этажа?!       - Ишь ты, как разошелся! – оскалился Сириус, - Может тебе тоже накапать успокоительного, а Снейп?       - Ну, это и правда не вполне честно, - сказала Лили, - лучше бы ничью тогда оставил, была бы впервые в истории школы ничья.       - Ничего, все правильно, - сказал Сириус, - как и говорил Сохатый, им просто вернули баллы за дракона. Он хлопнул в ладоши, и свисавшее со стены зелено-серебряное знамя стало ало-золотым, а огромная змея исчезла, и вместо нее появился гигантский лев Гриффиндора. Снейп протянул руку профессору МакГонагалл и начал трясти ее с вымученной улыбкой. Гарри на мгновение встретился с ним взглядом и сразу почувствовал, что отношение к нему Снейпа ни на йоту не изменилось. Но сейчас Гарри это не беспокоило. Главным было то, что в следующем учебном году он будет чувствовать себя куда лучше, чем в конце этого. Он будет чувствовать себя так же хорошо, как чувствовал, пока не подвел своих друзей. Это был лучший вечер в жизни Гарри. Он был даже лучше, чем те вечера, когда он выигрывал в квиддич, встречал Рождество и сражался с горным троллем. И он знал, что этот вечер он никогда не забудет. Никогда в жизни.       - Конец! – сказал Сириус и закрыл книгу. В тот же миг она замерцала и исчезла. – Оп-па! Ничего себе!       - Наверное, это для того, чтобы никто другой не смог ее взять и прочитать, - предположил Ремус.       - Так вроде ее кроме нас никто и не может прочитать, - сказал Джеймс.       - Ну, видимо, во избежание, - улыбнулся Люпин. – Итак, мы ее прочитали, теперь что дальше будем делать?       - Следующие книги придется читать уже в Хогвартсе, - сказала Лили. – Завтра утром я еду домой. Кстати, Джеймс, можно послать сову моим родителям, чтобы они встретили меня возле Дырявого котла?       - Конечно, пиши, я отправлю.