Шанс все исправить. Книги.

- Глава 19. ЭЛЬФИЙСКАЯ АГЕНТУРА, прочитал Джеймс, сегодня была его очередь.       (Возле койки Рона собрались все Уизли, миссис Уизли поблагодарила Гарри, за спасение сына и сказала, что уже половина их семьи обязаны ему жизнью. Рону предстояло пробыть в больничном крыле неделю. Ребята все гадали, кого именно хотели отравить, самого Слизнорта, Гарри или может Дамблдора. Самое опасное, по мнению Гермионы, что тем, кто за этим стоит, не важно сколько людей они прикончат, пока не доберутся до своей настоящей жертвы.) - А ведь действительно, - заметил Ремус, - все попытки делаются через третьи руки и неизвестно сколько человек может пострадать. В этот раз, считай, трое могли умереть. - Очень страшно стало, - поежилась Лили.       (Ребята вышли из палаты вместе с Хагридом, который тоже заходил навестить Рона. Полувеликан переживал, что Хогвартс снова может быть под угрозой закрытия, а также он проболтался, что Дамблдор недоволен Снейпом из-за того, что тот не хочет что-то делать. Ребята сразу подумали о Малфое. В гостиной Гарри дожидался Маклагген, он хотел заменить Рона на игре и Гарри согласился. Лаванда обиделась, что никто не сообщил ей о происшествии с Роном и постоянно приставала к Гарри с расспросами. Они с Маклаггеном жутко надоели Гарри за несколько дней. Гарри попросил Рона не притворяться спящим, когда приходит Лаванда, а просто сказать ей, что не хочет больше встречаться. Игра с Пуффендуем началась плохо. Маклагген, вместо того, чтобы заниматься своим делом, поучал других игроков и пропустил гол. Когда счет был 40-70 в пользу Пуффендуя, Маклагген в очередной раз отвлекся, забрав у загонщика биту и ударил ею подлетевшего к нему Гарри и тот отключился.) - Невероятно! - воскликнул Сириус. - Был бы он рядом, я бы ему накостылял! Не представляете, как чешутся руки! - Страшно даже представить, с каким счётом они проиграли без ловца и нормального вратаря! - простонал Джеймс. - Надеюсь, команда ему отомстит! - сказал Блэк. - Надеюсь Гарри не сильно пострадал, - сказала Лили.       (Гарри очнулся в больничном крыле и хотел идти убивать Маклаггена, но мадам Помфри его не пустила. Рон сказал, что они проиграли со счётом 320-60.) - Сколько?! - воскликнул Джеймс. - Он что так и не встал на ворота? Надеюсь команда ему и правда отомстит.       (Гарри вспоминал, как он ещё попадал в больницу из-за квиддича и ему пришла идея, как следить за Малфоем. Он решил вызвать Кикимера, но тот явился вместе с Добби, они были сплетены в клубок и колотили друг друга. Оказывается Кикимер оскорбил Гарри при Добби, а тот не смог этого стерпеть. Гарри и Рон растащили драчунов и Гарри запретил им драться. Он дал Кикимеру задание следить за Малфоем круглосуточно и Добби вызвался помочь.) - Отличная идея! - воскликнул Сириус. - А главное продумал формулировку хорошо. И чем Уизли опять недоволен? - Он раздосадован, потому что считает, что у Гарри уже мания, - сказал Ремус. - Он готов пропустить квиддич ради этого, конечно есть от чего беспокоиться, - сказал Джеймс, - но эта идея мне очень нравится. Жаль он раньше не додумался. - Глава 20. ХОДАТАЙСТВО ЛОРДА ВОЛАН-ДЕ-МОРТА, - начал следующую главу парень.       (Утром в понедельник ребят выписали. По дороге на завтрак Гермиона рассказала, что Джинни и Дин поссорились. Оказалось, Дин смеялся, когда Маклагген ударил Гарри битой и Джинни это не понравилось. Гермиона насторожилась, что Гарри так пристально этим интересуется. Ребят нагнала Полумна и передала Гарри приглашение от Дамблдора на этот вечер. У подножия лестницы Рона ждала Лаванда, они поругались из-за того, что Рон не сообщил ей о выписке и на завтраке не разговаривали. Вечером Гарри отправился к директору. Дамблдор спросил про задание и был очень разочарован, что Гарри предпринял всего одну попытку. Дамблдор сказал, что без этого воспоминания их встречи будут бесполезны и Гарри пообещал обязательно добыть его. Дамблдор вновь заговорил о Волдеморте, он раздобыл еще несколько воспоминаний о жизни Реддла после школы. Для начала директор рассказал, что Реддл закончил школу с высшими оценками, у него были блестящие перспективы и рекомендации для работы в Министерстве, а он устроился в «Горбин и Бэрк».) - Да ладно! Зачем ему это? - удивился Сириус. - Он ведь мог сделать карьеру в Министерстве и стать министром, если на то пошло. По сути тогда никакой войны бы не было, он бы просто сделал все что хотел. - А ведь и правда, - заметил Джеймс, - почему же тогда он пошёл путем убийства и террора?       (Дамблдор поведал, что до этого он хотел остаться в Хогвартсе преподавателем Защиты от Темных искусств, чтобы, как предположил директор, вербовать свою армию. Но профессор Диппет сказал ему, что он слишком молод и чтобы он приходил через несколько лет. В лавке «Горбин и Бэрк» Волдеморт выполнял особую работу, он уговаривал людей расстаться с тем или иным сокровищем, уступить их владельцам магазина для последующей продажи. В первом воспоминании Гарри увидел, как Реддл пришёл к Хэпзибе Смит, чтобы купить у неё доспехи гоблинской работы, но Хэпзиба не хотела так быстро переходить к делу и решила показать Тому свои сокровища, которые она не собиралась никому продавать. Первой была маленькая золотая чаша с двумя ручками, принадлежавшая когда-то Пенелопе Пуффендуй. Второй вещью был тяжелый золотой медальон, который Хэпзиба купила у Бэрка. Через два дня Хэпзиба Смит скончалась и в ее смерти обвинили домовика Похлебу, а чаша и медальон пропали.) - Интересно, если бы не медальон, он бы все равно её убил? - поинтересовался Сириус. - Неизвестно, - сказал Ремус, - но теперь мне кажется, что он устроился в лавку именно затем, чтобы найти его. - А как нашёл, то сразу уволился, все сходится, - согласился Джеймс. - Жаль домовика, - вздохнула Лили. - А хозяйку? - хмыкнул Сириус. - И её тоже, но она сама виновата, крутила своей старой задницей перед молодым парнем. Нечего было хвастаться, - сказала Лили. - Какие выражения! - фыркнул Блэк.       (После обсуждения поступка Волдеморта, Дамблдор перешел к следующему воспоминанию, в котором прошло десять лет с момента прошлого и принадлежало оно самому Дамблдору. Директор из воспоминания сидел в своём кабинете и к нему пришёл Волдеморт.)       Черты его были не теми, какие почти два года назад явились Гарри в большом каменном котле, в них было меньше змеиного, глаза пока еще не так сильно отливали багрецом, да и само лицо не превратилось в маску. И все же оно не было больше лицом красавца Тома Реддла. Это лицо казалось обожженным, черты утратили резкость, стали словно восковыми, перекошенными; белки глаз теперь уже навсегда налились кровью, хотя зрачки и не превратились пока в узкие щели, какими (как было известно Гарри) им предстояло стать. - Жуть какая! - передернулась Лили. - Что он с собой сотворил? И зачем? Судя по всему ему лет тридцать, раз десять лет прошло. - Мы не знаем, сколько он проработал в "Горбин и Бэрк", - сказал Ремус, - возможно больше пары лет. - Зачем он пришёл к Дамблдору? - поинтересовался Джеймс. - Ну это-то мы как раз точно узнаем, в отличие от вопроса Эванс, - хмыкнул Сириус.       (Волдеморт пришёл, чтобы ходатайствовать о предоставлении ему должности преподавателя. Но Дамблдор был наслышан о его деятельности и спросил, зачем ему это нужно, ведь он, на самом деле, никогда не хотел преподавать. Волдеморт разозлился отказу и ушёл, хлопнув дверью.) - И что, он на самом деле хотел преподавать? - удивился Джеймс. - Да нет, Сохатый, - сказал Сириус, - Дамблдор же сказал, что это только предлог. - А я не пойму, какой это год примерно? - спросила Лили. - По подсчётам примерно шестидесятый, но фамилии, которые он назвал меня смущают. - Наверное это родители наших однокурсников, - предположил Ремус. - Наверное, потому что ну не может же это быть уже сейчас, в наше время, - сказала девушка.       (Гарри спросил, зачем Волдеморт возвращался, но Дамблдор сказал, что ответит только тогда, когда Гарри добудет воспоминание. Дамблдор сказал, что именно с тех пор ни один преподаватель не задерживался на должности Защиты больше года.) - Значит он и правда проклял эту должность? - удивилась Лили. - Видимо, - пожал плечами Блэк. - А Снейп зачем тогда на неё все время рвался? Хотел побыстрее из Хогвартса свалить? - Хм, получается Дамблдор не то чтобы не доверял ему должность, а просто боялся, что проклятие подействует? - удивился своей догадке Поттер. - Действительно, - согласился Ремус, - похоже на то. - Глава 21. НЕПОСТИЖИМАЯ КОМНАТА, - продолжил Джеймс.       (Гарри ломал голову над тем, как уговорить Слизнорта поделиться своими подлинными воспоминаниями, но ни одна блестящая мысль его так и не озарила, листая учебник Принца он наткнулся на ещё одно заклинание Сектумсемпра - от врагов. Когда в гостиной, где ребята делали домашнее задание, остались только они трое появились Кикимер и Добби. Кикимер лишь восхвалял Малфоя, а Добби сказал, что тот регулярно ходит в Выручай-комнату, а разные ученики стоят на страже. Гарри думал, как могут сторожить Малфоя так много людей и понял, что тот украл Оборотное и это Крэбб и Гойл его пьют и сторожат Выручай-комнату. Поэтому они такие недовольные.) - В Выручай-комнате он может заниматься чем угодно, - сказал Сириус, - ведь она принимает любой вид. - Лишь бы Гарри опять не зациклился, - заметил Ремус, - а то Гермиона права, у него есть дело важнее.       (Но Гарри решил во что бы то ни стало проникнуть в логово Малфоя и собрался попробовать уже с утра. Гермиона не поддержала его, она сказала, что лучше бы он начал уговаривать Слизнорта. Выручай-комнату никто не охранял, значит там никого не было, Гарри стал пробовать разные варианты.)       «Мне нужно увидеть, чем занимается здесь Малфой...», «Мне нужно увидеть место, которое втайне посещает Малфой... », «Мне нужно, чтобы ты стала тем местом, каким становишься для Драко Малфоя...», «Мне нужно увидеть, что делает в тебе Драко Малфой» и наконец поневоле признал, что Гермиона была права: Выручай-комната просто не желала ему открываться. - Если бы это было так просто, то любой мог бы проникнуть сюда, - хмыкнул Сириус, - комната так не работает, что за бред, нужно представить конкретное помещение. - Причем это не комната не желает ему открываться, а он не ставит конкретный вопрос, - сказал Ремус, - особенно последний, «Мне нужно увидеть, что делает в тебе Драко Малфой». - Ага, этот вообще глупый, - согласился Блэк.       (Рон и Гермиона собрались в Хогсмид на испытания по трансгрессии, а Гарри в это время снова решил наведаться к Выручай-комнате. Гермиона снова сказала, что лучше бы он пошёл к Слизнорту. Гарри всю последнюю неделю пытался поговорить с профессором, но он ускользал от него, не давая застать в одиночестве.) - Я даже не знаю, что Гарри будет делать, - вздохнула Лили, - как он должен его уговорить, если Слизнорт не идёт на контакт? Может Дамблдор ошибся, что Гарри это по силам?       (Гарри надел мантию-невидимку и открыл карту. На ней он увидел Гойла на восьмом этаже. Подкравшись, он напугал его и стал пробовать открыть дверь, пока там Малфой. Ничего так и не вышло. Мимо прошла Тонкс. Она была все также не в форме и сказала, что приходила к Дамблдору, но его не было. На обеде ребята рассказали о своих успехах на уроке трансгрессии, а Гарри о Тонкс. Он предложил, что может она была влюблена в Сириуса, а Рон сказал, что она просто спятила.) - Ну вообще-то мы родственники! - возмутился Сириус. - А разве у чистокровных это не норма? - спросила Лили. - Она тебе кто? - Двоюродная племянница, - сказал Блэк, - это слишком близкое родство. Я вообще не понимаю, почему она так убивается, если мы почти не общались. - Знаете, - сказал Джеймс, - я вот не понимаю зачем было целую главу посвящать тому, как Гарри пытается попасть в Выручай-комнату. Информации в ней вообще ноль, кроме того, что мы теперь знаем где прячется Малфой. Только время потратили. И кстати, я так понимаю, неделя прошла с матча, а что там с Маклаггеном так и не написали. Интересно же разобралась с ним команда или нет. Все только про Малфоя. - Точно! - воскликнул Сириус. - Жаль. - Ну ладно, пойдемте, завтра продолжим, - сказала Лили.

***

На следующий вечер читать начал Ремус. - Глава 22. ПОСЛЕ ПОХОРОН. - Господи, кто-то умер? - ужаснулась Лили. - Надеюсь это на самом деле не так страшно, как кажется, - обеспокоился Джеймс.       (Гарри терпел неудачи как с Малфоем, так и со Слизнортом. Ребята сидели во дворе замка, когда какая-то девочка принесла Гарри записку. Гарри испугался, что это от Дамблдора, но записка оказалась от Хагрида. Умер Арагог и Хагрид просил ребят прийти на погребение.) - Ты оказался прав, Сохатый, - сказал Сириус, с облегчением, - ничего страшного, всего лишь паук.       (Ребята решили не идти, а Гермиона сказала, чтобы Гарри ещё раз попытал удачу на зельеварении, потому что основная часть учеников будут на испытании трансгрессии. И тут Рон вспомнил про Феликс Фелицис, но Гарри не хотел тратить его на это и решил сначала попробовать сам.) - Ох, ну конечно, закадрить девчонку гораздо важнее! - фыркнула Лили. "Почему я никогда не пробовал сварить его?" - подумал Северус. - "Вдруг получится, тогда у меня будет гораздо больше шансов, чем от этих книг. Правда мне никаких денег не хватит на ингредиенты. Эх...".       (На урок пришли всего три человека и Слизнорт сказал сделать что-нибудь забавное, на их вкус. Гарри отыскал в книге переделанный рецепт Эйфорийного эликсира и решил приготовить его, если Слизнорт снимет пробу и придёт в приятное расположение духа, то может поделится воспоминанием. Но, как только закончился урок, Слизнорт быстро удалился.) - Однозначно надо пить Феликс, - вздохнул Джеймс, - он же даже слово вставить не успевает. - А если бы он его не выиграл, то тогда вообще не понимаю, как он должен был выполнить задание, - покачала головой Лили, - Дамблдор слишком много от него ждёт.       (Гарри решил все-таки выпить глоток зелья, чтобы хватило на пару часов. Как только Гарри глотнул эликсир, то понял, что ему нужно идти к Хагриду. По пути парень увидел Слизнорта и решил рассказать ему куда идёт. Слизнорт захотел добыть яд акромантула и решил тоже пойти к Хагриду. Слизнорт тайком наполнил колбу ядом, а потом даже сказал несколько слов над могилой, после чего они с Гарри повели Хагрида в хижину. Слизнорт разлил вино по кружкам, Гарри делал вид, что пьёт, а когда вино в бутылке стало заканчиваться применил заклинание подзаправки. Когда Хагрид и профессор были уже основательно пьяны, Хагрид вдруг вспомнил родителей Гарри, а потом, когда он уснул, Гарри развил тему и, надавив на память о матери, попросил Слизнорта отдать воспоминание. И Слизнорт сдался.) - Получилось! - воскликнула Лили, счастливо. - Благодаря тебе! - улыбнулся Джеймс. - Твоей доброте, храбрости и таланту! - Не льсти мне, Поттер! - улыбаясь, сказала девушка. - Разве это лесть? Это слова Слизнорта, только в память о тебе он сдался на уговоры Гарри, - возразил Джеймс. - Он прав, Эванс, - сказал Сириус, - ты помогла Гарри выполнить задание. Ну и Феликс. - Глава 23. КРЕСТРАЖИ, - начал следующую главу Ремус.       (По пути в гостиную Гарри заметил, что зелье начало выдыхаться. Он чуть не нарвался на Пивза, а Полная Дама вообще отказалась его пускать, сказав, что пароль сменился. Зато Гарри узнал от Почти Безголового Ника, что Дамблдор вернулся и помчался к нему. Дама кричала ему в след, что пароль прежний, но Гарри уже летел к кабинету директора.) - Возможно, эликсир ещё действовал и просто Гарри нужно было узнать, что директор вернулся, - заметил Ремус. - Скорее всего, ведь его так никто и не заметил по пути к кабинету директора, - согласился Сириус.       (Узнав, зачем пришёл Гарри, Дамблдор тут же достал Омут. Вместо первого тумана, в котором Слизнорт говорил, что Реддл пойдёт по кривой дорожке, Гарри услышал совершенно противоположное.)       — Что до вашей сверхъестественной способности узнавать то, чего вам знать не положено, равно как и до осмотрительной лести, с коей вы обращаетесь к людям, от которых многое зависит... Кстати, спасибо за ананасы, вы совершенно правы, это мое любимое... Несколько мальчиков захихикали снова. — ...лакомство. С уверенностью предрекаю вам, что лет через двадцать вы подниметесь до поста министра магии. Через пятнадцать, если так и будете присылать мне ананасы. У меня в Министерстве великолепные связи. Том Реддл лишь улыбнулся, остальные мальчики загоготали. Гарри отметил, что он, далеко не самый старший в их компании, тем не менее почитается ими за главного. — Не думаю, что политика — мое предназначение, сэр, — сказал Реддл, когда утих смех. — Прежде всего, мое происхождение не из тех, какое необходимо для подобной деятельности. Двое мальчиков из его окружения обменялись самодовольными ухмылками. Гарри не сомневался, что обоим пришла в голову распространенная в их кругу шуточка, явно относящаяся к тому, о чем они знали или догадывались — к наличию у их предводителя прославленного предка. — Глупости, — коротко отозвался Слизнорт, — яснее ясного, что вы, с вашими-то способностями, происходите из славного рода волшебников. Нет, вы далеко пойдете, Том, я в своих учениках никогда еще не ошибался. - Почему он решил скрыть эту часть? - удивилась Лили. - Реддл действительно мог бы стать министром, если бы не решил пойти дорогой убийства и террора. - Потому что Слизнорт предрекает ему большое будущее и всячески нахваливает и одобряет, - сказал Сириус, - а ты же слышала, он сказал Гарри, что ему стыдно за этот вечер. - Да, но от него, по словам директора Дамблдора, все преподаватели были без ума. Он же не знал тогда, что из него вырастет, - пожала плечами девушка.       (Когда Реддл спросил о крестражах, то снова никакого тумана не было.)       Слизнорт уставился на него, рассеянно поглаживая толстыми пальцами ножку бокала. — Пишете самостоятельную работу по защите от Темных искусств, не так ли? Гарри готов был поспорить, что Слизнорт отлично понимает — к учебе вопрос Реддла никакого отношения не имеет. — Не совсем так, сэр, — ответил Реддл. — Я наткнулся на этот термин, читая кое-что, и не вполне его понял. — Вам пришлось бы приложить изрядные усилия, Том, чтобы найти в Хогвартсе книгу, содержащую подробные сведения о крестражах. Это материя очень Темная, Темная по-настоящему, — сказал Слизнорт. — Но вам-то, разумеется, известно о них все, сэр? Такой волшебник, как вы... Простите, возможно, вы не имеете права говорить об этом. Просто я понимаю, что если кто и способен о них рассказать, так это вы... Вот и решился спросить... «Проделывает он это просто здорово! — думал Гарри. — Колебания, небрежный тон, в меру лести и ни единого перебора, ни в чем». Гарри обладал большим опытом выпытывания с помощью лести сведений у тех, кто не желал ими делиться, а потому не мог не признать в увиденном работу настоящего мастера. И готов был с уверенностью сказать, что в этой информации Реддл нуждается очень и очень, не исключено, что к разговору со Слизнортом он готовился не одну неделю. — Ну что ж, — произнес Слизнорт, не глядя на Тома, но поигрывая ленточкой, украшавшей крышку коробки с засахаренными ананасами, — разумеется, если я предоставлю вам сведения общего характера — просто ради истолкования этого термина, — вреда никому не будет. Словом «крестраж» обозначается материальный объект, в который человек прячет часть своей души. — Но я не совсем понимаю, как это можно сделать, сэр, — сказал Реддл. - И я тоже, - нахмурился Джеймс, - что вообще значит спрятать часть души? Душа же в теле, как можно куда-то заключить её часть? Он с ума сошел? - Это наитемнейшая магия, профессор же сказал, - хмуро сказал Сириус, - зачем Слизнорт вообще об этом ему говорит, не понимаю. Лучше бы послал, как в первоначальном варианте. Так сильно любит ананасы?!       Своим голосом он управлял очень умело, но Гарри чувствовал, что Реддл волнуется. — Ну, видите ли, вы раскалываете свою душу, — сказал Слизнорт, — и прячете часть ее в объект, находящийся вне вашего тела. После этого, если на тело кто-либо нападет или даже уничтожит его, вы все равно умереть не можете, поскольку часть вашей души остается привязанной к земле, неповрежденной. Правда, существовать в подобной форме... Слизнорт поморщился, а Гарри внезапно вспомнил слова, услышанные им почти два года назад: «Я был вырван из тела, я стал меньше, чем дух, чем самое захудалое привидение... но все-таки я был жив». — Немногие согласились бы на это, Том, очень немногие. Смерть могла бы казаться куда более предпочтительной. Владевшая Реддлом жажда узнать как можно больше была теперь видна невооруженным глазом; на лице его появилось выражение алчности, он уже не мог скрывать свое вожделение. — Но как же раскалывается душа? — Что ж, — ответил, поежившись, Слизнорт, — вы должны понимать, что душа мыслится как нечто неповрежденное, целостное. Расколоть ее — значит совершить противное природе насилие. — Но как его совершить? — Посредством злого деяния, высшего деяния зла. Убийства. Убийство разрывает душу. Волшебник, задумавший создать крестраж, использует это увечье к собственной выгоде: он заключает оторванную часть души... — Заключает? Как? — Для этого существует заклинание, только не спрашивайте меня о нем, я его не знаю! — ответил Слизнорт, встряхивая головой, точно старый слон, которого одолели москиты. — Разве я похож на человека, который опробовал его? На убийцу? — Нет, сэр, разумеется, нет, — поспешно сказал Реддл. — Простите, я не хотел вас обидеть. — Что вы, что вы, какие обиды, — хмуро откликнулся Слизнорт. — Интерес к подобным вещам естественен... Для волшебников определенного калибра эта сторона магии всегда была притягательной. — Да, сэр, — сказал Реддл. — Я, правда, одного не понимаю... Мне просто любопытно, много ли проку от одного-единственного крестража? Не лучше ли, чтобы обрести побольше силы, разделить душу на несколько частей? Ну, например, разве семь — не самое могучее магическое число и разве семь... — Клянусь бородой Мерлина, Том! — возопил Слизнорт. — Семь! Неужели мысль об убийстве даже одного человека и без того недостаточно дурна? Да и в любом случае... разделить душу надвое — уже плохо, но разорвать ее на семь кусков!.. Теперь Слизнорт выглядел совсем растревоженным, он смотрел на Реддла так, словно никогда прежде его не видел, и Гарри понимал — Слизнорт сожалеет о том, что вообще ввязался в этот разговор. — Разумеется, — пробормотал он, — наша беседа всего лишь гипотетична, не правда ли? Чисто научное... — Да, сэр, конечно, — поспешно ответил Реддл. — И все-таки, Том, сохраните сказанное мной в тайне, — ну то есть тему нашего разговора. То, что мы поболтали немного о крестражах, вряд ли кому понравится. Понимаете, в Хогвартсе эта тема под запретом. Особенно лютует на сей счет Дамблдор. — Никому ни единого слова, сэр, — пообещал Реддл и покинул кабинет профессора, однако Гарри удалось мельком увидеть его лицо, наполненное тем же безумным счастьем, какое отразилось на нем, когда Реддл впервые узнал, что он волшебник, счастьем, которое не оттеняло красоту его черт, но почему-то делало их менее человечными. - Боже мой! - ахнула Лили. - Какой кошмар! Хорошо, что профессор не знает этого заклинания! Неужели Реддл создал их? - На собеседовании у Дамблдора он сказал, что продвинулся в области магии очень далеко, - задумчиво сказал Ремус, - думаю он их создал. Тем более он уже убил своих родственников, а значит душа его расколота и осталось лишь найти заклинание. - А если учесть, что он не умер в день, когда пришёл к нам, то точно создал, - сказал Джеймс, - и Гарри вон вспомнил его слова. Но неужели и правда семь? - Не дай Мерлин! - воскликнул Сириус. - Тогда всё противостояние вообще бессмысленное. Наши жизни ни черта не стоят, ведь он не может умереть! Это воспоминание действительно было очень важно. Северус пребывал в шоке от услышанного. Неужели это все правда?       (Вынырнув из омута, Дамблдор подтвердил, что подозревал о том, что Реддл расколол-таки свою душу. Он сказал, что дневник, который Гарри уничтожил на втором курсе, был крестражем. И то, как беспечно к нему отнесся Волдеморт, говорит, что он был не один.) - Получается один уже уничтожен, - сказал Джеймс, - но неизвестно сколько он успел сотворить, может и правда семь. - Он уничтожен в 1993, Сохатый, - покачал головой Сириус, - а где он сейчас, они все?! - У Малфоя дневник, - сказала Лили. - Неизвестно, может ещё нет, - возразил Сириус. - Будем надеяться, что директор и Гарри найдут все, - сказал Ремус, - и тогда мы будем знать сколько их и что это. - Вот только кое кто может слить информацию своему обожаемому Лорду! - сказал Блэк. - Северус этого не сделает! - воскликнула Лили. - Правда Северус? Ты же больше не хочешь присоединиться к этому монстру? - Нет, Лили, конечно нет! - горячо сказал девушке Снейп.       (Дамблдор сказал, что возможно крестражей шесть, а седьмая часть души - это та, которая обитала в виде духа все эти годы. Один уже уничтожил Гарри, ещё один сам Дамблдор. То самое кольцо тоже было крестражем и именно из-за него почернела рука директора. Его Дамблдор нашёл в лачуге Мраксов. Ещё два, по предположению, это медальон Слизерина и чаша Пуффендуев.) - Обалдеть! - присвистнул Сириус. - Вот это размах! Вот для чего он украл их у Хэпзибы Смит! Даже представить боюсь, что из себя представляют два последних.       (Дамблдор предложил, что два последних должны быть связаны с Когтевраном и Гриффиндором.) - Логично, - согласился Ремус. - Но ужасно! - сказала Лили. - Так осквернить наследие Основателей!       (Дамблдор предложил, что Реддл мог отыскать реликвию Когтеврана, но меч Гриффиндора точно был на месте. Директор сказал, что склоняется к змее Реддла - Нагайне, и что создал его Волдеморт уже в 1994 году, когда убил магла в доме Реддлов.) - Получается, к 1980 году у него точно было пять крестражей, - сказал Джеймс. - Это уже плюс, - сказал Сириус, - мы непременно их найдём и уничтожим. Теперь мы знаем, что сражаться бессмысленно, пока они существуют. - У нас есть пара лет, чтобы подготовиться, - улыбнулся Джеймс, - какое преимущество! Спасибо книгам! Это действительно ШАНС!       (Дамблдор сказал, что скоро отправится за очередным крестражем и пообещал взять Гарри с собой. Также Дамблдор сказал, что если уничтожить все крестражи, то Волдеморта можно будет убить, но сила все равно останется при нем и потребуется могущество, чтобы его победить. Он сказал, что Волдеморт сам выбрал Гарри, потому что испугался, а если бы он не узнал о пророчестве, то оно ничего бы не значило. Гарри хочет победить Волдеморта ради родных и потому что тот не оставит его в покое, а Лорда на это толкает именно пророчество.) - Это все говорит о том, что мы вполне можем сами победить его! - воодушевленно воскликнул Джеймс. - А если главная составляющая победы - это любовь, то тем более. Все мы наделены этим чувством, а за спасение вас всех я готов на все! - Это и есть то, чего лишён Лорд, - сказал Ремус, - он думает только о себе и спасении своего тела от смерти, а мы боремся за любимых. Вот что пытается донести директор! - Друзья, я теперь как никогда верю в нашу победу! - воскликнул Джеймс. - Он не придёт в мой дом, когда я буду безоружен! Даже если я все же погибну, то не напрасно и заслоню собой как можно больше любимых людей! - Слова настоящего мужчины! - хлопнул друга по плечу Сириус. - Я буду стоять плечом к плечу с тобой, Сохатый! - Мы все будем! - сказал вдруг Питер, уверенно. - Я не предам вас, поверьте мне! - Увидим, - посмотрел ему в глаза Джеймс. У Лили внутри что-то дрогнуло. Такого Поттера она ещё не видела. Такой Поттер заставил её сердце забиться быстрее. Что это именно, она ещё не знала, но своего шанса он точно достоин, она больше не будет бегать от него и кривиться, здесь есть что разгадать и узнать лучше.