Не нужно вина, ты пьяна мной

POV Влада Смирнова Напичкав Яру словами «я могу рассказать всё директору» и «как вам не стыдно», мама заставила мою стерву принять не простое решение, с которым я также согласилась: — Хорошо, тогда давайте поспорим. Если к выпуску Влады наши чувства друг к другу не изменятся, то вы смиритесь с тем, что мы вместе и не будете больше вставлять нам палки в колёса, хорошо? — серьёзно воззрившись на маму, Яра-таки добилась своего. — Ну хорошо, раз вы всё ещё в таком детском возрасте, чтобы спорить. Но имейте в виду, ваши с ней отношения все эти пару месяцев должны быть не более чем между учителем и ученицей: никаких «проводить до дома», гулянок после школы и вообще всего, что может выходить за рамки отношений педагога с учеником. Это ясно? После ухода Яры, мама решила наказать меня за случившееся с моим другом и потому решила, что будет лучше если я снова буду погружена в учёбу, а родители никуда не уедут. Из-за меня они приехали обратно. А всё эта соседка и...Чёрт, ну точно, моих предков должны были оповестить о том, во что я вляпалась на время их отсутствия. Ээх, а ведь прошёл только день. Плохая я всё-таки дочь. Яра, словно приняв к сведению слова мамы, стала говорить со мной только по делу, лишь раз передавая мне лист со словами: «о нас поговорим после экзаменов. На выпускном». Стало не по себе, но...она права. И если честно, то после этих слов мой аппетит резко пропал, стремление учиться появлялось только тогда, когда я входила в кабинет любимой. А она...А она будто нарочно не появлялась, пока не прозвенит звонок на урок, чтобы между нами не образовалось неловкого молчания. Мне....плохо от такого отношения к себе. Но то послание...Я решила потерпеть. Однако, непреодолимое желание накинуться на неё и обнять никуда не пропадало. А эта стерва вдобавок ко всему ещё и запретила провожать себя. Было обидно, но я держалась. Пробовала даже спровоцировать её на ревность, беря под руку Ирку или лп, но...Она так молчалива и холодна, что я, чёрт возьми, начинаю сомневаться — а любит ли она меня? — Влада, ты почему так мало питаешься? Смотри, скоро анорексичкой станешь. Хочешь, чтобы я потом тебя откармливала? — усмехаясь, заметила Яра, проходя как-то мимо меня, когда я снова пыталась развести её на ревность, наигранно строя радость и с трудом улыбаясь, притянув Дашку за талию к себе. Моя апатия....вмиг улетучилась. Яра...говорила это искренне, с заботой и...явно была зла на меня за мой аппетит. —Хорошо, специально из-за вас буду кушать больше, — повернувшись к ней с довольной улыбкой молвлю, чувствуя в себе силы учиться. Мама не могла сначала понять отчего я такая радостная вдруг, но потом вновь нахмурившись признала своё поражение. Ей тоже...не нравилась моя апатичность. Маме часто приходилось готовить на двоих и только чай заносить ко мне в комнату, так как я даже на завтраки не приходила. Её, как и моё, настроение ухудшилось. Как не старалась, а не могла выдавить из меня желаемого — улыбку, смех или согласие перекусить. Уверена, мама понимала, что оказалась не права, но признавать этого она не могла. Да и к тому же, я сама корю себя за свои чёртовы потребности. Я никогда ничем не была обделена: всегда с хорошим настроением, всегда рассудительна и действую порой полагаясь на эмоции, но сейчас...когда в один миг у меня отбирают то, к чему я не просто привыкла и полюбила...моё «Я» в замешательстве и....в отчаянии, что ли. Однако, даже так, несмотря на все наши пререкания с родителями, я не могла не признать, что они правы и что...моё естество жаждет Яру. Глядя на эту стерву мне хочется подойти к ней, прикоснуться, обнять, подняться на носочки и подарить поцелуй. Но я...Я не должна... И всё же, таки не выдержала. Увидев её как-то в туалете, когда она мыла руки, а в тот момент Танька хотела зайти следом покурить, я мигом отогнала подругу под предлогом того, что там педагог, и, оставшись наедине, не давая выхода уйти своей возлюбленной, припечатала её к кабинке — там же закрывшись — поцеловала что было сил. Она сначала сопротивлялась, пытаясь легонько оттолкнуть, ухватившись за талию, однако я первой нарушила границы, схватив её за кисть и приложив ту к своей щеке. — Коснись меня, — гранича с безумием, молвила я. «Хотя бы один раз. Всего один раз. Умоляю». — и когда только я превратилась в лёгкую добычу? Умоляю раздеть себя, брать хоть прямо здесь. И кто из нас ещё извращенка? — Только в этот раз, — тихо прошептав, наклонилась и подарила столь желанный поцелуй, обвивая руками мою талию. Её руки поневоле начали скользить по моему телу, даря приятнейшие ощущения —заставляя извиваться, часто дышать и томно стонать. Прикусив мою мочку уха, Яра тихо простонала, едва уловив мою руку на своём бедре. Не думала, что она так быстро заведётся. Однако на этом нам пришлось остановиться. Прозвенел звонок и с тем же загудел мой телефон, заставивший Яру и меня «прийти в себя». — Хах, мы только что нарушили школьное правило и проиграли спор, — с досадой это вымолвив, Яра поцеловала меня в лоб и резко притянув к себе, сжала мою голову в своих дыньках. — Нам потом от твой мамы достанется, честная ты моя. Расскажешь? — Придётся. — едва выдавив, киваю, отступая на шаг назад. Вечером, я-таки решилась сказать маме о случае в туалете за ужином. — Мам, я...я поцеловала Яру сегодня. Первой не выдержала. — бубню, чувствуя резкий приток крови в теле. — Ч-что? — она удивлённая воззрилась на меня. — Т-то есть вы... — Ага, целовались. — вот ведь...глыба льда. Взяла и выдала всё под чистую. — Т-т-тогда... — Поздравляю, — обрывает маму отец. — Вы прошли тест, — кладёт вилку на тарелку и переводит взгляд на меня. — То, что вы не смогли сдержаться и значит, что вас тянет друг к другу. — Н-но дорогой... — Достаточно, милая, — посмотрев на жену, отметил батя. — Ты же сама видела, что творилось с Владой. Хочешь продолжать? Она замолчала. Может по виду и не скажешь, но спокойствие отца и есть его серьёзность к происходящему. Блин, вот значит откуда у меня такая тяга к тому, что мне нравится? Это всё гены отца на меня так влияют! В общем, дальше я и моя стерва продержались как могли. А значит...Яра меня после услышанного от родителей попросту заталкивала при первой же возможности в безлюдное местечко и там же чуть ли не насиловала особо не церемонясь— жёстко и грубо целуя, часто кусая мне губу — за все мои попытки заставить её приревновать себя. Что ж, я сама напросилась: она ведь предупреждала, а также...как мне показалось, у неё ещё и недотрах. Но всё-таки, одно я знала точно — мы поглощены друг другом. И да...она хорошо справляется с задачей наказать меня. Всякий раз возбуждала и меня и себя, но этот же всякий раз через «не хочу» останавливала наши жаркие дыхание и тянущиеся, как магниты друг к другу, тела. Худо-бедно, я дожила до своего выпускного. Мама всё также возражала на счёт наших отношений с Ярой, отец постоянно её успокаивал — и как у него ещё нервы не сдали? — а я со своей стервой...да блин! Как только она поняла, что мои родители нас поняли, так сразу возобновила свои домогательства! Но до секса так и не доходило. Хах, мне даже казалось, что Яра выходит за свои рамки принципов и всего, что считает своим приоритетом, чтобы сдержать своё слово наказать меня. В общем, в день получения своего аттестата об отличии, мама меня по своей прихоти отвела к парикмахеру, потом в салоны красоты, и так далее. Я хз чем они отличаются друг от друга и даже забывала порой как они называются. Как бы то ни было, а терпеть приходилось, чтобы на вручении соответствовать маминым требованиям(на которые, кстати, она записала меня, как оказалось, ещё неделю назад). А папа...бля, он только фоткался со мной и то со смехом. Ну да, видеть меня с навороченной причёской, макияжем на всё лицо, лаком на всех двадцати пальцах и красным платьем чуть выше колен и туфельками — для него что-то новенькое. Мне было стыдно всё время, что я шла к одноклассникам. Мы сначала решили встретиться в школе, а потом все вместе идти на вручение аттестата. Я всю дорогу дрожала и боялась. Не так сильно, как в тот день, когда собиралась идти в школу после потери своей девственности, но довольно сильно точно. Я не могла смотреть вперёд, только на асфальт. За мной шли мои родители и это ещё больше било по моей уверенности в себе. А потом...я столкнулась снова с ней. — Влада, ты хотя бы смотри вперёд, — констатировала эта стерва беря меня под руку. — Мы сейчас в школе, так что твои родители нам ничего не сделают. Пошли в мой кабинет, я тебе помогу успокоить дрожь. — хихикнув, прошептала Яра, переплетая наши пальцы. Эта женщина..! Вот какого хрена я тут сижу на своём стуле и позволяю ей делать со мной что захочется?! Ну, по крайней мере с волосами. Все мелкие заколки вытащила и какой-то мотив песни напевает себе под нос и делает причёску....своей расчёской. — В отличии от тебя, я всегда при себе храню всё необходимое. — молвит стоя за моей спиной, выпрямляя мои волосы. — Кстати, платье ты выбирала или родители? — Родня, — отвечаю как есть, думая, что не стоит ей рассказывать о намерении моей мамы похвастаться мной не столько перед девочками, сколько перед парнями. — Что ж, в отличие от них у тебя нет вкуса. — констатирует, внезапно кусая меня за ушко. Я тихо шикнула и та, пользуясь моментом, начала посасывать мочку уха, заставляя меня начать ёрзать на стуле. — Хочешь...расслабиться немного? — спрашивает, запуская свою руку мне под платье. — Нет уж, — еле как одёргиваю её кисть, добавляя: — Ты терпела больше месяца, потерпишь ещё один день. — говорю как можно строже, и та только недовольно мычит, продолжая работать над моей причёской. — Влада, — спустя пару минут снова подаёт голос эта стерва. — Ну чего тебе? Заканчивай уже, а то всё пропустим из-за тебя. — лениво молвлю, получая удовольствие от прикосновений пальцев Яры к моему затылку. — Ты принадлежишь только мне, — блять, опять заладила. — Да знаю я, — бубню, скрещивая руки на груди, как моя учительница обнимает меня, утыкаясь лбом мне в макушку. — Ты только моя, — это что, мантра у неё такая, или... — Яра, ты что, не умеешь признаваться в любви? — чёрт, сейчас в голос угорать над ней буду. — Я только что это сказала. Чего тебе не понятно? У влюблённых же постоянно присутствуют эти три волшебных слова, так? — в её тараторящем голосе, я чувствую смущение. — Ну да, присутствуют. Только ты их выстроила по своему, — говорю, касаясь её рук, обвивших мою шею. — Надеюсь, ты больше никому не говорила этих слов? — С тем значением, что тебе — никому. — отвечает так спокойно, что весь мир будто останавливается, задерживая этот миг для нас. И тут я вспоминаю одну важную деталь. — Яра, я собираюсь завтра же, как раз после вечеринки на яхте, поехать в город подавать документы для поступления. А потом начну искать подработку, чтобы купить квартиру. Ты, кстати, так и не ответила в тот раз на мой вопрос. — Твоя мама не позволила, — отвечает, глядя на меня сверху вниз. — А сейчас? — нахмурившись, жду отказа отчего-то. — Думаешь, я откажу тебе? — может она читает мысли, а? — Значит решено? — улыбаюсь счастливая и та меня внезапно целует не давая набрать кислорода в лёгкие. — Да, решено, — отвечает, отстраняясь. — Купим квартиру вместе. Я буду работать летом репетитором. Возможно, что приглашать стану на дому. — Это те, кто сдают вступительные? — уточняю, всё ещё не имея сил взглянуть на неё после поцелуя. Было горячо, чтоб её. — Ага, — соглашается самодовольно, садясь на стул напротив. — Хорошо, мешать не буду. — ликуя от восторга, раскидываю руки, вставая с места. «Ура! Мы скоро будем жить вместе! Да! Да! Да!» — сука, на весь мир щас заявлю! — Влада? — в дверь постучались. — Ты чего там закрылась? Плачешь? Это ж просто выпускной, а не конец жизни. — это Ирка. — Да я от парней. — отвечаю, приближаясь к замку. — Ярослава Павловна мне помогла упростить мою причёску. — ага, всего лишь распустив и чутка закрутив кончики волос. — Правда? Ну тогда хорошо. — с облегчением выдохнула моя подруга, и с пару секунд глядя на меня слёзно, заплакала, прижимаясь ко мне: — Влада, мы закончили школу! Я вроде и рада и вроде нет. Поверить не могу! — и тут отошла, заметив мою возлюбленную. — О, Ярослава Павловна, пойдёмте сфоткаемся! — подзывает и тут же добавляет, оглядывая меня: — О, а так ей и правда идёт больше. Хотя макияж...ну да ладно. И так сойдёт. — Сейчас, — подошла ко мне эта стерва и вытащила из клатча...салфетки? После церемонии вручения, все начали делать снимки на память. Я было хотела улизнуть, но не тут-то было. Мама меня толкала в гущу одноклассников и учителей, так что на память у меня фотки точно есть. Хотя минутку. Одной нет. Яра. — Ярослава Павловна, и со мной тоже! Всё ясно. Парни её оккупировали. Ладно, пойду-ка я лучше. Всё равно встретимся у яхты. Спустя полчаса, как и было условлено, весь класс собрался у теплицы для поездки в разных машинах в город. Я, естественно, села вместе с подругами. А они...точнее Ира, будучи подкупленной комплементами Яры, села к ней в тачку. Остальным нечего было возразить и те поплелись за нашей собутыльницей. Весь класс, разбрёлся по группам и я, сопровождая своих подруг, пошла также смотреть красоты. В основном, я шла позади, переодетая в джинсы и полосатую красно-чёрную рубашку. Спрятав руки в карманах, не вслушиваясь особо в разговор, я всматривалась в прохожих, асфальты, Яру...Яру?! Когда она тут... — Влада, — пошла вровень со мной эта стерва. — Ярослава Павловна, — ответила я ей, и мы засмеялись. Мои товарищи обернулись и...отобрали у меня Яру. Зато Дашка осталась. Плелась со мной позади и решила поинтересоваться: — Не хочешь рассказать нашим? — Думаешь? — парирую, грустно хмыкнув, будучи в курсе о чём она спрашивает. — Знаю, — отвечает твёрдо и у меня сердце начинает стучать в желудке. «А поймут ли они?» — Хорошо. Тогда сегодня в туалете, когда Ирка заскачет за проверкой своего внешнего вида. — решаю, усмехаясь, на что получаю тихий хохот в кулак от подруги. Когда решили сфоткаться всем классом на фоне яхты, то Яра придвинула меня за талию к себе, кладя свою голову мне на плечо. Я только вздрогнула, как фотоаппарат щёлкнул. Ну всё. Это конец. Фото на всю жизнь. Надеюсь остальные ничего не подумали. — Блин, Владка, тебе больше всех повезло. С Ярославой Павловной встала. Везёт же некоторым. — слышу голос нашего Серёги и хочется вдарить ему за моё везение. Тяжело выдохнув, поворачиваюсь к Яре, а та...Пошла компенсировать фоткой с ним?! Да что она за существо такое?! Ладно, буду отдыхать и ни о чём не думать! Спустя полчаса игр родителей и детей мне надоело. А тут ещё Ирка потащила всех за собой в туалет. У неё, видите ли, стрелка пошла. Пришлось подсобить. Тут-то Дашка и толкнула меня в плечо, что мол, пора. «Хорошо», — сделав вдох-выдох, приближаюсь к подругам, стоящим у умывальника и о чём-то говорящим. — И-Ирка, С-Саш, я...я это...хо...хотела бы признаться. — начинаю свою несвязную речь и чувствую резкий приток крови в теле. «Такое чувство, словно щас умру. Так, спокойно. Успокойся хренов детектив! Это же всего лишь...всего лишь...Чёрт! Что же...» — Влада хочет спросить про ваше отношение к однополым парам. — выдала вдруг моя лп и моё сердце подскочило до небес. «Дашаааа!!! Я же...Я же...» — Ну, даже не знаю. — подала первой голос Ирка. — Они же не лезут ко всем целоваться или пропагандировать...А значит, ну, всё в норме. — пожимает плечами, задумчиво продолжая: — Не встречала пока таких пар, но...Я к ним отношусь, думаю, нейтрально. Как-то так. — Пожалуй, я согласна с нашей оторвой. — вставляет своё слово Сашка. — Хотя как бы должно быть парень и девушка, но...Ай, пускай делают что хотят, главное — не преступление! — заключает нервно подруга, дёргая плечами. — А что если....если бы...ну, я, например, была...ну, скажем, лесбиянкой? — сука, и как я только выдавила из себя это определение? — А? Ты-то? — начала с хохотом Ира. — Не смеши, Влада. Такое-то при твоей любви к работе? Не поверю! — да она щас взорвётся от смеха. — Я серьёзна. — отвечаю чуть осмелев. Наверное, это потому, что они не ярые сторонники гомофобии. — Ч-что? Т-то есть ты... — палец хреновой журналистки дёргается. — Ага, — киваю с решимостью всё им поведать. В этот момент рука Дашки касается моего плеча, заставляя успокоиться. «Лады, пусть будет что будет». — Я люблю Яру. Т-то есть Ярославу Павловну. Нашего учителя математики. — со всей серьёзностью говорю и с минуту в уборной воцаряется тишина. Первой нарушает её Ирка. Она громко смеётся. Да, решила, что я шучу так...от одного стаканчика шампанского. И то буквально на донышке. — Да ты гонишь! — вытирая мокрые от слёз глаза, пролепетала Ира. Да, вот она точно в хлам. С минут пять вдалбливала им правду, пока Ирка не умолкла и не поникла. А Сашка...она вроде адекватно это приняла. Что ж, теперь дело за Ярой. — В-Влада, и когда это у вас...ну, началось? — сглотнув, спросила оторва. Пришлось лишь сказать, что это сука любовь меня нашла и всё. Остальное в секрете. Но вот только Ирку с Сашей было не остановить. Пообещав, что однажды я им расскажу, они отстали. Я вышла из душного помещения, направляясь на выход, на свежий воздух. Яхта была причалена, так что я могла просто сесть где-нибудь на скамейке рядом с водичкой и...Да нет, сука. Я на втором этаже. Ну, может тогда...О, свободно. Сев на свободную скамейку, я, забыв обо всём, сняла свои босоножки, облокотила голову и...О да, жизнь хороша. Тёмная водичка, такого же цвета небо, наполненное звёздами, и прохлада, разносимая ветром. Ощущаю себя по-настоящему свободной. Так хорошо. — Да ладно, потом. — слышу хихиканья Яры и открываю машинально глаза. Она идёт в мою сторону. А, даже не знала, что я тут сижу. Видимо, тоже подышать воздухом вышла. — Привет, — молвлю, пересаживаясь чуть дальше, позволяя ей сесть рядом. Она кивает мне, и...Ох, только сейчас заметила её, чуть ли не достигающее пола, красное платье. А волосы собраны позади в клубок заколкой. Она показательно кружится, позволяя мне оценить её и садится рядом, спрашивая сразу: — Ну как я тебе? Удивила? — зачёсывая выбившуюся прядь назад, одаривает такого жалкого существа, как я, своей ангельской улыбкой, что мне кажется, будто это не свет над нашей головой освещает это пространство, а она, эта прекрасная стерва, так пристально вглядывающаяся в мои очи. — Д-да, у тебя х-хорошо получилось, — потирая кончик носа, отвожу взор. Не зная, что и добавить, решаю заговорить о реакции своих подруг на мою ориентацию: — Яра, я рассказала о нас Ирке и Саше. — И? — спокойно поинтересовалась она. — Они...пока ещё в шоке. — констатирую, придвигаясь к возлюбленной. — Что ж, по крайней мере не чувствуют отвращения. Я думаю, они нас поймут...со временем. — добавляет, подмигнув. Чувствуя, что наши плечи случайно соприкоснулись, я, пользуясь моментом, касаюсь её руки, позволяя взамен Яре положить голову мне на плечо. — Это входит в привычку, — слышу её сонный голос. — Каждый раз, как чувствую, что ты рядом...нет, когда ты и так рядом, мне хочется вот так прижаться к тебе и позволить своей голове отдохнуть на твоём плече. Это расслабляет. — ухмыльнулась, улыбнувшись. — Хах, тогда я великодушно позволяю тебе делать так, когда захочется. — самодовольно говорю это, получая в ответ хихиканье со стороны любимой. — Ах вот как? Тогда, раз уж ты сегодня такая великодушная, то может...я могла бы...расслабить тебя? — опять домогается, проводя медленно по моему бедру. Благо джинсы не позволяют её ласкам...Блять, нет, поправка, позволяют! — Я люблю тебя, — резко перехватывая её шаловливую ручку, подношу к губам и целую, заставляя её пошло вздохнуть. «Хах, не только ты умеешь заводить. И вообще, такая стерва, а передо мной просто зайка. Неужели у меня такая власть над ней?» — Д-да знаю я, — не, ну вы только посмотрите, она смущается. Хоть я и не люблю фоткать, но...фотоаппарат, сейчас же! Домой нас развезли после того, как мы встретили все вместе рассвет. Я специально поставила радио погромче, чтобы Яра вдруг по дороге не уснула. Кстати, об этом: может она там и не пила алкоголь, но вот я в её багажнике, когда девчонки пакеты с запасной одеждой ставили, заметила одну бутылку шампанского. Ясно, собирается отмечать дома. Приехали к восьми часам. Я всё время, в отличие от подруг, дрыхнущих на заднем сидении, не смыкала глаз, только чтобы чего без меня не произошло. Волновалась за эту стерву, которая то и дело моментами потирала глаза. Вот ведь, даже очки не взяла. Хотя, это скорее всего от недостатка сна. В общем, подруг пришлось разбудить, когда они доезжали до своего дома. Я последней вышла из машины, и то, когда Яра оказалась у своего подъезда(я просто настаивала на этом, так как боялась, что она уснёт за рулём). Чмокнула её, и пошла к себе. Уснула без задних ног. Неудивительно, что эта стерва только легонько провела по моей талии и только потом ушла. Она тоже, как и все, была вымотана. Хах, главное, чтоб не уснула, пока идёт по лестнице. Просыпаюсь пол четвёртого и понимаю, что нихрена, как сегодня я не пойду подавать документы. Открываю телефон, чтобы набрать Сашку, как от той куча сообщений, как и от остальной нашей четвёрки, среди которых есть две, в которых написано: «Влада, ты не представляешь, мне приснилось, что ты сказала что являешься лесбиянкой и втюрилась в нашу училку. Бред, правда? Вот это я напилась», «Владочка, это чё та из области фантастики. Короче, ты вчера типа нам сказала, что типа не той ориентации и вообще любишь нашу математичку. Офигеть, да? Я всё поняла. Это меня после вчерашнего так ещё трясёт. Сколько ж надо было выпить...Но я до сих пор ржу. Хахахаха! В нашу-то училку?!». М-да, вот это я им, конечно, объяснила. Придётся заново вдалбливать. В общем, начались мои тяжёлые деньки — заработать на собственную хату. Яра работала репетитором, а потом мне вдруг сообщила свою, как она выразилась, шикарную идею, бесповоротно решив, что продаст к концу августа свою квартиру, а я точно подметила, что женюсь на ней за такой серьёзный шаг(хотя, она наверняка, только этого и дожидается — 50/50). Я начала снова искать потеряшки, нашла работу - продавщица в магазине продуктов, а также расклеиваю листочки. Решив, что выберу день для подачи документов ближе к концу июля, я, не покладая рук, трудилась над своим будущим, нет, над нашим. Кстати, о Яре. Она мне частенько звонила и просилась встретиться, так что потакая её желаниям, я встречала эту стерву после своей работы и шла с ней прогуливаться по посёлку. Она, похоже, и этим была довольна. Мне казалось, что я должна для неё стараться больше — чтобы она ни в чём не нуждалась: ни в модной одежде, ни в этих маникюрах и прочем. Но...сейчас я считаю, что ей этого и вовсе не нужно. Просто то, как она улыбается со мной, как привычно кладёт голову мне на плечо, как берёт под руку... Ей хорошо со мной. Она...довольна. Да и к тому же, что толку во всех этих аксессуарах, тональнике и прочем, если эта стерва мне нравится и накрашенной и без; если я завожусь только от её прикосновений; если хочется сказать «люблю», только потому, что вижу её или слышу голос; если даже пульс ускоряется, заставляя сердце отбивать чечётку, когда она только-только начинает свои провокации или целует, порой также делая что-то по прихоти? Пока наши труды были в процессе, мама всячески пыталась меня поставить, как она говорит, на путь истинный, своими намёками и попытками перевести отца на свою сторону. Однако...всякий раз она только убеждалась, что как бы она сильно не пыталась, смотреть так, как я смотрю на Яру, я не смогу больше ни на кого; улыбаться во все зубы или одними губами, смеяться от простого обычного разговора по телефону, говорить самым нежным тоном, каким я очень редко с кем вообще говорю... и много всего ещё, что я дарю только Яре. Мама видит эту тягу и в тоже время следит за тем, как медленно рушатся её мечты об идеальной дочери, о её идеальной жизни и прочее, прочее, прочее. А папа...папа, вроде как, желал мне всё это время удачи. Ну да, с мамой она мне точно пригодится. Прошло лето, и за это время я и Яра сумели собрать достаточное количество денег, чтобы купить квартиру, стоимостью не более четырёх миллионов(конечно же не без помощи родителей моей любимой и моих). Я осталась у Яры, чтобы вместе рассмотреть объявления. Уверена, эта стерва уже было решила, что сегодня будет «волшебная» ночь, но фиг ей, я уснула. А что? Ночь, шторы задёрнуты, я рядом в постели любимой, тепло, свет ноутбука, и сон. Что может быть лучше? Мы сняли с первого раза нужную нам квартиру. Третий этаж справа. Близко к моему месту учёбы. Как поселились, так я и настояла тут же на уборке. Яра — не смогла возразить. Я позвала папу, Толика, Серёгу, Вадима — да, они, конечно, были в шоке и толком-то смущались, как и мои подруги, общаться с Ярой, так как до сих пор считали её учительницей и все дела, но вроде бы...Кстати, забыла упомянуть ещё кое-кого...маму. М-да, странно, конечно, но пусть мебель перетаскивать она не умеет, мыть и подметать не собирается, зато вот с декором и другими мелочами она помогла разобраться довольно-таки быстро, ещё когда начались покупки для переезда в новый дом. Хотя, скажи я или нет про визит вместе с отцом — её это не волнует. Ей надо — она придёт. Да, как в тот день, когда я впервые получила двойку. В общем, поступив куда планировалось, и выбрав Яре нужный универ, а также закончив с уборкой, я думала пойти посмотреть на нашу с любимой совместную комнату, как нет, я увидела спорящих маму и Яру. — Вы не молодожёны, чтобы спать вместе. — аргументировала моя родительница, стоя по правую сторону от кровати. — И что? Это наше личное решение. — нахмурившись, парировала Яра. «Ладно, пора это прекратить. А значит, перевести тему». — Мам, отец голоден. Яра, поможешь мне в ванной? — спрашиваю, разряжая обстановку. — Неплохо придумано. — закрыв дверь в душе, эта стерва повернулась ко мне лицом. — Итак, раз нам нечего делать в ванной, то может обсудим детали нашей совместной жизни? — Яр, прости. Мама не... — Я не о ней, — обрывает меня эта стерва. — Как насчёт прогулок, свиданий, разделения обязанностей? — До сих пор не могу поверить, что мы теперь вместе. — касаясь её руки, целую ладонь. — Хах, это я вообще-то...ещё в лёгком шоке. — хмыкнув, придвигает меня к себе обнимая за талию. Уборка наконец подошла к концу. Мама минут пять читала мне наставления, отец с пацанами перепроверяли шурупы в мебели, а моя возлюбленная мыла посуду на кухне. Уже ближе к девяти родители с друзьями уехали, оставляя меня с Ярой в новой квартире. Я думала, мы будем спать, как все нормальные уставшие за день люди, как нет, этой женщине вдруг приспичило сходить в душ, а следом заставила и меня сделать тоже самое. Не приняв предложение сходить вместе с первого раза, Яра точно подметила, что не даст мне теперь просто так уснуть. Напялив только майку и шорты, а на шею полотенце, чтоб с моих собранных в хвостик волос не скатывались на пол капли после душа, я прошла к двухместной кровати и остановилась, завидев Яру в шёлковой белой сорочке, заканчивающейся чуть ниже её попы, распустившую волосы и разлёгшуюся, словно давно ждёт. — Похоже, сначала фен, — отметила с улыбкой моя учительница, встав с места и приближаясь к комоду. Ну почему вот именно в такие моменты я ощущаю себя ребёнком в её глазах?! Сидит на коленках, сушит мне волосы и мычит какой-то мотив песни. Потом вдруг начинает расчёсывать эту копну, которая на удивление поддаётся её действиям, так что я, как это редко бывало, не визжу, а смирно сижу, дожидаясь, когда же я доберусь до своего ложа. Хз, как уснула, но по взгляду ещё спящей Яры, я поняла, что будет лучше если я на всякий случай принесу ей завтрак в постель. Приготовила. Яичница чутка подгорела, но вроде сойдёт. А вот кофе...кофе это действительно моё творение. Правда я хз какой она любит обычно. Оставив поднос на её тумбе, принимаюсь её будить. Не получается. На простые касания она не отвечает. Ладно, залезем-ка под одеяло и будем делать что хотим. Только подбираюсь, как слышу... — Влада, это тоже не вариант. — прерывает моё мысленное решение эта стерва. — Надеюсь хотя бы кофе не остыл. Кстати, раз ты так суетишься, чтобы угодить мне, то может переделаешь яйцо, м? — Да, я... — Иди ко мне, — вдруг сменяет тон на ласковый, резко проникая коленом мне между бёдер, предварительно притянув меня к себе за руку, тем самым роняя на кровать рядом с собой. — Итак, ты вчера испортила нашу первую ночь в этом доме. Ты знаешь какой страшный грех совершила? — Да, я... — Вот именно, что нет. — и какого хрена я позволяю себе молчать? — Так что раз я вчера не смогла продемонстрировать все прелести своей сорочки, то сегодня ты у меня никуда не побежишь. Давай, теперь исповедуйся мне, сестрице церкви. «Щас я тебе исповедуюсь, стерва». — Сестра послушница, вы не могли бы для начала убрать свою ногу у меня между ног? Она мне мешает выговориться. — начинаю, уже дёргая ногами, как вторая конечность этой стервы, ложится мне на верхнюю ногу, а после переплетает, добавляя: — Не обращайте внимания, это формальности. Сучка. Ну я тебе...Ох. — Я-Яра, прекрати. У тебя что, утро начинается с секса? — пытаюсь убрать руки со своего лона, но не получается, она так только орудует быстрее. — Т-тебя так ни в одну церковь не возьмут. Т-ты даже роль не можешь доиграть как следует. — Ну почему же? В твой день рождения же получилось? Ах да, на следующий день после этого события. — поправляет, вдруг надавливая на мой клитор, заставляя меня поддаваться к ней навстречу и рычать. Чёрт, я ведь и правда сейчас опять утону в её ласках. И как это прекратить? Её не смог остановить даже будильник на моём телефоне, который я забыла выключить ещё позавчера. Что ж, теперь у меня нет сил выбираться из постели. Хочу ещё раз вдохнуть запах её тела, снова прильнуть губами к её коже, хочу каждой клеточкой своего тела слышать её стоны...Ну всё, я точно сошла с ума. Но что самое ужасное, дак это типичная реакция Яры, спокойно попивающей после этого свой остывший кофе. — Сахара слишком много. — ещё и жалуется, чтоб её. Ближе к обеду этой стерве позвонили. Несколько родителей хотели бы нанять её репетитором на дому. Она, естественно, согласилась, но добавила, что приходить должны к нам. Меня это сначала возмутило, но потом я поняла, что я бы не хотела видеть её дома у какого-то, например, неженатого мужика или у парня, которого есть хулиган старший брат. В общем, много вариантов плохого развития событий. Так что да, пускай лучше приходят к нам. Но...Почему я так сомневаюсь в её работе?! Я что, боюсь, что Яра влюбится в кого-то из своих учеников?! Мои страхи, которые как я догадывалась беспочвенные, постепенно начали исчезать с началом сентября. Я была погружена в учёбу, а Яра старалась меня не отвлекать домашними заботами и потому тихо оставляла на кухне еду, сама занимаясь в гостинице репетиторством. Но мы также гуляли по выходным, изучая город и наслаждаясь обществом друг друга. Она рассказывала как ею довольны родители детей, а те, в свою очередь, всё больше проявляли интерес к учёбе. Ага, вот значит почему конфеты у нас пропадают. Это она так учит считать их, да? В общем, Яра наметила план, который должен был прийти в действие сразу после моего окончания учёбы. Летом мы особо никуда не ездили. Так решила сама стерва. Всю мою летнюю зарплату мы копили на её грандиозный, мне неизвестный правда, план. А её деньги только на пропитание. Чёрт, с такими делами у меня не оставалось денег на то, чтобы накопить на кольцо. Я ведь тоже не собираюсь всё время быть в «долгу» у Яры. Кстати, совсем забыла о друзьях. Ирка с Сашкой всё ещё со смущением смотрели на всю разложившуюся перед ними ситуацию, но как я поняла, они нас поддерживали. Сашка на пару со мной объявила, что станет журналисткой и будет подкидывать мне дела. Дашка решила поступить туда же, куда и я, только по специальности тюремщика. М-да, не завидую я её будущим заключённым; они даже не представляют с кем будут иметь дело. Ира рвалась к бизнесу, чтоб открыть, как она сама сказала, свой собственный клуб. Вспомнив об этом, Яра решительно отметила, что как только у меня будет выходной, пойдёт со мной в ближайший клуб и там оторвётся по полной. Что ж, я бы и не отказалась — не хотелось бы, чтобы в пьяном угаре она приставала к какой-нибудь девушке. Уж слишком я дорожу своим счастьем. Да и к тому же...эта женщина сама меня этим и подначивала! Естественно, при таком-то аргументе грех не пойти. Прошло семь лет. Сделать возлюбленной предложение оказалось сложнее, чем я себе представляла. Нет, вы только посудите: больше семи раз отказала, объясняя это тем, что каждая уважающая себя женщина, должна помучать, нет, поиспытать ещё немного чувства любимого человека, и поэтому для приличия, надо отказать всего пару тройку раз. Но нихрена! После седьмого я сбилась со счёта, делая ей предложение по два, а то и по три раза на дню. Яра, не потерявшись при такой обстановке, каждый раз объясняла это такими причинами, как: «не так одета», «на мне нижнее бельё», «ой, надо подумать» и прочими подобными отговорками. Но чтоб её! По одному взгляду ясно, что она хочет сказать это чёртово «да!», но сдерживается, как только может, теребя свои дрожащие пальцы, отводя взгляд и с трудом держа под контролем улыбку и тон. В конечном итоге я решила принять удобное для себя решение: помучать теперь её. Пускай думает почему я прекратила вдруг делать ей предложение, оказывать знаки внимания и прочее. О да, сработало. Она действительно начала на это реагировать, то фыркая, возмущаясь моему хладнокровию, то удивлённо открывая рот, когда я сбегала из дома, не позволяя себя привычно поцеловать. В конечном итоге она сдалась уже через пару дней. Когда я завтракала смотря тв, подошла ко мне безмолвно, протянула правую руку и поманила пальцами, заставляя меня смеяться тихо в кулак, чтоб не обидеть её. Я медленно встала, спокойно ушла в нашу спальню, достала из тумбы кольца и пошла к любимой обратно. Она уже сидела на моём стуле и попивала спокойненько так из моего стакана, сваренный для меня кофе. Я, вместо того, чтобы возмутиться такой наглости, наоборот, улыбнулась довольная отчего-то, подошла к своей прекрасной стерве, села на одно колено и сказала, открывая красный футляр для кольца: — Яр, я обещаю, что буду любить тебя всю жизнь, чтобы ни случилось. Так что...давай...выходи за меня. Она так нагловато выгнула изучающе бровь, потом поднялась, подала правую руку и я поселила на её безымянном пальце ею желанное колечко. Она вдруг заулыбалась, игриво шагнула ко мне, провела по щеке пальцами и схватив за ворот рубашки, поманила в постель. Ну да, долго не было секса и тут повод. Хах, хотя...моё тело узнало её руки, извиваясь под натиск любимых губ. В общем, из-за этой стервы я опоздала на работу. Пока телефон начальника не зазвонил в четвёртый раз, ни то что я не могла выбраться, меня просто не пускали моё желание и моя стерва. Спустя два месяца, дождавшись совместного отпуска, мы поехали заграницу...расписываться. Там же в Америке провели и медовый месяц. Ну как провели? Мне постоянно приходилось вытягивать эту женщину из кровати, чтобы она хотя бы на пару часов в день забыла о сексе и сне. Совсем разленилась, как оказалось, что мы будем жить в гостинице. Яра предпочла называть это более современно — отель. Короче, там выяснилось, что нас будут обслуживать как должно: со всеми этими горничными и звать на завтрак... — Эй, я вчера потакала твоим желаниям, так что теперь молча дуй за мной. — шипя, пытаюсь отобрать у возлюбленной одеяло. Я понимаю: она устала от работы — постоянно быть на ушах от того, что меня могут в любой момент вызвать, и тогда ей тоже позвонят и та вылетит из дома, подобно пуле, как и я, но всё же...Какого хрена она отказалась быть после полученной работы специального медика от репетиторства? Могла бы и не быть медиком. Ей что, так серьёзно это надо? Я даже попробовала спросить её на счёт этого, но... — Иди-ка лучше сюда, — да, именно вот таким вот способом она затыкала мне рот и меняла тему, после чего добавляла: — Мне ни к чему излишнее, сполна хватит и того, что я могу не перетруждаясь быть с тобой. Это всё конечно подкупает, но...Я хочу романтики, чтоб её! А сил любимой на данный момент хватает только на физический контакт со мной. Вот ведь. Ээх, пришлось идти одной гулять. Включив плеер и вставив в уши наушники, бреду по городу в тапках, шортах и футболке. Оох, как же тут прохладно. Улыбаюсь прохожим и получаю в ответ тоже самое плюс не понимающие лица. Да уж, наверняка я им сейчас кажусь какой-нибудь ненормальной. — А? — на минуту остановившись, оборачиваю свой взгляд вправо. Просто дым шёл с той стороны, пока я шла себе спокойно ни с кем ни о чём не толкуя. — Это ещё что? Предприятие или...Дом? — пока так тупо с минуту стою, в голову закрадывается мысль, что там может быть реально пожар, а я здесь прохлаждаюсь. — Сука, знаю, что не на работе, но...Даже сирен, пожарных, скорой или полицейских поблизости ещё не прозвучало. А если посмотреть так, то...Да, на предприятие не похоже. — ну вот, рефлексы сработали. Сняв наушники бегу как только могу, роняя по пути свои тапки, чуть из-за них не спотыкаясь. На удивление земля под ногами влажная и приятная вместе с тем. Хах, хорошо-то как. Остановившись у источника дыма, вижу как столпилось народу и все говорят на английском. — Эй, что здесь происходит? — спрашиваю мужика, поворачивая того за плечо к себе. Тот, уже решив вдарить мне за такую наглость вмиг останавливается, понимая, что я во-первых девушка, а во-вторых серьёзна и не со зла, а по делу, и в третьих — не местная, да ещё и иностранка по всей видимости. Он не понимающе смотрит на меня, потом говорит на английском и тут я, понимая, что спросила на русском, перехожу на его язык, иногда путая слова. Ну а что? Уже больше пяти лет как не учусь в школе. Зачем мне был английский? Как только мужичина закончил свою быструю речь, я, понимая, что пожарники, полиция и скорая будут максимум через минут десять, так как здесь, поблизости вряд ли они есть, да и даже если рядом, то довольно далеко. Оглядываюсь, стискивая зубы: — А может, там уже никого...не осталось? Все ведь жители...Я... — сердце колотится от страха, ощущения, что там внутри кто-то есть. Эта чёртова многоэтажка с разворотами... — Heelp! — слышу отчаянный голос спустя минуту и тут же поднимаю взгляд. — Там, на четвёртом..! — говорю медленнее, чем действую. Уже бегая по лестнице как только можно быстрее, останавливаюсь возле с виду металлической двери. Дёргаю за «ручку», но та не поддаётся. Тогда пытаюсь с разбегу сломать косяк, но не выходит. В один момент мне кто-то открывает снаружи дверь и на пороге я вижу мужчину, перекрывающего рот ребёнку, чтобы тот не задохнулся вдруг. Показывая им дорогу, я вдруг слышу чьи-то телодвижения. Может мне это показалось, но дверь, которая напротив только что...Вот, снова. Повернув «ручку», с удивлением отмечаю, что та открыта. Звук сирен, становится жарко, словно в печке, а напротив меня девочка с двумя маленькими хвостиками в одном маленьком платьице и без тапок. Стоит, смотрит снизу вверх на меня и вроде удивлена и вроде нет. Её глаза светятся, рот приоткрыт, а глаза чуть узкие. Японка? Не раздумывая больше, так как даже ноги начали «кричать», что я аж подпрыгивала, а эта незнакомка только моргала глазами, удивлённо мыча, еле подбираюсь к девочке, беру на руки и сматываюсь как можно быстрее. По дороге встречаю пожарных, яро матерящихся на меня и подталкивающих к выходу, попутно прикрывающих меня своими огнетушителями. Видимо, они тоже думают, что там остались люди. Как бы то ни было, а я собой довольна. Опустив незнакомку на землю, веду её к полицейским. Пускай заберут и отдадут её родителям — наверняка беспокоятся уже. Однако... — Чего тебе? — спрашиваю, видя как эта малявка не отпускает стиснутые пальцы на моей правой ноге. — Ватащи...ва... — это ещё что за язык? А, точно, я ведь думала, что она может быть иностранкой. «Похожа на японку, хотя может китаянка, или корейка? Или Тайвань...? Бля! Я так точно замучаюсь! Они все на одно лицо! Как они вообще друг друга различают?!» — думаю, растрёпывая свои волосы, как эта девочка снова подаёт свой тихий голосок: — Ватащива Ай. «И что она только что сказала? Потащи меня? Нет, это не то. Хах, смешно звучит. Что это за язык такой?» — Я сержант полиции — Джеймс Уокер, а вы? — спрашивает вдруг мужчина на английском языке, предлагая пожатие. — Смирнова Влада, я тоже работаю в полиции. — отвечаю, пожимая ему руку, другой доставая телефон. Хорошо что я своё удостоверение фоткаю на случай чего. Так что и в этот раз он дал мне нужные полномочия. Показав фотку и рассказав что я здесь делаю, прошу сержанта помочь этой маленькой девочке, на что тот кивает и пытается отцепить эту малявку от меня. Но она... — Позвоните вот по этому адресу, хорошо? Я приведу её к вам как только её родители объявятся. — говорю, беря девочку на руки, только сейчас вспоминая, что она стоит на асфальте голыми ногами. Уокер долго сомневался, но всё же дал добро взяв мой адрес и поняв, что поблизости опекунов этой малявки нет. Я повела эту...ну, буду считать, что она китаянка раз хз кто по национальности. В общем, иду с ней на руках домой и думаю: что подумает Яра? Хах, наверняка будет в недоумении, потом пойдёт выяснять чья эта мелочь и... — Эй, это мой плеер. — бля, да она ж вылитая Яра, чтоб эту стерву. Ой, а я и не заметила, что не выключила музыку. — Соре ва нани но ю ни кикоеру? — спрашивает что-то на своём, поднося наушник к уху. Аха, ей вроде нравится. Молчит. Да, когда молчит, то и не скажешь, что наглая. Хотя бы спросила разрешения, что ли. А, может она так и сказала, а я не поняла?