Бездомный Бог.

      Никто и никогда не видел Господина в таком состоянии. Он был напуган, задумчив и зол. Второй день не выходил из кабинета. Приказы поступали только через электронные средства связи. Он никого к себе не пускал, единственный, кто имел доступ в данный момент в его бесконечный кабинет, была Эмма, но и она уже несколько часов боялась зайти. Настроение Каса с каждой минутой ухудшалось, и девушка боялась попасть под горячую руку. В здании уже несколько часов была куча народу, все суетились, бегали, таскали какие-то огромные коробки. Эмма на этажи не вылезала, это было не ее дело, если бы что-то требовалось от нее, Господин бы уже давно сказал. А пока — нет, пока ее делом было сидеть тихо и смирно в своей приемной, вздрагивая от каждого писка видеосвязи из кабинета Каса, бежать к Господину по каждому требованию и доставлять все, что тот попросит. Но третий час Кас молчал, что он там делал и о чем думал, было тоже не ее дело, она была уверенна в том, что, что бы ни случилось, она всегда будет при нем, ее, как свою правую руку, он никогда не бросит. Он без нее не сможет даже поесть. Она сидела и молча пила свой кофе с печеньками. Пятнадцатую чашку за три часа.       Внезапно раздался звонок видеофона, в тишине этажа он прозвучал слишком громко и внезапно, настолько, что Эмма вздрогнула и пролила горячий напиток из чашки на белоснежный стол. Моментально взяв себя в руки, она вернула чашку на стол и перевела взгляд на небольшой плоский шестиугольник коммуникатора.       — Слава Богу, — она облегченно выдохнула, когда увидела дергающуюся кнопку на внешней связи, — не он… — девушка приняла более серьезный вид, на автомате поправила ворот и без того прямой стойки своей кофты и нажала на кнопку. Над коммуникатором мгновенно появилось изображение человека, одетого в военную форму.       — Отчет для Господина, — отрапортовал он.       — Да чтоб ты провалился, вот ему бы и докладывал напрямую, — пробурчала девушка себе под нос, так, чтобы солдат ее не услышал, а громче произнесла, — Да, секунду, — она нажала на связь с кабинетом Каса, и тот сразу же ответил, как будто сидел над коммуникатором и ждал этого. Правда, Эмма слышала только голос Господина, изображение отсутствовало. «Ну да, конечно… чтобы не видели, как он в раздумьях сидит, закинув ноги на стол», — подумала она. — Отчет на связи. Подключить?       — Да, и сама ко мне в кабинет, — произнес после некоторой задержки встревоженный голос.       Эмма нажала на очередную кнопку на дальней панели, и датчики на обоих коммуникаторах потухли. Поднявшись из-за стола, она наклонила голову сначала к одному плечу, потом к другому, хрустнув шейными позвонками, легкими движениями поправила белоснежные обтягивающие брюки и космического вида кофту и, выдохнув, направилась в кабинет к начальству.       На этот раз Кас восседал в конце помещения, да-да, сегодня Эмме не пришлось испытывать обычное ощущение прострации при попадании в это место. Это мерзкое чувство какой-то невесомости и искривленной реальности, когда от резкого сближения стен или чувства бесконечности помещения к горлу подкатывал тошнотворный ком. Нет, сегодня все было как у нормальных людей, обычный кабинет, правда, все равно несколько большеват, но четыре стены, потолок, пол, витражные окна во всю наружную стену. Видимо, на сегодняшний день, голова Господина была настолько забита насущными проблемами, что за внешний вид своего кабинета он не волновался, оставив его пребывать в состоянии «серости». В дальнем конце на небольшом возвышении, белоснежный стол прекраснейшей нечеловеческой работы, за ним в высоком кресле покоился сам хозяин кабинета, закинув ноги на стол и даже не попытавшись скинуть их оттуда при появлении своей помощницы. Одна его рука лежала на груди, вторая, уперевшись локтем в предплечье первой, задумчиво подпирала двумя пальцами подбородок. Господин находился в мыслительном процессе, уставившись в опущенные экраны.       Эмма, не особо желая мешать, но все же понимая, что следить за состоянием Господина и его потребностями — это ее работа, обогнула экраны, втянув живот, протиснулась через остававшуюся щель между ними и стеной. Убедилась в том, что Кас пялится в пустой экран, а звонок от военного, судя по всему, висит до сих пор на линии без ответа и поискала глазами пульт Господина от экранов — свой она не захватила. Маленькая продолговатая капсула покоилась на столе, перед мужчиной, поблескивая голубым боком. Эмма незамедлительно взяла ее, ткнув в экраны, они отозвались мелкой белой рябью, и лишь на центральном появилось изображение.       — Отчет, Кас, — девушка слегка ткнула спинку кресла. Господин дернулся, словно придя в себя, и посмотрел на нее несколько ошарашенным взглядом.       — А, да, давай… я забыл, — он опустил ноги, усевшись прямо и сложив руки перед собой на столе домиком, переплетя пальцы, уставился в мелькающее изображение.       — Доброе утро, Господин! — начал было вещать военный из экрана, но Касу абсолютно не хотелось сейчас никаких отступлений, слишком был взволнован, хотелось побыстрее узнать, что там, да как.       — Ты же видишь, ни хрена оно не доброе, — ответил Кастиил, получилось несколько грубо, но он это не специально. — Давай дальше, что там у вас?       — По вашему приказу от вчерашнего дня, выполнено… — мужчина по ту сторону экрана слегка улыбнулся, видимо запоздало оценивая слова Господина об утре и кашлянул в кулак. Кас же, во время его вступительной речи слегка мотал головой, повторяя: «бла, бла, бла…». — Извините. Смок…       — Сколько осталось живых секторов? — сгорал уже от нетерпения Кастиил, перебирая пальцами все быстрее и быстрее.       Военный немного помялся и, наконец, произнес:       — Ни одного, кроме нашего, Господин. Все сектора зачищены на предмет живого населения. Выжившие размещены в секторе Зеро и в здании Кроноса.       — Получается, выживших не так уж и много? — по коже Каса пробежали мурашки от ужаса, хоть и не являлся он человеком.       — Получается так, Господин. И Кронос, и сам сектор будут забиты под завязку. Сейчас быстро «складывают» еще несколько многоэтажек. В среднем 200 этажей в каждой. По мере завершения, люди будут размещены там, это обеспечит максимальный комфорт и живущим изначально в секторе, и прибывшим недавно, — мужчина на секунду замолчал, давая Господину переварить новую поступившую информацию и немного обдумать ее.       — Сколько людей в моем здании сейчас? — спросил он, немного посопев от усиленной работы мозга.       — Около пятисот человек. Располагаются с десятого по двести пятидесятый этаж, — экран снова прервал свой монолог, но ненадолго. — Что делать с секторами, Господин? — он отмахнулся ладонью от пролетающей мимо пыли.       — А что с остальным населением? Сколько всего выживших? — Кас словно не слышал мужчину, а прибывал в своих мыслях, автоматически откидываясь назад, спиной на спинку кресла, снова вытягивая ноги и закидывая их на стол. Еще через секунду, придя в себя, он скрестил руки на груди, вопросительно уставившись на мужчину.       Человечек в экране вздохнув, слегка покачал отрицательно головой и поджал губы, в сожалении.       — Около миллиона. Остальные либо пропали без вести, либо уже не люди.       — Плохо, плохо, — начал бурчать Кастиил себе под нос. — Но в секторе слишком мало места, — он еще больше углубился в свои мысли. — Пока пережидать будем как селедки в бочке.       — Господин, и все же, что делать с пустыми секторами? Зараза распространяется с молниеносной скоростью, — не унимался военный.       — На сколько процентов вы уверенны, что сектора нежилые?       — Процентов на девяносто, — с готовностью ответил сильный голос в экране.       — Остальные десять? — в свою очередь, Господин сильно беспокоился за жителей, численность которых уменьшалась слишком быстро, не завися от него. Тут уже все зависело от самих людей… и не людей. Насколько они способны выживать в катаклизмах, насколько они умны, ловки и быстры. В этой ситуации Кас уже ничего не мог поделать сам. Но потери большие, и еще большие они понесут, когда придет ОН. А Бог все никак не шевелится.       Ничего не слышно, ничего не видно. Кас потерял его из виду, практически сразу как только проснулся Дин. Теоретически Кас, конечно, знал, где он может находиться, но это место было настолько не под его властью, что он даже не мог его чувствовать, не говоря уже о том, чтобы знать точное местоположение. Теперь всегда рядом Дин и, естественно, Каса он и на пушечный выстрел не подпустит к своему брату. Даже если бы Кастиил и попал в Дом Бога, то прожил бы он там недолго, умирать пришлось бы долго и мучительно — Дин бы постарался. И то не факт, что умер бы Кас в полном понятии этого слова. Души демона тоже раньше думали, что они, наконец покинув человеческую оболочку, ушли на покой. Но не тут-то было. Служат теперь, как неприкаянные, сотни лет, а кто и больше. И ничего, вот и Кас бы привык, наверное. Но была жуткая надежда на то, что Бог придет в себя и сможет остановить распространение инфекции из коробки, но Бог молчит, и все вокруг летит к чертям, в прямом смысле этого слова.       Дин заинтересован в том, чтобы его брат вернулся на свое место, но еще больше он заинтересован в том, чтобы самому встать на его место, поэтому Кас боялся такого исхода, где Бог придет в себя, вспомнив все, но демон своими убеждениями не даст тому ничего сделать. Из двух братьев Дин всегда был сильнее и душевно, и телесно, светлая же сторона сильно зависела от демона, не столько физически, сколько морально. Бог всегда был более слаб, лоялен, мягок и не особо уверен в себе. Как он вообще смог выстрелить в Дина, было для Господина до сих пор загадкой.       При таком раскладе вполне мог воплотиться в жизнь вариант Каса, с тем, что Бог просто не захочет идти против мнения брата, а тот уж постарается его убедить, если сильно захочет. Приходится Касу вместе со всеми выжившими попросту ждать, что будет происходить дальше, и решать проблемы по мере их поступления. Но как оградить единственный оставшийся сектор от заражения? Это был большой вопрос. Ладно, для защиты от обитателей коробки, которые теперь беспрепятственно перемещались по людским секторам, сейчас возводили купол, защищенный как сплавами прочнейших металлов, так и биомагнитным полем, и защитными символами. Допустим, что для того чтобы никчемным, разлагающимся телам попасть внутрь, потребуется какое-то время, Кас очень надеялся, что промежуток времени им потребуется нехилый, а может, им и совсем не удастся преодолеть такой барьер. Но вот что делать с желеподобной дрянью, которая прет из-под земли? Пульсирует и ведет себя до беспредела странно. Даже чего от нее ожидать — непонятно. Можно, конечно, что-нибудь придумать, например, с символами, уж если и так не получится, то придется чем-то защищаться и снизу тоже. А так — сидеть, ждать, надеяться и обороняться. Больше Кастиил ничего не мог сделать.       — Есть вероятность, что остальные десять ушли в подземные бункеры. Один такой был найден, люди эвакуированы. Остальные уже не было времени искать.       — Атаковать сектора с воздуха, — Кас, нервно сглотнув, поднял взгляд на мужчину. Тот молча кивнул в ответ. — Сравнять их с землей, а лучше с преисподней. Чтобы там никого не осталось с температурой тела ниже 36,6.       — Поверьте, там вообще ничего не останется, — усмехнулся военный.       — Это ты так думаешь, — немного саркастично произнес Господин, снова меняя положение в кресле, скидывая ноги и садясь более вертикально, снова скрещивая руки на столе, переплетением пальцев. — После взрывов убедитесь, что в секторах нет ничего живого, и доложите мне.       — Как скажете, Господин.       — Что с нашим сектором? — Кас внимательно смотрел на докладывающего с уже нескрываемой тревогой.       — Пока только небо заполняют багровые тучи с молниями. Несколько отдаленных районов горят. Водоснабжение и электричество осталось только в нашем секторе.       — Остались целые камеры в секторах? Дайте картинку хоть одного, — вдруг потребовал Кас, в его душе теплилась надежда, что, может, он заметит еще выживших, до взрывов, или вдруг ему в голову придет, где они могут прятаться. Было очень тяжело отдавать такие приказы и выглядеть абсолютно спокойным.       — Да, конечно, сейчас, — Эмма, открыв ладонь и повернув ее вверх, положила пульт, ткнув на какую-то кнопку. Над пультом выскочило голографическое изображение, листая пальцем свободной руки картинки, она наткнулась на одну живую, не искрящуюся белым шумом. Девушка подошла к одному из маленьких экранов и, приставив к его боку свою голограмму, просто передвинула изображение на экран. Картинка появилась на соседнем от военного экране. Практически ничего не видно, сплошная тьма густыми клубами перегоняла потоки воздуха. Периодические помехи. Слышны только голодное рычание на заднем плане и глухая пульсация. К тому же, ко всей какофонии звуков прибавился еще один, очень странный, это был такой своеобразный писк или звонкое гудение, как будто, где-то вдалеке по тормозам ударил поезд. Но в отличие от последнего, шум этот не прекращался. Получалась довольно унылая и пугающая картина апокалипсиса.       Изображение периодически подпрыгивало в такт пульсации, от этого становилось совсем неприятно. Но Кас упорно всматривался в картинку, в надежде высмотреть что-нибудь более-менее живое, хотя, он точно был уверен в том, что, если любое живое существо подцепило эту инфекцию — от нее уже не излечиться. Единственное, что могло остановить пораженного на какой-то промежуток времени, это пуля в лоб, правда, положительный эффект от такого лечения был недолгим, уже через минуту за упавшим прилетал рой, забирая, унося в глубины земли, перекраивая на свой лад и возвращая его снова в мир живых совершенно измененным. Только вот не знал Господин, как поведет себя рой вне коробки, будет ли воскрешать давно умерших снова и снова, превращая это в бесконечный ад, или же их можно остановить раз и навсегда. И он ждал любого осознанного движения на экране, ждал минут семь, пока мимо камеры не прошествовало существо абсолютно неживого вида, медленно выплывшее из темноты.       Плотные клубы темного тумана частично скрывали его, но даже с такого ракурса было понятно, что ничего хорошего со стороны существа ожидать не следует. Оно двигалось медленно, подволакивая за собой одну ногу, стопа была наполовину оторвана, и из голени поблескивал кусочек обнажившейся кости. Вперед вытянутая рука, судя по всему, помогала зараженному ориентироваться в пространстве. Одежда его, на удивление, еще более-менее была сохранена, за исключением одной наполовину оторванной штанины немного выше места перелома ноги, скорее всего, ткань оторвалась при падении или зацепилась за что-то, а некогда человек, пытающийся рьяно спасти свою жизнь, слишком резко дернулся. Брюки были черными, классическими, а рубашка еще не так давно белой, только теперь по ней растекались багровые пятна.       Лицо существа покрывала сплошная прилипшая маска из засохшей крови, а глаза, полностью потеряв живой и осознанный блеск, затянулись молочным туманом. Существо передвигалось, явно не видя ничего перед собой, только иногда нервно вздрагивая, и отрывистыми, резкими движениями крутило головой по сторонам.       Кас тяжело вздохнул, на секунду уронив лоб в ладони. Чувство, что он проигрывает, все больше одолевало его, но все же он пытался взять себя в руки и гнал его куда подальше. Богу еще ладно, это место законно его, но вот Хозяину теней он никак не собирался уступать главную роль в этом мире. Кас знал, что будет, если на его месте вместо законного хранителя, окажется Дин. Тьма, тени, холод и потусторонний мрак, вечное рабство оставшихся живых, будь то люди или ангелы — все будут порабощены тенями. Вечные муки бессмертных существ из коробки, тяжелые багровые тучи, скрывающие в себе души миллионов, покинувших этот мир, их вечные стоны и просьбы о помощи. Огромное черное солнце взойдет на руинах города. Это будет поистине царством теней.       — Закрывайте наш сектор, и испепеляйте остальные. Это ни в коем случае не должно попасть в Зеро, иначе нам конец. Мы не можем рисковать девяносто процентами спасшихся из-за десяти. Нас и так осталось мало, мучительно мало, — Кас, снова удрученно вздохнув, оторвал голову от рук, направив взгляд в экран. — Как обстоят дела с Кратосом и Элиосом? — речь шла о двух оставшихся маленьких городах.       Мужчина по ту сторону происходящего, медленно отрицательно покачал головой.       — Выживших нет, Господин. Города уничтожены. Все, кто остался из всего человечества… живыми и соображающими, находятся в Зеро, — это было безвыходно печально, но не сообщить Касу он не мог, военные и так долго скрывали сей факт, держа там оборону и пытаясь хоть как-то спасти людей. Хотя сразу было понятно, что города падут раньше, чем им на помощь придет армия. Военные ступили на пепелища, подняв купола обоих городов. Все жалкие попытки отыскать выживших заканчивались неудачами, снова и снова натыкаясь на зараженных или обезумевших от влияния коробки существ. Зараженных уничтожали, не раздумывая. Только вот была одна странность — через минуту их уносил рой, практически сразу возвращая обратно, живыми и здоровыми, ну, настолько, насколько они были «живы» до этого. Они снова ходили, рычали, пытались кинуться. Сотни летающих в небе жутких существ, внешне имеющих полное сходство с мумиями, иссохшие, обмотанные тоннами грязных, кровавых бинтов тела, размахивая громадными перепончатыми крыльями, то и дело норовили схватить кого-нибудь когтями и унести ввысь, и это у них несколько раз получалось. Невнимательные, напуганные и растерянные солдаты нет-нет с жуткими криками взмывали вверх, захваченные большими мощными когтями ступней существ. Те, у кого еще остались частички разума, бросались на солдат либо с оружием, либо с его подобием. Но против бессмертной армии, армия Каса ничего поделать не могла, пришлось отступать, а скорее, даже бежать в страхе, ужасе и отвращении, боясь превратиться в таких же ни живых, ни мертвых. После отступления города были полностью уничтожены взрывами, таким образом военные надеялись хоть как-то задержать тварей или остановить. Города были взорваны, не взирая на возможность нахождения там выживших. Про это-то докладывающий и умолчал. Просто сказал, что не было выживших. Какая разница, есть или нет, они и так изначально были не до конца людьми, так может, им лучше присоединиться к обитателям коробки?       Пару мгновений Господин в задумчивости перебирал пальцами, переваривая до жути неприятную информацию, в голове принимая конечное решение. С тяжелым вздохом, он откинулся на спинку своего божественного кресла, задрав руки над головой и переплетя пальцы, потянул их и резко опустил вниз, снова вернув взгляд на экран.       — Закрывайте Зеро. Будем выживать так, — нервно отодвинув с силой кресло назад, Кас поднялся.       — Так точно, — отрапортовал экран и погас. В ту же секунду послышался громкий и противный звук лязгающего железа — на стены Кроноса начали опускаться массивные пластины металла.       — Идем, посмотрим как будут ограждать сектор, — Кастиил не стал поднимать экраны, ему это было не нужно — как только он медленно двинулся по кабинету, стены сами принялись отодвигаться в сторону, делая убежище Господина более широким и просторным. Он спокойно миновал зону экранов, направляясь к двери.       — Кас, мы уходим? — с тревогой в голосе спросила за его спиной Эмма.       — С тонущего корабля первыми бегут только крысы, — Господин остановился, засунув руки в карманы брюк и уставившись немигающим взглядом в белоснежную стену напротив. — Капитан уходит вместе с кораблем, — с силой склонив голову сначала к одному плечу, а затем к другому, хрустнув всеми шейными позвонками, Кас натянул на лицо улыбку и вполоборота повернулся к девушке, одарив ее взглядом светящихся голубых глаз. — …мы же не крысы? — он усмехнулся, а напуганная Эмма лишь согласно кивнула головой и слегка улыбнулась.       — Все крысы уже сбежали, Господин, остались лишь самые преданные, — она опустила взгляд в пол так, как будто это она виновата в том, что большинство предпочло переждать все, наблюдая сверху.       — Вот и хорошо, — Кас продолжил свой путь к двери, и Эмма поспешила за ним, как одна из самых преданных, — будем биться, — стены кабинета внезапно сблизились, превратив кабинет из бесконечного в небольшую комнатушку, размерами не больше сарая.       Кастиил сделав шаг, протянул руку к подъехавшей двери и, дернув ручку, шагнул через порог. Он взял себя в руки, смирившись с начавшимися потерями, теперь он точно знал, что делать.