Кофе с корицей

Не знаю, что из этого получится, но я решилась. Точнее, решилась я ещё неделю назад, а вот сейчас я просто сделала этот последний шаг - шаг навстречу чему-то очень странному и из ряда вон выходящего. Но когда меня это вообще смущало? Хотя, если посмотреть с другой стороны, чего я такого сделала? Всего лишь предложила своему учителю выпить, да ещё и на спор. Ну да ладно, справлюсь. Что, в первый раз, что ли? Просто не буду думать о таких формальностях, что, например, пью со своим учителем. Или что я пью сейчас с человеком, с которым я целовалась. В принципе, ничего страшного тут нет. А вот странного всё-таки есть, наверно. - Ну что, Серебрянская, - отвлек меня голос Антона, - с чего начнем? С водички или что покрепче? Может, сока? На его губах расплылась ехидная улыбка, на что я лишь скривилась. - Давайте с чего покрепче, - предложила я. - Всё-таки как-то привычно, что ли? - спросила я как бы у самой себя. - Ну да, ну да. - закивал головой Дмитриев. - Конечно же ты права. - его глаза, мне показалось, блеснули ярким жадным блеском, но этот блеск сразу же погас. Меня это конечно не успокоило, но обнадежило - вроде с ума ещё не схожу и галлюцинации не мерещится. - Могу ли я встрять в ваш диалог? - усмехнулся всё ещё стоящий за стойкой Макс. - Могу предложить вам кое-что. Если вы, конечно, не откажитесь. - А предлагай, - усмехнулся историк, - я думаю и Слава не против, верно? Он поднял на меня свой взгляд и нахально подмигнул, на что я лишь скривилась, но внутри, неожиданно, разлилось какое-то тепло. Как-будто сейчас случилось то, чего я так долго ждала. Чувство какой-то удовлетворенности разлилось по венам. Было, чёрт возьми, приятно от его такого мимолетного жеста внимания. Да что вообще этот учитель со мной делает? - Слава? - позвал меня историк. Видимо, я снова выпала из разговора. - Алло, ты в зоне действия сети или опять витаешь где-то? Неужели это страх поражения? - ухмыльнулся тот. - Да тут я, что ты пристал то ко мне? - неожиданно выкрикнула я, но голос утонул в громкой динамичной музыке и голосах других людей. Всё же, мне повезло. - Может мы уже начнем, наконец? - Да я уже давно это предлагаю, - фыркнул учитель, - а ты всё сидишь и думаешь о своём. Неожиданно он наклонился ко мне очень близко и я почувствовала его сухие губы на коже уха. Мурашки побежали по спине, а я была готова падать в обморок. Но Антон лишь немного улыбнувшись, произнес: - Не бойся, малышка, мое желание не будет таким уж страшным. Тебе даже понравится, я уверен. Звучало это конечно, как самые правдивые слова маньяка и насильника, но почему то мне ужасно захотелось проиграть. Захотелось попробовать. Но отступать уже слишком поздно, а выбирая между позорным проигрышем в комплекте с которым идут долгие насмешки, да еще и новое желание и своим триумфом с моим желанием, я выберу себя. Как бы самолюбиво это не звучало, но мозги у меня еще остались и думать я привыкла головой, а не пятой точкой. - Ну что, хорошая моя, начнем? - вновь сказал Антон, усмехнувшись. - Да давайте уже начинайте, - проворчал Максим, - а то полчаса стоят и думают, Шекспира разводят. "Быть или не быть?", "Пить или не пить?" - я громко фыркнула, а Антон лишь сдержанно улыбнулся. Но, я думаю, вкусу Макса он доверяет, так что никаких проблем не будет. - Я уже давно готова начать, - фыркнула я и в предвкушении даже придвинулась еще ближе к барной стойке, - точнее, готова выиграть. - я усмехнулась, а бровь моего любимого историка взметнулась на середину лба, а губы расплылись в насмешливой улыбкой, мол, конечно, конечно, я тебе верю. - Ну выиграть - не выиграть мы ещё посмотрим, - фыркнул Макс, - верно, Антон? - он выглянул на нового друга с какой-то затаенной искрой в глазах. Будто между ними есть какой-то сговор, какая-то договоренность. Как жаль, что тогда я не придала этому должного значения. - Совершенно верно, - ухмыльнулся Антон и снова подмигнул мне. Эти его подмигивания уже начали меня здорово раздражать и я уж думала не спросить ли любимого учителя о нервном тике, так как его левый глаз как-то подозрительно дергается, но бодрый голос Макса отвлек меня от всех мыслей и я внутренне приготовилась к чему-то очень странному и страшному, но блин, такому захватывающему, что просто ужас. - Тогда начнем с чего полегче, - предложил Макс, чувствуя себя полноправным барменом, - Может, по коктейльчику? - Ты еще яблочный сок предложи, - фыркнула я. - Давай не дури, Максик. Что ты как не родной? Где же твоё коронное: "А может для начала бахнем водочки?" - я рассмеялась, Антон лишь улыбнулся краешками губ, а вот Макс насупился. Весь его вид выражал глубокую обиду. Как будто я ему сейчас жизнь испоганила, ей Богу. - Хорошо, - чуть ли не скрипя зубами, сказал Макс, - предлагай тогда ты, о великий знаток в алкоголе. Или давай будем реалистами? Малолетняя алкоголичка, выбирайте, чего бахнете сегодня? Улыбка на моем лице на миг погасла, но потом вновь засияла. Не хочу портить себе настроение, довольно сносное для такого дня. - Фу, как грубо, - неожиданно вступился за меня историк. - Зачем вот так напрямую? Надо же аккуратными намеками... - Макс расхохотался, а Антон состроил максимально незаинтересованное лицо. Мол, я так и сидел последние минут сорок и молчал, ничего плохого и в мыслях не было. - Фу, как грубо, - передразнила я, - тоже мне, эталон джентельменства. Я, между прочим, алкоголь пью редко, в основном по поводам каким-то. Вот и всё. - Ну да, - усмехнулся Макс, - Наверно поэтому у тебя каждый день повод, верно? - Не верно! - рассердилась я. - Хватит уже выставлять меня дурой, надоел уже! - Перед кем? Перед Антоном? - хохотнул Макс. Видимо, настроение у него было прекрасное. - Так я думаю он и так всю правду про тебя знает, так что... - Почему это всю? - неожиданно встрял Антон. - Я многих вещей не знаю. Например, какие у нее интересы, любимые предметы в школе... Кроме истории, конечно. - он фыркнул, а я еще больше насупилась. - Ну и конечно, - продолжал перечислять историк, - девственница ли Ярослава Серебрянская? Я просто офигела от последней его фразы. Я не то, что офигела. Я охуела. По-другому не сказать. А вот, кажется, Антон с Максом вообще не парились и им было совершенно по-барабану, судя по их непроницаемым лицам. - Ну, - после немного затянувшейся паузы сказал Макс, на все эти вопросы я могу ответить и даже на последний, - чуть погодя добавил тот, ехидно подвигов бровями, - но, я думаю, справедливо дать шанс Славе. Она сейчас напьется и под действием коньячка все нам и расскажет. - Он снова заливисто расхохотался, а историк позволил себе натянутую голливудскую улыбку. У меня же складывалось впечатление, что я просто сижу тут для мебели. Эти двое просто нахрен меня игнорировали, говоря обо мне в третьем лице в моем же присутствии, да ещё и обсуждая мою девственность. Совсем уже охуели. Нет, ну куда катится этот мир? - Если вы вдруг не заметили, - напористо громко сказала я, - то я всё ещё тут. Да, вот такая жалость, Максим Эдуардович. - фыркнула я, увидев означенную улыбку Макса. - И если честно, мне надоело слушать ваши пошлые и совсем не интересные разговоры для такой приличной и воспитанной девушки, как я. Поэтому, предлагаю начать, а что важнее - побыстрее закончить. - Побыстрее закончить говоришь? - повторил эхом Антон. Почему-то его пошловатая улыбка мне совсем не понравилась. - Ну давай, наливай уже. - сказала я Максу взволнованным голосом даже несмотря на него, - как говорится, будь дружком - насри кружком. - Ага, обязательно, - фыркнул Максим, - уже побежал ракурс нужный выбрать, чтобы лучше воспринималась информация. Что наливать то? - Да давай по ромчику может? - предложила я и снова вперлась в историка внимательным взглядом. - По ромчику можно, - согласился тот, - только вот сначала отойдем. - он многозначительно посмотрел на меня и меня аж холод пробрал изнутри. Что это такое то? Неужели опять? Неужели сейчас? - Куда отойдем? - решила я задать вполне логичный вопрос, хотя у Антона все на лице было написано- целоваться, вот что. - На задний двор, Серебрянская. - буквально пропел он и незначительным жестом он показал мне цифру три. Я не смогла сдержать рассерженный и удивленный вздох. Но почему именно сейчас? Почему здесь? Почему? Но, видя решительно-настроенный вид Антона я лишь встала со своего стула с таким видом, будто меня сейчас поведут на расстрел и посмотрела на историка осуждающим взглядом, а сама тихо произнесла риторический вопрос: - Что, снова?