Последняя ставка

В первый рабочий день в настоящем полицейском участке Джаред Падалеки поймал себя на том, что нервничает. Какого хера он вообще в это всё ввязался? Не потянет же... Нет, ну понятно, конечно, какого. Да и потянуть Джаред должен. Обязан. У него нет выбора, в конце концов. И всё же он хотел от души приложиться лбом об стену, вспоминая, как вчера влетел в кабинет капитана Шеппарда и по-свойски плюхнул папку с документами ему на стол со словами: «Я буду у вас работать!» Не смутило даже заявление капитана, что вакансий у них нет. Джаред просто говорил и говорил без остановки, что его назначили именно сюда, и что ему не терпится нести справедливость в массы, и что он готов приступить к своим обязанностям прямо сию минуту, и что преступникам не поздоровится, как только он возьмётся за них, и что отступать от своей цели он не собирается. ― Дерзкий, значит, ― недобро прищурившись, сказал тогда капитан, и у Джареда мурашки вдоль позвоночника пробежали, но он постарался нахально улыбнуться. Капитан Шеппард сверлил его тяжёлым взглядом ещё минуты две, а потом выдал: ― Что ж, приходи завтра, у меня есть для тебя напарник. По его улыбке Джаред отчётливо понял, что встрял он по полной. Надо было другой участок выбрать. Жаль, времени на это совсем не было... Ладно, придётся играть с тем, что есть. Ставки сделаны, леди и джентльмены, ставок больше нет!

***

Детектив Дженсен Эклз ненавидел утро. И людей. И свою работу. Хотя последнее неразрывно связано со вторым. Его грёбаная работа могла бы стать лучшей работой из всех возможных, если бы Дженсену не приходилось так часто иметь дело с идиотами, лжецами, преступниками и прочими истеричками. Но что есть, то есть, от общения с придурками не увильнуть, и последствия этих контактов обеспечили бы годовой заработок какому-нибудь психиатру, если бы Дженсен к нему ходил. Но ви́ски справлялся намного лучше любого могзоправа. А ещё Дженсен ненавидел сюрпризы. Люто ненавидел. Даже больше, чем утро, работу и людей. И вот, пять минут назад капитан сказал, что теперь у него будет напарник. Какой-то зелёный сморчок, который после академии ещё толком нигде и не работал. Что с ним делать-то? И самое главное ― кого начальство ненавидит больше? Дженсена или этого придурка-новичка? Последний его напарник перевёлся на второй неделе их совместной работы, не выдержав «добродушного» нрава и «вежливого» отношения. Ну вот за что Дженсену это снова?! Он ненавидит быть нянькой для всяких сопляков! Таких он называл реморами за то, что постоянно таскались за ним хвостом и доставали тупыми вопросами. Типичные рыбы-прилипалы, наглые, надоедливые и абсолютно бесполезные. Только и умеют, что под ногами путаться со своим юношеским рвением и полным отсутствием нужных навыков. Медленно выдохнув, он решил, что сегодня вечером заслужил не один стакан ви́ски, а два. Только бы пережить этот день, время как привязанное, да и суматоха родного участка нервирует больше обычного. Скрипнув зубами, он поднялся и направился к кофемашине. Как раз в этот момент в дверях показался высокий парень в модном прикиде, с торчащими в разные стороны лохмами и приторно-доброжелательной улыбкой. Дженсен сразу признал в нём свою новую головную боль. Вот на хрена этому мажору работа следователя? Лучше бы на папочкины деньги кокс нюхал. Всё больше пользы. В общем, новичок Дженсену ожидаемо не понравился. Совсем. Правда, стоило признаться, ему в принципе никто особо не нравится. Но когда люди что-то скрывают, Дженсен чувствует это за версту. А новенькому точно было что скрывать ― за широкой улыбкой пряталась тревога. А может, у Дженсена разыгралась паранойя, а парень просто прокатился в метро без билета. Дженсен ненавидел, когда в нём вдруг просыпалась объективность. Мерзкая, мешающая придираться к мелочам штука, которая ставила под сомнение собственную адекватность. Хорошо, что она проявлялась не так уж часто, к тому же въедливость, подозрительность и излишняя внимательность не раз ему помогали в раскрытии дел – за что его до сих пор и терпели в участке. Он неторопливо пил кофе и внимательно следил за новой обузой, которая по ошибке теперь стала его напарником. Жаль, прямо сейчас нельзя виски накатить. Только переступив порог полицейского участка, Джаред огляделся, и на него тут же накатила хандра. Вот уж кто бы подумал, что он когда-то окажется в таком месте по собственной воле. Он ухмыльнулся сам себе и пошёл знакомиться с местной фауной. Наладить контакт оказалось не так уж и сложно, достаточно было проставиться за первый рабочий день пончиками и натянуть маску добродушного простачка. А вот когда он спросил, где ему искать детектива Эклза, все многозначительно переглянулись и, едва сдерживая смешки, показали на хмурого небритого парня у кофемашины. Их поведение и неприязненный взгляд, брошенный на него новоявленным напарником, окончательно убедили Джареда, что капитан Шеппард оказал ему медвежью услугу этим назначением. Ладно, у Джареда всё равно нет времени копаться и выбирать себе копа получше, придётся как-то наводить мосты с этим упырём. ― Привет! Меня зовут Джаред! Мы с тобой теперь напарники и станем лучшими друзьями, я уверен! Дженсен скрипнул зубами, с трудом сдерживая порыв достать пушку и пустить наглой реморе пулю в лоб. ― Мы никогда не будем друзьями. Ко мне обращаться только детектив Эклз или сэр. И чтобы я слышал только «да, сэр» или «нет, сэр». Понятно? ― Да не парься ты, сэр, всё нормуль будет! ― Джаред даже хлопнул его по плечу, но под суровым взглядом отдёрнул руку. Взгляд напарника не потеплел, так что Джаред старательно разгладил складочки от своей ладони на его пиджаке и снова убрал руку. ― Так... с чего начнём? Детектив Эклз. Сэр. Сэр детектив Эклз. ― Ещё раз так сделаешь, и я сломаю тебе руку, ― спокойно предупредил Дженсен и шумно отхлебнул кофе. ― А к тебе вообще нельзя прикасаться или только в этом месте? ― демонстрируя наивное любопытство, уточнил Джаред. ― Вообще. Ко мне и обращаться нужно только тогда, когда это необходимо. ― Ясно-ясно, ― с честными глазами покивал Джаред. ― А кофе тут как? Дженсен пристально посмотрел на него, без слов говоря: «ты идиот», ― и снова шумно отхлебнул кофе. ― Я знаю, что поднимет тебе настроение! ― заявил Джаред. ― Пончик! Вот, держи! Я сберёг для тебя самый вкусный, в глазури! Ты шоколад любишь? В отличие от людей, пончики Дженсену нравились. Особенно в шоколадной глазури. Но брать его из рук этого парня он не собирался. Дженсен одним глотком допил кофе и, развернувшись, пошёл в туалет, чтобы сполоснуть кружку. ― Подожди меня, я с тобой! ― Джаред догнал его уже в дверях. Дженсен не удивился, но надеялся, что парню хватит мозгов не преследовать его в сортире. ― Боишься поссать один сходить? ― Ну, мы же напарники, ― с широкой улыбкой Джаред пожал плечами. ― Одна струя на двоих и всё такое. ― Ты в каком сериале этот бред увидел? ― Дженсен включил воду и быстро сполоснул кружку в раковине. ― Я хочу, чтобы мы были с тобой, как Старски и Хатч! Как Бут и Кости! Как Джей и Кей! Как Чип и Дейл! Как Рокки и Бульвинкль! Как Дин и Сэм! Ты, кстати, на Дина чем-то похож. Дженсен почувствовал, как у него дёрнулся глаз. Он круто развернулся и процедил сквозь зубы: ― Слушай сюда, парень. «Нас» ― никогда не будет. Отсидишь, что там вам, стажёрам, положено, и свалишь на все четыре стороны. Не советую путаться у меня под ногами. ― Мы же одна к-команда, ― тихо сказал Джаред, настороженно глядя на злющего детектива Эклза. Как бы по морде не схлопотать в первый же день! ― Ты тупой или прикидываешься? ― Дженсен подозрительно прищурился. ― Как лучше ответить, чтобы ты меня не ударил? ― Лучше заткнуться и молчать, ― посоветовал ему Дженсен и вышел. ― Да уж, сложный парень мне достался, ― вздохнул Джаред, глядя на хлопнувшую дверь.