Мой маленький фетиш

      — Это не то, что ты подумал! — начал сбивчиво оправдываться Джон. — Я все сейчас объясню!       Он сам плохо осознавал свой поступок, его просто неудержимо влекло к этому запаху. Что сейчас делать, брюнет плохо представлял себе, ведь в такой ситуации он оказался впервые.       — Можешь ничего не говорить, я же все вижу… Меня, конечно, удивил вид дрочащего на мои трусы мужика, но знаешь… У каждого свои тараканы, — блондин пошло улыбнулся. — А ты вполне сейчас сексуально выглядишь, может присоединиться?       Он подошел к Стокманну и, расположившись подле него, припал губами к возбужденному члену, вылизывая головку, как сладкий леденец. Решив немного подразнить партнера, Том залез самым кончиком языка прямо в уретру, вырывая из уст Джона протяжный стон.       Тот продолжал зарываться лицом в хлопковую ткань, которую держал в руке. Манипуляции блондина с его стояком возносили мужчину на вершину блаженства. Еще никогда он не чувствовал ничего подобного. Словно тысяча молниеносных разрядов тока пробежало по его телу, и с хриплым криком альфа кончил, бурно изливаясь в рот омеги.       Тяжело дыша, Джон взглянул вниз и увидел Тома, облизывающегося, словно кот. Из уголка его рта к подбородку текла маленькая струйка спермы. Он походил на похотливого ангела, его голубые глаза были подернуты пеленой возбуждения. Взяв прелестное личико за подбородок, брюнет подтянул его к себе и жадно провел языком по тоненькой ниточке и, закусив нижнюю губу, углубил поцелуй.       Тело омеги слегка подрагивало в крепких объятиях альфы. Он начал похотливо тереться своим членом о достоинство своего любовника. Но тот лишь прошептал ему прямо в губы: «Ты точно этого хочешь? Ведь узел до сих пор не спал…»       Томас кивнул, желая быстрее почувствовать в себе горячую плоть любовника. Не тратя времени на то, чтобы разработать партнера, Джон приставил свой конец к входу омеги. Но, еще не успев толкнуться, почувствовал, как блондин сам начал медленно насаживаться, издавая развратные стоны.       Когда член дошел почти до упора, омега сам начал тихонько подниматься, со временем увеличивая темп. Через пять минут он уже скакал на его елдаке, подвывая от удовольствия. Зажатые в кулаке трусы только мешали Джону получить всю гамму ощущений, и, долго не раздумывая, он надел их прямо на голову, вдыхая столь терпкий аромат, и обхватил Томаса за талию. Они начали синхронно двигаться, доставляя незабываемое удовольствие своему партнеру. И вскоре неистовый оргазм накрыл с головой обоих.       Следующие несколько дней эта парочка не могла оторваться друг от друга. Комнаты пропитались запахом пота, смазки и спермы. Не меняя постельное белье, они трахались прямо на влажном с кучей пятен и разводов. Джон сжимал их и с наслаждением нюхал. Везде валялись раскиданные носки, трусы и некоторая другая одежда, недавно мирно покоящаяся на дне корзины с грязным бельем.       Стокманн полностью растворялся в своем партнере, пытаясь принять все, что блондин ему давал: от бешеных эмоций до головокружительно-вкусной спермы. Сейчас, когда он вкусил всю сладость запретного плода, просто не мог остановиться. То, что Джон искал годами, сейчас извивалось в его руках, пошло постанывая и крепко сжимая его член в себе. Ни один нормальный мужчина не смог бы противиться такой удаче. Вот и Стокманн тоже не смог.       Спустя неделю их сумасшедших отношений, он склонился к ногам Тома, прося его чуть ли не выйти за него замуж. Такое поведение очень сильно удивляло омегу. Такой спокойный и волевой мужчина, как Джон, сейчас валялся у его ног, вымаливая ответные чувства. И нужно сказать, что ему это чертовски нравилось. Он всегда любил чувствовать себя королем положения, и такая ситуация только льстила высокому самолюбию.       Так же он не мог не заметить, насколько нравится ему секс с этим альфой. Такой страстный и неудержимый. Терять такое чудо было бы весьма глупо. И, приняв окончательное решение, Том присел на корточки и посмотрел в его карие глаза.       — Сначала мне нужно кое-что рассказать. Во-первых, меня зовут Томас… — начал раскрывать свои секреты омега, попутно вынимая линзы из глаз и пытаясь снять ненавистный парик.       Джон находился в шоке, не веря своим глазам. Перед ним находился совершенно незнакомый рыжеволосый с короткой стрижкой мальчик. Серые глаза светились лукавством, а на губах застыла извиняющая улыбка. Громко заматерившись, он начал бегать по комнате, создавая еще больший беспорядок. Гордость альфы не могла простить такого обмана. И, осыпая Тома бесконечными гадостями, брюнет и сам не заметил, как уже сидит на кровати в его теплых и нежных объятиях.

***

      Месяц спустя.       Около барной стойки сидел Джон, а напротив него, лучезарно улыбаясь, стоял Арчи.       — Ну, и когда же он придет? Так хочется увидеть того омегу, которому посчастливилось тебя охмурить. Интересно, он очень красивый, да? Черт, все же не верится, чтобы за месяц и тебя так… — бармен укоризненно покачал головой.       Стокманн лишь ухмыльнулся, нетерпеливо ерзая на стуле. Вдруг сзади к нему подошли и нежно чмокнули в затылок. Обернувшись, он увидел своего любимого Тома и, не теряя ни секунды, страстно поцеловал его в губы. Немного охладив свой порыв, он повернулся обратно к Арчи.       — Знакомься, Томас, — омега счастливо улыбнулся и замахал рукой.       Удивленный бармен наклонился вперед и прошептал Джону над ухом: «Это как понимать? Он же даже далеко не красавчик! Он…»       Но брюнет приложил указательный палец к губам, заставляя замолчать своего приятеля. Затем попрощавшись, парочка вышла из клуба, прекрасно понимая, что делать там им больше нечего, и направились домой к Стокманну. За месяц омега уже успел переехать к любовнику, и теперь ничто не отвлекало их от плотских утех.       — Сегодня у меня для тебя сюрприз, а какой, ты узнаешь уже в спальне… — интригующе проговорил Том.       Альфа лишь хохотнул, подхватывая возлюбленного на руки.       — Ты, как я и просил, не принимал душ несколько дней? — вдыхая чудесный запах омеги, заметил Джон.       Ответа и не требовалось, ведь он знал, что любимый исполнит любую его прихоть. Бросив Томаса на кровать, альфа начал медленно его раздевать, облизывая каждый сантиметр чувствительной кожи. Член начал подрагивать под плотной тканью брюк. Быстро раздевшись, альфа направился к шкафу и, достав оттуда большой ящик, вернулся обратно. Открыв его, он высыпал все содержимое на кровать.       Теперь трепещущий от похоти омега с широко раздвинутыми ногами лежал в окружении грязных не стиранных вещей. От такого вида Джону просто сорвало голову, и не в силах сдержаться, он закинул лодыжки Тома себе на плечи и начал медленно вводить свой член в анус любовника. И не дожидаясь, пока тот привыкнет, начал остервенело вбиваться в такое любимое тело.       Омега лишь подрагивал от сильных толчков, пытаясь подмахивать в такт и постанывать от наслаждения. Он думал о предстоящей течке, о днях, которые, возможно, станут самыми лучшими в его жизни. И вскоре, потерявшись каждый в своих мыслях, они одновременно кончили, прижимаясь ближе друг к другу и теряясь в реальности происходящего.       Когда оба уже пришли в себя, а узел стал уменьшаться, омега выскользнул из-под мускулистого тела Джона. Но он прижался к нему с боку и, оставляя багровые засосы на шее, прошептал: «Люблю тебя». Том заглянул в честные, такие родные глаза, и внутри него что-то щелкнуло.       — Знаешь, а у меня ведь есть свои тараканы, я тебе не говорил?       Том ухмыльнулся и, нагнувшись вниз, начал что-то искать под кроватью. Спустя несколько секунд он вытащил на свет моток бельевой веревки и, хищно облизываясь, прошептал: «Теперь твоя очередь, любимый…»