Чёрные сердца под звёздами

POV Салли

      — Я могу обнять тебя и согреть. — от его слов мои щёки загорелись румянцем. О чем он вообще думает? Но…. всё ведь нормально? Мы уже обнимались до этого, и всё было хорошо, разве нет? Но сейчас он сказал это с небывалой теплотой в голосе.       — Д…давай, — черт. Голос дрогнул. Заметил ли это Ларри? Как только я дал своё согласие, он прижал меня к себе за плечо, поправил спавший с него плед, и обнял меня. По моему телу растеклось тепло. Последний раз я чувствовал подобное только в объятиях своей мамы. Так нежно, но при этом крепко он прижимал меня к себе, отдавая тепло своего тела. От наслаждения я прикрыл глаза, а по щеке прокатилась слеза счастья.       — Так лучше? — поинтересовался он, когда я перестал дрожать.       — Да. Гораздо теплее, — ответ не заставил себя долго ждать. Совсем расслабившись в его объятиях, я положил голову на плечо друга. Почему мне было так хорошо с ним? Ладно, потом разберусь Сейчас я хочу греться и разглядывать с ним звезды.

End POV Салли

      Парни просидели на крыше до трёх часов ночи. Всё это время они обсуждали последний выпущенный альбом их любимой группы Sanity’s Fall. Они просидели бы и дольше, но утром нужно было идти в школу, потому они собрались и, спустившись с крыши, разошлись по домам. Салли знал, что ему не удастся спокойно поспать, но всё же лёг в постель, предварительно сняв протезы, и заснул. На удивление, этой ночью его совсем не тревожили кошмары. Он спал как никогда спокойно, чему и удивился, когда проснулся утром.       Ларри, вернувшись домой, сразу завалился в постель, но назойливые мысли мешали металлисту заснуть. Вместо сна, он засел рисовать, при этом обдумывая произошедшую ситуацию, и пытаясь разобраться в своих чувствах. К 5 часам утра его картина была закончена, а мысли так и не разложены по полочкам. Плюнув на них, темноволосый снова завалился в постель, так как нужно было хоть немного поспать перед ещё одним нудным днём в школе.       Утром парни проснулись, собрали вещи и встретившись у выхода из апартаментов, пошли в школу. Их ждал ещё один бесполезный день в школе, смертная тоска на уроках, отвратительный обед и вечные издёвки со стороны Трэвиса и его шайки.       Единственной отрадой для Ларри был урок искусства, где он мог творить безгранично. Но именно сегодня они рисовали с натуры, и хотя художник всем сердцем обожал этот урок, сегодня он был готов разорвать свои холсты и сломать кисточки. Тема урока — портрет. И именно сегодня учитель выбрал натурщиком Трэвиса, который, так вовремя получил новый синяк под глазом от Ларри. И хотя он негодовал, но не стал разводить драму. Вместо этого он нарисовал прекрасный портрет наглого блондина, от вида которого у самого Фелпса отвисла челюсть. С прозвеневшим звонком, Ларри собрал художественные принадлежности и взяв холст, сунул его в руки Трэвису. Эта картина была не нужна художнику, была противна. Но он воспринял прошедший урок как необычный, но всё же опыт.       Покинув школу, Джонсон и Фишер направились к дому. Всю дорогу Ларри был задумчивым и смотрел себе под ноги. Завтра наступят долгожданные выходные, а значит, парни смогут провести их вместе, играя в игры и смотря фильмы. Конечно, если их планы резко не изменятся…