Коллекционер

      — Выкинь эти мысли из своей головы, Чонгук, — вбивая парня в стену, не переставал повторять Тэхён. — Это смешно.       — Что в этом смешного?       — Ты сам слышишь, что ты говоришь? Бред, — отпустив Чона, парень вышел из комнаты.       — Это не бред.       Чонгук понял это после дня, проведённого с ней. Она просто смеялась, но это вызывало бурю эмоций у парня. Он никогда не испытывал подобное. Внутри будто всё перевернулось, и вернуть всё назад, казалось, невозможно.       — Я обещал себе, что никогда не влюблюсь, но когда я был с тобой, мы слишком сильно смеялись, и я знал, что я поддался.       [Утро, 11.16]       — Ёна, ты готова? — спросил Инхо.       — Поехали, — быстро спускаясь по лестнице, девушка сжала в руках рюкзак и выбежала из дома.       — Не переживай, Ёна, — госпожа Им поцеловала дочь в щёку и закрыла дверь.       — Готова? — переживая, спросил Инхо и посмотрел на Ёну.       Тяжело вздохнув, Ёна опустила голову вниз. Она переживала, боялась, что Юнги не поверит ей и она потеряет самое лучше, что у неё когда-либо было.       — Готова, — посмотрев на мужчину, Ёна уверенно задрала голову. — Я возвращаюсь в Тэгу, Юнги, — шёпотом сказала девушка и посмотрела в окно.       [Тэгу]       — Поживёшь пару дней у папы? — переживая за девушку, задал вопрос Инхо, хотя и знал на него ответ.       — Да. Спасибо, — улыбнувшись, Ёна на эмоциях обняла Инхо.       — Н-не за что, — быстро моргая, ответил мужчина.       Ёна никогда не обнимала его, да и такие слова, как «Спасибо», от девушки он слышал довольно редко. Медленно, словно боясь чего-то, Инхо приобнял Ёну.       — Ёна? — послышался знакомый голос, и девушка повернулась. — Милая, — с объятиями мужчина налетел на Ёну.       — Папа-а, — протянула девушка, стараясь не заплакать.       Обнимая девочку, отец Ёны ненадолго отвлёкся и обратил внимание на Инхо. Оттолкнув Ёну, мужчина сделал несколько шагов и протянул руку.       — Итык.       — Инхо, — мужчина пожал руку в ответ. — Мне нужно идти. Позвоните, если Ёна захочет домой, — сделав слабый поклон в знак уважения, Инхо обошёл машину и сел в неё.       — Это на него твоя мать меня променяла? — недовольно спросил Итык и опустил голову вниз, потерев переносицу. — Видимо, у неё плохой вкус.       — Пап, он хороший, — пыталась успокоить отца девушка.       — Ладно, — мужчина улыбнулся. — Сходим в ресторан? — приобняв Ёну за плечи, спросил мужчина и с улыбкой на лице вошёл в дом.       — Прости, пап. Мы с Юнги сильно поругались, я должна помириться с ним.       — Юнги-и, — протянул Итык. — Он хороший парень. Лучше я, честно говоря, ещё не встречал. Помню, как раньше он постоянно тусовался около тебя и называл тебя, как там?       — Малявка из Тэгу, — посмеиваясь, напомнила Ёна.       — Ах, точно, — остановившись, мужчина повернул девушку к себе и обнял за плечи. — Иди, Ёна, помирись с ним.       — Хорошо, — вытерев только что скатившуюся по щеке слезу, девушка улыбнулась и выбежала из дома.       Ёна знала, где находился Юнги — в скейт-парке. Он ненавидел скейтбордистов, но только там было место, о котором знал только он, Ёна и их компания. Они каждый вечер собирались там все вместе и веселились.       Проходя мимо знакомых, родных мест, Ёна каждый раз останавливалась, словно видела это в последний раз. Сейчас, разглядывая себя в окне какой-то дешёвой кафешки, девушка больше не видела прежнюю себя, только измученную до неузнаваемости новую Ёну.       Подойдя к скейт-парку, Ёна замерла. Она увидела Юнги. Не было слышно звонкого смеха Хосока или глупых шуток Намджуна, только тишина.       Ёна шла неуверенно, словно каждый шаг доставлял ей невыносимую боль, но останавливаться нельзя. Делая шаг за шагом, Ёна замерла, парни заметили её, и лишь один Юнги всё так же стоял спиной к девушке, не желая поворачиваться. Ёна начала теребить браслет, стоя на месте.       Сжав руку в кулак, Юнги повернулся и ухватился пальцами за сетчатую калитку.       — Смотрите, кто пришёл, — раздражённо сказал парень.       — Юнги, я хотела…       — Ты обещала, Ёна. Обещала, что никогда не забудешь меня, — парень перелез через забор и начал медленно подходить к девушке.       — Юнги, — слёзы предательски полились из глаз.       — Что ты плачешь? Перестань реветь, — толкая девушку, говорил Юнги. — Езжай в Сеул, езжай в свой новый дом.       — Это неправда! — девушка упала на землю.       — Правда, — присев на корточки, сказал Юнги.       — Нет, — взяв парня за руку, Ёна посмотрела на браслет.       Посмотрев в заплаканные глаза девушки, Юнги снял браслет с её руки.       — Ты всё испортила, Ёна, — растоптав браслет девушки, Юнги ушёл.       Это был знак их дружбы, а он растоптал его так, словно это бессмысленная побрякушка.       — Что ты наделал, Юнги? — Ёна начала собирать остатки браслета. — Зачем? — не переставала повторять девушка, лёжа на земле.       — Зачем ты это сделал? — спросил Хосок. — Ты не мог просто выслушать её? Это так сложно, Юнги? Идиот, — сказал парень и, толкнув друга, ушёл.       — Я тоже пойду, — сказал Намджун и догнал Чона.       Повернувшись и посмотрев на девушку, Юнги сделал неуверенный шаг. Немного постояв и подумав, парень развернулся и убежал, не желая видеть девушку.       Сейчас Ёна, казалось, была убита морально. Вот как одним словом можно испортить всё.       Собрав остатки браслета в салфетку, девушка пошла домой. Сейчас ей хотелось обнять свою маму и пролежать так весь день.       Зайдя в дом, Ёна поплелась в свою комнату. Открыв дверь, девушка упала на кровать и свернулась клубочком.       — Как ты мог? — перебирая остатки браслета, Ёна сжала их в кулак и, положив руку на сердце, уснула.       [Юнги]       Зайдя в дом, парень быстро поднялся по лестнице и зашёл в комнату. Захлопнув дверь, Юнги положил руки на голову и, сжав волосы, начал кричать. Острая обида поселилась где-то в области сердца, чтобы то и дело время от времени болезненно вгрызаться в душу.       У Юнги есть один недостаток, который он всячески пытается скрыть — агрессия. Сейчас он не сдерживал себя и свои эмоции, парень крушил всё, что попадалось ему под руку, не жалея.       Схватив стул, Юнги разбил им зеркало, что стояло у него в комнате. Это зеркало много значило для парня: сверху донизу оно было обклеено различными наклейками, которые клеили они с Ёной на протяжении семнадцати лет. Отбросив стул в сторону, парень начал топтать стекло ногами, вкладывая в это всю свою злость, которую держал в себе ещё со вчерашнего дня.       Остановившись и сделав пару маленьких шагов назад, Мин сел на диван и сложил руки в замок.       — Идиот, — прошипел Юнги и посмотрел на осколки.       «Зачем ты сделал это?» — крутились слова Им в голове парня.       Она была слишком тихой или слишком громкой. Воспринимала вещи близко к сердцу или вообще не воспринимала всерьёз. Была слишком чувствительной или слишком бессердечной. Ненавидела каждой фиброй своего существа или любила каждой частичкой своего сердца. Для неё не существовало золотой середины. Было или всё, или ничего. Она хотела всё и довольствовалась ничем.       Заметив на полу фотографию, Юнги потянулся за ней. На фото были изображены они с Ёной. Держась за руки, ребята показывали браслеты.       На лице парня появилась едва заметная улыбка. В девушке была какая-то утончённость, не то что в других. Она была для знатока. Для тех, кто понимал.       «Я же люблю тебя, Ёна».       Сжав фотографию в кулак, Юнги поднялся на ноги и, сжав в руках кожаную куртку, выбежал из дома.

* * *

      — Здравствуйте, господин Им, прошу прощения, — обойдя мужчину, парень поднялся в комнату Ёны.       — Я не в настроении, пап, — свернувшись клубочком, едва слышно говорила девушка, хныкая.       — Ёна, — дрожащим голосом сказал Юнги и сделал шаг навстречу.       Повернувшись и обратив внимание на парня, девушка поднялась на ноги.       — Я не хотел, — слеза медленно скатилась по щеке Ёны, оставляя мокрый, едва заметный след. — Прости меня.       Ничего не ответив, девушка подбежала к парню и крепко обняла его. Дрожащими руками парень обвил талию Ёны, прижимая к себе. Парень знал, что между ним и Ёной есть черта, которую пересекать нельзя, но, несмотря на это, положив руки на лицо девушки, парень сократил расстояние между ними, и их губы соприкоснулись. Ёна коснулась руками его волос, а он ещё крепче прижал девушку к себе. Её губы были слаще мёда, и этот вкус дурманил его, погружая в состояние неземного счастья.       — Юнги, — сквозь поцелуй простонала девушка.       — Мне надоело быть для тебя просто другом, — подняв Ёну на руки, парень посадил её на соседнюю тумбочку. — Я хочу большего.       Обвив шею парня, девушка нежно поцеловала его.       — Мы же друзья. Ты для меня как старший брат. Это неправильно.       — Да, и я буду гореть в Аду за это, — пододвинув девушку ближе, Юнги снова поцеловал её.       Его язык смело и бесцеремонно проник в рот Ёны, и, поддавшись его напору, девушка всё же отдалась во власть греховного искушения и не противилась, получая удовольствие.